Игра на выживание

POV Клэри Передо мной стоял сам Апполон. Меня слегка вообще не держали ноги, поэтому парень, подхватив за талию, держал меня, чтобы я снова не грохнулась. А что я? Я залипла. Я зависла в его синих, как бездонное чистое море, глазах… Я просто стояла и пялилась на него. Что-то сказала та выхухоль, что упекла меня в подвал. Парень тоже что-то сказал. Блять, если я посмотрю на его губы, я точно сдохну… Из транса меня вывел противный голос моего братца: — Правильно, держи её, она у нас дикая, убежать может. Собственно, это уже не моя проблема! — Себастьян пожал плечами, смачно откусив яблоко. Блять, пока я залипала на этого черноволосого красавчика, этот обмудок успел где-то яблоко взять! Почему я выбрала парня, а не еду?! — Что? — еле прошептала я, посмотрев на него. — Дорогая Аделичка, теперь ты переезжаешь. Вещи упаковывать не надо, так как у тебя их нет. И отомри уже, смотреть противно… — кусал он яблоко, облокачиваясь на столешницу. — Забирай её, что стоишь? Только крепче держи. За руку. Будешь за другие места — она тебе что-нибудь сломает, пхах, — охереть как смешно, но это, по сути, правда… — Угу… — парень крепко взял меня за руку, и вот тогда я уже поняла, что что-то происходит. — Эээээээ! Что происходит-то?! — возмущалась я, смотря огромными глазами на обоих парней и пытаясь вырываться. — Тебе все расскажет вот этот молодой человек. Тикайте уже, бесите. И парень повел меня прочь из дома. Я была только за, в принципе. Сбежать неплохая такая мысль. Но вот… Из одного подвала переезжать в другой как-то не особо хотелось… — Куда ты меня тащишь? — спросила я у брюнета. — В машину. — Вау. Прикольно… — ну, а что? Покатаюсь. А потом и сбегу. Перед воротами стоял небольшой микроавтобус черного цвета. Открыв дверь, меня поприветствовали взглядами более десяти амбалов. Ага, хуй я сбегу… Как только меня усадили на сидение, сразу же приковали к какой-то железяке наручниками. Класс. Парень сел напротив меня и начал пристально меня разглядывать. Ну, я так-то охуевала с происходящего, да. — И что ты пялишься? — я все еще пыталась дернуть рукой, но наручники держали крепко. Синеглазик ничего не ответил, продолжая пялиться. — Может, объяснишь, что происходит?! — спрашивала его я, округлив глаза. Нет, я понимаю, он старше, но, блять, не настолько, чтобы на «вы» к нему обращаться. — Неа, — ухмыльнулся он. — Ну охереть теперь! — выдохнула я и успокоилась, просто сев удобнее и отвернувшись к окну. Оно, кстати, тонированное, и через него видно ровным счётом нихуя. — Меня везут на продажу органов? Вы хоть знаете, сколько я стою? — я села в позу «вы знаете вообще кто мой отец». Вот только тут схема другая. Отца нет в живых, а я богатая наследница. — Знаем. Именно поэтому ты и здесь, — сухо ответил один из амбалов, а парень хмыкнул. — Блять… Зачем я вам? — с надеждой спросила я у парня. — Тебя продал твой брат. Так что теперь ты принадлежишь одному очень богатому человеку, — ответил какой-то ботаник в конце салона. В очечах такой, кудрявый, хилый. Как он только здесь оказался? И да, меня продал Себастьян какому-то богатому уебку. Я не удивляюсь, жизнь. — Ну, Саймон, все карты раскрыл. Понятно почему ты тогда проиграл, — хмыкнул брюнет. Ага, хилого зовут Саймон. — Извините, мистер Лайтвуд… — жалобно сказал он. — Охуеть ты важный, цветочек. Мистер Лайтвуд значит. А у мистера Лайтвуда имя есть? — Есть. Но Вам, мисс Моргенштерн, его знать не обязательно. — Все значит знаешь про меня, да? — ухмыльнулась я, с вызовом смотря на него. — Да. — Саймон, куда меня везут? — Саймон, молчи, а то оторву язык, — еще больше улыбнулся парень, глядя с вызовом на меня. — Ах ты сука, — язвительно оскалилась я. — Кто меня купил? Ты? — Нет, — изогнул бровь парень. — А кто? — Не скажу. — А если въебу? — мило улыбнулась я. — Наручники не позволят. — Блять… — тяжело вздохнула я. — Не матерись, а то не понравишься