Undertale. Забытые голоса.

      Солнечный лучик робко проник в комнату и пробежал по стене. Блеснула зайчиком фотография, висящая в рамке. На ней была запечатлена шестнадцатилетняя девушка в окружении монстров: два скелета, два существа, похожие на коз, амфибия и ящерица. Все улыбались и что-то радостно кричали на момент съемки, а девочка держала красный аттестат о законченном неполном среднем образовании.       Лучик последовал дальше по полу и, забравшись по ноге и руке, коснулся сомкнутых ресниц.       Санс, выдохнув, открыл глаза. Парень провел у постели Фриск двое суток и все это время не спал. Он лишь прикрывал на пару минут глаза и распахивал их, начиная искать взглядом подругу. Санс боялся, что она снова пропадет, что ее украдут и попытаются покалечить или убить. Но Фриск по прежнему лежала на кровати. Рядом стояла подставка с определенным препаратом, который был подсоединен к ее слабой душе и медленно восстанавливал очки здоровья.       Иногда Санс сомневался, в действительности ли Фриск человек? Она была очень слаба физически, но сильна духовно. В последнее время девушка не сломалась, не смотря на то, что с ней произошло.       Санс нежно коснулся тонкой руки Фриск, после чего положил ее в свою ладонь, накрыв второй. Посмотрев на нее сейчас, спокойно спящую в кровати, парень окончательно понял, что такая девушка должна быть защищена. Ни один волосок не должен упасть с ее головы. Санс не знал, какой выбор она сделает в дальнейшем, но он точно решил, что будет ее щитом. Даже если в ее жизни будет другой мужчина, а не он.       Фриск поморщилась, едва слышно застонала и открыла глаза. Мутным взглядом девушка обвела комнату и посмотрела на Санса. Парень выглядел очень плохо: под глазами пролегли синяки, на щеке и лбу были прилеплены пластыри, а левое плечо обмотано бинтом. Из-за этой повязки Санс сидел лишь в футболке, а его любимой олимпийкой была накрыта сама Фриск.       Парень ласково и лучезарно улыбнулся. — С-Санс, — тихо проговорила девушка. — Ч-что тогда произошло? Мы умерли? Где я? — Нет, мелкая, — он хихикнул. — Ты дома, все закончилось благополучно для тебя и для монстров. Тебе не стоит переживать. Все хорошо, — парень погладил ее руку.       Фриск улыбнулась. — Можешь объяснить подробнее? — она вопросительно посмотрела на друга. — Я хочу знать… — Тебе не стоит в данный момент напрягаться, — его взгляд сменился на строгий. — Тебе нужен покой, пока лекарство работает.       Только сейчас Фриск заметила свою душу, парящую над грудью. К сердцу, цвета раскрывшейся алой розы, были подсоединены два катетера, впускающие внутрь жидкость густой консистенции бирюзового цвета. Сам флакон, прикрепленный к подставке, источал едва заметное свечение. — Санс, что это такое? — спросила девушка, глядя на эту «необычную» капельницу. — Всего-лишь лампа, малая, — снова улыбнулся парень. — Неужели я выгляжу настолько наивно? — Фриск улыбнулась уголком губ. — Нет, — Санс почесал макушку. — Это очень сильное лекарство, еще мой отец его придумал, а я запомнил принцип и, благодаря Альфи, восстановил схему, создав годный аналог. — Твой отец? — девушка повернулась на парня и вопросительно на него посмотрела. — Ты никогда о нем не рассказывал… — И не хочу этого делать, — Санс тяжело выдохнул. — Это не стоит твоего внимания. — Но я хочу знать, — Фриск переплела свои пальцы с пальцами парня. — Как-нибудь в другой раз, малыш, — прошептал парень.       