Как приручить Тэхёна

      И почему я одна стою с опущенными глазами, испытывая чувство вины, как будто это я взорвала кабинет? Может, показалось? А, нет, это вечно сияющее «чудо» стоит и улыбается как ни в чём не бывало. Молчание в кабинете ректора уже начало давить на уши, и я переминалась с ноги на ногу. Какая-то я молчаливая, даже странно.       — Чеён, — господин Ли положил голову на переплетённые пальцы, — это уже твой личный рекорд нахождения в моём кабинете.       Что я могу сказать? Просто кивнула в ответ.       — Взорвать кабинет — это уже слишком. Вы оба ничего не хотите сказать в своё оправдание?       — Это не мы, — подал голос Тэхён. — Мы фотографировали бабочек.       Моя голова резко дернулась в сторону парня. Серьёзно? Фотографировали бабочек? И это его гениальный план отмазать нас?       Видимо, с ректором у нас была одинаковая реакция. Во взглядах читалось одно и то же. Но если я просто в шоке молчала, то господин Ли ещё залился смехом. Отлично, этот псих ещё свёл с ума мужчину. Где там у меня завалялся номер скорой?       — И сам не знаю, почему, — произнёс господин Ли сквозь слёзы, — но вы мне нравитесь, ребята.       О-о-о, определённо нужно звонить в дурку. Спятил, точно спятил.       — Вы, кажется, забыли, что у нас везде стоят камеры?       Боже, как хочется сделать рука-лицо. Надо же было такое забыть? И на что я надеялась? Может, ещё не поздно упасть на колени и молить о пощаде?       — Значит, поступим так, — ректор нахмурил брови в активной мозговой деятельности. — Я вас не отчислю, — прям камень с души. — Вы продолжите в течение месяца отбывать наказание в общественной деятельности, — ожидаемо. — Но! Плюсом ко всему этому вы будете должны сделать полностью новый ремонт в кабинете химии. Итого — у вас два месяца на наказание.       А вот это влипла. Можно сказать: я нашла себе замечательную бесплатную подработку и всё благодаря одному «милому» парнишке, который фотографирует бабочек, мать его!       — Думаю, за эти два месяца вы станете отличной командой, — а вот это ректор бросил, скорее, мне, заметила знакомый огонёк язвительности в глазах. — Можете приступать.       Тяжёлые шаги по коридору, а я пыхчу от злости. Нервно покусываю губу, чтобы не наброситься на весёлого парня, шагающего рядом. Не знаю, это у меня талант влипать в неприятности, или всё же один человек способен создать столько проблем?       — Ничего не хочешь сказать? — шиплю на него.       — У меня дома есть пара банок краски, — пожимает плечами.       Блин, откусить ему нос, что ли?       — Как? Как ты сумел создать мне столько проблем, когда мы даже не знакомы? — мой кулак встречается с его плечом, и это меньшее из всех зол, что могла бы обрушить на него.       — Ты всегда на людей набрасываешься с кулаками? — потирает больное место.       — На людей — нет, на психов вроде тебя — да!       — На меня нельзя злиться, — надул губы. — Я же такой обаяшка, — его фирменная широкая улыбочка, а мне хочется поставить щелбан в его лоб, что, собственно говоря, и делаю. — Айщ, — шипит, а я ловлю удовлетворение.       — Просто держись от меня подальше, — разворачиваюсь в желании поскорее скрыться, пока всерьёз не покалечила.       — Не получится, — кричит в мою спину. — Эти два месяца мы с тобой неразлучны.       Рычание, исходившее где-то из моих недр, вырывается наружу, срываясь с губ.

