Маленькая жизнь

      ― Садись, ― бросил Снейп, когда Гарри по указанному времени пришел на занятия.       Гарри выглядел расстроенным и подавленным.       На самом деле он еле стоял на ногах: чувствовал, что у него поднялась температура, ощущал слабость, но не обращал внимания — после особо жестоких наказаний Гарри часто чувствовал себя подобным образом и уже привык. Единственное, к чему он так и не смог привыкнуть за много лет — стойко выносить ужасающую боль, которая одолевает раны еще некоторое время.       Сейчас Гарри не был настроен заниматься чем-либо, но ему было не все равно, что подумает об его отсутствии Снейп. Именно поэтому, закончив дела как можно быстрее, Гарри поднялся наверх в надежде, что сегодня его больше никто не побеспокоит.       Кивнув предложению учителя присесть, Гарри подошел к кровати напротив и опустился на нее, осторожно опершись о спинку. Когда напряженное выражение лица сменилось на облегченное, Снейп странно сузил глаза, но промолчал.       ― Сэр, простите, что я был груб с Вами, ― тихо сказал Гарри и опустил взгляд. ― Я на самом деле не хотел Вам хамить. И я совсем не хотел тогда ссориться с Вами и говорить Вам, что Вы… В общем, эм, ну… Говорить то, чего не нужно было говорить.       Снейп поднял в немом вопросе левую бровь.       ― Неужели?       Гарри несколько минут смотрел на свои ботинки. В животе все рухнуло, когда Снейп начал говорить своим обычным тоном, но не сдался. Он с самого начала думал, стоит ли вообще просить об этом, и в конце концов решил, что попробовать можно. Естественно, Гарри и не надеялся на то, что Снейп согласится сохранить его тайну, но попытка не пытка. Пусть это очень стыдно.       Но на этот вопрос Гарри не ответил.       ― Позволь поинтересоваться, зачем ты говоришь мне это?       Гарри с трудом сглотнул. Перед ним сейчас стоял выбор — говорить или нет, и он не знал, что выбрать. Не знал, как Снейп отреагирует на просьбу, да и вообще его до сих пор иногда мучает совесть случайно пророненного «Нюниуса» в ходе разговора.       ― Просто я…       ― И если ты на самом деле думаешь, что ответ: «Я просто чувствую себя виноватым» прокатит, ты еще тупее, чем я думал.       Гарри закашлялся. И что теперь нужно говорить? Ладошки взмокли. Гарри не знал, почему так боится и куда подевалась вся его смелость, но сейчас хотел быстрее закончить этот разговор. Гарри не знал, куда деть свои руки, не знал, куда ему смотреть.       ― В общем, ― начал Гарри и решился поднять глаза, но все равно не собирался смотреть в глаза Снейпа, ― сэр, я… хотел… эм… хотел бы Вас, сэр, но…       В одно мгновение Снейп прыснул от смеха, вздернув уголки губ вверх, и Гарри понял — он правда сказал что-то смешное. Вдумавшись в свои слова, он сильнее залился краской и снова опустил голову. Гарри знал, что ничего хорошо не произойдет, если он не возьмет себя в руки, вот сейчас он и опозорился перед Снейпом — уже, между прочим, в который раз за лето. «Хотел бы Вас, сэр», ― это же надо было настолько растеряться, чтобы сказать такое Снейпу.       Видеть профессора Снейпа, сдерживающим смех, было странно, но Гарри подумал, что уже перестает удивляться таким мелочам чаще и чаще. Эх, будь бы здесь сейчас Рон, он, наверное, сбежал при виде такой картины. Улыбающийся Снейп.       ― Я вот, Поттер, уже давно задумываюсь по поводу твоей ориентации, ― как бы задумчиво и напущено серьезно выдал Северус, но когда Гарри поднял взгляд и нахмурил брови, он по-настоящему улыбнулся.       ― Это не смешно, сэр, ― по-детски надуто и обиженно пробубнил Поттер себе под нос, скрестив руки на груди, на что Снейп лишь выдохнул и ответил:       ― Ты прав. Что же в этом смешного? Это только твой выбор.       Гарри уже хотел начать кричать, но когда увидел, что Снейп просто шутит, и сам не смог сдержать рвущийся наружу смех. Нельзя сказать, что он расхохотался, но хмыкнул уж точно.       