Волчьи глаза

- Сенсей, вы не будете против, если я поработаю у вас в палате? - первым делом спросила я, закатив в палату столик с едой. Дедок задрал жидковатые брови, от чего кожа на его лбу собралась в глубокие складки, но добро дал, а сам уселся за написание характеристик. Мы с клонами притащили мешки с травами и прочим сырьем, которое мне нужно было перебрать, составить сборы и расфасовать. Вообще, эту работу нужно было либо отложить, либо делать в специально отведенном помещении, однако моя жаба гораздо больше меня в размерах, и не позволила мне просиживать время, когда можно зарабатывать. Оставлять же старика одного я не рискнула, и правильно сделала – вскоре пришлось вколоть ему еще ампулу обезболивающего. Все-таки дедок был на полпути из «старости» в «древность», хоть и не слишком от этого страдал. Потомственные ирьенины - это вам не кот начхал! В его семье это скоро на генетическом уровне закрепится… если уже не закрепилось… Я унесла грязную посуду, помогла театрально кряхтящему деду сменить позу и вернулась к своему занятию в компанию клонов. Сенсей, на беду учеников оказавшийся первосортным стебщиком, какое-то время понаблюдал за моими манипуляциями и вновь начал разговор. - Ты так уверенно ее сортируешь… Не боишься, что сырье не качественное? - Нет, не боюсь. – усмехнулась я. – Я его сама собирала. Большую часть. А что не собирала, успела проверить. И все анализы провела. - О как! И зачем же тебе, милая, столько денег? - Это… долгая история. – уголок губ сам собой дернулся в горькой усмешке. - А мы и не торопимся. И я обещаю, что твой рассказ не уйдет дальше моих ушей. Я внимательно взглянула на старика. Насмешливый блеск глаз растаял, уступив место колкой проницательности. Какой знакомый взгляд… Что ж, может, я сейчас совершаю ошибку, но… Я вздохнула, и начала рассказ. Не считая брата, это первый человек, которому я рассказала все, кроме разве что того, что я, как бы, душа из другого мира. Много, много раз из другого мира. Э-эх… Учитель слушал внимательно, выражая свое мнение лишь хмыками разной тональности. Но когда речь зашла о Наруто его перекосило так, что глаза и рот с трудом угадывались в обилии складок. Я замолчала, что не осталось незамеченным. - Прости, милая. Не принимай гримасу на ваш счет. – спохватился старик. – Просто меня и правда раздражает неспособность большинства жителей уловить связь между живым джинчурики и запечатанным биджу. Или они хотят повторить печальный опыт Суны? Честное слово, ненавижу человеческую глупость! А если он сиганет со Скалы Хокаге с расстройства, кто тогда биджу запечатывать будет? И в кого? Четвертый запечатал Кьюби в своего сын… ох! - У вас, кажется, это тоже больная тема. – нервно хихикнула я. – Так что там с родословной моего брата? Старый учитель мрачно нахмурился, вновь став похожим на злого шарпея, и недовольно цыкнул. - Видят Ками, я никогда не одобрял подобного отношения к джинчурики! – проворчал дед. – Но кому в наши дни нужна человеческая мудрость? Слушай… И вот так мы обменялись тайнами. Дослушав рассказ до конца, я низко поклонилась старому учителю. В благодарность от нас обоих. - Спасибо. Я постараюсь донести эту информацию до Наруто и убедить его не болтать. - Рассчитываю на твою мудрость и благоразумие. В конце концов, то, что Девятихвостый до сих пор не гуляет по улицам Конохи, большей частью твоя заслуга. Я рассмеялась. - Это не так. Наруто и сам бы справился. Он… очень светлый человек. Придет время, и он засияет как солнце. Учитель усмехнулся. - Надеюсь, я доживу до этого момента. – Пф, да ты еще лет сто жить будешь, хитрый гриб. – И еще. Не стоит тебе тратить время на то, что ты и так знаешь. В следующем семестре большинство предметов будут преподавать мои жена и дети. Я поговорю с ними на счет тебя. Быть может, мы сможем научить тебя чему-то действительно полезному. А, и если ты захочешь, можем попытаться изучить твой геном. Возможно, удастся создать под него техники… ох! Я уткнулась лбом в костлявое стариковское плечо, пытаясь проглотить тугой ком в горле. Дед осторожно гладил