Дверь в комнату с легким скрипом открылась. Сначала показалась нога в красном тапочке, а следом, с подносом в руках и спиной вперед, зашел Эджи, вызвав легкий смешок девушки. Скелет тоже был обмотан бинтами, но самое смешное было на голове: на черепе была сделана крепкая повязка, к которой был прикреплен сшитый из красной ткани цветок. Закрыв дверь, Эджи повернулся на Дримурр и Санса и сразу покраснел. — Вот дьявол! — воскликнул скелет. — Фриск, неужели очнулась? Наконец-то! Чего вы так смотрите?       Парень и девушка, в конце-концов не удержавшись, рассмеялись. — Эджи, ты такой милый с этим цветочком, — отсмеявшись проговорила Фриск.       Скелет покраснел еще сильнее и потупил взгляд. — Это Голубика придумал, а боссу понравилось… Он сказал, что идеально подходит, идиот, — прорычал монстр, подошел к кровати и поставил на тумбочку поднос с заварочным чайником, тремя чашечками и тарелкой с печеньем. — Санс, ты еще никому не сказал, что Фриск очнулась?       Парень отрицательно качнул головой. — Нет, она очнулась минут десять назад, а может и меньше. Я уже перестал следить за временем… — А сколько я была в отключке и что вообще случилось? — девушка, с помощью своего друга, приняла сидячее положение и потянулась к чашке с чаем. — Два дня, малыш, — на выдохе сказал Санс. — Мы еле успели подсоединить к тебе аппарат, твои очки здоровья были на минимуме… — Но успели же, — протянул Эджи. — И теперь Фриск снова с нами, — скелет потянулся к парню и ткнул его локтем в плечо. — Я же сказал, сохраним! — Твою мать, мелкий! — прикрикнул Санс и схватился за больное плечо. — Тут же рана! — Ой, прости, бро! — монстр замахал руками. — Давай подую! — он хихикнул, а Фриск снова рассмеялась.       В этот момент ей казалось, что все остальное было кошмаром. Ее похищение, злые волшебники, пытки и тьма… — Ребята, — девушка посмотрела в чашку. — Так, что все-таки произошло два дня назад и после них? — Мы просто ворвались и разъе… — начал Эджи, а Санс прикрыл ему лицо. — Давай с цензурой, дружище, — хихикнул парень и посмотрел на подругу. — Малой прав. Мы тебя нашли в заброшенной старой деревне, где было пристанище этих сектантов. Они хотели принести тебя в жертву, но мы этого не позволили. Слишком много волшебников погибло после нашей с ними борьбы, а те, кто выжили сообщили в полицию и властям всю правду. — Какую правду? — Фриск посмотрела на Санса. — Правду о том, что та самая авиакатастрофа была спланирована Эдвардом Моррисом, человеком, жаждущим власти и покорения всего мира. Так же сообщили о том, что волшебники убивали многих невинных монстров, при чем это было, типа, в дар какому-то их богу. Вся суть в том, что у нас теперь чуть больше прав на существование, чем было раньше, — парень улыбнулся. — И снова к этому причастна ты. Потому что все узнали, что посол жив и может вернуться к своим обязанностям. Азгор, кстати, приходил сюда, но Тори спустила его с крыльца, — Санс прыснул от смеха, — это надо было видеть! — А я почему-то думала, что у них отношения наладились… — грустно протянула девушка. — Никто не говорит, что не наладились, Фриск, — хитро улыбнулся ее друг. — Азгор просто пришел сюда не в то время. — А-а-а, понятно, но знаешь? — девушка посмотрела в окно. — Я не хочу возвращаться на пост посла. Это слишком ответственная работа, требующая много сил, а я стала ни на что негодной, — девушка качнула плечами, а олимпийка стала сползать, оголяя ее ключицы.       