Только в следующую секунду пришло осознание, что он сейчас сидит и смеется со Снейпом. Внезапно Гарри накрыла волна отвращения. Фу. Еще буквально вчера он думал о том, как же ненавидит этого человека, а уже сейчас сидит и смеется вместе с ним с низкосортной шутки.       Эта мысль заставила Гарри посерьезнеть.       Снейпу видимо эта мысль напомнила о том, что он терпеть не может этого гриффиндорского выскочку. Только последние несколько часов у него почему-то начали немного обрисовываться грани между Гарри и Джеймсом.       В голове у него слишком хорошо засел тот вечер, когда Поттер, не подумав, подобно своему отцу, выкрикнул то, что в юности не давало Снейпу покоя. На самом деле, Снейп тогда едва сдержался, чтобы не влепить мальчишке пощечину, но когда ненависть отступила на задний план, он допустил мысль о том, что Гарри ляпнул это специально, чтобы задеть его. Еще и сгоряча.       ― Сэр, ― прервал поток мыслей Снейпа Гарри уже более уверенным голосом, ― я хотел бы попросить Вас никому не говорить о… о…       Снейп свел брови к переносице и спросил:       ― О том, что ты страдаешь необоснованным чувством вины за смерть Седрика Диггори и корчишься от ночных кошмаров, которые полностью завладевают твоим сознанием? Ты идиот?       Гарри насупился и моментально забыл о том, что пару минут назад Снейп не был ему так противен. И на что он надеялся? Зачем ему вообще надо было унижаться и просить?       ― Я не идиот, профессор, ― сказал Гарри. ― Просто не хочу, чтобы об этом знал весь Слизерин.       Снейп едва не поперхнулся и вскочил со стула, нависнув над Поттером, словно гром.       ― Причем здесь мой факультет, Поттер? Почему ты до сих пор никому не сказал о том, что тебя мучают кошмары?       Гарри стиснул зубы.       ― А кому я должен был сказать?! ― крикнул Гарри. Он чувствовал, что понемногу начинает выходить из себя. ― Кому? Дамблдору? Да ему все равно, что со мной происходит, лишь бы я был жив для того, чтобы у него был шанс победить в этой войне!       Северус сжал губы в тонкую полоску.       Гарри почувствовал укол совести оттого, что позволил себе сказать такие слова о директоре. И вообще, зачем он это сказал Снейпу? Слишком много его лишних мыслей сейчас услышал Снейп, и Гарри взмолился, чтобы он принял это просто за срыв. Выдохнув, Гарри пролепетал:       ― Извините, сэр.       ― Я не намерен выслушивать твоих истерик, ― без намека на единую эмоцию выдал Снейп. ― Сядь и успокойся!       Гарри, естественно, разозлился на него еще сильнее за такой тон и явный приказ, но это был неплохой совет.       Внутри разыгралась буря, унять которую помог глубокий вдох. Гарри закрыл глаза и представил, что у него все хорошо. Что он целое лето просто делает то, что ему приказывают, и не нарывается на наказания, а Снейпа рядом нет. Ну чем не идеальное летнее времяпровождение?       ― Пожалуйста, профессор, не говорите никому, ― Гарри опустил голову. ― Не говорите, и я сделаю все, что Вы мне скажете, ― он чувствовал себя униженным, но другого выхода не было.       Северус сузил глаза и закусил губу, тщательно изучая лицо Поттера.       ― Я никому не скажу, Поттер, если ты сам расскажешь обо всем директору. Или же должным образом будешь заниматься со мной, чтобы стать хозяином своего сознания. Но если я сочту нужным, ты должен будешь рассказать об этом. Это может быть опасно.       Гарри выдохнул. Сейчас он был готов на все, лишь бы никто не узнал о его жизни таких подробностей.       ― Я буду заниматься, сэр, только…       ― Поттер, если тебе всегда нужно повторять по два раза, чтобы до тебя дошло, то мне нет.       Гарри лишь кивнул. Ну, хоть сейчас у него получилось хотя бы о чем-то договориться с этим идиотом.       ― Ты все еще не хочешь рассказать мне про кошмары? ― спросил Снейп и выжидающе уставился на мальчишку.       Гарри едва сдержался, чтобы не фыркнуть.       ― Не хочу, сэр. Спокойной ночи, ― отрезал Гарри и прыгнул в свою кровать, даже не потрудившись сделать вид, что переодевается.       Снейп же после этого еще долго смотрел на силуэт Поттера за ширмой и думал. Этот мальчик не так прост, как кажется.

