Родные

Из леса, в нескольких метрах от фуры, вышел Богданов, за которым следовала Ума. — Кот, принимай беглеца, — сказала она, но Ионов не отреагировал, продолжая смотреть на человека, чьего лица Олеся не видела. Кивком поблагодарив спецназовца, который повёл Богданова к машине, Ума убрала автомат за спину и направилась к грузовику. — Кот, ты чего завис? Заметно дрожащий от холода человек в чёрно-красной куртке повернул голову, и Олеся узнала его. — Физик... — удивлённо выдохнула она. Растерянный Мыцик слабо улыбнулся, попытался шагнуть навстречу и, едва не упав, тяжело опёрся на борт прицепа. Почти бегом преодолев оставшееся расстояние, Ума крепко обняла Сергея. — Я так рада встрече!.. — прошептала Олеся. — Я т-тоже... р-р-рад... — заикаясь, ответил он. Ума успела заметить иней на усах, почувствовала дрожь Мыцика, потому вскоре мягко отстранилась и произнесла: — Пойдём в машину. Олеся подхватила Сергея под локоть, и они неспешно направились к микроавтобусу. Не обращая внимания на Бизона, опиравшегося предплечьем на капот и нервно сжимавшего кулак, Ума открыла дверь, помогла Физику забраться в салон, нашла плед и, закутав Сергея, вновь обняла его. Одной рукой прижав к себе Олесю, Мыцик прерывисто вздохнул и прикрыл глаза, снова чувствуя себя живым.

* * *

Микроавтобус заехал на подземную стоянку базы. Из салона вышли Ворон и Мастер, сопровождавшие задержанного. Багира, ехавшая на переднем сидении, не спешила за ними, невидящим взглядом смотря перед собой. Двери лифта разъехались, и на стоянку вышел Пригов. — Ну что, поздравляю вас с успешным завершением операции, — подойдя к микроавтобусу, сказал он. — Ведите задержанного в допросную. — Есть, — ответил Ворон. Когда лифт с Савиным и Кочневым уехал, передняя дверь микроавтобуса распахнулась, и Владимир сделал шаг назад. Из машины вышла Кошкина. Она подошла к Пригову и произнесла: — Я могу понять твои сомнения в новичках. Но неужели мы с Батей и Бизоном — да и Кот с Умой — так и не стали для тебя людьми, заслуживающими доверия? Багира махнула рукой, в которой по-прежнему была зажата шапка, и, не желая ждать лифт, пошла к лестнице. — Рита! Рита, послушай... — начал было Пригов, но Кошкина не остановилась и даже не обернулась, будто за её спиной никого не было. Микроавтобус со второй группой на стоянке встречала Кошкина, успевшая переодеться в штабную форму. — Ну что, ещё повоюем? — обняв Физика, улыбнулась Рита, смаргивая вновь навернувшиеся слёзы. — Я бы с радостью, да вряд ли меня допустят, — вздохнул Мыцик. Свидетель разговора — сбежавший из лазарета Корнет, собиравшийся съездить в город, вдруг подумал, что Кошкиной как нельзя лучше подходит её псевдоним. Он будто видел крупную хищную кошку с топорщащейся на загривке шерстью, припавшую на передние лапы, готовую отразить атаку противника. Но противника рядом не оказалось. И хищница, словно домашняя кошка, сворачивалась клубком рядом с тем, кого считала своим. Костыгов покачал головой, прогоняя видение, и шагнул тень, не желая привлекать внимание. — Пусть только попробуют к нестроевой не допустить, — возразила Багира. — Мне толковые люди в ИВЦ позарез нужны. — Значит, ещё повоюем, — слабо улыбнулся Сергей. — Да, ещё повоюем...