Преданный одному сердцу

      Вэн медленно стал просыпаться и вспоминать события минувших нескольких часов. Он не знал, сколько именно спал, однако чётко понимал, что находится не у себя дома и не в своей кровати. Запахи сильно отличались, хотя и не вызывали неприятных ощущений. Даже наоборот что-то приятное и успокаивающее. Однако увидеть помещение омега так и не смог. Его глаза были закрыты повязкой, и даже попытка снять её, двигая головой по подушке, не помогла. Вдобавок ко всему связанными оказались и его руки за спиной. Вэн сел на кровати и стал оглядываться, но под плотную повязку не попадала даже капелька света. Впрочем возможно в помещении и без того было темно.       Блондин вспомнил, как он шёл с АРоном по парку и как тот приревновал его к новенькому. А после слов Вэна о том, что им стоит разойтись по домам, альфа внезапно рассердился и буквально набросился на омегу, целуя в губы. Однако неизвестно откуда появился незнакомец в капюшоне. Он отбросил АРона и не позволил тому больше обижать блондина. Более того поднял на руки и унёс в неизвестном направлении. Хоть Вэн и был в шоковом состоянии, никак не реагируя на незнакомца, но всё же припомнил довольно дорогую машину, в которую его посадил незнакомый альфа. А затем ему всучили в руку бутылку воды. С трудом сделав пару глотков, Вэн постепенно расслабился, а потом и вовсе заснул. После чего очнулся уже связанным и в полном одиночестве. Успокаивало его только одно: он был в уютной кровати, а не в холодной подвальной камере. Значит можно предположить, что как минимум убивать его никто не собирается. Однако и быть изнасилованным ему тоже не хотелось.       Внезапно по левую сторону послышался скрип двери и чьи-то шаги. В нос блондина сразу ударил запах мёда и корицы, почему-то немного успокаивая. Возможно причиной тому было то, что именно эти ингредиенты довольно часто Вэн добавляет себе в утренний чай, чтобы взбодриться. Однако сейчас он отчётливо понимал, что запах исходит от неизвестного, являющегося альфой. Незнакомец сел на край кровати, поправив одеяло на ногах омеги.       - Доброе утро, - сказал альфа спокойным голосом. Если бы не повязка и связанные руки, то блондин бы посчитал, что незнакомец о нём искренне беспокоится. – Как спалось?       - Где я? – Вэн был немного грубее, чем следовало бы. Однако ему хотелось поскорее хотя бы увидеть, где он находится и кто перед ним.       - В моём временном доме.       - Почему я связан?       - Я не хотел, чтобы ты навредил себе.       - Зачем мне это делать? Ты кто такой?       - Твой друг, так что не переживай, - в голосе слышалась только нежность. Словно незнакомец с наслаждением смотрит на омегу, просто радуясь, что тот рядом.       - Мой друг бы никогда меня не связывал, - возмутился Вэн, дёргая руками. – Сними хотя бы повязку. Я хочу видеть.       - Я так рад, что ты в порядке, - незнакомец совершенно не обратил внимания на слова омеги. – Ты стал ещё красивее и смелее. Я правда этому очень рад.       - Кто ты? – блондин повернул голову в сторону альфы, и внезапно ощутил чужие губы на своих. Мягкие, тёплые и совершенно не требовательные. Для Вэна это стало такой неожиданностью, что он даже не отстранился. А незнакомец, завершив поцелуй, просто прижал парня к себе.       - Вэн, как же я скучал по тебе. Пожалуйста, выслушай меня, - блондин молчал, чувствуя лёгкое головокружение от запаха, который буквально окутывал его, почему-то едва ли не принуждая послушаться альфу. – Я люблю тебя больше жизни и сделаю всё возможное, чтобы наша семья была вместе. Никто больше не навредит тебе. Только не отталкивай меня.       - Джин… ДжинХо? – почти прошептал омега, вздрагивая от воспоминаний прошлого.       - Да, это я, - ещё более тихо, чем Вэн, сказал альфа. А затем отстранился и снял повязку с омеги. Сначала тот заморгал, стараясь привыкнуть к яркому дневному свету. А после перевёл взгляд на ДжинХо, который всё это время не сводил глаз с блондина. Альфа довольно сильно изменился. Когда-то тёмно-русый парень тепел был черноволосым и коротко стриженным. Лицо стало более мужественным, впрочем как и всё тело. За прошедшие годы брюнет явно времени не терял, делая из себя ещё более привлекательного парня, чем раньше. Тёмно-зелёные глаза смотрели с волнением и теплотой, а не с безумным возбуждением. Ведь именно этот взгляд отпечатался в голове Вэна, когда во время его первой течки, ДжинХо на протяжении нескольких часов не отпускал омегу. А когда три года назад альфа вернулся из-за границы, то им толком и не удалось увидеться. Родители категорически запретили, намереваясь отправить теперь уже младшего учиться за границу. Но спустя несколько дней ДжинХо попал в тюрьму, обвиняемый в убийстве родителей, а Вэн уехал из города, надеясь забыть обо всё своём прошлом, кроме маленького малыша, которого ему так хотелось найти.       - Когда ты...? Как ты…? – не мог сформировать свою мысль блондин.       - Несколько месяцев назад, пересмотрев моё дело, меня отпустили. После чего я отправился на твои поиски и нашёл тебя здесь. Но не стал показывать себя, просто наблюдая. Не знал, как показаться тебе на глаза. Ведь из-за наших родителей у тебя обо мне не самое лучшее мнение.       - Развяжи меня, - потребовал Вэн, меняясь в лице.       - Не сейчас.       - ДжинХо, я не собираюсь становиться твоей игрушкой. Отпусти меня, - омега стал вертеться на кровати. Ему удалось перекрутиться в противоположную от альфы сторону. Однако он просто упал на пол, ударяясь головой. Брюнет в пару шагов оказался рядом, помогая Вэну встать.       - Ты не игрушка и я никогда так к тебе не относился, - ДжинХо посмотрел на небольшое покраснение над виском омеги. Благо кожа не была повреждена.       - Просто отпусти меня.       - Я не смогу. Ты единственный человек во всём мере, ради которого я хочу жить, - блондин завертелся в руках альфы, стараясь вырваться, однако следующие слова заставили его остановиться. – И ещё наш сын.       - Сын? Ты… Ты знаешь о нём? – омега поднял взгляд, оказываясь непривычно близко к лицу ДжинХо. Однако тот был немного выше блондина, потому младшему пришлось поднять голову.       - Именно после этого я и оказался в тюрьме, - альфа замолчал, поворачивая Вэна к себе спиной. Он понял, что теперь омега точно никуда не захочет уйти и выслушает его. ДжинХо развязал руки парня и посадил на кровать. Затем придвинул стул по ближе, надеясь, что блондин всё правильно поймёт.       - Я сказал, что люблю тебя. И это не пустые слова или желание поиграться. В противном случае я бы не стал искать тебя. Или если бы искал, то не стоял бы в стороне, просто наблюдая всё это время. И сейчас бы не пытался объясниться, а просто повалил бы на кровать. Ведь больше никто не сможет помешать нам быть вместе. Но я хочу, чтобы ты кое-что осознал. Тогда, когда у тебя была первая течка. Ещё с тех пор я кое-что узнал о нас, чего не понимал на протяжении пяти лет, которые мы жили вместе. Почему нам так легко общаться, хотя обычно я был холоден с людьми? После того, как умер мой отец, мне было сложно привыкнуть к жизни без него. Ведь мой папа увёз меня из дома и начал новую жизнь, не вспоминая о старой. Вскоре он начал искать себе нового мужа и неожиданным образом остановился именно на твоём отце. Я раньше отвергал их всех, но впервые папа привёл кого-то, у кого был ребёнок. Не смотря на то, что для тебя это была другая страна, ты казался невероятно ярким и тёплым. А твои трудности и проблемы огорчали и меня.       