ему. Будь паинькой. — Какое ему дело до того, что я говорю. Думаешь я не знаю, зачем продаются девушки? — Да что ты говоришь. Даже такие познания имеются! — ерничал он. — Всякие имеются. Вот только меня не примут в проститутки в кровавых джинсах и порванной кофте, — снова улыбнулась я. — А ты права. Джек, к Изабель, — скомандовал парень водителю и он резко начал разворачиваться. От таких действий я упала головой прямо в ноги брюнету. — Оу, нет, девочка, не мне, другому, — еще больше улыбался парень, придерживая меня. — Пошел нахуй… — огрызнулась я и вернулась на место. — Я ведь найду, чем заткнуть тебе ротик, рыженькая, — ухмыльнулся этот… Бог, чтоб его… — А потом Джейс найдет, чем заткнуть тебе все дырки. Приехали, — сказал один из амбалов и открыл дверь. Брюнет отстегнул меня и вывел из машины. Я стояла напротив какого-то огромного красивого здания в стиле 19 века. — Добро пожаловать в самый роскошный и, пожалуй, единственный приличный дом моды в Чикаго. Прошу, — парень галантно протянул мне руку и повел меня внутрь этого великолепия. Руку я ему не дала, мне б челюсть с пола поднять… Тут был миллион… Нет, триллион одежды! У меня глаза разбегались! — Алек, ну ты как всегда без предупреждения! — крикнула темноволосая девушка, спускаясь по не менее шикарной лестнице со второго этажа на первый. Всего здесь этажа… Три? — Четыре этажа, — шепнул мне парень. Я дикими глазами взглянула на него. Ты что, сука, еще и мысли читать умеешь? — Нет, не умею читать мысли, просто у меня были те же вопросы, когда я оказался здесь впервые, — подмигнул он мне. — Ой, а что это за птичка? — ухмыльнулась девушка. — Новая покупка, — хмуро ответил парень. — Она… — Нет. Долго объяснять. Просто одень её для него. Но не как проститутку, а то… — Опять угрожал за яйца подвесить? — засмеялась девушка. — Изабель! — Ой, ладно, можешь валить. Все будет в лучшем виде. Приедешь часа через… — Нет. На этот раз я остаюсь здесь. Не дай Боже накосячишь… — Охренел? Расслабься, братец, я не подставлю под удар твои жизненно-важные органы, — заржала она еще больше, утаскивая за руку меня куда-то. Братец? — Братец? — спросила я. — Вау, ты еще и говоришь! Здорово, — я недовольно на нее посмотрела. — Ах, да… Я Изабель, сестра того дурачка, что привез тебя сюда, — улыбнулась мне девушка. — Позволишь? — ухмыльнулась она. — Что? — не успела я спросить, как она обняла меня. Эм… Я обняла в ответ. — Это было лишнее, я всего лишь снимала мерки, — хмыкнула девушка. — На твою фигурку здесь подойдет чуть меньше половины моей одежды и обуви. Этажа здесь четыре. Готовься, сладенькая, сегодня мы будем бегать похуже, чем на летних олимпиадах спортсмены. И вот после этих слов мне стало страшно. И не зря. На протяжении часа мы только бегали и клали в тележку все вещи, которые вообще могут мне подойти. Точнее кидала все в тележку Изабель, а я везла эту тележищу, еле поспевая за ней. — Куда так много? — Я не знаю точно, что тебе подойдет, поэтому мы рассматриваем все варианты. — Изабель… — Называй меня просто Иззи. Всё равно мы вряд ли уже встретимся, — мило улыбнулась она, а у меня по спине пробежали мурашки. — Кстати, тебя то как зовут? — Клэри… — Клэри, очень приятно. Так что ты хотела спросить? — Как зовут твоего брата? — А он не сказал? — Эм… Нет. — Значит не счел нужным, — пожала плечами она, помогая тащить мне тележку. — Так, теперь направо, там из старой коллекции, но вещи годные. — Сколько тебе лет? — Мне? А что? — ухмыльнулась она. — Да что вы скрытные все какие! Один имя не говорит, другая возраст! — А ты психованная, — засмеялась Иззи. — Девятнадцать мне. А тебе сколько? — Семнадцать… — Так ты несовершеннолетняя?! Как же ты попала к… — она не договорила и замолчала. — К кому? — я остановилась и посмотрела на него. — Ты ведь ничего не знаешь, да? — Да. — Тогда мне запрещено говорить. — Почему? — Все серьезнее, чем ты