Лимонные дольки для джинна

— Нет, ну вы это видели?! — Гарри метался по палатке, бросая гневные взгляды на вконец опечаленного полным фиаско джинна. — Меня он посылает в темницу — спасибо хоть голову не отрубил! А сказки ему рассказывает Гермиона! Тоже мне — Шахерезада! Постойте, что же это? Значит, Северус неравнодушен к ней? — Это значит, — устало вздохнул Дамблдор, — что упрямство свойственно не только гриффиндорцам! Видимо, пока Северус сам не решит, что ты нужен ему, все мои усилия будут напрасными. Хотя... я готов попробовать еще кое-что, но предупреждаю — это может оказаться трудным испытанием. Ты должен поклясться мне, что, едва лишь почувствуешь опасность, немедленно попросишь меня вернуть вас назад. — Я уже обещал однажды слушаться вас во всем, но ничего путного из этого не вышло, — всерьез рассердился Гарри. — К трудным испытаниям мне не привыкать. Надеюсь, у вас не припрятано для меня второго Волдеморта? Вы обязались выполнить три моих желания, но на деле не исполнили ни одного! Делайте так, как задумали, и если все пройдет удачно, даю свое слово — я вас освобожу! * * * Гарри сидел на песке, подтянув колени к подбородку и обхватив их руками. На бледно-голубом небе не виднелось ни облачка, а солнце палило просто немилосердно. Он уже снял с себя джинсы, кроссовки и носки, оставшись в одних трусах и футболке. В отличие от Северуса, который, не обращая внимания на жару и влажность, в бешенстве метался по берегу в полном облачении, даже не расстегнув мантию. «Вот ведь упрямец», — усмехнулся Гарри, когда Снейп предпринял очередную попытку аппарировать с крошечного островка. Сам Гарри уже успел обследовать это странное пустынное место, куда их со Снейпом забросил Дамблдор. Кроме тянувшегося вокруг островка скалистого берега с редкими пещерами, в которых можно было укрыться от солнца, он не нашел ничего. Ни единого кустика со съедобными плодами, ни фруктового дерева. А самое неприятное — тут явно не имелось пресной воды. — Мордред! Кажется, здесь не действует волшебство! — услышал он позади себя раздраженный голос Снейпа. Гарри уже знал это. Какое-то время назад он попробовал наколдовать себе и Северусу воды и не смог. — Вы как хотите, а я спрячусь от этой жары в пещере, — сказал он, не поворачивая головы. — Делайте, что вам заблагорассудится, только окажите мне любезность и оставьте меня в покое. Я и так подозреваю — мы очутились в этой идиотской ситуации по вашей вине! «Да. А еще тут не обошлось без проделок одного дамблдорообразного джинна», — искренне радуясь, что Снейп не может сейчас применить к нему легилименцию, подумал Гарри. Он молча поднялся с горячего песка, сгреб в охапку одежду и побрел в сторону ближайшей пещерки. * * * Прошло два дня. Если с голодом Гарри удавалось справляться относительно легко — в пору его проживания у Дурслей ему частенько приходилось ложиться спать на пустой желудок — то жажда мучила его основательно. И с каждым часом — все сильнее и сильнее. Он мог прекратить это в любой момент, но не желал сдаваться без боя. Несколько раз Гарри выглядывал из своего укрытия и видел, что Северус, оставив бесплодные попытки выбраться с острова с помощью волшебства, сидел на песке неподалеку. В первый день на нем было привычное черное облачение. К ночи он расстегнул и снял мантию. А проснувшись на следующее утро, Гарри обнаружил, что Снейп, так же как и он сам, разделся до трусов, а его одежда сложена аккуратной стопочкой на покрывшихся пылью черных ботинках. Он не казался особенно измученным голодом и жаждой, и именно это обстоятельство заставляло Гарри продлевать собственные страдания. Он совершенно не понимал замыслов Дамблдора, ведь они с Северусом не то что не приблизились друг к другу, но даже не перекинулись