Миндальное печенье /сборник/

Чунмён ёрзал на жёстком стуле. Его капитанского золотого цвета водолазка неприятно липла к телу. Десятки пар глаз: обвиняющих, сочувствующих, равнодушных - скользили по нему. На судебный процесс не пускали гражданских, но зал всё равно был набит до отказа. Чунмён едва смог отыскать знакомые лица среди пёстрой толпы – его команда, его экипаж. Все они пришли, чтобы поддержать его: главный инженер Ким Чондэ, навигатор Пак Чанёль, старший офицер по связи Чхве Суён, даже медсестра Сон. И, разумеется, его первый помощник, Ким Чонин, тоже был здесь. Он сидел ближе остальных, синяя форменная водолазка с серебряным узким воротом сидела на нём идеально. Чонин сложил руки на коленях, как образцовый студент Академии, и смотрел перед собой. В его больших карих глазах плескалась тревога. Секунда-вторая-третья. Чунмён отвёл взгляд прежде, чем Чонин бы успел почувствовать, что на него смотрят. Адвокат обвинения, землянка лет тридцати, подошла к Чунмёну. У неё были светлые волосы, подстриженные в аккуратное каре, острый нос и подбородок. Чунмён обменялся тяжёлыми взглядами со своим адвокатом, мистером Ли. Эта дамочка явно была настроена решительно. - Сторона обвинения просит использовать прибор Veritas во время допроса, - деловито начала адвокат, её тонкие губы растянулись в неприятную официальную улыбку. - Разрешаю, - ответил судья. Чунмён не был удивлён ни этой просьбой, ни решеньем судьи, он лишь рассеянно и как-то обречённо подумал, что среди присяжных было всего два эксопланетянина, двое вулканцев (эти точно будут не за Чунмёна), одна зеленокожая орионка и трое землян. Прибор Veritas, прикреплённый к стулу Чунмёна и призванный распознавать правду и ложь, неприятно запищал. - Сканирование завершено, объект - Ким Чунмён, капитан звездолёта «EXO», - сообщил механический голос. - Можете приступать, мисс Шарп, - разрешил судья. - Благодарю, ваша честь. Чунмён приосанился, готовясь встретить любые трудности с гордо поднятой головой. Как всегда. - Мы собрались здесь, чтобы выяснить подробности инцидента, произошедшего неделю назад на планете demendum-5 в бета-квадранте Млечного Пути, - начала мисс Шарп уверенным голосом. – Как было сказано в отчёте, экипаж звездолёта «EXO» высадился на поверхность планеты, чтобы собрать образцы растений и каменных пород для дальнейшего научного изучения. Миссия должна была пройти гладко, без возможности местных жителей обнаружить их. Но ввиду непредвиденных обстоятельств, не только члены экипажа, но и сам корабль «EXO» оказались в поле зрения аборигенов, - мисс Шарп замерла как раз напротив Чунмёна. - Не могли бы вы прокомментировать, какие обстоятельства вынудили вас, капитана Звёздного флота, пренебречь уставом? Чунмён не мог не признать, что мисс Шарп блестяще справилась со вступительной речью. Теперь все присутствующие смотрели на него с осуждением. Чунмён прочистил горло. - Когда член моего экипажа собирал образцы каменной породы близ вулкана, случилось извержение. Нашему кораблю пришлось войти в атмосферу, чтобы осуществить спасательную операцию. Верно, - вынес вердикт прибор. Мисс Шарп поджала губы. - Осознавали ли вы, что ваши действия нарушали главную директиву Звёздного флота о невмешательстве в развитие инопланетных культур? - Да, - незамедлительно отозвался Чунмён. Верно. На миг мисс Шарп опешила от такой прямолинейности. - Вы знали, что нарушаете устав, и всё равно сделали это? – спросила она с долей удивления. - Я уже ответил, - Чунмён вымученно улыбнулся, - это была вынужденная мера, жизнь одного из членов моего экипажа была под угрозой. Верно. - То есть, вы хотите сказать, что существуют такие обстоятельства, при которых устав Звёздного флота может быть проигнорирован? - Когда на кону жизнь члена экипажа, да. Верно. - Согласно отчёту, - мисс Шарп ухмыльнулась, - таких обстоятельств, при которых вы позволили себе нарушить устав, было три. И это данные только за последние полгода. Чунмён напряжённо кивнул, обвинитель продолжила свою речь: - И каждый инцидент тем или иным образом связан с вашим старпомом, Ким Чонином, - ухмылка на лице мисс Шарп стала шире, будто бы она долго ждала, чтобы задать следующий вопрос: - Как вы можете прокомментировать это? Чунмён сглотнул. На миг он встретился с Чонином взглядом. Первый помощник смотрел на него виновато. Чунмён отвёл взгляд. - Как вы уже сказали, - начал он уверенным голосом, - он мой старпом. Разумеется, мы, как главы командного состава, берём на себя большую ответственность и чаще подвергаемся риску. Верно. Мисс Шарп хмыкнула, явно не удовлетворённая ответом. - Оставим инцидент на demendum-5, где вашему старпому угрожала смертельная опасность, поговорим о случае с tempore-3. Вы должны были доставить провиант на их космическую базу не позднее указанной в соглашении звёздной даты, но задержались на два дня. В отчёте сказано, это время вы провели на ближайшей базе Звёздного флота, потому что вашему старпому нездоровилось. Как вы можете объяснить это? - Никак иначе, чем сказано в отчёте, - ответил Чунмён, не колеблясь. - В космосе много неизученных инфекций, и Чонину… моему старпому действительно требовалось лечение. - Требовалось настолько, что вы, как капитан, позволили себе нарушить шестую директиву? – голос мисс Шарп зазвучал резко. - Не думаю, что кто-то на tempore-3 скончался оттого, что мы привезли им молочную продукцию на два дня позже, - Чунмён улыбнулся самой яркой своей улыбкой. Верно. В зале суда послышались редкие смешки. - Вы находите забавным пренебрежение правилами, капитан? – спросила мисс Шарп, еле сдерживая раздражение. - Я должен заботиться об экипаже. - Вы уходите от ответа! Вы признаёте наличие эмоциональной скомпрометированности между вами и вашим первым помощником? Вопрос прозвучал, как выстрел. В зале суда сразу стало преувеличенно тихо, до ушей Чунмёна донёсся удивлённый возглас его первого помощника, но Чунмён намеренно не смотрел в его сторону, чтобы сохранить самообладание. - Протестую, ваша честь! – взвился адвокат защиты. – Какое отношение это имеет к… - Протест отклоняется. Отвечайте, капитан Ким. Чунмён почувствовал, что это конец, что его сейчас раскроют, и всё будет кончено. Но он лишь сделал глубокий вдох и ответил спокойным голосом: - Думаю, вам следует уточнить вопрос. Что вы имеете в виду под «эмоциональной скомпрометированностью»? - Наличие между вами отношений, выходящих за рамки дружеских, - милостиво объяснила мисс Шарп. Чунмён подумал, у него ещё есть шанс, потому что фактически никаких отношений, кроме дружеских, между ним и Чонином не было. - Тогда нет, мы не эмоционально скромпо… в общем, мой ответ отрицательный. Верно, - подтвердил прибор. Мистер Ли выдохнул с облегчением, но обвинитель по-кошачьи прищурилась. - Капитан Ким, - начала она нарочито спокойным голосом, - возникало ли у вас желание состоять в любовных отношениях с вашим первым помощником? - Протестую! Протестую, ваша честь! Мой подзащитный не обязан отвечать на личные вопросы. - Но если эмоциональная скомпрометированность имеет место быть, это априори лишает капитана Кима права управлять кораблём далее, - встряла мисс Шарп. - Протест отклонён, продолжайте, мисс Шарп. - Итак? – обвинитель изогнула бровь. – Испытывали ли вы желание состоять с Ким Чонином в любовных отношениях? Чунмён медлил. Очень прямой вопрос. Ни единой возможности обойти детектор лжи, потому что… - Да, возникало. Верно. Зал охнул, обвинитель не смогла сдержать победной ухмылки. - Ким Чунмён, - она словно намеренно опустила «капитан», будто бы вердикт уже был вынесен, - вы любите Ким Чонина? На этот раз мистер Ли не стал вмешиваться. Он понурил голову, понимая, что их уже ничто не спасёт. Чунмён тоже это понимал. Всё, что можно было потерять, он уже потерял. Ему оставалось только ответить на вопрос, глядя прямо в широко распахнутые глаза своего (теперь уже бывшего) старпома: - Да, люблю. Верно. - И не жалею ни об одной нарушенной директиве. Верно. - У обвинения больше нет вопросов.

