Давайте сыграем в игру.

Сумерки первого дня в заброшенном городе быстро превратились в кромешную темноту. Разбитые фонари и не собирались зажигаться даже самым слабеньким светом, и улицы были погружены во мрак. На мокрой щебенке, уложенной на дорогах, отражался свет луны. Стояла мертвая тишина, нарушаемая периодическим рычанием, которое не смолкало с самого наступления темноты. Тихие шаги раздались из одного переулка и на дорогу, оглядываясь, вышла девочка-подросток. Она шаталась от усталости, а из-за короткой юбки мерзли ноги. Сделав шаг на основную улицу горда, та снова боязнено завертела головой, но убедившись, что никого нет, зашагала вперед. Белле ужасно хотелось спать, перед глазами плыло, но только представив, что ей надо зайти в один из этих домов, приводило ее в состояние неконтролируемой дрожи. Старые здания нависли на девочкой, словно пытаясь затоптать ее. В темных окнах постоянно казались мелькания фигур. Белла еле сдерживалась, чтобы не заплакать. Идя по улице, она старалась ни о чем не думать, но получалось скверно и мысли, пробуждавшие страхи все равно мелькали в голове. Под ногой что-то щелкнуло и быстро реагировав, она выбросила вперед руки перед тем, как пол ушел из под ног. Раздался удивленный вскрик. Руки всеми силами вцепились в край мостовой, скользя по ней и приближая Беллу к падению в неизвестность. Пальцы почувствовали резкую боль, но не разжались, а вцепились в мокрую поверхность сильнее, оставляя на камнях красные, не видимые в темноте, следы. Белла поморщилась и попыталась себя подтянуть на руках. Тело неизменно тянуло ее в пропасть, но собрав все силы, она перехватилась на более удобные камни и закинула одну ногу на дорогу. Попыхтев, заползла целиком и упала на землю, тяжело дыша. Но отдых был не долгим, с другой стороны обвалившегося пола раздалось громкое рычание. Девушка обернулась и увидела существо. Ее ноздри защекотал запах гнилой плоти, и пустой желудок вывернуло на изнанку желудочной кислотой. Существо скалилось окровавленными зубами, сверкая своими механически светящимися глазами, а от запаха стали слезиться глаза. Оно не проявляло признаков дружелюбия, и вскоре рыкнув, прыгнуло на свою жертву, но упало на самый край обвалившейся мостовой. Стальные когти пытались удержать монстра на поверхности, но проскользнув в нескольких сантиметрах от шокированной девушки, оно упало в пропасть. Из темноты раздалось визжание, рычание и все смолкло. И Белла Ангел снова выдохнула с облегчением, и опять слишком рано. На том конце стали появляться еще такие существа. Ужасно уродливые, черви торчали из ран, выколотых глаз, язв. Линия блевотного запаха сперла весь воздух вокруг девушки. Глаза монстров сверкали в темноте, они скалились. Белла уже поняла, что они не подружиться пришли. И когда еще один приготовился к прыжку, она вскочила и с громким криком побежала вперед по мостовой, забыв об усталости и о том, что улица напичкана целыми кучами ловушек. Ее крик быстро смолк и заменился хриплым дыханием. Бег замедлялся с каждым шагом, а за спиной был слышен цокот стальных когтей, неумолимо приближавшихся к цели. Им была не ведома усталость, голод, страх, от них исходил запах смерти, желания ее убить, словно они пытались мстить за свои жизни. Они следовали неведомой цели, наставив свои клыки на подростка, изо всех сил старавшегося спасти свою шкуру. Белла преодолела еще два квартала перед тем, как спину обжег ледяной удар когтями, а затем резкая боль в ней, заставила подкоситься ноги и упасть лицом вниз на щебенку. Из горла раздался ужасающий крик боли, раздирающий перепонки, звучащий на весь город яркими раскатами. Он разлетался эхом на многие километры, заглушая звуки недалеких выстрелов. Белла дергалась на земле, истошно вопя, до крови раздирая свои руки. Из четырех длинных ран на спине текла кровь. Раздалось еще три выстрела