Тайна Золотого Феникса - Скованные одной цепью

Остаток дня прошёл без приключений, хотя очень многие до самого вечера хихикали, вспоминая «платье-невидимку» Кооппли - те, кто это видел, и пересказывали тем, кто не видел, те тоже начинали хихикать, независимо от того, были они скованы или нет. Взрослые пытались положить конец этим разговорам, но все их уговоры были напрасны. Многие из них, к тому же, были самого низкого мнения об американцах и некоторые, в частности, Петунья Блек, были убеждены, что профессор умышленно надела это злополучное платье, чтобы развращать своих учеников и никакие аргументы на них не действовали. Вечером у Гарри, впервые за всё это время, жутко разболелся шрам. Он решил лечь пораньше, чтобы отдохнуть, и сразу же уснул. И увидел сон, чего с ним давно уже не случалось. Он находился в огромном тёмном зале, освещенном несколькими факелами лишь там, где, на коленях, стоял он сам, и ещё два факела горели у подножья трона, на котором восседал Некто. И этот Некто заговорил мёртвым, механическим голосом, так, как заговорил бы робот: - Ты нашёл их, Том? - Нет, - ответил Гарри глухим низким голосом, низко склонив голову. - Ласхаринас делинфиерно! - будничным голосом проговорил Некто незнакомое заклятье и тело коленопреклонённого пронзила такая боль, рядом с которой и Круциатус не стоял. - Я вижу, тебе нравится это моё заклинание, надо придумать что-нибудь другое, более действенное, если ты и в следующий раз явишься с пустыми руками! - Но, мой господин, - простонал Гарри. - Я же приносил вам фениксов! - На кой чёрт мне эти фениксы, если они у меня не удержатся! Только если их владелец сам отдаст их тебе, они останутся у тебя! А мне нужны не Светлые, а Тёмные Фениксы, которых ещё драконами именуют! Хотя, с другой стороны, Светлые тоже необходимо прибрать к рукам, и в первую очередь мне нужен Золотой Феникс Времени! Ты идиот, Риддл! Какого… - здесь Некто ввернул столь гнусное ругательство, что его собеседник поёжился, - ты взорвал дом?! Уверен, Поттеры хранили его не в банке! Ты должен был не убивать этих идиотов, а выманить у них птицу или обездвижить и обыскать дом! А теперь попробуй, разбери, кто «ушедшему недруг»! С кем они враждовали, Том? - Со мной и моими людьми, господин… - Золотой Феникс у одного из недругов Джеймса Поттера, если только он не додумался передать птицу последнему из Поттеров, мальчишке, которого тебе так и не удалось убить! Теряешь хватку, Том, с сопляком не справился! Я уже подумываю низложить тебя и назначить Лордом… да хоть бы и Хвоста! В своей крысиной шкуре он будет мне куда полезнее, чем ты! - Мои люди никогда не примут Хвоста в качестве лидера, - возразил Гарри. - А я всерьёз подозреваю, что, по крайней мере, один из фениксов находится в Хогвартсе. После того, как вам было угодно убить Северуса Снейпа, у меня там больше нет доверенных лиц. - Снейп был доверенным лицом Дамблдора, шпионом в твоих рядах! Ты ещё спасибо сказать должен, что я избавил тебя от этого лазутчика! - вспылил властелин. - Снейп вёл двойную игру, мой господин, и он был весьма ловок, так что ему удалось ввести в заблуждение не только этого маглолюбивого идиота, но и вас, - возразил Гарри, ещё ниже склонив голову. - Во всяком случае, доступа в Хогвартс у меня больше нет. - А Хвост? - Слишком заметен, повелитель. - Какого… - властелин ввернул крепкое ругательство, - ты посеребрил ему руку?! Неужели нельзя было отрастить ему новую, из мяса и костей?! - Дело не только в этом. О том, что Хвост превращается в крысу, уже многим известно, а у этой грязнокровной заучки есть кот, который моего слугу за версту учует. Я не могу его послать. Полагаю, первый план повелителя был гениален. - Позволить Поттеру собрать всех фениксов и потом выманить у него добычу? Да, но если он завладеет отцовским золотым фениксом и разгадает его тайну… - А в чём она заключается, господин? Отчего этот золотой феникс вас так страшит? - Он способен перенести своего друга - именно друга, не владельца, но того, кого любит и кому по-настоящему доверяет, в прошлое и вернуть его обратно. Если это случится, если Поттер искренне подружится с золотым фениксом, это облегчит ему поиск сирингов. - ?! - Кретин! Неужели тебе о них ничего не известно?! - Откуда, повелитель? - Гарри теперь ужасно боялся проснуться: сон становился всё интереснее и он был убеждён, что это не просто сон, но его сознание опять подключилось к сознанию Волан-де-Морта. Но в таком случае получается, что сам Тёмный Лорд не более, чем пешка в чужой игре, слуга того, кто восседает на тёмном престоле. Но кто этот Владыка? Снизойдёт ли он до того, чтобы рассказать Волан-де-Морту о фениксах и прочем? - Первыми в мир пришли фениксы, - снизошёл. - Это были первые волшебники, чьи души после смерти не нашли успокоения и обратились в птиц, вечных птиц. Впоследствии на них было наложено проклятье, заточившее магов в бездушные предметы и только один из них, властелин жизни, уснул на многие века, чтобы пробудиться в теле