думаешь, милая. И… Ладно, забудь, — девушка стала дальше складывать вещи в тележку. — Он старый? — резко спросила я. — Кто? — не поняла Изабель. — Ну этот… Кто меня купил. Мне сказали, что меня продал мой брат одному очень богатому человеку. Все богатые старые и импотенты. На мои слова девушка громко засмеялась. Очень громко и сильно. — О, ты будешь удивлена, дорогая. Когда она прекратила смеяться, то спросила: — Тебя продал брат? Что? — Да, по большой части он и не… Не важно, в общем. — Расскажи. — Зачем? Всё равно ведь больше не увидимся. Изабель опустила глаза в пол. — Его зовут Джейс Эрондейл. И надо с тобой сделать максимальное, чтобы ты понравилась ему. — А это так важно? Всё равно рано или поздно убьют. — Зачем ты такое говоришь? — нахмурилась девушка. — Я могла бы пару часов назад сгнить в подвале заброшенного дома. Меня съела бы та крыса, что ела разлогавшийся труп. Мне не удалось даже сбежать, ведь вернулся так называемый брат с твоим братом. Я привыкла к мысли о том, что дальше будет хуже. И поверь, я бы сейчас с большим желанием перерезала вены одной из твоих вешалок. На мой ответ девушка пустила слезу. Воу, женщина, ты чего какая впечатлительная? — Я помогу тебе. Помогу тебе выжить. Обещаю. Она подняла на меня заплаканные глаза и обняла меня. — Ты говорила, что мы больше… — Не важно, что я говорила. Пойдем дальше, я расскажу тебе, что важно.  Моего брата зовут Алек. Александр Лайтвуд. Я младше его на два года, так что мне 19, а ему 21. Но о нем тебе не нужно многое знать. Ты и с ним будешь не часто видеться. Тебя купил Джейс. — Кто он? Ты знаешь его? — Да. Он… Он сам тебе расскажет. Эрондейлы — те люди, о которых говорить опасно для жизни. — Блять… Во что я вляпалась? — Пока не знаю. Но, сейчас главное — понравиться Джейсу. Что тебе говорил Алек? — Быть паинькой. — Правильно. Будь послушной. Засунь язык в свою милую попу и молчи. Лучше делать вид, что нет языка, нежели действительно лишиться его. Пошли мерить, да? Мы закончили обход всех четырех этажей и вернулись на первый, где уже спал на диване Алек. Спящий он такой… — Кхм, пошли, не будем будить его, — толкнула меня в другую сторону Иззи, и мы пошли мерить одежду. Спустя часа два мы всё же выбрали все, что было нужно, начиная от нижнего белья, заканчивая вечерними платьями. Так же обстояло дело и с обувью: от балеток и кроссовок до высоких каблуков и туфель на платформе. Когда все было упаковано в пакеты, я поняла, что Изабель мне действительно помогла. Не только с одеждой. Она сказала мне не бояться. Сказала, что будет приезжать. Не знает пока как, но обещала помочь. Она добрая. А еще любит обниматься. И, пожалуй, слишком много раз это делает. — Лайтвуд! Вставай! — Иззи скинула Алека с дивана, на котором он спал. — Ты чокнулась со своей одеждой, сестрица… — потер он ушибленный бок. — Вау… Он смотрел на меня. Мамочки, он снова пялился на меня. Я засмущалась. — Нравится? — ухмыльнулась брюнетка. Они, кстати, пиздец как похожи. Будто нет двух лет разницы и они близнецы. — Я старалась. — Ага… А где её старая одежда? — Торжественно сожгли на заднем дворе. Её бы даже в дом не пустили в той одежде. — Это да… — Вот видишь! А ты меня не слушала! — Где другие шмотки? — оглянулся Алек, встав с пола. — Уже в машине, милый. — Ну, мы тогда поехали. Пока, — он крепко обнял Иззи и пошел к выходу. — Рыжая, ты идешь? — Да… — замялась я. — Ну, прощай, Изабель Лайтвуд. — Я не прощаюсь, Клэри, — улыбнулась она. Я обняла её. — А я да… Помахав ей рукой, я вышла из здания вместе с Алеком. — Я тебе не рыжая, у меня имя есть, мудень. — Я тебе не мудень, у меня тоже имя есть. — Александр Лайтвуд, я знаю. — Иззи растрындела? — Нет, он сказал, — я показала пальцем на того амбала, что дверь открыл в салон машины. — Убить его. И тут раздался выстрел, а меня пихнули в машину. — З-зачем? Зачем ты это сделал? — Чтобы немного вернуть тебя в реальность. Ты