Любви не существует!

      От Энжы       Никак не могу уснуть. И это не потому, что Нацу через каждую минуту шлет мне сообщения, о том, что скучает и с нетерпением ждет завтрашнего дня.       Нет. Дело даже не в том, что сегодняшний день был похож на сон, от которого я все никак не могу проснуться, и наверное, уже никогда не проснусь.        Плевать, что мне сейчас до жути больно, ведь моя мачеха снова избила меня розгами, но в этот раз на одной она не остановилась. И как бы странно для меня это не было, но если бы не мой папаша, то скорее всего все бы кончилось еще хуже.       Да, вечер стал еще более шокирующим, нежели день. Хорошо, что моя мачеха не знала, что сегодняшний день я провела не просто с Нацу, а с его отцом. Вот было бы тогда…       В дверь тихонько постучали, и не дожидаясь приглашения вошел папаня. — Чего не спишь?       От этого вопроса у меня невольно появилась улыбка.       Он подошел и стал напротив моей кровати. — Больно? — Не уж-то тебя разволновало то, что твоя любимая жена меня избила? — Нет, — я снова улыбнулась, — Просто хотел убедиться, что ты все поняла. — Дай мне еще один день, — я медленно поднимаюсь и сажусь. — Для чего? — Хочу попрощаться! — С кем? — С прошлым. — Хорошо. Но в понедельник все по плану.       Отец вышел, а я вдруг заплакала. Тихо, без истерики. Впервые за много лет у меня ручьем текли слезы.       Нет, не от боли. Они просто оплакивали все, что было в моей жизни хорошего.       Поднимаюсь и плетусь в ванную. Медленно снимаю одежду и бросаю в мусор. Смотрю в зеркало и не узнаю девушку, что смотрит на меня.       «Только сегодня, — говорю себе мысленно, — В последний раз я буду слабой!»       Теплая вода смывает с меня не только кровь, но и всю боль. Я уже привыкла, что вода помогает мне прийти в себя. Только за дверьми ванной комнаты я могу вернуть себе хладнокровие.       В голове проясняется. Медленно все кусочки пазла складываются в четкую картину.       «Завтра, — мысленно обещаю себе, — Завтра я стану его!»        От Нацу       Стою возле кинотеатра и нервно гляжу на часы. Энжы уже на десять минут опаздывает, хоть обычно приходила заранее. А она ж сама меня в кино позвала. — Ну, ты чего здесь застыл?             Меня неожиданно дергают за руку и тащат внутрь кинотеатра. — Эй, а поздороваться! — я довольно улыбаюсь.       Энжы сегодня просто великолепна. Черные джинсы, синяя блузка и белые кроссовки. Просто и обворожительно, ведь эти вещи так красиво подчеркивают ее фигуру. — Привет, — неожиданно Энжы улыбается и делает то, что заставляет меня застыть на месте.       «Она меня целует?» — пронеслось в моей голове.       Я и ответить не успел, как меня снова потащили. — Нам два билет на ближайший фильм, — проговорила она на кассе. — Простите, но все сеансы уже идут. Могу предложить на следующие, ближайший через час. — Вот блин, — Энжы поворачивается ко мне, — Может, возьмем фильм напрокат? — Я не против.        Я крепко сжал руку своей крошки, а она и не сопротивлялась. Быстро выхожу из здания и иду в сторону ближайшего проката видео.       Мы не говорим ни слова, но как-то и не надо. Сейчас я чувствую такое счастье, что и говорить просто не могу. Сейчас мы похожи на настоящую парочку и мне даже в голову не приходит, чего это Энжы вдруг так открыто афиширует наши отношения.       Видимо, вчерашний вечер многое изменил и для нее. Но что она скажет, когда узнает о предложении моего отца?       «Да, я и не думал, что знакомство с моим папой так все изменить, — думал я про себя, — И что же мне делать? Черт, да я этой ночью глаз не сомкнул, думая о словах отца. Сейчас, держа Энжы за руку, я понимаю, что все мое естество кричит согласится. Но так ли все будет в будущем? Неделя мало для такого решения, но слишком долго, чтобы все испортить!»       Мы в моей квартире. Фильм давно кончился, и теперь мы с Энжы с аппетитом уплетаем пиццу, что заказали. — Зря ты не захотел купить каких-то вкусняшек, — говорит моя крошка. — Сам в шоке.       Да, обычно я люблю пожевать, но сегодня уж очень хотел поскорее остаться с Энжы только вдвоем, что в магазин не хотел идти. — Хорошо, что всегда можно заказать пиццу, — улыбнулся я во весь рот. — У тебя кетчуп на губах, — Энжы неожиданно потянулась ко мне и легонько вытерла уголок моего рта.       