и звери, приготовившиеся к окончательному растерзанию жертвы упали замертво. Их головы были пробиты. Неконтролируемые слезы и сопли текли из глаз и носа девушки, все еще дергавшейся на мостовой, но она уже не кричала, а только тихие булькающие звуки доносились из горла. Глаза были широко раскрыты, под ней расплывалась лужа еще теплой липкой жидкости, но поднимавшаяся грудь, показывала, что та еще не попрощалась с жизнью. На втором этаже одного из домов, задернулась штора и вскоре дверь дома отворилась. На пороге появилась девушка в ее руке был пистолет. Она оглянулась, откинув назад запутанные волосы медного цвета. Порванная в некоторых местах одежда, ободранные коленки и ссадины на лице, показывали, что передряги не обошли и ее. Не заметив ни одного живого трупа в округе, та быстро, на полусогнутых ногах, приблизилась к побледневшей Белле. Пальцами нащупала пульс, убеждаясь, что она еще жива. Схватила ее на руки и с кряхтением поволокла к дому. Ноги ее тащились по земле, а от Тани доносилось пыхтение из-за тяжести чужого тела. Торговец деревом втащила жертву монстров в дом и забаррикадировала дверь письменным дубовым столом, протаскивая девушку в ближайшую комнату на верхнем этаже. За ней тянулся кровавый след. В комнате было видно, что человек подготовился к игре. Перед окном на подставке стояла снайперка из которой стреляли в существ с улицы. На полу валялся рюкзак с едой, аптечка, за которую и схватилась в первую очередь девушка. Достав иглу и нить, та провела по игле огнем от спички и втянула нитку в ушко. Ее глаза холодно блестели в темноте, отражая лунный свет. Таня была спокойна, словно каждый день этим занималась, но руки предательски задрожали, когда та поднесла иглу к плоти Беллы. Обезболивающего не было. Ничего кроме бутылки спирта, пары мотков бинтов, нитки, игла, зачем-то скальпельный нож, немного ваты и мазь от ожогов. Прожиточный минимум так сказать. Преодолев себя, девушка воткнула иглу в теплое мясо и вздрогнув, сделала первую петлю. Тело не подавало никаких признаков жизни, кроме все еще бьющегося сердца. Глаза Беллы закрылись. От боли та потеряла сознание, что было на руку Тане. Совсем осмелев та делала стежок за стежком, переходила с раны на рану и в конце концов вся спина была зашита тонкими нитками, оставляя четыре неаккуратных, отвратительных шрама. Таня очнулась, когда нить была срезана и услышала громкий скрежет с улицы, рычание, лай. Существа, учуяв теплую кровь, тянущуюся к двери, безжалостно пытались добраться до сбежавшей жертвы, погубившей их соплеменников. Но дверь не поддавалась острым клыкам, держась, как железо. На всякий случай, Таня закрыла и дверь комнаты, в которой находилась, придвинув к ней секретер и диван. Облила раны Беллы спиртом поверх швов и неумело наложила повязки. Было крайне неудобно делать обороты вокруг безвольного тела. Пот катился по лицу девушки, но та продолжала заматывать страшные шрамы товарища по бедам. Только был замотан последний бинт, как та откинулась назад к дивану, сидя на полу и громко выдохнув. Теперь жизнь Беллы была только в ее руках. Торговец Деревом сделала все, что был в ее силах. Ноги ныли от усталости, глаза закрывались, но она не могла уснуть. Громкий скрежет не прекращался и девушка не представляла, как можно заснуть. Часами смотря в дырки ободранной шторы, Таня сидела в одной позе. Голова уже раскалывалась от звуков, а рвотный запах давно проник в эту комнату. Было не понятно почему они до сих пор не сломали дверь. Всю ночь, рассвет продолжался этот кошмар. Эта ночь была слишком длинной для Тани. Поэтому как-только существа не смогли находится на солнце и исчезли, как-только наступила тишина и солнечные лучи стали падать на грязный пол здания, Таня задремала, накинув на девушку драный плед с дивана. Сама она положила голову на подлокотник и забылась неспокойным сном.