Играя по правилам

— Кто-то решил побыть плохим мальчиком? — О чём ты? Лиам притворяется, что не знает ответа, и поправляет лямку комбинезона на голом плече. И именно так младший решил заявиться на вечеринку, предварительно даже не посовещавшись с лучшим другом насчёт своего образа. Не в этот раз. Тео ещё раз придирчиво разглядывает "костюм" беты. Не то, чтобы это не нравилось — даже, наоборот: без футболки под комбинезоном, химере открывался прекрасный вид на крепкие плечи младшего и частично на его грудь с мелкими завитками кудряшек, выцветших после целого дня под солнцем, — только вот это слишком неожиданно и не похоже на Лиама-футболки и майки наше всё-Данбара, потому как плечи и грудь ещё цветочки, а ягодками — открытая спина, на которую химера откровенно залипает, стоило оборотню повернуться. Наконец Рейкен удовлетворённо кивает, напоследок всё-таки уточнив: — Надеюсь, это не очередной совет Мейсона. Лиам прикусывает губу изнутри, ведь это действительно не совет Хьюитт. Узнай Мейсон об задумке лучшего, Данбар бы не смог бы потом смотреть ему в глаза как минимум год. Ну, ладно, может меньше, но месяц тоже долгий срок. В любом случае, отступать от задуманного уже было поздно: провальная ли была идея или нет, Лиам сможет узнать лишь вечером, то есть через пару часов. Бабочки в животе дают о себе знать уже сейчас. — Ты готов? Тео снова кивает, одёргивая майку: — Да. Клянусь, никаких подозрительных номеров. Химера аж подносит руку к груди и быстро её убирает, но Лиам всё равно успевает обидится за отсылку к их предыдущему походу в клуб и без лишней силы врезается кулаком в плечо Тео, отчего улыбка химеры становится лишь шире. На вечеринке Лиаму всё ещё требуется какое-то время, дабы взять в себя в руки. Или дождаться, как не совсем простой алкоголь ударит ему в голову, и тогда к младшему вернётся былая решительность. Или Данбар просто забудет обо всём, расслабится и утянет лениво упиравшегося, уже где-то потерявшего свою майку, Тео к толпу танцующих. Они двигаются в такт замедлившейся музыке, изрисованные неоновой краской. На одежде от лишнего соприкосновения остаются следы краски, до которым обоим нет дела. Особенно, когда Рейкен добирается пальцами до обнажённой спины Данбара, мягко оглаживает ту с игривой улыбкой на губах. Ведёт кончиками пальцев ниже, бесцеремонно пробираясь под комбинезон, и сжимает ладонями ягодицы. Лиам каменее, _вспомнив_ о своём плане. А Тео требуется секунда, чтобы понять, что что-то не так. Вместо боксёр или шорт там было явно что-то другое. Ласнящееся, причудливой формы, скрывающее под собой бельё. То есть, то явно не шорты и не вторые штаны. Химера недоумённо щупает неизвестный объект, тем самым вгоняя затихшего Лиама в краску. — Что это? Лиам молчит, выглядя отчасти растерянно. Глубоко выдыхает. Всё или ничего. Отстранившись, он ловит Тео за руку: — Пошли. Химера тупо кивает. Пока они идут, Данбар кожей чувствует, как Тео смотрит на него. Уборная? Нет, не в этот раз, но в лофте очень мало отдельных помещений. Второй этаж. И кладовой. Шанс того, что Дерек убьёт их за разруху последнего, гораздо ниже, в сравнению с альтернативой занять спальню старшего оборотня. Тесное помещение со скудным светом из основного зала не слишком вдохновляет, Очень скоро подобная мелочь и неудобства уходит на второй план. С подрагивающими от волнения пальцами Данбар расстёгивает ремень комбинезона на своей шее, и скидывает с себя с некоторой нервозностью, словно ещё сомневаясь в своём решении. Ожидавший кульминации и объяснений Тео замирает с открытым ртом, потому что, как оказалось, комбинезон это не единственное и далеко не самое главное, что было надето на Лиаме. Точнее, старший догадался об этом во время танцев, только вот и предположить не мог, что именно это будет. У Рейкена стремительно пересыхает во рту. — ...