Крылатый лев и лилия

      Марко показалось, что все происходящее - мистификация, что Фьятти нагло блефует, показывая ему совсем другую девушку. Но несколько мгновений спустя, когда тусклый свет масляного фонаря получше осветил вошедших, его оставили последние сомнения.       Виттория появилась из темноты, словно ангел с фарфоровым лицом, слишком хрупкий для этого мрачного и страшного помещения. На ней было простое, но добротное темное платье, какие носят тихие жены купцов и мелких чиновников, волосы заплетены в тугую косу и аккуратно стянуты на затылке сеткой. Чуть поодаль от нее следовала суровая коренастая женщина, очевидно нанятая Фьятти в качестве ее горничной.       - Что же, сенатор. Я выполнил ваше условие. Как видите, Виттория выбрала скромную, но обеспеченную жизнь, под крышей нашего общего дома. Не так ли, голубка моя?       - Да. Это так...- произнесла девушка, едва разомкнув пересохшие от страшного волнения губы и, опустив глаза, протянула Марко сложенный вчетверо проклятый листок.       Сенатор приблизился и, протянув руку, на долю секунды коснулся холодных как лед хрупких пальцев, взял предложенную записку.       Слова, написанные ею, казались ему не более реальными чем весь разыгрываемый спектакль. Но внезапно Виттория заговорила сухо и спокойно, не глядя на собеседника, словно за несколько дней превратилась из юной беззаботной девушки во взрослую, деловитую жену стряпчего. Подобранный наряд еще более подчеркивал это образ:       - Все что здесь написано- правда… Простите меня и освободите от данных мною обетов. Я сделала выбор, который хотела дать мне мать, и если вы еще верны своей клятве, то выполните то, о чем я прошу. Лучше стать честной женщиной, матерью семейства, чем скрываться в стенах роскошного палаццо на положении фиктивной жены.       Марко слушал эти жесткие фразы, изо всех сил стараясь сохранить здравомыслие и выдержку. Никогда он не видел Витторию такой чужой и надменной. И с каждым произнесенным ею словом , сенатор все больше сомневался-ложь ли это? Возможно, что стоявшая перед ним девушка была истинной, а не притворной Витторией. Это он видел в ней невинного ангела, ничего не знающего о жизни. Возможно ли, что он так чудовищно ошибался?       - Почему ты не сказала мне раньше? Почему не призналась, что тебя мучает данное мне обещание? Зачем признавалась в чувствах, которых не было? – спросил он безуспешно стараясь поймать ее взгляд. «Скажи Виттория, скажи что все это не правда? Зачем ты согласилась на это лицедейство? Чем он запугал тебя? Что пообещал?» - молили его глаза обращенные к ней.       - Вы бы не стали слушать, ведь вы стремились защитить меня любыми способами, я же по неопытности запуталась в своих решениях. А когда опомнилась-было уже поздно. Сеньор Фьятти помог мне разобраться…И..       - Нет, ни слова больше…- Марко поднял руку в останавливающем жесте, почувствовав как все внутри сжалось от боли,не в силах слушать, как эти прекрасные нежные губы, которых он коснулся лишь раз в первом и единственном поцелуе, произносят вещи, которые не мог, но должен был принять его разум.       Он не мог прийти в себя. Виттория словно выбила опору у него из-под ног, и теперь Веньер беспомощно болтался в петле собственных растоптанных чувств и мыслей.       - Вот и славно! – раздался где-то рядом довольный голос Фьятти. Он прекрасно видел эффект, который произвели на Марко слова Виттории, - Даруйте право этой несчастной сироте выбрать свое будущее! Если в Вы действительно желаете ей добра. Расторгнуть брак конечно же будет не просто. Скандал неизбежен, но кто в Венеции без греха…Дож в конечном счете будет рад такому исходу и постарается закрыть рты самых свирепых сплетников. Его племянница, по слухам, все еще не обручена. Не пройдет и года, как он устроит долгожданный союза Чиконья и Веньеров. Осталось уладить некоторые формальности, подпишите бумаги сенатор!       