не в той ситуации, чтобы ёрничать. Будь послушной. Говори, когда спросят. Ясно? — Ясно, мистер Лайтвуд. Я отвернулась от него. Разговаривать с ним мне больше не хотелось. Хотя я чувствовала, как он прожигает во мне дыру. Через минут пятнадцать он пересел на соседнее сидение. — Сейчас тебя привезут в твой новый дом. Я понятия не имею, что для тебя придумает Джейс. Будь готова к худшему. — Спасибо, — буркнула я. — Не обижайся. Я пытаюсь помочь. — Почему? — я посмотрела на него. — Мне тебя жаль. — Мне не нужна твоя жалость. — Твоя дерзость тебя погубит. Лучше не разговаривай, хорошо? — я отвернулась. — Тебя приведут в дом, а дальше тебе придется слушаться уже других людей. Никто тебе ничего не сделает, не бойся. Никто и пальцем тебя не тронет, пока ты там. Главная угроза и спасение — Джейс. — Он хотя бы красивый? — Маленькая ты еще совсем… Но да, он красивее меня, — нет никого красивее тебя, Александр… Я снова отвернулась и больше ничего не говорила. Собственно, он тоже. Вот мы и приехали. Кстати, на этот раз меня даже не пристегивали наручниками. А я даже и не пыталась сбежать… Дверь открыл какой-то парень и со словами «таково указание мистера Эрондейла» завязал мне глаза шелковой повязкой. — Какого… — начала возмущаться я. — Молчи. Это сказал мне на ухо Алек. Я послушалась. А этот Эрондейл… Точно маньяк и извращенец. Меня за руки повели куда-то. Алек и тот парень подсказывали мне ступеньки и пороги, чтобы я не грохнулась. Все закончилось тем, что меня впихнули в какую-то комнату и сказали, что можно снимать повязку. Вау, это не подвал. Даже больше скажу, вообще не подвал. Это ванная комната. Вот за душ я сейчас была готова убить… Приняв душ и вымыв голову, я завернулась в махровые полотенца и вышла из комнаты. Там меня ждала какая-то девушка. — Ты кто? — спросила я, испугавшись. Но она не ответила. — Ты не разговариваешь? — она помотала головой. Нет. — Тебе не разрешается со мной разговаривать? — она снова помотала головой. Нет. — Ясно. Что мне делать? Девушка показала на пакеты с одеждой. — Мне самой выбрать? Нет. — Кто-то еще придет? Да. — Кто? В эту секунду в дверь постучали, и зашла Изабель. — Я же сказала, что вернусь! — я кинулась обнимать её, сама не знаю почему. — Хей, ты уже соскучилась? — улыбнулась она. — Я просто рада. — Давай собираться, дорогуша. Сегодня мы наденем то красное платье. Пока надень лишь халат, позже наденешь платье. Сначала надо высушить и немного уложить твои волосы. Давай, давай, быстрее! — она толкнула меня в другую комнату и закрыла дверь. Это гардеробная. Я не удивлена. У меня тоже такая была, только чуть меньше. Я нашла на вешалке халат и тапочки. Белые тапочки. И Изабель еще говорит после всего этого живи. — Что дальше? — я вышла из гардеробной. — Так, теперь садись на кресло, будем делать тебе прическу и макияж. — А без него никак? — Нет. Но я тебя красить ярко не буду. Всего лишь замажу синяки и шрамы. И, думаю, ты поняла, почему красное платье, да? Там рукава длинные, чтобы не было видно следы от веревки. — Это так заметно? — Мне да… Я не стала спрашивать. Видно, что она не хочет об этом говорить. Прошло два часа. Укладка была сделана, макияж нанесен, платье и туфли надеты. Мы ждали, когда за мной придут. Пиздец, когда за мной придут. Ни смерть, ни менты, а какие-то уебки из банды моего нового так называемого хозяина. Чувствую себя вещью. Вещью, которую можно порвать, изрезать, истоптать, сжечь, выкинуть. Все, что угодно. И, думаю, после того, как я его увижу, все станет только хуже. За мной пришел Алек. Он повел меня по разным коридорам и комнатам. Он сказал молчать, и я молчу. Наконец, мы остановились у большой двери из красного дорогущего дерева. Алек постучал и кто-то отворил дверь с той стороны. Я зашла в огромную комнату и увидела его. — Пс, Александр, ты меня наебал. — В смысле? — так же, как и я, шепотом спросил он. — Ты красивее.