***

      Щётка опускается в ведро с водой, любезно одолженное у уборщицы, чтобы оттирать серые стены. Холодные капельки пота стекали по моему лбу, пока я усердно работала, а какой-то наглец до сих пор не соизволил даже явиться на отработку. Где носит этого оболтуса, когда я должна очищать то, что натворил он?       Как только очередное ругательство в его сторону сорвалось с моих губ, дверь отворяется, и непонятный клубок тела закатывается, поднимаясь в боевую позу. Щётка выпадает из рук, когда ошарашенно смотрела на парня в костюме «ниндзя», только лицо было не закрыто маской, а открыто — лишь волосы перевязаны банданой.       А всё же я надеялась, что он, возможно… нормальный.       — Ты чего это? — даже мой голос ошалел от этого чудного появления Тэхёна.       — Я готов к этой войне, — его голос, как у самурая из фильма, всё же срывает смешок, хоть и хотела дуться на этого «психа».       — Какой войне?       — Войне с сажей и грязью.       — Ты, ниндзя недоделанный, давай работать, — тряпка, кинутая мной, попала прямо в его лицо.       — Умеешь ты всё испортить, а я так готовился, — бубнит, закатывая рукава, и всё же приступает к работе.       Он кажется странным, и не удивительно, что от него многие шарахаются, но… поймала себя на мысли: больше забавляет, чем отталкивает. Хотя признаю, желание огреть его чем-нибудь тяжёлым осталось прежним.       Как-то подозрительно тихий он сегодня. Может, он там за моей спиной ещё какую-нибудь очередную мину делает? Всё же кабинет химии — радиоактивы. Краем глаза замечаю, как его тело совершает странные телодвижения. Периодические подёргивая то рукой, то ногой, в сопровождении с поворотами головы. Может, у него приступ?       — Что ты делаешь?       — Мне скучно, вот и слушаю музыку.       — Музыку? — осмотрела его уши, но не обнаружила ни одного проводка, напоминающего наушники. — Можно узнать, как ты её слушаешь?       — Разве ты ни разу не слушала музыку в голове, вот тут? — поставил палец к голове, постучав по виску.       — Э-э-э, — даже не знаю, что сказать, — нет.       — Могу и тебе спеть, — его улыбка, порой, режет глаз.       — Не вздумай, — пригрозила рукой с тряпкой в руке.       — Зря, я отличный рэпер, — пропустив мои угрозы, он начал напевать, жестикулируя руками.       Удивительно низкий тембр для такого… как он. Рядом с ним я, кажется, то и дело, что удивляюсь, хочу убить, смеюсь, и поражаюсь. Да что он за парень такой?       — Прекрати надрывать голосовые связки, — замах, чтобы стукнуть его по плечу, но ловко увернулся, не прерывая своего пения. — Да заткнись ты уже, — кидаю тряпку, но этот увёртыш сегодня явно в ударе. Специально задирается, с нажимом произнося слова песни, не забывая при этом пританцовывать. — Всё, нарвался, — перескакиваю через стол, пытаясь ухватить этого ниндзю. Отскакивает в сторону. Вот же… негодяй. Хватаю ближайшую тряпку, устремляясь за певцом. — Сейчас я эту тряпку затолкаю тебе в рот! — увиливания за перевёрнутыми столами в полуразвалившемся кабинете. Со стороны кажемся детьми, но, на удивление, настроение Тэ слишком заразно, и ты сам не замечаешь, как поддаёшься порыву.       Удаётся ухватить его за кофту, но он резко развернулся, споткнувшись при этом об ножку стула, и упал, завлекая и меня следом. Не растерялась, хоть больно стукнулась коленкой, оседлав Тэхёна, замахиваясь тряпкой, с угрозой осуществить в реале собственные слова. А он лишь смеётся, удерживая мои руки. Сильный зараза.       Двери кабинета открылись, и знакомое лицо вошедшего парня уставилось на кучку тел, борющихся друг с другом.       — Я, кажется, помешал, — Чимин даже склонил голову, пытаясь повнимательнее нас разглядеть.       Мои глаза пробежали от друга на то копошение, которое мы создали с Тэхёном пару секунд назад. И, действительно, слишком пикантная поза. «Чёрт!» Отпрыгнула в сторону, осознав происходящее. И снова я в неловком положении из-за Тэхёна. Ну что ж за день сегодня такой?       — Ты… ты всё не так понял, — пыталась оправдаться перед другом, но он уже подозрительно прищурил глаза. — И не делай таких глаз.       — Каких?       — Вот таких, — попыталась изобразить Чимина.       Видно, косплей — не моя стихия, судя по смеху Тэ:       — На кротика похожа.       — А ты вообще заткнись, — пригрозила недопевцу всё той же тряпкой.       — Я, пожалуй, не буду вам мешать, — Чимин, улыбаясь, помахал мне рукой, возвращаясь к двери.       — Стой! Блин… — уже захлопнул двери.       Ну и что он подумал? А-а-а, этот день проклят… Кинула тряпку об стену, наплевав на грязь, уселась задницей на пол, запуская пальцы в волосы. Чьё-то тельце пристроилось рядышком и елозило на месте.       — Он тебе что, — Тэ указал взглядом на дверь, где только что скрылся Чимин, — нравится?       Уставилась на парня, вглядываясь в черты лица. Его резкие смены настроения порой пугают.       — Как он мне может нравиться? Он же гей…