Вэн слушал молча, внезапно начиная вспоминать не плохие моменты, а яркие и счастливые. Он помнил, что в первый раз в парк развлечений его сводил именно ДжинХо. Когда омега возвращался домой, то отвлёкся на что-то и его едва не сбил мотоциклист. И это был первый раз, когда альфа крепко прижимал его к себе, вовремя спасая младшего. Довольно часто родители ребят отсутствовали, пропадая на каких-то вечерах. Вэну было страшно без отца, и его сводный братик позволял мальчику спать в своей комнате. Однако омега никогда не задумывался о том, что он был первым и единственным человеком, о ком когда-либо заботился ДжинХо. Он никогда даже своему папе не готовил завтрак, тогда как вставал раньше, если родители не ночевали дома.       - Мне хотелось заботиться о тебе, и я это делал, даже не задумываясь, как именно к тебе отношусь. Хорошо, спокойно и комфортно. Ты рядом, счастлив и улыбаешься. После смерти моего отца, ты постепенно стал тем, кого я бы не хотел потерять. Если бы я только мог знать, что ждёт нас впереди, то постарался сделать хоть что-то, - альфа опустил взгляд, тяжело вздыхая. – В тот день, когда у тебя началась течка. В этот день… Я правда не знаю, как так вышло. Ты и я… Мы дома были одни и я… Я сорвался, внезапно осознавая, что никому другому нельзя к тебе прикасаться. Всё это время я защищал тебя и оберегал, потому что моё подсознание уже знало, кто мы друг для друга.       - Только не говори…       - Да, мы истинные. Я понял это, только когда успокоился и смог всё проанализировать.       - Но это невозможно. Как…? Нет, я не верю, - Вэн отвернулся, намереваясь встать. Однако ДжинХо не пустил его, удерживая за руку и заставляя сесть на место.       - Если бы это было ложью, то наши родители так бы не поступили. Они могли ограничивать наше общение в те дни, когда течка повторялась, но не отправили бы меня подальше от тебя.       - Наверное они думали, что ты снова сделаешь это со мной, поскольку был не рад браку наших родителей.       - Да, я был не рад. Но тогда бы мы не встретились. Да и я никогда бы не стал мстить своему папе через тебя. Это же попросту глупо. Твоей вины в случившемся точно нет. Мы истинные и это стало для них проблемой. Мой отец был сыном богатой семьи. И именно по этой причине папа охомутал его. Однако он не хотел иметь дела с его родственниками, когда отец умер и потому ушёл. Но ведь чтобы выжить, нужно было работать, потому он и стал искать себе богатенького мужа.       - Мой отец не был богат.       - Он был амбициозен, и его цели совпадали с желаниями моего папы. На протяжении пяти лет они строили свою репутацию добропорядочной семьи перед влиятельными людьми. И наши с тобой отношения для них были помехой. Поначалу они спокойно относились к нашему общению. В какой-то мере даже радовались, что с нами нет проблем. Но после твоей течки, родители всё поняли и сразу избавились от меня, понимая, что это лучше, чем отправить подальше тебя. А после оказалось, что ты беременный, - блондин изменился в лице и отвёл взгляд в сторону. – Если бы я только знал об этом тогда, то бросил бы всё и примчался. Вэн, я бы был самым счастливым человеком на свете, - омега удивлённо посмотрел на альфу. Брюнет провёл рукой по щеке младшего. – Прости, что не смог ничего сделать. Я не знал, - в горле Вэна застрял комок слёз, но он держался, чувствуя искренность в словах альфы. – Эти четыре года я старательно учился, надеясь получить прощение от родителей и хотя бы маленькой шанс снова вернуться в Корею и к тебе. Я боялся, что они выдадут тебя замуж за какого-нибудь богатого чиновника, лишь бы укрепить свой статус. Но на моё счастье они об этом даже не думали. По крайней мере до твоего совершеннолетия. А когда мне, наконец разрешили вернуться, то я умолял родителей позволить нам встретиться. Позволить быть вместе. Поверь, я говорил это искренне. Но они были непреклонны, сказав, что ты позор нашей семьи. Я не понимал почему, ведь это я на тебя напал. Тогда они и рассказали мне о ребёнке, но не пожелали открыть правду о том, где он.       - Так ты поэтому их убил? – Вэн прекрасно помнил, как тяжело ему жилось те четыре года, до возвращения ДжинХо. Больше никто не гладил его по голове, не успокаивал, если приходилось засыпать в пустой квартире. Омега сник. И лишь малыш в его животе, придавал своему папе сил. Омега стал много читать о рождение детей и их воспитание. Времени у него было полно. Ведь когда родители узнали о беременности сына, то запретили ему ходить в школу, пока тот не родит. Для окружающих тот просто временно перешёл на домашнее обучение, однако ни один учитель не посещал парня, чтобы не было лишних свидетелей. На последнем месяце омегу вывезли за город, где в итоге он и доносил ребёнка до самых родов. Однако малыша Вэн так и не увидел и потому впал в депрессию. А спустя три года изменился до неузнаваемости. Всегда бледный и уставший, не общительный и порой даже чрезмерно агрессивный. Парень тайно пытался узнать хоть что-то о ребёнке, но всё было тщетно. Когда омега узнал о возвращении ДжинХо, то не желал даже видеть парня, полностью позабыв о тех тёплых отношениях, которые были между ними. Альфа плохой.       - Я был зол на родителей. За все эти годы весь твой мир перевернулся с ног на голову. Когда мне всё же удалось увидеть тебя, то я был в ужасе. В твоих глазах было столько боли и обиды, что я уже и сам начал себя ненавидеть. Но ведь я был таким же ребёнком, как и ты. Хоть и более зрелым. А родители? Они вовсе не думали о нас, ставя на первый план свои интересы и репутацию. Боже, как же мне хотелось прижать тебя к себе и сказать, что всё закончилось, - брюнет чуть сильнее сжал руку Вэна. Однако быстро осознал, что причинил боль любимому и отпустил парня. – Но я не мог. Чёрт возьми, я ничего не мог сделать и жутко бесился с этого. Я же альфа. Но почему так сложно следовать своим желаниям? – ДжинХо поднялся на ноги, подходя к окну. Несколько минут он молчал, стараясь успокоить себя, а затем повернулся к блондину. – Я не убивал их. Это был не я, - Вэн поднял голову, удивлённо смотря в глаза альфы. – После моего разговора с родителями я покинул квартиру, однако не успел уйти далеко, как услышал крики и выстрелы. Когда вернулся домой, то дверь оказалась открытой. А родители мертвы. Пистолет валялся в коридоре и я совершенно не задумываясь взял его в тот самый момент, когда на крики начали сбегаться соседи. Так все и подумали что убийца я.       - Ты врёшь мне, - не поверил Вэн. Все эти годы он ненавидел своего брата, чувствуя невероятную боль в сердце от его поступков. И сейчас, когда всё открывалось совсем в другом свете, что-то начало колоть в груди, ломая и причиняя боль. Слёзы сами собой начали катиться по щекам. Омега смотрел в пол, не обращая внимания на подошедшего альфу.       - Я бы никогда не смог тебе соврать. К тому же знаю, что ты чувствуешь меня сейчас, пусть пока и не осознаёшь этого, - ДжинХо снова сел на стул напротив младшего и стёр капли слёз со щёк омеги. – Вэн, мои чувства к тебе не позволили бы причинить тебе такую боль. К тому же наши родители знали, где наш сын и потому я бы даже в порыве злости ничего не сделал. Да и в принципе, они наша семья. Я не убийца. Вэн, я не убийца, - омега опустил голову и закрыл глаза. – После того как меня посадили, я места себе не находил. А позже вспомнил о дедушке и связался с ним, рассказав всю нашу историю. Именно благодаря ему я сейчас здесь. И наш сын. Мы нашли его и сейчас он живёт со своим прадедом, моим дедом, - в эту секунду омегу прорвало, и он сполз на пол, просто захлёбываясь слезами. ДжинХо даже испугался, опускаясь на колени и прижимая к себе любимого. Вэн больше не мог адекватно мыслить и подумать, обманывает его альфа или нет. Впрочем, внутренние ощущения никак не отрицали услышанное. Самое важное было то, что ребёнок жив и в безопасности. Так это или нет, омеге ещё предстояло узнать. А пока он просто плакал, отпуская боль и обиду, сковывающую его на протяжении нескольких лет.