Наши взгляды встретились и я не сдержавшись, потянулся за поцелуем. А она и не против.       Притягиваю ее ближе, отбросив недоеденную пиццу куда-то на пол.       Но то, с какой страстью Энжы отвечает мне, просто сносит крышу и я еле сдерживаюсь, чтобы не положить ее на пол. Признаться, я ее так хочу. Еще никогда я не ощущал такого острого желания, как сейчас. А при мысли, что это моя любимая девушка, становилось как-то приятно и тепло в груди. — Нацу, я хочу тебя!       От слов, что сейчас медленно переваривались в моей голове, я впал в ступор. Могу представить, насколько удивленный у меня взгляд. — Ты сейчас серьезно? — я сам не узнал своего голоса. — Вполне, — Энжы смотрела мне в глаза, а ее щеки предательски алели. — А как же то, что никакого секса до свадьбы? — А я не хочу заняться с тобой сексом, я хочу заняться с тобой любовью.       Все. Все мои сомнения смело в один миг. Вот та, которая мне нужна. Та, с которой я не против прожить остаток своей жизни. Только одно плохо, что я не могу жениться на ней прямо сейчас.       Притягиваю Энжы к себе и страстно целую. Не прерывая поцелуй, поднимаюсь и заставляю ее подняться со мной. Крепко хватаю ее за бедра и заставляю обхватить мою талию ногами.        Вот так, не переставая целоваться, я несу ее в спальню, где из-за Энжы несколько дней назад поставил кровать. — Черт, я так об этом мечтал, — шепчу ей на ушко и покрываю поцелуями ее шею.       В сторону летит моя футболка. Я быстро расстегиваю пуговицы на рубашке Энж. Понимаю, что мне нужно быть терпеливым и сделать все, чтобы Энжы было приятно, хоть в первый раз это трудно.       Неожиданно у меня в кармане звонит телефон. — Черт, — ругаюсь и вытянув его из кармана, бросаю на пол. Но телефон продолжает звонить. — Нацу, это отвлекает. Ответь или разбей его, — хрипло говорит моя девочка.       Проклиная все на свете, отрываюсь от нее и поднимаю телефон. Экран показывает, что звонит «Морозильник». — Грей, чтоб тебя, какого хрена звонишь без перестану? — только подняв труппку, ору со злости. — Нацу, ты мне нужен, — слышу еле различимый шепот. — Я в больнице. Меня какие-то парни избили, когда я с девушкой гулял. Приезжай.       Послышались гудки, а я с отчаяньем смотрю на девушку. Вид Энжы без блузки приводит меня в уныние и в голове появляется ряд отборного мата. — Что-то случилось? — Энжы садится на кровати и мягко смотрит в мои глаза. — Грей попал в больницу, — простонал я. — Его избили какие-то придурки.       Энжы грустно улыбнулась. — Ничего, я понимаю, — она легонько коснулась моей щеки рукою, — Иди. Он твой лучший друг, и я бы тоже пошла ради подруги. — Спасибо, — я снова ее целую. — Ты у меня самая лучшая. — О нет, я и рядом не стою с многими девушками. — Мне не нужны многие. Мне нужна одна единственная, моя маленькая капризная девочка. — Ой, иди уже, — Энжы мягко улыбается, и повернувшись ко мне спиною, встает с кровати.       У меня невольно проявляется шок. В который раз за сегодня, но вид ее спины просто не может не шокировать. — Что с твоей спиною?       Энжы быстро поворачивается и смотрит на меня с испугом. — Давай не сейчас, — шепчет она и натянуто улыбается. — Ну уж нет, — мои глаза темнеют от ярости.       Такая нежная кожа и вся в шрамах. Уже зажившие и видно, что совсем свежие раны. — Кто это сделал? — Нацу, все хорошо. — Не надо сейчас меня успокаивать. Я хочу знать, кто посмел тебя тронуть?!       От Энжы       Я впервые вижу Нацу таким злым. Да у него лицо перекосилось от злости. Надо его успокоить, а то вместо больницы он поедет ко мне домой.       Быстренько забираюсь на кровать и беру его лицо в свои руки. — Нацу, правда, все хорошо. Я расскажу тебе все, что ты хочешь, но давай потом. Тебя там Грей ждет. — Ты мне дороже всех, так что…       Быстренько его целую, тем самым не дав говорить дальше. — Я люблю тебя! — говорю, оторвавшись от его губ. — Прости, но я еще не готова тебе все рассказать. Ты для меня самый важный и дорогой человек в жизни, но мне нужно время, чтобы найти в себе силы все рассказать. Я еще не готова.       