***

      Когда утром Снейп проснулся, Гарри в комнате уже не было. «С самого утра гуляет», ― первая мысль, промелькнувшая в голове. Северус едва сдержался, чтобы в приступе раздражения не закатить глаза. Поттеру стоило бы готовиться к сдаче экзаменов и главной битве в своей жизни, а он шатается черт знает где.       Вообще, если честно, Северусу было плевать, когда Гарри Поттер возьмется за ум, просто директор не оценит, если его драгоценный мальчик вернется в школу еще тупее, чем был. По крайней мере, Альбус рассчитывает на то, что Северус подтянет мальчишку в некоторых темах.       Северус поднялся и одним взмахом палочки застелил постель. Резко в голову пришли вчерашние слова Поттера по поводу Дамблдора. Неужели он такого мнения о директоре на самом деле? Северус хмыкнул. А он не так глуп, как кажется с первого взгляда — Гарри потребовалось немного времени, чтобы догадаться о том, что Альбус ведет собственную игру. Нет, он любит Гарри как собственного ребенка, готов жизнь свою отдать за этого мальчишку — но лишь тогда, когда выиграет битву. Это личная борьба Дамблдора и Волдеморта. И неизвестно, кто выйдет из нее победителем.       Приняв душ, Северус приготовился выходить из дома. Сегодня ему нужно вернуться в лабораторию и закончить важный заказ. Прихватив с собой справочник, он подошел к двери и дернул за ручку, но шевеление внизу гостиной заставило остановиться.       Слышно было, конечно, плоховато, но с большим усилием можно было что-то разобрать. Конечно, Северус никогда в жизни не стал бы подслушивать, так как считал это уделом малолетних тупорылых гриффиндорцев, но не в этом случае. Голос Гарри Поттера не узнать было просто невозможно, как и не смог не узнать Северус противный визг сестры Лили.       ― Нахлебник чертов! ― визжала женщина.       Снейп, даже не подходя ближе, отчетливо слышал звуки крепких затрещин.       ― Я этого не делал, тетя, ― голос Поттера. Честно говоря, до тошноты правильный и вежливый. Нельзя сказать, что Снейпу не пришлось это повиновение по душе, но раньше он довольно редко слышал такого Гарри.       Конечно, Северуса с самого начала обеспокоили отношения Поттера и его дяди, но тогда на вокзале он решил, что мальчишка просто что-то натворил. Теперь оказалось, что и с теткой далеко не все так радужно, как рисовал себе. Или Поттер на самом деле сделал что-то ужасное?       ― Да как ты смеешь! ― пощечина. ― Ты здесь на птичьих правах, урод! ― пощечина. ― Быстро пошел и сделал так, чтобы с Дадли…       Дальше Северус слушать не стал. Ему срочно было нужно отправляться на место работы, а с Поттером поговорить и все выяснить он сможет позже. Честно, Северус все больше и больше склонялся в сторону варианта, что Петуния на самом деле перегибает палку тем, что налево и направо раздает затрещины, но ведь Золотому мальчишке не повредит немного воспитания, верно?