***

      ЁнДже лежал на животе, стараясь не двигаться. Он проснулся несколько минут назад и смотрел на спящего ДжеБома. Тот хмурился, а его рука лежала на спине омеги поверх одеяла. Шатен чувствовал слабую пульсацию в районе шеи, где альфа поставил метку. Ощущения были приятные и возбуждающие. Течка всё ещё не прошла, хоть и стала значительно слабее, по сравнению с предыдущим вечером. ЁнДже захотелось придвинуться ближе к брюнету, но боль в спине помешала. Омега застонал, и альфа открыл глаза. Он с волнением поднял голову и посмотрел на младшего.       - Ты как? Всё в порядке? – голос был очень чётким и больше никак не сбивался.       - Ты восстановил речь?       - Да, так как ты? - брюнета больше волновало состояние младшего, чем его самого.       - Спина болит, - честно признался шатен.       - Прости, я тебе чуть позвоночник не сломал, - ЁнДже округлил глаза.       - Позвоночник?       - Да, кажется я продолжал… Ну в общем даже когда ты уже без сознания был, - альфа виновато оглядел младшего и погладил по спине. – Думаю я переусердствовал.       - Думаешь? Я хоть ходить смогу?       - Сможешь, сможешь. Я уже помазал тебе спину специальной мазью и ещё сбегал в ближайшую аптеку купив блокаторы и обезболивающее. К вечеру всё пройдёт, обещаю.       - А до вечера мне что делать?       - Приказывай, я сделаю всё, что понадобиться.       - Ага, как верный пёс, - усмехнулся ЁнДже, отворачиваясь от ДжеБома.       - Именно так, - альфа аккуратно придвинулся и навис над омегой, нежно чмокнув в висок. – Я твой верный пёс, - шатен лишь слабо улыбнулся и прикрыл глаза.       К вечеру его состояние действительно стало значительно лучше. Спина ещё побаливала, однако мазь и таблетки делали свое дело. Ужин готовил ДжеБом, категорически запретив шатену подходить к плите. Альфа в буквально смысле ходил перед ЁнДже на цыпочках. Самым сложным оказался душ, с которым омега не мог справиться самостоятельно. Брюнету пришлось снова оказаться в душевой кабинке голым, однако шатен был этому даже рад. Ведь ему весь день хотелось вновь ощутить губы брюнета на себе, а взволнованный парень старался держать себя в руках. Но в душе они снова смогли слиться в единое целое. И даже больная спина не помешала младшему повернуться к ДжеБому спиной, призывно выпячивая попку.       - Пусть этот день никогда не заканчивается, - шептал альфа уже в постели, прижимая младшего к себе.       - Я всё ещё помню твои поступки, так что не смей наслаждаться этими днями.       - Но ведь ты не соврал о том, что любишь меня?       - Не соврал. И ты прекрасно знаешь, как мне было больно и грустно.       - Знаю, прости, - брюнет не желал сейчас говорить о плохом, и потому снова утянул омегу в долгий поцелуй, перекатывая того на спину и нависая сверху. – Я безумно люблю тебя, и моё сердце никогда от тебя не откажется. ЁнДже, я предан только тебе и больше не буду таким идиотом, как раньше. Поверь, я изменюсь ради тебя. Просто позволь всегда быть рядом и не убегай от меня.       - В этой жизни ты единственный человек, от которого мне убегать бы не хотелось. Но…       - «Но» больше не будет. Никогда не будет. Обещаю.       - Но я не люблю, когда меня перебивают, - возмутился омега. – А ещё, я обязательно найду способ наказать тебя. А пока, может ты не позволишь моим губам мёрзнуть? – улыбнулся парень.       - Я всего тебя согрею, - ДжеБом потянул одеяло, пряча оба тела под ним. А затем впился в губы любимого, доставляя этим море блаженства.