Нацу вздохнул. — Я так давно хотел услышать от тебя эти слова. Я тоже тебя люблю.       Нацу снова меня целует. Так нежно и невесомо. В груди что-то защемило и я вдруг захотела расплакаться. Запрятав к черту свои чувства, обнимаю Нацу. — Иди, а то кто его знает, что там с Греем. — Это так не вовремя. — Ты и не представляешь как, — я быстренько отрываюсь от своего любимого и встаю.       Подняв с пола свою блузку, быстро ее одеваю. Нацу, последовав моему примеру, тоже оделся. — Ладно, я постараюсь недолго. Ты же подождешь меня здесь? — в его глазах теплеет нежность.       Я лишь улыбаюсь и шатаю головой. — Я позвоню с больницы.       Смотрю, как Нацу идет из квартиры. Невольно бросаюсь следом и обнимаю его со спины. — Не оборачивайся, а то мы так и не разойдемся, — говорю на одном дыхании, — Я буду скучать.        Отхожу от него, но меня поймали за руку и подарили еще один поцелуй. — Скоро вернусь, — Нацу улыбается во весь рот.       За моей первой и наверное последней любовью закрылись двери. Я осталась одна в пустой квартире, и мне вдруг стало холодно.       Грустно улыбаюсь. Видимо, сама судьба против нас. Но я просто не могу ничего изменить. Уже не могу.        Поворачиваюсь и оглядываю все вокруг. Замечаю кусок пиццы, что так не кстати валяется на полу. Больше не могу здесь оставаться.       Обуваю кроссовки и иду прочь с этой квартиры. Жаль, что все так сложилось.       Выхожу на улицу и быстренько бегу домой. Чем быстрее я с этим всем покончу, тем лучше. Пусть переболит все сразу.       От автора       Утро понедельника для Нацу началось так плохо, будто бы он вчера перепил. Причем два раза.       Сначала решал проблемы с Греем, у которого оказался перелом руки и трещины двух ребер, не считая синяков. Лучшие врачи, палата, медсестры… Пока мотался, забыл позвонить Энжы. Но когда вспомнил, был неприятно удивлен, ведь связь с ней была отключена. Списал на севшую батарею и быстренько на квартиру.       Но там Нацу тоже ждал сюрприз в виде пустой квартиры. Чертыхнувшись, он продолжил звонить, но все без результатов.       Нацу не посмел пойти к ней домой, ведь не хотел без ее разрешения все открывать. Так и прошла ночь без сна в ожидании утра.       Сейчас он топчется возле школы в привычном окружении девчонок, которые без стеснения его фоткают. Но уже звонок, а Энжы так и не появилась. Так продолжалось всю неделю. Только ее сестра приходила на уроки. Но и она была какая-то молчаливая, мало с кем общалась. Но только не в пятницу.       И сейчас он, стоя на лестнице, бесстыдно подслушивал ее разговор с одноклассницей. — Так ты говоришь, что твоя сестра сбежала из дома? — в шоке проговорила та. — Тише, это тайна! — Лиз оглянулась. — Но как? — Она связалась с плохой компанией, нашла там парня и сбежала с ним в субботу, — выпалила Лиз.       У Нацу шок. Такое он не ожидал услышать. Но это просто невозможно. Она же еще гуляла с ним в воскресенье, признавалась в любви… Зачем Элизабет врет? — Твоя сестра влюбилась? — Не знаю, любовь ли это, — Лиз презрительно искривила губы, — но точно знаю, что она беременна.       Больше Нацу не мог слушать. Повернулся и пошел прочь. Прочь из школы, подальше от всего.       То, что сейчас он услышал, просто не могло быть. Не могло случиться. Но если это правда? Вдруг Энжы хотела вчера переспать с ним лишь для того, чтобы подставить чужого ребенка? Ведь ее решение отдаться ему было таким неожиданным. И самое главное — она исчезла.       Нацу и не заметил, как пришел домой. Как его встретил улыбающийся отец, и улыбка которого погасла при виде сына. — Нацу, с тобой все хорошо? — Игнил обеспокоено подошел к сыну и встретился с его пустым взглядом. — Лучше не бывает! — ответил ему стальной голос. — И да, я не буду обручаться с Энжы.       Имя его бывшей любимой девушки вызывало такую боль в груди, что Нацу стиснул кулаки. — Вы поссорились? — Да нет. Просто невеста сбежала с другим.       Нацу прошел мимо и поднялся на верх.       А Игнил проводил его грустным взглядом. Сейчас ему было не менее больнее, чем сыну. Он так радовался, но видимо рановато. — Что же теперь с тобой будет, сынок? — сказал Игнил в пустоту.