Фьятти был опьянен своим успехом, ему казалось что он даже сделался на голову выше могущественного нобиля, который всегда вызывал у него невольную зависть. «Власть ,богатство, красота, военная удача, не слишком ли много для одного человека?»- не раз задавался вопросом Паприцио, разглядывая из-за спин придворных или уличных зевак внушительную фигуру адмирала Светлейшей.       Но в этот миг ему впервые удалось почувствовать собственное превосходство над Веньером. Это его продуманная стратегия опрокинула все фигуры на доске сенатора,когда-то смотревшего на Паприцио с презрением, словно на ничтожную блоху.       Окончательно осмелев , Фьятти сделал попытку взять Витторию за руку, показав Веньеру кто здесь правит бал. Но иногда ничтожный просчёт стоит всей выигранной партии.       Она брезгливо дернулась, словно загнанная лань под жадной рукой охотника. Маска ,придуманная ею, на мгновение дала трещину, взгляд заметался, руки в отчаянии стиснули подол платья. Все это не укрылось от глаз Марко.       Как могла девушка, смирившаяся со своей судьбой, испытывать такое животное отвращение и страх к мужчине за которого согласилась выйти замуж? Он устыдился собственной мнительности. Как он смел поставить под сомнение ее трогательное признание на корабле, ее слёзы , ее взгляд обращённый к нему перед алтарем ?       - Взгляни на меня Виттория! Я хочу чтобы ты ещё раз, глядя мне в глаза повторила, что не желаешь быть моей женой,- потребовал он непререкаемым тоном.       Она повернула голову и Марко наконец-то встретился с ее взглядом. Бездонные лесные озера, которыми он так часто любовался, покраснели от частых слез, они просили его о помощи, выдавая отчаяние своей обладательницы, непокорные ее воле.       Почувствовав, что больше не может сдерживать свои чувства, она склонила голову вместо ответа.       Тотчас Веньер понял, что его благоразумие разлетается на куски. Следовало еще потянуть время, все просчитать и только потом обнажить засидевшийся в ножнах клинок. Он даже не был уверен в том, удалось ли Юсуфу незаметно выследить место встречи, не знал, сколько наемников у Фьятти и сможет ли он в одиночку победить в этой схватке. Его поглотила волна багрового гнева.       Марко сделал шаг к столу, сделав вид, что готовиться обмакнуть предложенное перо в чернила и сделать короткий росчерк на документах, но в ту же секунду стряпчий Фьятти полетел на пол, схватившись за окровавленную грудь. Непонимающе вытаращив глаза, он словно большая рыба беззвучно шевелил губами, а спустя несколько секунд бездыханно обмяк на полу.        Виттория, словно одержимая неведомой в ее хрупком теле силой, крепко вцепилась зубами в руку Орсины, подскочившей к ней чтобы оттащить к двери. Очевидно она не ожидала ,что эта хрупкая девушка будет сопротивляться с остервенением дикой кошки и на мгновение разжала хватку. Этого оказалось достаточно, чтобы Виттория успела отскочить к противоположной стене, оказавшись прямо за широкой спиной Веньера, отражавшего удар за ударом нападавших на него наемников.       Звон оружия и предсмертные крики дали сигнал Юсуфу, уже давно караулившему хозяина рядом с домом. Мавр не успел уложить двух наемников в узком коридоре, как им на смену подоспели еще трое . Ему было не привыкать к серьезным схваткам, не раз в открытом бою им с хозяином доводилось вдвоем отражать атаки десятков врагов. В такие моменты все вокруг сливалось в единый адский котел, преисполненный кровью, потом и болью. Вот и сейчас Юсуф не считал нападавших, стремясь поскорее добраться до Веньера, прийти ему на помощь.       К тому моменту, когда мавру удалось пробиться в комнату, сенатор, прикрывая собой Витторию, вынужден был сражаться против четырех головорезов. Скорее всего, они составляли личную охрану Фьятти, т.