***

- Капитан! Капитан Ким, подождите! - Я больше не капитан, Чонин. Ты что, не слышал решения суда? Оно не стало для Чунмёна неожиданностью. Признаться, он с самого начала знал, как всё обернётся, но он ни о чём не жалел. Разумеется, всё должно было закончиться так – увольнение из Звёздного флота ещё не самое строгое наказание за нарушение главной директивы. - Пожалуйста, постойте, - Чонин нагнал его и схватил за руку. Чунмён обернулся. Чонин, раскрасневшийся от бега и переживаний, тяжело дышал, и даже в такой момент (Чунмён не смог не отметить) он выглядел потрясающе привлекательно. Ему вспомнилось, как в тот ужасный день на demendum-5 на Чонина надвигалась лава, как он просил по интеркому бросить его, улететь, оставить его умирать в огненной жиже на чужой планете… Нет, Чунмён не мог следовать правилам, если это подразумевало смерть его первого помощника. Нет таких правил, которые он бы не нарушил ради него. - Не переживай, - Чунмён улыбнулся, - они не посмеют выгнать тебя. Ты тут не при чём, поэтому ты продолжишь службу на корабле. Я знаю, как для тебя это важно, так что… - Капитан… - Чонин перебил его, - хён, послушайте! Единственная причина, почему я пришёл в Звёздный флот… - он покраснел ещё гуще, - я хотел быть там, где вы, капитан. Чунмён покачал головой, отказываясь верить собственным ушам. Он всё это время был уверен, что его чувства не взаимны. - Пожалуйста, - прошептал Чонин, хватая Чунмёна за рукав водолазки, - куда бы вы ни шли, возьмите меня с собой. Я… я тоже люблю вас… тебя. Очередное «не по правилам». Но Чунмён уже столько нарушил, что… - Пошли, - он потянул Чонина за собой. Чунмён пообещал себе, что поцелуи в турбо-лифте главного здания Звёздного флота станут последними нарушениями в его жизни. Наверное.