Только сейчас Фриск поняла, что была почти без одежды, на ней были только пижамные короткие шортики. Покраснев, девушка схватила спадающую олимпийку и прижала ее к себе. — Малая, что-то случилось? — позвал ее парень, когда заметил как Фриск залилась краской, опустила голову и прижала к себе его олимпийку. — Т-ты… — взгляд подруги злобно сверкнул. — Ты видел меня голой??? Санс уставился на девушку и пару раз моргнул. — Нет, хотя мог бы, — хихикнул парень. — Но правда, нет. Когда мы оказались дома, Ториель привела тебя в порядок, а я извлек душу и подсоединил лекарство. — Тогда как на мне оказалась твоя олимпийка? — продолжала допрашивать Фриск. — Ториель попросила. Сказала, что это вроде как поможет… — Санс почесал затылок и отвел взгляд в сторону.       Разумеется он ей соврал. Не обо всем, а о своей вещи. Олимпийкой парень сам прикрыл девушку, когда провел все махинации с ее душой. Но Фриск этого знать не стоит. Да и разглядеть он ничего не пытался. Санс же не извращенец…       Парень встал с кровати и подошел к окну, после чего перенесся на крышу и закурил. Наконец-то он мог устроить трехминутный перерыв, а то все КОСТИ затекли. Санс покрутил корпусом вправо и влево, вызывая хруст в пояснице. Для него работа сиделки, не спящей несколько ночей подряд, далась тяжело, но это все было ради Фриск.       Неожиданно для себя, парень дернулся и посмотрел на свою ладонь, которую до этого держала девушка. Только сейчас Санс понял, что Фриск взяла его за руку так, как берут друг друга люди, которые влюблены. Вспомнив этот, именно сладкий, жест, парень впервые почувствовал странную щекотку в животе. Затылок слегка онемел, а душа встрепенулась. Санс сам с собой хихикнул и прикрыл глаза ладонью, до сих пор теплой после маленькой ручки Фриск. Он не мог понять, что это было за чувство, наполнившее его душу, но это просто волшебно.       Слева послышался хлопок, и на снег рядом с Сансом, в позе лотоса и скрестив руки на груди, приземлился Эджи. Парень строго посмотрел на скелета. — Ты оставил ее одну в комнате? — взгляд Санса грозно сверкнул. — Она попросила оставить ее на пол минуты, пока не наденет олимпийку, — пробубнил монстр. — Я пытался сказать ей, что отвернусь и не буду ничего видеть, но она меня заставила посидеть с тобой. — Почему именно со мной? — парень дернул правой бровью. — Волнуется. Боится, что ты такой неловкий и свалишься с крыши, — хихикнул Эджи, а парень ткнул его кулаком в плечо. — Ну ты и засранец, мелкий, — хохотнул Санс, сделал последнюю тягу и выкинул сигарету. — Пол минуты прошло? — спросил парень и, не дождавшись ответа, продолжил. — Тогда врываемся.       Раздались хлопки, и крыша опустела. Легкие снежинки подлетели от резкого потока воздуха и заблестели в ярких солнечных лучах. ***       Очки здоровья Фриск были восстановлены только к вечеру. Почувствовав это, Дримурр отложила на тумбу книгу и слегка коснулась плеча Санса. Парень немного задремал, потому что его окончательно сморило и он не смог сдержаться. Девушка заметила, что парень заснул и не стала его будить. Но сейчас это стоило сделать, чтобы убрать аппарат.       Почувствовав робкое касание, Санс сразу раскрыл глаза и посмотрел на подругу. Фриск выглядела гораздо лучше, хоть лекарство и не смогло до конца скрыть все синяки, ссадины и раны, которыми было усыпано все тело девушки. Парень потянулся и, окутав руки голубым свечением, стал аккуратно извлекать катетеры из души.       Девушка слегка поморщилась. — Что-то заболело? — сразу спросил Санс. — Нет, просто… Странное какое-то ощущение… — Значит я делаю все правильно, — парень извлек катетеры и посмотрел на подругу. — Можешь мне после этого врезать, но тебе стоит оголить грудь. Ну или хотя бы олимпийку расстегни, чтобы я уж точно вернул тебе душу.       