Вау. У них был разговор на эту тему, после того как неладная занесла их на сайт с товарами интимного характера. Игрушки, различные аксессуары. Костюмы. — Может закажем что нибудь? Например, это. — с этими словами Рейкен тыкнул на экран, указывая рядом сидящему Лиаму на костюм под названием <<заводная волчица>>. Данбар забавно свёл брови к переносице с очень оскорблённым видом. — А тебе тогда костюм Красной шапочки? — А здесь есть и такое? И ведь действительно было. И куда более приемлемый на вид костюм <<Женщины кошки>>, <<Молочницы>>. До них слишком поздно доходит, что, во-первых, здесь представлены только женски образы. Во-вторых, что после взаимных подколок, воздух как-то незаметно наполнился ароматом возбуждения. Никто из так и не понял, от кого именно он исходил (по всей видимости от обоих), и разбираться не стал. Просто отправили выбранные товары в корзину, оплатили покупку и, отложив ноутбук подальше, занялись друг другом. После этого странная мысль попробовать что-то такое не давала Лиаму покоя. Судя по реакции Тео, старший был очень даже солидарен с ним по отношению к их маленькому открытию. Бета хмурится и отдёргивает кислотно-розовую юбку, кажется, не закрывающую ровным счётом ничего, и уж тем более сетчатые чулки того же цвета. Тео тихо хихикает, наблюдая за ним. Лиам предостерегающе рычит и старший делает медленный вдох, чтобы удавить гадкую смешинку. Следуя его примеру, Данбар улавливает аромат смущения, не своего. Между тем химера делает крошечный шаг к нему. Взгляд Рекейна скачет от юбки и чулков к лицу младшего и обратно. — Это довольно мило. — Заткнись. — тут же огрызается Лиам. В конце концов, он оставляет юбку в покое и вновь с шумом втягивает воздух носом. Игнорируя затхлость, оборотень улавливает мускусные нотки. Выразительно смотрит на Тео, чуть приподняв бровь, ждёт вердикта. Рейкен больше не улыбается, когда, в конце концов, просит в пол-голоса: — Повернись. — и подходит ещё ближе. Теперь Лиам растягивает губы в улыбке, тревожа тем самым рисунок в виде оранжевых полос на своём лице. Не торопясь выполнять просьбу, бета кладет ладонь на плечо Тео. Тот слегка напрягается и, не удержавшись, тянется к юбке, прихватывает край тот и потирает между пальцев. — Тебе самому нравится это? -- всё также тихо интересуется Рейкен, на что Лиам неопределённо пожимает плечами: — Я... Не знаю. Это неудобно. И тем не менее, Тео наверняка тоже чувствует, может всё понять благодаря недвусмысленным химсигналам. А ещё благодаря небольшому бугорку под юбкой, стоило оттянуть эластичную ткань вниз. Снова рычание, на сей раз не такое грозное. Когда Тео оказывается к нему вплотную ближе, Лиам смотрит ему в глаза, прежде чем с последним намёком на сомнение повернуться к нему спиной. Рука Тео тут же обнимает его поперек груди, пока другая всё ещё где-то на уровне юбки. Данбар хватается за бедро химеры, до белых костяшек сжав пальцы и прильнув ещё ближе к нему, отчего Рейкен замирает. Тонкая ткань позволяет в полной мере прочувствовать степень чужого возбуждения Лиам осторожно покачивается, чтобы добиться от Тео шипения сквозь стиснутые зубы, и готов поклясться, как сразу после этого старший кусает губы, стараясь быть тихим. В это же время ладонь химеры тут же ловко пробирается под токсичный барьер и задевает нежную кожу ногтями. Лиам резко выдыхает и оставляет ещё пару отпечатков краски на джинсах. Слишком открыто. Горячо. Кожей к коже, окончательно портя труды разрисовавших их в начале вечеринки девушек. Свободная рука Тео блуждает под юбкой, оказывается на ягодицах, посылая разряд по телу, даже при наличии ещё одной преграды, как трусы. Лиам не торопится от них, ждёт, уперевшись чуть дрожащими от неожиданного наката напряжения руками в стену, для устойчивости. Химера позади него скалится, а дальше Данбар чувствует вместо человеческих зубов клыки, мазнувшие по плечу оборотня. Всё, или ничего. Тео всё также жмётся к нему, Чуть повернув голову беты к себе за подбородок, он прикусывает мочку уха, продолжая повышать градус температуры в помещении. Лиам закрывает глаза, стараясь расслабится, как вдруг вздрагивает всем телом, стоило старшему провести языком за ухом, предусмотрительно отведя мешавшие волосы назад. Рейкен повторяет нехитрое движение, в этот раз медленнее, царапает грудь младшего и неосторожно задевает один из сосков. Тут же по коже разливается тягучее тепло и Лиам даже не пытается быть тихим, позволяя себе короткий стон. Эта поза, одежда. Тео. То, как