Любовная цель слизерина:с годами некоторое остается неизменным.

Начало POV Бенжамина.       Солнце нежно пробивалось сквозь окна библиотеки, ярко освещая столики, находившиеся ближе к нему. Стоило кому-либо сесть за те столы, как моментально по телу пробегала сладкая истома, создаваемая нежным теплом зимнего солнца. Обычно, во время учебы все места у окна были заняты, но сейчас я с удовольствием мог отдохнуть здесь и насладиться учебой в лучах дневного света.       Хоть сегодня я и довольно расслаблен, но мою голову никак не покидает мысль, что мои спокойные деньки вновь подошли к концу. Ведь именно в этот прекрасный день все студенты школы магии и волшебства должны вернуться из своих домов обратно на учебу, а вместе с ними должен вернуться и кошмар моих школьных дней — Виктор Северус Снейп-Поттер.       Если честно, то я до сих пор не понимаю, чего этот избалованный принц прицепился к простому смертному, а именно ко мне. Впрочем, логику этого мальчишки, мне кажется, не понять и за миллион лет, да и какое мне, собственно, дело до этого выпендрежника. У меня нет времени на сомнительных личностей вроде него, сейчас главное - учеба, а также исследование мира, в который я попал. Хотя, Виктор же живет здесь с самого рождения и знает очень многое, а значит, если бы мы дружили, то я быстрее смог разузнать нужную мне информацию… Так, Бенжамин Томас Эдинктон, даже не думай об этом! Черта с два этот мальчишка станет моим другом! Он же несерьезный, да и вечно цепляется ко мне, выставляя меня на всеобщее обозрение. Нет, определенно он не подходит под описание хорошего друга. Да и что со мной такое? Соскучился, что ли, за две недели спокойной жизни? Все, нужно выкинуть его из головы. Где там мой учебник по травологии? Конец POV Бенжамина. Начало POV Виктора.        — Вы действительно думаете, что это сработает? — неуверенно начал разговор я, когда мы с друзьями и дедушкой уютно уселись в «Хогвартс-Экспресс».       Насчет плана, придуманного еще в мэноре, я был крайне неуверен. Подобного рода поступки были совершенно мне не свойственны, да и, если честно, то совершать что-то подобное я не хотел бы и в страшном сне, а тут наяву.        — Вики, ты хочешь наладить связь с Бенжамином или нет? — недовольно спросил мой друг Даниэль и смерил меня взглядом.        — Хочу, но разве нет другого выхода? Он же может подумать, что я сдался…        — Так, младший из Снейп-Поттеров, прекрати переживать понапрасну, а то такое ощущение, что не дядюшка Гарри ждет ребенка, а ты. Знаешь такое высказывание «чем меньше женщину мы любим, тем больше нравимся мы ей»? — театрально заметила Скарлетт, в манере свойственной только ее отцу, крестному Драко, и продолжила, — Вот в твоей ситуации это оптимальный вариант, ведь ты уже достаточно за ним побегал и твой благоверный привык к твоему навязчивому вниманию, а значит, теперь ты должен быть совершенно другим, чтобы заставить своего маглорожденного задуматься над тем, почему ты так поступаешь. Понял?        — Да, но насколько я знаю тот кто так думал в итоге поплатился. Ну да ладно, убедили, но вы же должны осознавать, что мне будет тяжело себя контролировать, а значит, вам придется меня остужать.        — Мы знаем, Вики. На то мы и твои друзья, чтобы помогать тебе, — с улыбкой заметил Даниэль и на душе мигом потеплело, ведь в чем чем, а в друзьях я был уверен на все сто процентов.        — Главное, чтобы весь план не накрылся по причине осведомленности твоими родителями. В лучшем случае «нюнчик» сразу же начнет возмущаться, а мой крестник и вовсе станет охать и ахать, что его маленького и миленького сыночка повели не по верному пути. В худшем — эта слаженная парочка спустит с нас три шкуры, в лучших традициях разделывания василисков для дальнейшей консервации их частей, — заметил мой крестный дедушка, в чем, несомненно, был прав. Родители у меня специфические.        — Сириус, боюсь, разделывание тебя будет ждать, если отец услышит, как ты зовешь его за его же спиной, да еще и при «детях». Плохой пример ты подаешь нам, дедушка, — ухмыльнувшись, сказал я, ведь противостояние этих двоих было делом уже столь привычным, что никто и спорить бы не стал, как все будет.        — Ничего он мне не сделает, ведь твой дедушка явно крут! — высказался профессор ЗОТИ и подмигнул мне правым глазом, на что я смог лишь с улыбкой покачать головой.        — И все же странно, что о ситуации Виктора знаете уже и вы, мистер Блэк. Такими темпами, до родителей Вики скоро дойдет слушок, что их сынок втюрился в парня, да еще и строит планы по его монополизации, — заговорила Скарлетт на давно интересующую ее тему, — Как вы узнали об этом?        — Как, спрашиваешь? — на этих слова дедушка сделал задумчивое лицо и потер пальцами свой подбородок, явно изображая мыслительные процессы, — Хм… ну просто я очень люблю своего внука, а поэтому, учитывая, что я не слепой, мне было несложно понять, что он открыл свое сердце для нежных чувств, — мечтательно и весьма драматично закончил он.        — Опять под дверью со стаканом сидел? — недовольно спросил я, ведь ранее Сириус был уже замечен за подобным.        — Нет, что ты, — обиженно сказал он мне и продолжил с ухмылкой, — Как оказалось, ветки дуба, которые выходят прямо к твоему окну, гораздо удобнее в этом нелегком деле.        — Ты неисправим, дедушка, и, кажется, ты попал не на тот факультет при распределении. Замашки у тебя явно Слизеринские, — еще раз удивившись своими родственниками, с улыбкой заметил я.        — Да, ладно тебе. Я просто переживаю за тебя, вот и стараюсь быть осведомлен в твоих делах.        — Вики, ты, главное, когда сношаться со своим благоверным будешь, проверь все окна и двери, а то профессор еще ненароком не сдержится и начнет вас направлять в столь нелегком деле, — посоветовал мне младший Пьюси, и весь вагон, представив такое развитие событий, прыснул со смеху. Конец POV Виктора. Начало POV Гарри.        — Северус! — позвал я своего дорогого мужа, держа на руках нашу с ним совместную крошку.        — Да, Поттер? — спросил зельевар, высунувшись из своей лаборатории, — Сколько тебе повторять? Не таскай Иви на руках, в твоем положении это вредно! — взволнованно сообщил мне он и нежно забрал из моих рук дочь.       Если кто-то сказал мне двенадцать лет назад, что «ужас подземелий» на самом деле может быть нежным, любящим и заботливым, то боюсь, я бы не поверил этому человеку, но сейчас, наблюдая за тем, как Северус держит нашу дочь на руках или как он переживает за мое состояние, я все четче и четче понимаю, что мне достался самый прекрасный мужчина на свете. Да, порой он все так же, как и в школьные времена выводит меня из себя и даже бывает, грубоват, но все же я влюбился именно в такого волшебника и не променял бы его ни на одного другого.        — Я помню, Сев, но ты постоянно пропадешь в своей лаборатории, и я безумно скучаю по тебе, а Иви же любит, когда ее носят на ручках, она начала капризничать, вот и пришлось взять, чтобы увидеться со своим мужем, — обиженно сказал я, и мое тело ощутило нежное прикосновение другого тела.        — Гарри, ты неисправим. Если в следующий раз тебе будет не хватать моего тепла, то просто позови. Для тебя у меня всегда было время. Как тогда двенадцать лет назад, так и сейчас, поэтому не перенапрягайся, — спокойно сказал Северус и прикоснулся своими губами к моей макушке, — Ты же знаешь, я всегда готов прийти тебе на помощь, Поттер.        — Папочка - черный плащ! — взбудоражено вскрикнула Иви, и я не смог сдерживать свой смех, заметив недоумение, отразившееся на лице зельевара.        — Ну и какого Мерлина я «черный плащ»? Сколько раз я просил не показывать ребенку эти маггловские мультики? Ну и чего ты смеешься, Поттер?        — Да ладно тебе, Сев. Устами младенца, как говорится, глаголет истина, — со слезинками на глазах от смеха сообщил я мужу, а тот в свою очередь опустил на пол виновницу этой ситуации.        — Погуляй, принцесса, нам с папочкой нужно поговорить, — не отрывая от меня глаз, сказал зельевар, и веселая малышка побежала вприпрыжку в гостиную, — Ну, а теперь, дорогой мой, боюсь, тебе придется в наказание сдать мне огромный зачет по зельеварению сейчас и еще перед сном, — с этими словами он вжал меня в стену и скользнул своими губами по моей шее, оставляя на ней свои любовные метки.        — Да, профессор, когда дело касается экзаменов и вашего предмета, то вы становитесь просто ненасытны, — игриво произнес я, чтобы еще больше раззадорить своего благоверного, на что тот ловко поднял меня на руки и понес в свою лабораторию.        — Нет, мистер Поттер, я становлюсь ненасытным, лишь когда думаю о вас, — сказал Сев и, посадив меня на свой стол, жадно впился в мои губы своими, пуская по телу пьянящую сладкую истому, от которой сладко потягивало внизу живота. Нет, у меня, несомненно, самый лучший в мире муж. Конец POV Гарри. 3 марта 2008 года. Начало POV Бенжамина.       Никогда не думал, что скажу это, но какого черта, Виктор Северус? Сначала ты, значит, бегал за мной, как ошпаренный, глазки мне строил, пируэты на метле исполнял, а как с каникул рождественских вернулся, так все, делаешь вид, будто меня и вовсе не существует. Так еще и попросил профессора Слизнорта пересадить тебя на другое место. Нет, я, конечно, не против, мне же наоборот так даже удобнее, ведь никто не отвлекает меня от занятий и не делает из меня «нежелательного человека номер один» во всем Хогвартсе, но, все же, с чего так внезапно? А теперь еще сидишь со своими друзьями такой веселый и уплетаешь за обе щеки рис с мясом, как будто совершенно ничего не произошло! Ну и иди к черту, выскочка! Наигрался, значит… наивно было вообще думать, что ты серьезно хочешь со мной подружиться…        — Эй, Бенжи, ты чего такой напряженный? Как будто тебя только что отшили, — дружелюбно спросила староста факультета, покручивая в руке бокал с соком.        — Не бери в голову, Берта. Я просто задумался о своем, — будто выйдя из транса, ответил я девушке, сидящей напротив.        — А ты не думай, когда смотришь на Снейп-Поттера, а то по вашему поведению можно решить, что попытки нашего принца удались, и ты запал на него. А теперь, когда тебя отшили, смотришь на него в надежде, что тот обратит на тебя внимание, — метко заметила брюнетка и сделала глоток из кубка.       Такое замечание поставило меня в тупик, и я, последний раз взглянув на Виктора, на секунду столкнулся с его взглядом, но, по всей видимости, его это ничуть не волновало, и он как ни в чем не бывало тут же отвернулся в другую сторону. Черт возьми! Ну и как я должен это воспринимать?        — Думаю, ты права, и мне действительно не стоит больше так поступать, а то еще поползут слухи. А ведь я совершенно ничего к нему не чувствую, мы даже толком и не общались, — сообщил я, хоть и понимал, что сейчас говорю не совсем правду. Да, я не был влюблен, но определенная заинтересованность в нем все-таки была, правда сказать об этом я не решусь ни ему, ни кому бы то ни было другому.        — Да, я помню. Ну, если что, то обращайся. Снейп-Поттер же парень видный, и девушки так и вешаются на него толпами, а потом ходят с разбитыми сердцами, так что если вдруг он разобьет и твое сердечко, обращайся, — подмигнув, сообщила слизеринка.        — Спасибо, конечно, но я больше переживаю не из-за того, что «его высочество» Снейп-Поттер разобьет мне сердце, а из-за того, что скоро будет мой первый день рождения, которое я встречу вне дома.        — О! Так у тебя скоро день рождения? Двенадцать будет? Это же очень круто! Ну, у нас на Слизерине мы своих всегда поздравляем и тебя поздравим обязательно! — восторженно сообщила девушка так громко, что все сидящие рядом внимательно посмотрели на нас и стали прислушиваться к разговору, — И когда же этот знаменательный день?        — Ну… восьмого, — робко ответил я. В моей прежней школе, когда узнали, что я родился в этот день, меня подняли на смех, обозвав девчонкой, поэтому чего ожидать здесь я не знал.        — Вау! Ты родился прямо в международный женский день? Серьезно? — все так же восторженно улыбаясь, спросила брюнетка, и показалось, что все вокруг оживились.        — Да…        — Ребят, поздравим нашего мартовского Бенжи?       Такой реакции я ожидать явно не мог, все так волнительно восприняли эту новость, кивая на вопрос старосты, что казалось, я оказался где-то у своей бабушки, ведь только там так же грандиозно воспринималась новость о моем взрослении.       Все-таки я безумно рад, что попал именно на Слизерин, ведь здесь учатся такие классные ребята, что у меня даже времени на скуку нет. Правда, есть один субъект, который явно не подходит под это описание, но пусть катится, куда хочет, сейчас мне явно не до него. Конец POV Бенжамина. Начало POV Виктора.       У него скоро день рождения, и я просто не могу ничего не подарить ему в столь знаменательный день. Молчанка, конечно, молчанкой, но, Мерлин, это так сложно терпеть, особенно когда наши взгляды пересекаются. Я даже попросил профессора зельеварения рассадить нас, лишь бы не наделать глупостей, испортив своими желаниями весь так тщательно спланированный план.       Да, Виктор Северус, что я могу тебе на это сказать? Ну, ты явно попал, причем очень сильно. Если родители прознают об этом, то отец явно не похвалит меня, ссылаясь на то, что мне еще рано влюбляться в кого бы то ни было, особенно в мальчиков. Хотя, как говорил Наполеон Бонапарт: «Будущее ребенка — является заботой его матери» (с французского — L’avenir d’un enfant est l’oeuvre de sa mère), а кто у меня мать? Правильно, достопочтенный герой всея магической Британии, так что пусть потом не сердятся.        — Что-то мне твой взгляд совершенно не нравится. Только не говори, что решил, схватившись за этот факт, перекинуться с ним парой нежностей? — заметил Даниэль и смерил меня раздраженным взглядом.        — Хорошо, я не буду тебе этого говорить…        — Вики, ты неисправим. Ты же знаешь, что еще совершенно не время для этого!        — Да, знаю, но ты же тоже должен понимать, что для меня все эти игры довольно сложны… А теперь, когда еще и это выяснилось…        — Ладно, герой-любовник, поднимем этот вопрос на общем собрании и там уже и решим. Не действуй только бездумно, мы же все стараемся для тебя, — сообщил на вздохе младший Пьюси и улыбнулся.        — Да-да, я помню-помню, - усмехнувшись, сказал я, и друг мгновенно закатил глаза. Что ж, теперь остается только надеяться, что я все же смогу подарить ему что-нибудь. Берегись, Бенжамин Эдинктон, Слизерин вышел на поле, а мы те еще сводники... Конец POV Виктора.