и словечком за последнюю пару суток. К вечеру третьего дня Гарри впал в полузабытье. Мысли его начали путаться. Он помнил, что для спасения нужно просто позвать кого-то, но вот кого конкретно? — Северус... — прошептал он сухими губами единственное важное имя, приходившее на ум. — Северус... — Поттер, ну что вы снова себе нафантазировали? — раздался над ним голос, который Гарри мог слушать часами. — Вы имеете хотя бы приблизительное представление, как нам с вами отсюда выбраться? Гарри со стоном открыл глаза и, превозмогая нестерпимую головную боль, попросил: — Поцелуйте меня, пожалуйста! Лицо Северуса, загорелое и обветренное, придвинулось еще ближе. Черные глаза, казалось, заглядывали Гарри прямо в душу. — И как это поможет нам не умереть от жажды и голода? — насмешливо, но не зло спросил он. — Не представляю. По-моему — никак. Я всего лишь хочу, чтобы вы знали... Я вас люблю, как бы глупо это ни звучало... Пожалуйста, Северус, поцелуйте меня, и я сразу отправлю вас обратно. Гарри было трудно дышать. Он только сейчас понял, что не вернется назад. Пусть Дамблдор выдернет Северуса с этого проклятого острова одного. Больше никаких безумных несбыточных желаний и горьких разочарований. Снейп прекрасно проживет и без него, а вот ему жизнь без Снейпа ни к чему... — Глупый мальчишка! — сухие, потрескавшиеся губы Северуса накрыли его рот в жадном требовательном поцелуе. — Почему ты не написал мне? Где твое хваленое гриффиндорское упрямство? К чему были все эти игры в вампиров и султанов, когда ты просто мог сказать мне?.. Северус снова привлек Гарри к себе. Даже жажда, казалось, отступила на второй план. Снейп нежно взял лицо Поттера в ладони и поцеловал так, словно пил из живительного источника. Снаружи что-то грохнуло. Северус метнулся к выходу из пещеры и вернулся с торжествующим видом, сжимая в руках бутыль с водой. Он сперва напоил своего молодого товарища по несчастью, а потом сам сделал несколько быстрых глотков. Затем он уселся на землю и устроил голову Гарри у себя на коленях. — А ты хитрец, Поттер, — усмехнулся Северус. Его пальцы неспешно перебирали волосы юноши. — По-моему, я догадываюсь, как на этом острове можно заслужить еду... — Постой, — теперь голос Гарри уже не звучал как слабое дуновение ветра, — ты хочешь заняться со мной сексом лишь потому, что испытываешь голод? — ему казалось, что сердце его сейчас разорвется от боли и разочарования. — Голод? — медленно произнес Северус. В его глазах горел странный огонь. — Пожалуй, я испытываю определенный голод. И желал бы безотлагательно его утолить. Поттер даже не понял, каким образом очутился распластанным под горячим, жилистым, сильным телом. Его нехитрые одежки пропали, как по волшебству, а смелые руки Снейпа ласкали Гарри, доводя до дикого, почти звериного возбуждения. Он весь дрожал, как в ознобе, мечтая, чтобы это продолжалось вечно, но ладони Северуса, любовно гладившие его спину и спускавшиеся все ниже и ниже, внезапно остановились в нерешительности. — Что? Что такое? — недовольно спросил Гарри. Его словно выдернули из прекрасного сна. — Смазки нет! — расстроенно сказал Северус. — Без нее, знаешь ли, несколько дискомфортно. — Нет, не знаю, — тихо признался Гарри, испугавшись, что сейчас все закончится, не начавшись, — у меня никогда никого не было. — Даже так? — удивленно покачал головой Северус. И в этот момент рядом с ними материализовалась маленькая баночка. — Похоже, — прибавил он, взяв ее в руки, — за нами пристально наблюдают. Надеюсь, ему или им хватит такта не смотреть на то, что произойдет дальше. Он отвинтил крышечку, и по пещере поплыл приятный жасминовый аромат. — Ну надо же, — хмыкнул Снейп, — интересно, откуда ИМ известен мой любимый запах? Погоди, я постелю свою