к. были весьма ловки в ближнем бою. Несмотря на свой военный опыт и мастерство, Веньер чувствовал, что силы постепенно покидают его. Схватка слишком затянулась. Силы были не равны. Ему удалось уложить одного, но остальные не собирались сдаваться.        Виттория была в отчаянии, лихорадочно придумывая, как помочь Марко, видя, что с каждой минутой ему все тяжелее отражать атаки. Один из нападавших отвлек внимание сенатора ловким маневром, выбив скьявону из его рук , другой приготовился нанести смертельный удар.       Решение пришло к Виттории само собой. В два прыжка преодолев небольшое расстояние, она сдернула со стены масляный светильник и запустила им в лицо наемника, тотчас услышав его душераздирающий крик. Этой секунды хватило, чтобы Веньер вновь овладел положением и поднял свое оружие.       Боковым взглядом Марко разглядел влетевшего в комнату Юсуфа. Со своей страшной, обагренной кровью противников, саблей он был похож на ангела смерти. Несколько умелых взмахов, и третий нападавший, взвыв от от боли упал на пол. Веньер воспользовался смятением оставшихся двух и сделав выпад, пронзил одному из них руку. Оставалось разделаться с последним наемником, но как оказалось, в одной из комнат прятались еще пятеро.       «Где простой стряпчий нашел средства на целый отряд головорезов? Возможно это будет их с Юсуфом последняя схватка...»- возникла на миг и тут же погасла в голове Веньера тревожная мысль, когда названные гости атаковали их. Времени на размышления не было.       Виттория забившись в угол ужасом следила за неравной схваткой, страшный исход которой казалось был предрешен. Ей оставалась лишь молитва.       -Нет, нет, так не должно быть, это не возможно...-повторяла Виттория как в бреду, чувствуя что все происходящее вокруг растворяется в черном тумане, накрывшем ее сознание.       Охваченный огнем подручный Фьятти катался по полу, языки пламени перекинулись на высохший стол, который вспыхнул как спичка, на остатки деревянных панелей на стенах, поползли к потолочным балкам. Густой дым наполнял комнату, уже мешая противникам разглядеть друг-друга. Звон клинков, крики боли и проклятия смешались в один страшный гул.       Какими бы опытными воинами не были Марко и Юсуф, силы уже оставляли их. В один момент двое рослых наемников обрушили на могучего мавра ряд сильных ударов, оттеснив к окну, а Веньер в одиночку пытался отбиться от оставшихся.Сквозь дым и кровавую пелену,уже застилавшую глаза он пытался разглядеть хрупкую девичью фигурку, закрыть ее своей спиной, но видел и слышал лишь звон оружия и предсмертные хрипы врагов.       Закат лег на воды Лагуны багровым пологом, где-то в дали затихли звуки вечерней мессы, Светлейшая мирно погружалась сон, под сенью своих золотых львов, словно не ведая о грехах, творившихся в темном ее чреве.       Марко почувствовал, сильный удар по руке, не удержав скьявону. "Все кончено" -подумалось ему, когда убийца приготовился сделать смертоносный выпад. Но тот вдруг полетел ему под ноги, схватившись за живот, насквозь пронзенный чьей-то шпагой.       Веньер поднял глаза, различив среди дыма наполнявшего комнату несколько фигур в одинаковых темных плащах, умело орудовавших шпагами. Такое мастерство могло быть отточено только у лучших фехтмейстеров. Наемники падали на пол один за другим.       - Спасайтесь сенатор и спасайте девушку! - крикнул с сильным французским акцентом один из незнакомцев.        Юсуф, уж стоявший на ногах, зажимая рану на плече, выбил заколоченное окно и с ловкостью кошки, удивительной для его могучего телосложения, спрыгнул воду Канала. Марко, не теряя времени подхватив на руки лежавшую без чувств Витторию, последовал его примеру, стремясь побыстрее покинуть проклятый дом, едва не ставший их могилой.       Ледяная вода мгновенно сковала грудь, заставив задохнуться. У них было совсем немного времени, чтобы выбраться на сушу, перед тем, как холод лишит их остатков сил.       