Фриск подозрительно посмотрела на друга и, открыв его взгляду ключицы, расстегнулась. Санс выдохнул и, с помощью телекинеза, вернул душу в тело девушки. Дримурр слегка продрогла. — Еще в Подземелье мне было неприятно от ее извлечения или возврата на место, — слегка усмехнулась Фриск, застегнулась и встала с кровати.       Девушка чувствовала себя гораздо бодрее, но некоторые места, куда летели самые сильные удары, все же болели. Это касалось правой лопатки, левого бедра и плеча. Но не смотря на это, Фриск уверенным шагом прошлась по комнате и посмотрела на себя в зеркало. Видок был не из лучших: на левой скуле во всю блестел синяк «космической» расцветки, а правая бровь была слегка опухшей. Но девушке понравилось то, как на ней смотрелась олимпийка Санса: большая, закрывающая короткие шортики. Фриск в ней тонула, но чувствовала себя защищенной. — А мне нравится, — девушка покружилась вокруг своей оси и посмотрела на парня. — Я ее изымаю, — она хихикнула, а Санс улыбнулся. — А потом тебе понравятся мои шорты, футболка, тапки и в итоге я окажусь голым, — он скорчил коварную гримасу. — Шутка же, — Фриск надула губки, — я тебе ее верну, когда ты будешь домой собираться. — Эм… — замялся Санс. — Как бы тебе сказать? — он почесал затылок.       Девушка, наклонив голову на бок, вопросительно на него посмотрел. — Как есть так и говори. — Вся проблема в том, что Папс и Андайн… Хах, вот же неловко получилось… — он прокашлялся. — Сожгли ваш дом и вы теперь живете у нас? — улыбнувшись, спросила Фриск.       Парень кивнул. — До тех пор пока не найдем новый дом, перекантуемся у вас. Наконец-то сбудется мечта Папайруса и устроим ночевку с фильмами и попкорном.       Девушка радостно хлопнула в ладошки и пошла к выходу из комнаты. Оказавшись в коридоре, Фриск услышала крики Папайруса и Голубики, сопровождаемые руганью и рычанием Эджи. Дримурр спустилась в гостиную, после чего заглянула в кухню. От увиденной картины она чуть не уронила на пол челюсть.       Брат Санса готовил спагетти, но это были еще цветочки. Вся плита, тумбы и посуда были в томатной пасте, испачканный Голубика бегал вокруг стола и кидался в Эджи помидорами, а последний, с горящим левым глазом пытался его поймать. Папайрус в этот момент с деловым видом очень громко озвучивал свой рецепт, а Азриель сидел за столом, накрыв лапой глаза. Принц тоже был весь в соусе и помидорах. Опираясь на подоконник и скрестив руки на груди, стоял босс и пытался скинуть со своей ноги собаку* Санса, которая пыталась ее грызть.       Девушка отпрянула от дверного проема и посмотрела на своего друга, стоящего рядом. Тот пожал плечами. — Если хочешь, могу их разогнать сейчас, — левый глаз парня засветился голубым огоньком. — Нет, не стоит, — улыбнулась Фриск. — У меня возник вопрос: где мама и Папс? — Ториель вынуждена была уехать на неделю в командировку, что-то связанное с конкурсом учителей, хоть она и не хотела этого. К сожалению, ее заставили, иначе лишили бы работы, а Папс где-то здесь, — парень нахмурился. — Из всех скелетов у него было самое страшное ранение, но, как ни странно, его вылечил босс.       Фриск удивленно раскрыла глаза. — Да-да, этот грубый и нелюдимый хрен, оказывается, умеет исцелять, но действует это только на монстров. Поэтому Папс, не смотря на проткнутую насквозь грудь, быстро встал на ноги.       