Чёрная тетрадь в руках садиста - к плохой примете

      На ночных улицах Эдо сегодня было очень тихо.       Прямо мертвецкая тишь, именно такая, какую особенно не любил дьявольский зам.командующего Шинсенгуми, Хиджиката Тоширо. Который сейчас прозябал в одном из переулков, прячась за мусорными баками с биноклем в руках. Сколько он уже тут стоял? Три часа? Четыре? Пять?.. Всегда? Может, он тут вообще живёт? Может, он тут родился и вырос?..       Замком, сознание которого уже улетало в невиданные дали, сонно клюнул носом и сразу же встрепенулся. Нет, нельзя. Он на ответственном задании! Тоширо тряхнул головой и посмотрел в бинокль, в серые окна соседнего дома. Никакого движения, даже намёка на него. Но он знал, что они были там, террористы, которых полиция выслеживала уже не один месяц.       — Хиджиката-сан, Хиджиката-сан. — Он вздрогнул, когда заработала его рация. — Скажите… вы верите в богов смерти?       — Сого, ты чем там занимаешься? — Тоши устало потёр переносицу. — Надеюсь, ты на своём посту, а не где-нибудь рамен жрёшь?       Ну какого хрена, опять важное задание, и опять он работает с этим противным говнюком.       — Хиджиката-сан, Хиджиката-сан. — Сого меж тем проигнорировал его вопрос и продолжал настаивать на своём. — Скажите… как вы хотите умереть?       — Если выяснится, что ты сейчас не ведешь слежку, то я могу сказать, как ты умрёшь! — Зам.командующего начал потихоньку закипать.       — И как же?       — Сэппуку, идиот, за невыполнение своих обязанностей! — Рыкнул он в рацию.       — Сэппуку? — Задумчиво протянул капитан. — Нет, сэппуку это неинтересно. Ещё варианты?       — Что ты несёшь, придурок? — С раздражением спросил Тоширо и вновь глянул в бинокль. Ничего не менялось.       — Я просто в поисках годных идеек.       — Каких ещё идеек?! — Поморщился Хиджиката. — Сого, следи за террористами, сволочь!       — Как каких? — С неподдельным удивлением переспросил садист. — Вашей кончины, разумеется.       — Сого, я тебя предупреждаю…       — Как насчёт «Найден в окровавленном переулке с выпотрошенными внутренностями и с обмотанными кишками вокруг шеи»?       — Ты охренел?!       — Нет, тогда остальным парням будет слишком много работы по уборке. — Голос из рации был раздражающе серьёзен. — Хиджиката-сан, не подскажете способ сдохнуть болезненно и мучительно, но чтоб не слишком грязно?       — Ты сдохнешь грязно и мучительно, если сейчас же не прекратишь, и мне плевать будет, сколько времени и сил уйдёт на уборку! — Взорвался дьявольский замком. — Сколько раз мне повторить, чтобы ты вернулся к слежке, тупой кретин?!       — Осторожнее, Хиджиката–сан, у меня очень нежная и хрупкая психика. — Тоном, не предвещающим ничего хорошего, предупредил его садист.       — Да срать я хотел на твою психику, нам нужно поймать сегодня преступников, слышишь?!       — О, а это направление уже интереснее. — Тон смягчился. — Тогда как вам «Смертельно отравился любимой маркой майонеза, сдох от мучительной рвоты и болезненного поноса в туалете любимой забегаловки»? Тогда там придётся убираться работникам.       Тоширо с силой стиснул рацию в руке, чувствуя, как его уже не на шутку потряхивало от монотонного голоса его подчинённого.       — Если сегодняшняя операция провалится, Сого, то ты…       — Ладно. — Снова, как ни в чём не бывало, прервал его капитан. — Раз вы настаиваете, я исполню вашу последнюю волю.       Что он несёт, снова поморщился Хиджиката. У него уже было чувство, словно нечто из недр рации высасывало его душу. Хотя, может быть, так оно и было? Этот из кого хочешь душу вытянет и не подавится, тупой раздражающий садист.       — «Героически погиб после того, как перерезал всех террористов — случайно наступил на ржавый гвоздь и моментально умер от заражения крови». — Монотонный голос был неумолим.       — Что тут героического? — Возмутился Тоширо. — И как можно моментально умереть от заражения крови? Ты совсем идиот?       — Тц, я же хотел как лучше. — Кажется, Окита даже был обижен. — Тогда «медленно, в агонии и муках, умер от заражения крови».       — И к чему тогда была часть с террористами, а? — Фыркнул замком, и вдруг почувствовал подвох. Погодите-ка… почему он вообще втягивается в обсуждение собственной смерти?!       — Чтобы сегодняшняя операция не провалилась, Хиджиката-сан. — Недоумённо ответил садист. — Вы совсем идиот?       — Всё, Сого, я тебя точно со свету сживу. — На удивление спокойно и ровно произнёс Хиджиката. — Будешь разбирать бумаги и драить сортиры целыми днями до конца своей никчёмной жизни.       