человека. Этот человек будет обладать многими свойствами феникса, и, в частности, его слёзы способны будут вернуть человека к жизни. Кроме того, есть маг крови, который сокрылся так, что выявить его возможно исключительно при наличии всех прочих и найдя со всеми контакт, что сделать чрезвычайно сложно, если не сказать, невозможно. Сделать это может только тот, в ком заключены ВСЕ магические силы, понимаешь меня, Реддл? - Я не обладаю только даром прорицания, как и Дамблдор, - задумчиво проговорил Гарри. - Я не говорил, что он ими владеет, они в нём только ЗАКЛЮЧЕНЫ! - рявкнул владыка. - Это не одно и то же. Магическая сила может быть заключена и в сквибе, но это не сделает из него волшебника. Кроме того, проклятье наложено так, что, кроме мага Жизни ещё один всегда жив и является телохранителем того, кто служит колыбелью первого. Умрёт - его дух обратится в феникса, а другой из феникса обратиться в духа и в селится в человека, рождённого в то мгновение. Маг Жизни и его Хранитель должны быть рядом. - Известно ли господину, кто из магов жив сейчас? - Преданность. Но он застыл на грани между Где-то и Нигде, ни жив, ни мёртв. - Я не пойму повелителя. - И не поймёшь, пока Я тебе этого не скажу, ибо прозреть это может лишь великий светлый маг и я. Ты узнаешь, когда придёт время, не прежде. - Угодно ли будет повелителю продолжить, чтобы недостойный слуга, - тут Гарри хмыкнул во сне, - мог знать, как ему лучше и скорее выполнить волю господина? - Ладно, Реддл, внимай. Фениксы, которые мертвы, а всего их двенадцать, кроме них - Феникс Жизни, который не уходит никогда и всегда возрождается, и застывший в Безвремении, не живой, но и не мёртвый маг Преданности, - сокрыты в мире людей. Сокрыты надёжно, еще ни одному из моих слуг не удалось к ним даже приблизиться. Но, даже найдя феникса, его нельзя так просто получить, необходимо пройти ряд испытаний и таким образом доказать своё право на добычу. Если им владеет смертные, феникса нельзя ни украсть, ни купить, только получить в подарок или на временное хранение, если обладатель искомого тебе всецело доверяет и сам артефакт не против перейти к иному владельцу. Понимаешь меня, Реддл? Ты должен найти тех, у кого находятся фениксы, вкрасться к ним в доверие и выманить у них птиц. Что касается Хогвартса, то он полон моих слуг: Цепь Империо - просто гениальное изобретение. Правда, Алекто опростоволосился с теми двумя, но жертвы Астарты под ярмом и под ним останутся. - А те фениксы, которых мне удалось добыть для повелителя? - Реддл, в мире всегда царила так называемая Гармония, добро никогда не правило миром безраздельно, одновременно с ним на свет явилось зло. Были первые светлые волшебники, но были и первые тёмные колдуны, которые и прокляли противника. Но Маг Жизни сумел обратить проклятие так, что оно обратилось против тёмных магов и они превратились в драконов. Лишь спустя много веков мне удалось превратить драконов в фениксов, идентичных внешне первым, но имеющим строго противоположные средства. И опять - Тёмный Маг Крови сокрыт, Маг Смерти спит в теле человека, один жив. Этот «живой» маг - ты. Ты - Тьма. Я - Смерть, я сплю и жду пробуждения, но пробудить меня могут только двенадцать фениксов мрака. Так что ты оказал мне хорошую услугу, Реддл, отчего ты ещё жив. - Но если повелитель спит… - Я являюсь своим слугам во сне, они видят меня по ночам, как и я общаюсь с ними в мире моих кошмаров. - Означали ли предшествующие слова властелина, что только все двенадцать фениксов света способны пробудить Мага Жизни? - Именно, Реддл. Потому мои слуги и заняты поиском светлых фениксов, чтобы Маг Жизни никогда не пробудился. Кроме того, если мне удастся собрать всех фениксов, как тёмных, так и светлых, в мире воцарится Великий Хаос и я буду правителем! И трудно будет помешать этому, можно лишь оттягивать наступление Хаоса, но не предотвратить это, рано или поздно я добьюсь своего, а для того, кто вечен, столетья - что мгновенье. - И никто не властен противостоять господину? - Никто из живущих. Пока не открыта сила золотого феникса - Светлого Мага Времени. Каждый из магов имел ученика, силой немногим уступающего учителю, и эти ученики стали артефактами, так называемыми сирингами, которые, сосредоточившись в руках пробудившегося Мага Жизни, способны заключить Смерть в Ничто. Но есть и сиринги Мрака. - Что представляют из себя эти сиринги? - Того не знает никто, кроме Учителей и Учеников. Каждый сиринг являет собой предмет, принадлежащий фениксу или дракону, с ним отождествляется. Мой сиринг - коса, которой смерть косит своих жертв, и он у меня. Свой сиринг ты должен знать сам. - Угодно ли господину, чтобы наряду с фениксами верные слуги собирали ещё и сиринги? - Угодно, Реддл, ибо достаточно лишить противника только одного феникса или одной сиринги, чтобы предотвратить его пробуждение или победу, собрав то, что нужно тебе самому. Помни об этом, Тьма, и не позволь Поттеру собрать все светлые и перехватить тёмные артефакты!