В коридоре открылась дверь и послышались шаги. В таких случаях говорят «легок на помине». Это именно про Папса. Высокий скелет вошел в гостиную и, увидев Фриск, расплылся в улыбке. — Юная леди наконец-то с нами, — монстр подошел к девушке, обнял ее и поцеловал руки. — Я рад, что с тобой все в порядке, Фриск, — Папс услышал крики, доносящиеся из кухни и хихикнул. — Что ж, пора угомонить эту мелочь, — скелет подмигнул девушке и зашел внутрь. ***       На кофейном столике дымились чашки с горячим шоколадом, стояли блюдца с печеньем, рулетами, пирожными и пирогом, а компания расселась кто куда: босс и Азриель заняли кресла, Папайрус, Голубика и Эджи сидели на ворсистом ковре и играли в приставку (красноглазый скелет периодически пытался избить джойстиком парня, который постоянно его побеждал), а Санс, Фриск и Папс удобно расположились на угловом диване. На коленях у девушки лежал пес, а сама Дримурр опиралась на грудь своего друга, забравшись к нему под руку.       Азриель обсуждал с боссом вопросы политики и давал ему дельные советы для укрепления королевской стражи в его таймлайне, маленькие скелеты и Папайрус обговаривали стратегию уже второй игры, чтобы победить вражескую команду, Санс с Папсом постоянно шутили, хихикали и потягивали через трубочки, приготовленные их же руками, слабоалкогольные коктейли, а Фриск, прикрыв глаза, гладила собаку.       Ей очень давно не было так уютно, как в эту самую минуту. Приглушенные разговоры всех присутствующих в гостиной, треск дров в камине, негромкий шум видеоигры, доносящийся из плазменного телевизора, горячий шоколад, сладости, ноги в белых шерстяных носочках, подаренных Папайрусом, олимпийка Санса и плюшевая шерсть под ладошками. Странное биение сердца, возникающее от каждого движения лучшего друга Фриск, которые она ощущала телом и «бабочки» в животе.       Это все было волшебным. И не только потому, что здесь присутствуют монстры двух видов. Все из-за того, что рядом с Фриск самые родные для нее души: веселый и постоянно хохочущий Голубика, «шеф-повар» семьи Папайрус, ворчащий, но широко улыбающийся Эджи с золотым клыком, пахнущий табаком и легким алкоголем Папс, самый лучший на свете брат и принц Азриель, даже всем недовольный и грубый босс стал для девушки другом. Фриск отметила, что с каждым днем Великий и Ужасный Папайрус все меньше и меньше соответствовал своему псевдониму. Сыграла ли свою роль битва с волшебниками и ранение, оставшееся в виде трех незаросших трещин на левом глазу, или же само пребывание в семье Дримурр, но скелет стал более мягким и начал лучше относиться к младшему брату.       А самое главное, рядом с Фриск находился человек, к которому окончательно поняла, что чувствует. Девушка по настоящему любила Санса. С каждым разом, когда Дримурр кидала на него робкий взгляд и наблюдала за тем, как он смеется, улыбается, шутит, подмигивает ей и Папсу, сердце трепетало и готово было вырваться из груди, чтобы отправится в Рай.       Фриск поняла, что полюбила Санса еще тогда, будучи шестнадцатилетней девушкой, испытавшей «первую любовь» с мальчишкой, обучающимся в элитной школе. Только это было не то самое высокое чувство, скорее симпатия, быстро переросшая в антипатию, ибо мальчик из высшего общества поступил очень подло, «прекратив» их отношения в ночь перед самым важным для Фриск экзаменом.       Девочка проплакала на груди у Санса до утра. Слезы из глаз текли водопадом, даже не думая прекращаться, а скелет, которого Фриск разбудила в два часа ночи, обнимал ее, прижимал к себе и гладил по непослушным волосам, перебирая пряди.       Девочка вспоминала, как она познакомилась с Эстером, как начали общаться в интернете, как потом первый раз увиделись, взялись за руки… Мысли вызывали новый поток слез и всхлипов.       