Я ведь еще в праве побороться за свое счастье?

"ОХ, ЕПТ!! ТЭ, ЭТО НЕ ТЕБЕ!!1" "ИЗВИНИИИ!!" Чонгук не дыша, быстро набирает слова, вслед за пикантной фотографией скинутой по ошибке не пышногрудой красотке с которой он общается вот уже третью неделю, а Тэхену, мать его! "Огоохохо, Чонгуки!" "И кому же это ты такие фоточки скидываешь?" Пока Чонгук думал, что же ему на это ответить, ведь скажи он правду, придется еще неделю выслушивать нравоучения, на экране высветилось новое сообщение. "А наш Гуки действительно повзрослел. Когда я в последний раз тебя видел, ты не был таким большим." Чонгук подавился воздухом, вмиг заливаясь краской до самой макушки. "Хеен! Мне и так стыдно, а ты меня еще больше смущаешь!!!" "Поверь, тебе незачем стыдиться.." "Ахщ! Тэ, прекрати! Я извиняюсь еще раз! Давай забудем про это." "Как скажешь, Гуки~~" Первое, что почувствовал Чонгук утром, после урчащего желудка, это неописуемый стыд. Он столкнулся с Тэ на кухне. Судя по тому, как тихо было в общежитие, остальные еще спали, что не удивительно, ведь сегодня расписание начинается только к полудню. Ви только и успел, что сонно пролепетать "Доброе утро, Чонгуки", как Гук залился краской по уши. Неловко. Он и не знал, что может так краснеть. Его лицо можно было бы с легкостью сравнить с цветом сочного помидора, что резал Тэ для сэнгвича. Чонгук открыл холодильник, мысленно давая себе уже сотую оплеуху за вчерашнее и, вообще, чего это он так раскраснелся, подумаешь фотка члена, чего там Тэ не видел. Гука это мысль немного успокоила, приводя в норму. Ведь, ну действительно, они оба парни и незачем так смущаться, тем более Тэ, вроде, не собирался начинать разговор об этом. Выудив с полки молоко Чон, закрыл дверцу. - Чего так рано встал? - Не спалось, - просто ответил Гук. Тэхен обернулся и Чонгуку его видок показался каким-то странным. Губы были припухшими, искусанными до крови, волосы в еще большем беспорядке, чем обычно и взгляд.. какой-то изучающий, будто, проникающий под кожу. - Мне тоже, - произнес он хрипло, спускаясь взглядом с лица макнэ, ниже, к его паху и закусил губу. Чонгук поперхнулся молоком, а Тэ похлопав того по спине, взял со стола тарелку с сэнгвичами и вышел из кухни. "Не понял.." - подумал Чон, откашлявшись."Показалось?" Прошла неделя и Чонгук уже успел позабыть эту нелепую ситуацию с фотографией, но вот Тэхен с каждым днем казался все страннее и страннее. И ладно, если бы он снял штаны и бегал в труселях по всему агентству. Чонгука это даже не удивило бы. Но тот просто смотрел на него как-то обезумевши и постоянно то кусал, то облизывал свои губы. От таких взглядов у Чонгука волосы дыбом вставали. И каждый раз все его ночные умозаключения сводились к тому, что ему, наверняка, все это просто кажется и Тэ на него так всегда смотрел, а привычка облизывать губы у того чуть ли не с пеленок, так что не известно с чего это Гук так парится. Обычный же Тэхен, по-обычному спорит с Чимином кому из них достанется вишневый чупа-чупс, по-обычному тискает надутые щечки обиженного Чимина, когда тот проигрывает в камень, ножницы, бумага, по-обычному с довольной моськой облизывается, разворачивая обертку и кладет чупа-чупс в рот, по-обычному находит взгляд Чонгука, с легким хлюпом, вытаскивая сладкую конфету и проходит языком.. Гук сейчас с легкость может назвать себя полным извращенцем, потому что то, как Тэ облизывает этот чертов чупа-чупс, томно смотря тому в глаза, можно беспрекословно добавить в список самого горячего порно. Чон тяжело сглатывает вязкую слюну, облизывая пересохшие губы и не может заставить себя отвести взгляд от Тэхена. Тот ухмыляется и те самые остервенелые искорки в его глазах загораются с еще большей силой. Он прикрывает глаза и буквально насаживается ртом на вишневый чупа-чупс, заводит за щеку, вытаскивает, смотрит на Чона и снова насаживается. Чон невольно приглушенный стонет и только сейчас ощущает, как кто-то начинает трясти его за плечи. Он вздрагивает, возвращаясь в реальность и видит перед собой Хосока. - Эй, да что с тобой? - А? - Гук все еще плохо соображает. - Б! Я тебя тут, кажется, вечность зову. Ты не знаешь... Голос растворяется на полуфразе и Чонгук вновь ничего не слышит, ничего не замечает вокруг, он просто не смог удержаться, чтобы вновь не посмотреть на Тэхена. Тот ухмыляется, перекладывая во рту чупа-чупс и скользит взглядом по Чонгуку, останавливаясь где-то в районе живота. У Чонгука дежавю. У Чонгука стояк. И, кажется, его совсем унесло. Какая-то часть разума еще пытается переварить слова Хосока на заднем плане и Чон улавливает какие-то бессмысленные обрывки, но в основном он продолжает смотреть на Тэ. Сейчас Тэхен не кажется ему обычным Тэхеном с которым он играет в игры по вечерам и ржет над хенами. Гук будто открыл для себя что-то новое в нем. И это новое ему нравится и пугает одновременно до мурашек по коже.