мантию — будет не так жестко. Он вновь уложил Гарри на спину и принялся неистово целовать, иногда забываясь и прихватывая кожу зубами, оставляя на ней красные пятна засосов. Язык Северуса прочертил дорожку вдоль паха юноши, заставив его выгнуться дугой, а затем Снейп внезапно взял эрегированный член Гарри в рот, заводя его до предела. Едва не теряя сознание от возбуждения, Поттер почувствовал, как ему осторожно разводят ноги, а в сжавшийся анус проникает смазанный лубрикантом палец. — Я хочу тебя, — нетерпеливо двинул бедрами Гарри, — как я тебя хочу! — Не торопись, тут спешка ни к чему, — хотя Снейп и сам явно сгорал от желания, его действия были точны и размеренны (слишком размеренны, по мнению Гарри). Он оторвался от Поттера, пережав его член у основания, не позволяя кончить раньше времени. — Мы же не хотим, чтобы ты испытал боль. Сладкая пытка продолжилась. Северус добавил к первому второй, а следом и третий палец, раздвигая и растягивая узкие стеночки ануса. Он очень долго и тщательно готовил Гарри, но все же полностью избежать боли оказалось невозможно. Когда Северус, щедро размазав лубрикант по собственному члену, встал на колени между ног Гарри и, чуть приподняв его за бедра, медленно потянул на себя, у Поттера защипало в глазах, а из горла вырвался невольный стон. Поначалу жжение, трение и непривычное ощущение наполненности показались ему невыносимыми. Он отвернулся, чтобы Северус не увидел закушенную губу и выступившие на глазах слезы. — Как... ты? — спросил Снейп, почувствовавший его напряжение. — М-м-м... — не смог выдавить ничего более членораздельного Гарри, прилагавший в этот миг все усилия, чтобы убедить самого себя — эта боль пройдет, и нельзя попусту обижать и отталкивать Северуса. Он не желал неосторожным словом или жестом разрушить связь, что только-только завязывалась между ними. — Мне остановиться? — Снейп, по-видимому, превосходно владел собой. Гарри был абсолютно уверен: скажи он сейчас «да» — и Северус немедленно прекратит мягко толкаться в него, растягивая и причиняя дискомфорт, и нисколько не обидится на глупого мальчишку, не рассчитавшего свои силы и спасовавшего в самый ответственный момент. — Нет, продолжай... все хорошо, — превозмогая боль, Гарри потянулся за поцелуем, — я хочу этого! — и прибавил, внутренне сжимаясь от страха: — Не сдерживай себя. Но Северус не спешил. Его сила воли оказалась просто неисчерпаемой. Он замер на несколько бесконечных минут, позволив Гарри привыкнуть к ощущениям, и лишь потом начал двигаться, постепенно наращивая темп и раз за разом входя все глубже. Внезапно острая вспышка удовольствия прошила Гарри насквозь, и словно горячая волна разлилась по всему его телу — от кончиков пальцев до макушки. Северус поймал нужный ритм и теперь при каждом толчке задевал простату, заставляя Гарри кричать в голос от почти болезненного наслаждения. Железный самоконтроль Снейпа как будто остался в далеком прошлом. С искаженным от страсти лицом он вбивался в своего юного любовника, а его глухие рваные стоны заводили Гарри не меньше ритмичных движений. Наконец Северус задрожал и бурно кончил, крепко сжав Гарри в объятиях. Этого оказалось достаточно, чтобы возбужденный до предела Поттер сорвался вслед за ним. С коротким вскриком он выгнулся и, изливаясь, забился в руках Снейпа. Выждав, пока Гарри немного успокоится, Северус осторожно вышел из него и с невероятной, совершенно несвойственной ему прежде нежностью поцеловал. Поттер чувствовал, как силы постепенно покидают его. Он уткнулся Снейпу в грудь и сразу же заснул, сломленный испытанными только что головокружительными эмоциями, голодом, усталостью и убаюканный стуком сердца этого сложного, упрямого, непостижимого, но такого дорогого ему человека.