Санс поцокал языком. — Малыш, ну что это за нюни? Смотри, у меня уже вся футболка сырая, вот-вот промокну до КОСТЕЙ!       В этот момент Фриск хихикнула сквозь рыдания и посмотрела на своего друга.       В окно комнаты начали заглядывать первые солнечные лучи, которые стали блестеть в слезах девочки. Рассветало. Санс повернулся в сторону окна и присвистнул. — Ну и дела, смотри, ты всю ночь не спала, а уже рассвет. И вот что теперь делать? Через несколько часов у тебя экзамен, — скелет дотронулся пальцем до кончика носа девочки. — Как самочувствие?       Фриск опустила свою голову на грудь скелета и тяжело вздохнула. — Очень болит голова, сердце и меня тошнит. — И неужели этот тип, из-за которого ты в таком состоянии, достоин этого? — иронично протянул Санс. — Малыш, я не силен в делах любовных, но неужели твой молодой человек или мужчина будет заставлять тебя плакать? — скелет удивленно поднял надбровные дуги, а Фриск отрицательно качнула головой. — Вот, это правильно. Настоящий мужчина должен заставлять свою женщину улыбаться и смеяться! В любых, абсолютно в любых ситуациях.       Девочка подняла свою голову и внимательно посмотрела в глазницы монстра, где горели голубые огоньки. — Смешить так, как ты? — слезы постепенно стали высыхать.       Санс слегка посинел и почесал макушку. — Ну… Хотя бы как я, да, — он улыбнулся. — Честно, малыш. Бросай плакать, иди принимай прохладный душ, а я приготовлю тебе хот-доги, — скелет потрепал Фриск по волосам. — Во время завтрака повторим с тобой азы математики, и ты спокойно пойдешь на экзамен. Но! Учти, если узнаю, что ты опять плакала из-за этого дурака, — левый глаз окутал лазурный огонек, — я его убью. Тебе же не нужны проблемы, верно, королевский посол?       Фриск отрицательно замотала головой. — Ну и отлично, — Санс дружелюбно улыбнулся. — Я лично найду тебе достойную пару, а об этом… как бы его назвать? Эм… — скелет приложил к подбородку руку и задумался. — Об этом слабаке забудь и не думай. Я устрою твою личную жизнь, малыш, — монстр подмигнул девушке. — А теперь быстро в душ! Раз, два, шагом марш! — Фриск кивнула, встала и пошла в ванную.       Для Санса эта ночь была тяжелая, потому что девочка звонком разбудила его и плача позвала поддержать ее. Но для Фриск она стала особенной.       По настоящему особенной. «Ты нашел достойную пару еще тогда, » — подумала Фриск и сильнее прижалась к парню, но сделала это незаметно. — «Мужчина должен заставлять женщину улыбаться и смеяться? Санс, ты делаешь гораздо больше и не замечаешь этого… А я рада, что ты просто рядом. Большего мне и не надо, » — девушка прикрыла глаза и с наслаждением выдохнула.       Самые родные рядом. Не хватает только Ториель. Дримурр было обидно, что мама из-за работы пропускает этот волшебный вечер, но ничего поделать нельзя… Даже статус экс-жены короля вряд ли сыграл бы свою роль.       Фриск открыла глаза и осмотрела гостиную. Босс и Азриель продолжали болтать, Эджи снова пытался бить джойстиком Папайруса, Голубика залился звонким детским смехом, а Папс выпалил очередную ОКОСТЕНИТЕЛЬНУЮ шутку, вызвав хихиканье Санса. Парень отпил коктейль, с помощью телекинеза дал Эджи щелбан, чтобы тот не лез к его младшему брату и посмотрел на Фриск. — Все в порядке, малыш? — тихо спросил Санс.       Девушка положила свою голову ему на плечо и, прикрыв глаза, улыбнулась. — Да… Спасибо тебе за все, — она снова погладила Снежка. — У меня давно не было таких вечеров в жизни… Уют…       Санс улыбнулся и наклонившись коснулся своим темечком макушки Фриск. — Мне тоже уютно, малыш… Уютно, как никогда…