Дитя пророчества

Проснулся Куран не от того, что жизнь прекрасна, а от пристального взгляда аметистовых глаз. Сонно зевнув и потянувшись, брюнет открыл глаза. И тут же столкнулся с мрачным взглядом, который словно прожигал в нем дырку. И, естественно, с дулом Кровавой Розы, приставленной к виску. Такого «приятного» утра у Канаме еще не было. Нервно сглотнув, он сел на кровати, облокотившись спиной о подушку и снова посмотрел на Кирию, уже одетого, причесанного и умытого. И когда только успел? Но, как Король с удовлетворением смог заметить, Зеро сидеть вообще не мог, а просто стоял рядом с кроватью, свободной рукой и с недовольным видом потирая пятую точку. Значит, ночь все же удалась. - Может, пушку уберешь? Брюнет косо посмотрел на Кровавую Розу. Пожалуй, у Кирию вполне хватит наглости просто взять и выстрелить. И совесть мучать его не будет. Еще и на пепелке станцует от радости, если чистокровный вдруг откинется. И Канаме это прекрасно понимал. Но от этого было и какое-то удовольствие. Еще никогда у него не было такого парня или девушки. Блондин обладал просто очаровательным, наглым и бесстыжим характером. Вроде и невинная внешность, больше похож на ангела, чем на уровень Е или охотника, отправившего на тот свет уже не одну сотню вампиров. - Обойдешься. Будешь дергаться – прибью на месте. Канаме нахмурился и мрачно глянул на Зеро. Такое отношение Курану аж никак не нравилось. Одно дело наглость, а другое дело вот так дерзить. Тем более, сейчас его настроение порядком подпортил пистолет, из которого мальчишка выстрелит, даже не задумываясь. Многовато он себе позволяет по отношению к своему Королю. Особенно если учесть, что тот полностью зависит от него. Не дашь ему крови – и загнется мальчишка. Ну или станет уровнем Е. - Ты себе слишком многое позволил. Надо думать, прежде чем тявкать на меня. Пора бы тебе запомнить свое место. Выбив из рук возмущенного блондина пистолет, Куран схватил его за волосы и притянул к себе. Повалив брыкающегося парня на кровать и крепко держа его за запястья, он не давал ему вырваться. Не обращая внимания на маты в свой адрес со стороны Кирию, брюнет дотянулся до своего галстука, валяющегося на стуле. Крепко связав ему руки, вампир с облегчением вздохнул и встал с кровати. - Сволочь, ты что делаешь? Совсем охлял, пельмень ряженый? Зеро, все еще лежа на кровати, пытался развязать руки. Увы, безуспешно, галстук был завязан на бледных запястьях намертво. Парень с сожалением посмотрел, как Кровавая Роза отправилась в дальний угол комнаты. Последняя надежда сейчас лежала в темном углу, до которого ему было никак не добраться, Куран помешает в любом случае. - Ты до сих пор не понял, кто ты, а кто я? Мужчина отшвырнул пистолет куда подальше и со спокойной совестью оделся. Но услышанные слова его явно не порадовали. Канаме недобро прищурился и снова подошел к кровати, на которой Зеро все так же безуспешно старался освободить руки и выпутаться из одеяла. Весьма мило смотрится. Но сейчас хотелось наконец-то поставить его на место. - Да понял я. Ты просто зазнавшийся чистокровка, который ни о ком кроме себя не думает. Соврем сдурел от похоти и фальшивых благодеяний. Мальчишка его злил все больше. Непокорный, сука. «Пожалуй, рубашка на нем излишня. Без нее он гораздо красивее.» - потакая своим мыслям, Куран просто содрал ее с тела удивленного мальчишки, даже не удосужившись расстегнуть. Наклонившись, брюнет властно поцеловал его в мягкие губы, не обратив внимания на сопротивление и металлический привкус крови во рту. Неважно, каким образом, но он подчинит его себе . Проведя холодной рукой от шеи, по плечам, груди и животу, следка оцарапав нежную кожу. Расстегнув ремень, брюнет посмотрел в испуганные аметистовые глаза. Вот что за хрен? И поиметь хочется, и подчинить, а жалко! И что с ним делать-то... Нет, все равно этот мальчишка будет подчиняться ему. Ему, и только ему. Зеро, просто опешив от такой наглости, первые минуты просто испуганно смотрел, как губы чистокровного покрывают его поцелуями и легкими укусами, оставляя на коже яркие собственнические следы, и как с него вот-вот стянут штаны и просто поимеют, как только смогут. Но и блондину такое отношение к себе не нравилось. Он ни за что не станет спокойно смотреть, как его изнасилуют! Хорошенько заехав коленом по животу брюнета, тем самым отвлекая его и заставляя сдавленно охнуть, Кирию умудрился вырваться из цепких прохладных рук и соскочить на пол. А точнее кубарем скатиться на ковер, чудом не свернув шею. Не дожидаясь, пока его прибьют на месте, он кинулся в тот угол. Подыхать – так хоть с оружием в руках. На ходу вытащив перочинный нож из кармана штанов, попытался распилить галстук. Правда, было очень неудобно, руки-то были связанными, резать ткань было до жути неудобно. - Я же с тобой хотел по-хорошему. Думал тебе предложить встречаться. А ты как шлюха носом вертишь и брыкаешься. Чего?! Встречаться? Это он серьезно или шутит? Зеро просто был в смятении, замерев на месте, так и не распутав завязанную ткань. Не успел он опомниться, как сверху на него навалился Куран, придавливая своим весом к полу и тут же выхватывая нож из рук. Ярко-красные глаза не предвещали ничего хорошего. Кажется, сейчас от одного наглого блондина останется один пепел. Ну, или его сначала поимеют во всех позах, а потом уже отправят на свидание к родителям и братишке, если он уже помер. Но не тут-то было. Просто так он решил не сдаваться. Огревши связанными руками по голове несчастного вампира, Зеро с удивлением услышал звук рвущейся ткани. Сначала блондин надеялся, что проломил череп охуевшему чистокровному. Но оказалось, что это галстук не выдержал и, разорвавшись на две части, упал на пол, освобождая руки, на которых уже красовались синяки от недавних пут. - Живым не дамся! Недолго думая, Кирию с скинул с себя разъяренного до белого каления Короля и потянулся за пистолетом. В комнате раздался щелчок пистолета, снятого с предохранителя. Дуло снова приставили к голове Канаме, который уже стал сожалеть, что не прибил слишком строптивого юнца сразу, еще при первой встречи. А что? Так всем было бы безопаснее. Айдо, без стука вломившийся в комнату с радостными воплями, тут же осекся на полуслове. Перед ним предстала странная картина: грязнокровка с расстегнутыми штанами, без рубашки и с засосами по всему телу лежит на полу. Над ним навис его обожаемый Канаме-семпай и держит в руках нож, при этом вид у него такой, словно его огрели сковородкой по голове. От одного взгляда алеющих глаз можно было отправиться на тот свет. Но самое стремное – это то, что этот наглец приставил к его голове свою дрянную Кровавую Розу и вот-вот мог выстрелить. Его останавливало лишь одно «но». И это был Уголовный Кодекс. Ханабуса растерянно переводил взгляд то на Кирию, который и сам не знал, в которую из мишеней стрелять в первую очередь: блондина, или ненавистного Курана, то на Канаме, который не шевелясь пилил взглядом охотника. - Упс... Кажется, я временем ошибся... и дверью...