Цена Знания

Бесконечная тьма космоса завораживала. На огромном полотнище мрака, щедрыми горстями были раскиданы светлые горошины далеких звезд - яркие, холодные, равнодушные. Сидя на обшивке, Джон Уилмер смотрел, как звезды движутся над его головой, постепенно скрываясь за железной громадой горизонта. "Странно, мы зашли так далеко, но не смогли преодолеть ни одной своей слабости. И теперь все человечество платит космосу за свое несовершенство. Мы спешим, бурлим, стремимся к чему-то, только чтобы кануть в прошлое. И только звезды будут холодно взирать на нашими метания. Впрочем, будут ли? Что такое жизнь человека для звезды? Миг? Незаметный полет пылинок вокруг их ярких величеств? Человечество для них лишь небольшой эпизод в вечном движении сквозь пустоту космоса. Даже эти яростные гиганты не вечны." Прошло каких-то двадцать минут, а со стороны условного востока чернота постепенно отступила. Станция завершила очередной оборот вокруг своей оси, и её обшивка ярко заблестела под лучами восходящего светила. Автоматика скафандра затемнила визор Уилмера, и только поэтому он смог наблюдать "молниеносный" восход местного солнца над бортом научной станции Х-1-YU-7, магосом которой и был Джон. Огромный раздувшийся шар светила за какую-то минуту выполз из-за борта и предстал во всей красе. Звезда Дорикрат подошла к концу своего жизненного цикла. Огромные протуберанцы косматыми хвостами вились в фотосфере. Даже по меркам человека жить звезде осталось недолго. "А вот и пример смертности всего сущего. Даже звездам суждено погибнуть, уступив безмолвному давлению мрака необъятной пустоты. И я, похоже, буду единственным, кто сможет увидеть это величественное зрелище своими глазами." Уилмер по привычке проверил запас кислорода. "Еще на пять часов. Должно хватить." Тем временем Дорикрат начал свое быстрое восхождение к точке зенита. Наблюдая за солнцем, Уилмер усмехнулся: "Уже скоро." "Ага, скоро ты умрешь как последний идиот." - издевательский смех раздавшийся в голове Джона, был ему хорошо знаком. Он был "обязан" этому голосу всем, в том числе своим нынешним положением. Впервые этот сладкий, соблазнительный голос вторгся в его сны пять лет назад. Он тогда был только техно-провидцем отвечающим за небольшой блок когитаторов на борту этой станции. Воспоминания подкрались незаметно. Гордыня. Жажда знаний и Гордыня, а еще Честолюбие толкнули Джона на самое страшное - на предательство. Сначала они просто говорили, и Уилмер не придавал никакого значения участившимся снам. Она приходила к нему во сне в образе прекрасной незнакомки. Постепенно, шаг за шагом, занимая в его мыслях все больше и больше места. И когда пришло время, соблазнила его... надо признать, не только обещаниями. В своей глупости Джон пожелал стать самым лучшим на станции. Кто-то может сказать, что это как-то мелочно? Но чего еще мог желать технопровидец, который всю сознательную жизнь не видел ничего, кроме коридоров и отсеков Х-1-YU-7? Теоретически он знал, что есть другие миры, но что ему в них? Чистая теория, которая бесполезна. А вот практика… Что ж, Она исполнила его желание. Он теперь самый лучший во всем на станции Х-1-YU-7. Постепенно поднявшись на верхушку Иерархии Культа Бога Машины, Уилмер чувствовал себя прекрасно. Даже лучше - Он ощущал себя богом этой станции! Всемогущим Господином, во власти которого находилась каждая жизнь обитателя огромной космической структуры. “Неделю назад все это кануло в лету. И теперь, что ж, даже теперь, я лучший на станции. “Она” не лгала. Потому что нет больше никого, с кем меня можно было бы сравнить.” Сидя на обшивке Уилмер мысленно пронесся по пустым стылым коридорам и переходам. И куда бы его мысль не направлялась, она всюду видела трупы. Трупы солдат, служителей культа Бога Машины, простых работников станции и трупы их семей. Безумный бунт черни, напуганной грядущим апокалипсисом, ураганом пронесся по палубам Х-1-YU-7. Разрушая, калеча, убивая и сметая все в своей иступленной злобе, замешанной на страхе, бунтовщики разрушили свой единственный шанс на спасение. Дрожь охватила биологическую составляющую Уилмера, когда он вспомнил, как обезумевшие окровавленные гражданские, в которых с трудом можно было узнать обычных людей, ворвались на командный мостик станции. Пули свистящие над головой, шипение лаз-зарядов, запах кипящего металла и расплавленного пластика, крики людей и грохот взрывающихся машин, треск пламени и хруст разбитого стекла под подошвами