они близко к друг другу в этих четырёх стенах. Как воздух с каждый секундой становится всё тяжелее. Лиам не глядя вниз готов сказать, что своими выделениями испачкал не только бельё, но и треклятую юбку. Почти стыдно, если забыть, что Данбар изначально пришёл на вечеринку в этом куске ткани, с определённой целью, до которой они потихоньку добирались. Вдруг бета поддаётся назад. Словно забыв о том, как ещё днём злился и проклинал себя от одного только взгляда на юбку, Лиам прижимается ягодицами к встопорщенной ширинке. Неожиданная уверенность окупается удивлённым полустоном. И только сейчас Лиам осознаёт наличие оплошности в своём плане. Юбка, чулки, это всё круто. Они здесь, на нём. А смазка и презервативы дома. Пыхтящий ему в шею химера, судя по его неторопливости и некоторому одервенению, думал о том же. — Есть идеи? — хриплым голосом интересуется Данбар. Химера перехватывает бету покрепче, и теперь Лиам готов поклясться, что благодаря до сих пор не высохшей краске на торсе Тео, их тела похожи на холсты какого-то дурного художника. Мелкая доза волчьего аконита и водки подкидывают странным мысли. Лиам беззвучно хихикает и тут же прекращает это дело, напоровшись губами на не до конца проступившие клыки. Также частично показавшиеся когти скребут по стене, в момент как оборотень снова трётся об Рейкена. Старший утыкается лбом в плечо беты. Одежда им явно мешает. — ...Парочку. Но это будет грязно. — Мы уже грязные, вроде как. В этот раз Тео просто целует плечи Данбара, пока тот не поддаётся вперёд, отстраняясь от него и позволяя холоду после слишком долгого тесного контакта заколоть по обнажённому торсу койота. Сам Лиам игнорирует неприятные мурашки и, частично повернувшись к химере, не с первого раза расстёгивает молнию его джинс. За пуговицу просто тянут, отчего стоявший на ватных ногах Тео опасно качается вперед и едва ли не врезается в младшего, хватаясь за и оставляя на боку пару белых пятен от пальцев, другой же рукой Рейкен также опирается об стену кладовки. Специфичное освещение не даёт разглядеть возможные синяки получше, а Лиам даже не шипит. Слепое дёрганье за джинсы химеры не приносит никакого результата. — Чёрт. Терпение даёт сбой, а злость очень скоро подступает к груди. Чем больше пытаешься впечатлить, тем больше последующих проблем из-за этого возникает. — Не суетись. — Рейкен перехватывает сейчас бесполезную руку Данбара и отстраняет её от своего паха. — И поработай над своей привычкой трогать мой член с выпущенными когтями. Ой. Лиам едва слышно фыркает и пытается выпрямится, но Тео не позволяет ему этого сделать, резко сжав резцы на загривке Данбара и толкнувшись бедрами, отчего пошатнувшемуся по инерции оборотню приходится сосредоточится на своём равновесии, дабы не влететь в бетонную поверхность лицом. — А ты н-не тормози. Требование беты пропускают мимо ушей, зализывая пропавший след от зубов и посылая новую порцию колючих мурашек. Лиам опять замирает и теперь дышит через рот, чтобы хоть немного остыть. Выходит так себе. Бельё младшего летит на пол, давая Лиаму хоть какое-то облегчение. Тео отрывается от него и куда более цивилизованно разбирается с пуговицей джинс и спускает их вместе с боксерами до середины бёдер. Но вот Рейкен опять тормозит и, серьёзно, это совсем не весело. Лиам смотрит на него через плечо своими оборотничьими глазами. — Что ещё? — Юбку оставить? Оставить ли юбку. Хороший вопрос, и бета действительно задумывается. Ловит взгляд Тео и качает головой: — Оставь. Получив в ответ кивок от химеры, Данбар переступает с ноги на ногу в поисках наиболее удобного для себя положения и останавливается из-за ладоней Рейкена на его ягодицах. Мягкие мышцы осторожно разминают, вслед за чем Тео задирает юбку, чтобы та не мешалась. Ткань комкают пальцами, и Лиам слышит, как старший чему-то усмехается, продолжая любоваться открывшемуся перед ним виду. Наконец Тео сплевывает на пальцы, ими же проводит по своему изнывающему члену, размазывая успевшее проступить предсемя по всей длине ствола. — Тео. — Лиам опять рычит. Он заводит руку назад и, уцепившись за бедро химеры, притягивает Рейкена