Сого, как ни странно, промолчал. Наконец-то наступила спасительная тишина. Тоши вздохнул, наслаждаясь ею. И как только раньше она могла ему не нравиться? Он был так глуп и наивен. По сравнению с бубнежом из рации — это было просто раем для его ушей и нервов.       Он посмотрел в бинокль. По-прежнему ничего.       — Вот. — После продолжительного молчания рация вновь заставила замкома вздрогнуть. О нет. — «Выиграл билет на майонезную фабрику, упал в чан с кипящим майонезом, получил несовместимые с жизнью ожоги и героически помер от отравления никотином, когда арестовывал бомжей». Как вам?       — Сссого… — выдохнул Тоши. Бинокль под его сжатыми пальцами, казалось, даже чуть хрустнул.       — Эээ, ну что теперь-то не так? — Недоумевал вредный капитан. — Ладно, плевать, просто напишу «сдох, как псина в подворотне, захлебнувшись собственной слюной от злости».       Хиджиката, который в свою очередь уже проигрывал в голове различные сценарии убийства своего подчинённого, вдруг ощутимо напрягся:       — Э? «Напишу»? Где ты что собрался написать?       — Как где? — Тоном «ты идиот?» спросил Сого на том конце провода. — В тетради смерти, разумеется.       Тоширо прошиб холодный пот.       — Ка… какая ещё тетрадь смерти? Слушай, ты…       — Не притворяйтесь дурачком, Тошши-сан. — Издевательски прервал его Сого. — Я знаю, что вы всё ещё тайком почитываете мангу.       — А что не так с мангой?! — Возмутился дьявольский замком. — Многие взрослые читают мангу, что в этом такого?!       — А ещё в вашем личном шкафу…       — Ладно-ладно! — Напрягся он ещё сильнее. — Так где ты достал эту… тетрадь, как там её? — Хиджиката сделал наигранную паузу, словно задумался. — Смерти?       — Ну. Гулял сегодня вечером, нашёл на земле.       — Какого хрена ты «гулял сегодня вечером», когда должен был стоять на своём посту, урод?!       — А? Погодите, Хиджиката-сан… — Вдруг попросил садист, и неожиданно к кому-то обратился. — Вы кто? А, вижу… Глаза? Какие глаза?       — Сого, с кем ты там разговариваешь?!       —…а, глаза бога смерти… А глаза, стреляющие лучами смерти, есть?       — Сого?! Сого!!       — Нет? Как жаль. Тогда извините, Шинигами-сан…       — Шинигами?! Ты сейчас сказал «Шинигами»?!       —…да-да, до свидания… Итак, Хиджиката-сан, на чём мы там остановились? Э? Хиджиката-сан?       Замком, уже не слушая голос из рации, вовсю несся к капитану первого отряда. Какие там нахрен террористы, если его собственная жизнь под угрозой? Как он их арестует вообще, если сдохнет в том переулке?!       — Сого! — Запыхавшись, он прибежал на пост Окиты… где безмятежно сидел и жевал анпан, спрятавшись за мусорными баками, Ямазаки.       — О. Зам.командующего? — Безэмоционально произнёс он. — У меня всё под контролем.       Заки вяло поднял большой палец вверх, не переставая поедать, словно робот, булку.       — Где Сого? — Пот градом катился с лица Хиджикаты.       — Окита-сан? Он сказал, что отойдёт поесть рамена и сделать запись в дневнике наблюдений.       — К-каком дневнике?.. — Тоширо чувствовал, что вот-вот уже готов испустить дух и без всяких там Шинигами.       — Не знаю, чёрная такая тетрадка…       Не дослушав, замком вновь понёсся по пустынной улице, на ходу соображая, где тут ближайшая забегаловка. Соображалка не подвела, и через пару минут он уже ворвался в раменную.       — О. Хиджиката-сан? — Сого действительно был здесь! — Что вы тут делаете, разве вы не должны быть на своём посту? — С садисткой ухмылкой поинтересовался он, сидя за стойкой. Перед ним стояла уже пустая тарелка и…       Тяжело дыша, замком подошёл к капитану.       — А. — Увидев, как Хиджиката таращится на тетрадь, где была уже сделана запись, Сого разочарованно вздохнул. — Она не работает. Подделка.       — Т-ты… — Тоширо поднял руку, а затем, махнув ею, обессилено опустил. Он чувствовал, что уже не в состоянии сделать что-либо своему подчинённому, всё-таки вытянувшему из него душу. Сейчас, по крайней мере. — Убью.       С этими словами он развернулся, и пошёл восвояси.       — Что это было? — Пожал плечами Окита, и хозяин забегаловки невозмутимо пожал плечами в ответ.       — Что ж, спасибо за ужин. — Вставая, садист кинул взгляд на запись в тетради.       «Хижиката Тоширо — умер от…»       Он со вздохом хотел было закрыть её и выкинуть в мусорку, как кое-что заметил.       — О. — Сого моргнул. — Я неправильно написал имя.