Отплывая , Веньер услышал как в воду спрыгнули еще несколько человек, решив , что поблагодарит загадочных спасителей на берегу. Дом уже был охвачен пламенем, пожиравшем тела убитых в нем этой страшной ночью.       Виттория пришла в себя от падения в воду и , преодолевая боль в охваченных холодом руках и ногах, тут же принялась грести изо всех сил, помогая Марко. Плавать она научилась еще тогда , в Иллирии. Как кстати был сейчас этот навык. Ведь ослабленный схваткой Веньер тоже с трудом держался на воде.       Все трое выбрались на берег измученными и дрожащими от холода. Виттория уже не могла стоять на ногах, почти теряя сознание.       Незнакомцев, так неожиданно пришедших им на помощь, нигде не было. Словно они растворились в воздухе, также как и появились.       Марко поднял Витторию на руки ,прижимая к себе как редкое, добытое в битве сокровище, будто не чувствуя усталости, холода и боли от мелких, но кровоточащих ран, которые успели нанести ему в схватке. Она почти перестала дрожать, прижимаясь к его сильному телу, успокаиваясь и согреваясь его теплом. Даже в гондоле, Виттория не разомкнула рук вокруг его шеи, будто страшась потерять навсегда.       Юсуф следовал за ними как всегда огромной, но бесшумной тенью, зорко приглядываясь к любым шорохам и звукам за их спиной.       Они ничего не говорили друг другу, слова были лишними и неуместными после всего что произошло. Марко крепко прижимал худенькую фигурку Виттории к себе, чувствуя всем телом и душой, как она преданно и доверчиво тянется к нему.       По прибытию в палаццо, их встретила разрыдавшаяся от радости Беатрис. Напряжение последних дней вырвалось наружу, и сеньора Гритти не смогла удержаться, вопреки всем правилам и законам этикета. Но все же она быстро совладала со своими эмоциями, разглядев наконец в каком виде предстали перед нею Марко и Виттория. Оба были насквозь мокрыми, со следами копоти и крови на лице и одежде. Но не размыкали рук, словно это был их последний день.       - Я думаю, вам обоим сейчас не повредит хорошая ванна и отдых. А тебе брат- услуги нашего лекаря- заключила Беатрис, и не дожидаясь ответа, отдала несколько скупых распоряжений слугам.       Марко хотел было возразить ей, что вызывать лекаря из-за нескольких царапин –пустая трата времени. Но последствия схватки уже ощущались во всем его теле, несмотря на многолетнюю выдержку и привычку выносить любые физические испытания.       Поэтому, он позволил сестре сделать все, что она считает нужным, и для Виттории в том числе.       - Моя отважная сирена, - ласково сказал он , подняв лицо девушки к себе, и заглянув в любимые зеленовато-карие глаза – нам и правда следует прислушаться к Беатрис.       Она кивнула в ответ, нехотя выпуская его руку из своей.       Проворная камеристка, недавно нанятая Беатрис услужение будущей сеньоре Веньер, быстро освободила Витторию от мокрого платья и помогла опуститься в восхитительно пахнущую горячую воду. Только сейчас она почувствовала свою усталость от потрясений последних дней и часов. В доме, где держал ее Фьятти, ей не удавалось сомкнуть глаз. Полузабытье, в которое она время от времени впадала, перемежавшееся со слезами, трудно было назвать полноценным сном.       Но сейчас она вновь была в безопасности, среди любимых и дорогих ей людей. Осознание этого разлилось по телу успокаивающей и целительной волной. Все было позади. Виттория позволила себе насладиться покоем и вниманием, окружившим ее. Ночная рубашка из тонкого батиста, отделанная изящным кружевом, казалась невесомым облаком, ласкающим кожу.       Все страхи и волнения растворились, как только голова коснулась мягкой подушки, взбитой умелыми руками. Виттория забылась крепком сном, больше похожим на забытье в которое впадают люди, коим довелось пройти через ад и вернутся обратно .