ближе. — Ладно, ладно, сейчас. Будь чуточку терпеливее. Перед тем как оборотень скажет что-то грубое в адрес старшего, ладонь Тео накрывает напряженный член Лиама и бета едва ли уловимо для человеческого слуха скулит. Неужели, блять, свершилось. Рейкен на пробу проводит ладонью вверх, к головке, и почти сразу обратно к основанию, за что оказывается вознаграждён не сдержанный стон. Удовлетворённой такой реакций, химера, _всё ещё_ не занявшись собой, неторопливо ласкает Лиама, как рвясь добиться больше. В иной раз, Данбар бы не повёлся, попробовал бы перехватить инициативу. Но сейчас, не в таком положении. Он прогибается в спине, за невозможностью как-то заткнусь себя (спасибо клыкам), не смыкает губ и опять скулит, окончательно испортив стену глубокими бороздами от когтей. Пальцы Тео чуть щипают и оттягивают уздечку под громкое ругательство, сжимаются под протекающей головкой, при этом не достаточно крепко, позволяя Лиаму самому толкнуться и потереться членом об ладонь старшего, вместе тем проезжаясь ягодицами по возбуждению пропустившего дрожащий вздох Рейкена. Данбар дёргает бёдрами резче. Мысленно он уже как пару минут назад решил для себя, что если химера так и ничего и не предпримет, произойдёт что-то очень плохое. Лиам ещё не придумал, что именно, но точно плохое, да. — Ну же! Двигай! — не выдерживает оборотень. Ещё один толчок, с которым уже даже Тео ругается. По кладовке, кроме звука их голосов и тяжелого дыхания, разносится треск бедной юбки. Рейкен дёргает кулаком по стволу Лиама и, добившись ещё одного жалостливого звука, плавно двигает бёдрами, предварительно прижав собственный член к ложбинке между ягодиц беты, благодаря этому проходясь по ней каждый раз, как толкается навстречу Данбару в сопровождении звучного шлепка кожи об кожу. Казалось бы, это совсем не то в сравнении с обычным сексом, но... Об этом будет отдельный разговор. — Да, да, да! — сыпется с губ младшего, прячущего лицо в сгибе локтя. И без того тугое возбуждение с каждым новым ударом становится всё невыносимей и кипит, продолжая искать необходимую точку невозврата. Тео едва ли не за ручку* ведёт бету к ней, вызывая новую приход мурашек своим громким рычание, и прижимается грудью к спине Лиама. Теперь только бета не даёт им упасть, удерживая на себе вес обоих не самых лёгких тел. Тем временем Тео двигается резче, и пусть это всего лишь трение, щёки Данбара горят, как и кончики ушей с шеей. Он готов провалиться сквозь землю от тех звуков, что они создают этим самым, мать вашу, трением. Ещё немного... Младший не успевает уследить, просто в один момент стонет особенно громко, резко затыкается и кончает, охваченный мелкой дрожью. Веки тяжелеют, вынуждая закрыть глаза. Сквозь темноту и фантомную подушку, Лиам готовится такой же громкий, протяжный стон Тео, перед тем как Рейкен финиширует следом. Вместо этого на шее младшего клыки химеры, и под ещё один уже менее громкий вскрик Тео накрывает оргазм, замерев. Юбка испорчена почти сразу впитавшимися каплями спермы, попавших на неё, другая часть белого семени размазана по ягодицам. Рейкен прижимает Лиама к себе обеими руками и кусает вновь, почти сразу зализывая отметину. Данбар скалится, щёлкает клыками и чудом не впивается когтями в ногу Тео, за секунду до того как оборотня прижмут к стене всем своим телом в отголоске удовольствия. Может, Лиам задушит Тео чулком, может, юбкой, или просто перегрызёт ему глотку. А может, повременит с этим и повторит странный эксперимент с неоном и переодеванием. Но это не точно. Пока Данбар пытается сообразить, химера сыто урчит ему на ухо, вынуждая пока что забыть об убийствах и даже о мелькающем перед глазами ядовито-розовом. — Вот теперь мы действительно грязные. — замечает Тео и почти что получает локтем под рёбра. Наступает тишина, как вдруг Лиам неожиданно выдаёт: — За тобой должок. — Разве? Хочешь увидеть меня в чём-то похожем? — Я про деньги за... одежду. Но твой вариант тоже неплох. Лиам хрипло смеется и позволяет себе минутную передышку, прежде чем им придётся оторваться друг от друга и решить, как вернуться к остальным. Впрочем, как уже было сегодня решено: всё, или ничего. Пан, или пропал.