безумной толпы, запах крови и кишок - все это причудливым калейдоскопом смешалось в воспоминаниях магоса. Он сам впустил на станцию тьму. И пока он купался в лучах самолюбования, предательство и разложение глубоко проникли в души людей. И как результат - единственный закономерный итог. Когда он понял что остался один, только чудо удержало его на самом краю безумия, что как цунами пыталось смести истерзанное сознание магоса в бездну отчаяния. Надо признать что Она тоже приняла участие в веселой игре “сломи магоса”. Потом безумие отступило - видимо Ей стало скучно. Что ж, у Уилмера осталось не так много возможностей что то сделать. И вот теперь Джон здесь. На внешней обшивке. Наедине с собой. Единственный выживший. Он сбежал, понимая всю тщетность своего бегства. Полуразрушенная, лишенная управления станция уже не могла уйти с орбиты гибнущего светила, и теперь затянувшаяся агония должна была прекратится. Сутки назад он пробовал молиться Омниссии, но в ответ лишь услышал глумливый смех демона, что уже завладел его душой. Джон Уилмер был по-своему храбрым и сильным человеком. Однажды он оступился и обрек себя. Теперь он сполна готовился заплатить за эту ошибку. На лопатке зачесалась метка, знак его предательства. "Она использовала меня, а теперь выкинула как испорченную, ненужную игрушку." Джон опять посмотрел на хроно, пытаясь избавиться от раздражения. "Если я прав, осталось совсем не много." Он еще сильнее затемнил забрало, продолжая наблюдать за светилом. Дорикрат почти добрался до зенита, когда во внешнем виде звезды стали заметны изменения. Поверхность забурлила, вспучиваясь в одних местах и проваливаясь в других. Вещество составляющее основу внешнего слоя Дорикрата вскипело. "Вот оно!". Звезда начала уменьшаться в размерах: прямо на глазах, её оболочка стала все быстрее и быстрее проваливаться внутрь. "А теперь наступает самое интересное!" Сжатие звезды произошло настолько быстро, что только покадровое воспроизведение процесса с помощью импланта смогло дать четкую картину падения внешней оболочки на резко сжавшееся ядро. "Превосходно, какие прекрасные данные!" - это была последняя мысль магоса Джона Уилмера. А последнее что он увидел - был свет. Он не успел ощутить больше ничего. Ни страха или ужаса, ни жара. Звезда взорвалась сбросив свою оболочку вовне со скоростью, превышающей всякое воображение. Такой микроскопический объект, как человек в скафандре, испарился под воздействием звездного вещества быстрее, чем успел это осознать. В отличие от человека, Имперская станция была слишком крупным объектом, чтобы не ощутить катастрофы, но все же недостаточно крупным, чтобы её пережить. Первый удар приняли на себя все еще действующие пустотные щиты. Они, конечно, не выдержали, и поэтому вслед за щитами звездное вещество испарило всю внешнюю обшивку Х-1-YU-7. Но этих микросекунд, пока щиты и броня аннигилировали, хватило станции. Автоматические системы, подстегиваемые духами машины, запустили процедуру глухой блокады. Каждое помещение, коридоры всех секторов переходили на полную автономию. Замкнулись внутренние перекрытия, отсеки представлявшие особую ценность согласно протоколам безопасности укрылись под индивидуальными полями защиты. Агония продолжалась. Второй удар приняли на себя внутренние помещения внешнего кольца. Это было очищение огнем. Каждая палуба, каждый коридор, каждая переборка вспыхнули и распались на отдельные элементы, сгорая в ярости умирающей звезды. Разница между сгоранием обшивки и испарением внешнего сектора помещений была настолько мала, что только механизмы нашли бы её существенной. Индивидуальные щиты рухнули в следующий миг. И это было концом научной станции. Система Дорикрата очистилась. Новорожденный белый карлик яростно засиял в глубине космоса, а вокруг него быстро (по космическим меркам) расползалась туманность. Вокруг карлика сиротливо вращались три объекта. Планеты системы Дорикрата, лишившиеся атмосферы и почти всего верхнего слоя поверхности, раскаленные и стерилизованные медленно смещались, занимая новые орбиты вокруг белого карлика. Впрочем, не все: новорожденная звезда обладала значительно меньшей гравитационной составляющей и самая дальняя планета уже вышла на путь отрыва, медленно удаляясь. Рядом с ней, гонимый неумолимой силой инерции и гравитации, медленно вращаясь, дрейфовал металлический астероид - все что осталось от огромного исследовательского комплекса Имперской научной станции Х-1-YU-7.