меня по волосам, а я старалась утихомирить эмоции. Наконец-то жизнь начала вырисовывать перспективы. Ведь учитель предлагал мне не только знания своей семьи, что уже само по себе очень много. Он предлагал мне поддержку, покровительство, можно сказать. Это как выйти из тесной, темной комнаты на берег океана. Теперь мне не придется с боем выгрызать любую возможность не важно на что, и удерживать ее, как занятую крепость. Не нужно будет бояться, что кто-то узнает о моей незаконной работе в госпитале, ведь она перестанет быть незаконной. Не придется сутками корпеть над книгами, выискивая пробелы в собственных знаниях. Наконец-то обучение приобретет направленность и структуру, и перестанет отнимать столько времени, принося мизерные результаты. Не говоря уж о том, что «выскочка-самоучка» выглядит куда подозрительнее «выскочки-подопечной клана ирьенинов». Судачить будут меньше, да и попробовать меня на зуб желающих тоже поубавится. Карьеру будет строить проще. Ох. Кажется, сегодня я вытянула золотой билет. - Спасибо. Я… Как мне отблагодарить вас? Учитель-ирьенин тонко улыбнулся. - Продолжай наши клановые традиции. Лечи людей, спасай жизни. Воспитывай из талантливых учеников гениальных медиков. И выполняй свою главную задачу – заботься о брате, чтобы он стал нашей защитой и опорой, пусть и не все мы это заслужили. И не дай демону завладеть его душой и разумом. Я вновь поклонилась и совершенно искренне пообещала. - Даю слово. Буду следовать им, пока остаются силы. А брата уберегу, даже если никаких сил не останется. Момент искренности прошел и я неловко отстранилась. - Твоя любовь к нему вызывает восхищение. - Он – единственное хорошее, что есть в моей жизни. Самое важное. Нашу встречу предрекли силы куда могущественнее, чем боги. Помолчали. Старик обдумывал мои слова, а я думала, что надо бы фильтровать базар. Чуть сама себя не заложила. Мы еще пару часов поболтали обо всем подряд, в том числе и на профессиональные темы. Главным образом потому, что я обмолвилась о своих попытках чего-нибудь добиться на ниве исследований. Старик поспрашивал меня о проектах, пообещал озадачить этим свою жену и глубоко задумался. Как-то подозрительно глубоко, если вспомнить, что по венкам у него бегает приличная доза анальгетиков… - Может, вам стоит вздремнуть? А я пока продолжу работу. - Людей в моем возрасте часто мучает бессонница. – под анальгетиками? Темнишь, дед. - Принести снотворное? - Не, есть способ лучше. Дай-ка мне валерианы. И на моих глазах этот чокнутый старый наркоша скрутил самокрутку из валерьянки и скурил ее в шесть затяжек! Я приоткрыла окно, чтобы дым хоть немного выветривался, и, с трудом закончив работу, тоже уснула, свернувшись калачиком в кресле. У-а-ах, не проспать бы экзамен… ******* Ого, а дедуля, однако, знает толк в успокаивающих самокрутках! Спала сном младенца после двухчасового издевательства над родителями. В палате еще витал валериановый дух, а Трололо-сенсей мирно сопел в подушку. Я с трудом распрямила онемевшие конечности и какое-то время погоняла по телу чакру, чтобы избавиться от всех последствий сна в неудобной позе. Па-па-ба-бам, пора начинать новый день и лететь на всех парах на экзамен, что я, собственно, и сделала, оставив в палате клона, под завязку накаченного чакрой, чтоб хватило на подольше. Сдаваться без подготовки желающих не было, так что я предсказуемо отстрелялась первая и отправилась воплощать свой коварный план. Около часа побродила по рынку в трех экземплярах (расцелую Наруто за клонов) и тем же составом оккупировала кухню. Ближе к полудню «продовольственный вопрос» был решен, а клоны развеялись с чувством выполненного долга. Я, пережидая приступ усталости, еще раз окинула взглядом заготовленную снедь. Мысленно попрощалась с новым чайником и набором кастрюль, которые запланировала на эти деньги, и отправилась искать команду Наруто, предварительно сложив все в корзинку для пикника и пищевые свитки. Хотя, для пикника лучше сначала найти хорошее место. Да, все подготовлю, а там можно и клона с приглашением отправить. Так и сделаю.