Ценности жизни

Мне бы крылышки Как у сокола, Мне бы силушку, Как у камушка. Мне бы, братушек, Как у деревца, Мне бы жизнюшку С нового венца

***

Эти люди ещё безумнее чем можно было думать. Они изучали страницы древней истории чуть ли не из первых уст, и до сих пор не поняли бессмысленность всех целей. Хэйтем задумался над этим, как их привезли в офис Абстерго. Вся эта нарисованая безопасность и иллюзия честных побуждений разрушилась, когда он увидел портреты его братьев Американской ложи, к каждому портрету подводились нити и записи на маленьких бумагах. Судя по всему, на этой доске висели и другие портреты, но это лишь предположение. Чтож, чтобы вернутся в своё время нужно больше наблюдать. Хотя и интуиция, словно грызун в ночи, напоминала о себе и тем самым у мужчины появлялись подозрения. А стоит им верить? Какие у них цели? Верить никому нельзя и цели у них эгоистичные. Но они же братья? А ведь Берч тоже был «братом». Всё таки вскормленный Софией внутренний ребёнок так и хотел вырваться и сказать, давайте решим всё мирно. Но этого не будет. Сейчас же Хэйтем сидел возле очередного изогнутого компьютера. Он ждал пока Юхани поговорит с пришедшей девушкой, которую звали Мелани Лемэй. И всё же удивительно до чего всё дошло. Они способны увидеть другие города, людей и весь мир, через эти мониторы. Они читали историю как рассказ дедушки, раскапывая и ковыряясь в нашей грязи. Эти люди обращались в прошлое чтобы найти то, что находится у них под ногами. Бесмысленность? Эта погоня двух орденов за бессмысленными артефактами и силой Тех Кто Пришёл Раньше всё больше надоедала ему, и недавний вопрос его сестры тревожил душу по сей день. Когда же он закончит своё предназначение? Быть убийцей до конца жизни? Он об этом не мечтал. Честно говоря, он ни о чём не мечтал. Всю жизнь его преследовали цели, убийства, важные люди, но не мечта. Как же быстро мы можем уставать? Мелани в откровенным восторгом смотрела на сидящего в старой флотской шинели Хэйтема. Мужчина приведственно кивнул и отвернулся к статуэткам посвящённым его отцу. Неужели они знали всю его жизнь? Здесь стоило оскорбиться, ведь он сам мало что знал про отца. — Любопытно — с каплей сожаления пришла горечь утраты. Жизнь его отца была детально изучена, более того, была романтизирована и выставлена на всеобщее обозрение. Да что там, он ещё не знает, что оскорбительное прозвище «шалопай», данное ему отцом, знают и используют в своих контекстах. Если хочешь что-то спрятать, прячь на виду. — Сэр, — к нему подошла там самая Мелани. Хэйтем обратил внимание на живость её движений и яркую энергию, видимо она была под впечатлением от чего-то. Скорее всего современные братья относятся с уважением к жизни Кенуэев. — Да? — недолгая пауза позволила развернуть стул к девушке и встать. Излюбленная привычка соединять руки за спиной помогала ему собраться и сосредоточиться. — Я не могу поверить! Вы произвели настоящий бум! — её выразительность была во всём. Каждое движение руки, взгляд и даже вздох выдавали в ней гибкость характера. — Неужели? — в этот момент было не совсем ясно о каком «бум» идёт речь, и когда он обратил своё внимание на уходящего Берга, большой палец автоматически проверил наличие кольца от скрытого клинка. Механизм проверен сутки назад. Даст ли он осечку в критическом случае? Неизвестно. — Мастер Кенуэй, ваш опыт для нас золото. И раскрытие тайн предтеч очень важно для нас, так же как и было важно вам. Но с появлением здесь ваша биография остановилась в том дне, из которого вы прибыли. И вся ваша и наша работа стала вдруг не существенной. — пройдя от островка с компьютером, мимо белых диванов с журналами и прозрачными планшетами, девушка прочла пришедшее сообщение и мигом развернулась к окну. — Позвольте, я не совсем понимаю. — мужчина молил Отца Понимания, за то, чтобы не была затронута тема убийства Берча. Всё таки, это предательство и его братья могли воспринять это действие слишком категорично. — Мы до сих пор гоняемся за порядком и миром во всём мире. Ищем эти артефакты ценой превышающей все допустимые нормы. Та сила, что скрывается в этих артефактах не должна попасть в корыстные руки. А борьба с ассассинами не заканчивается. — Хэйтему приглянулся вид из окна. Такой высоты он не видел в своей жизни. А теперь за одни сутки он дважды побывал на уровне птиц. Поразительно! Они присели за столик, где уже было всё подготовлено для чаепития. Беседа будет интересной. Чай был приготовлен Юхани, он же собственно и возвращался к ним с тарелкой конфет и печенья. Когда наконец все трое налили себе чай, Мелани продолжила — А сейчас мы понимаем. Ваше присутствие здесь собьёт планы и нам и нашим противникам. По этому нужно как можно скорее узнать, как вы оказались здесь. И по возможности извлечь выгоду Этот монолог звучал так возвышенно и было не совсем ясно. Что же делать всё-таки? Что он мог сделать перед ними? Ему на данный момент двести восемьдесят восемь лет, несколько месяцев назад в своём времени, он убил Великого Магистра Английской ложи, получил серьёзную травму, его лучший друг совершил самоубийство, разве что сестра дала гарантии, что восстановит дом в Лондоне. За месяца проведённые в условном спокойствии другого времени, он понял, что дело Ассасинов и Тамплиеров ни гроша не стоит. Тем более не стоит и смерти. Он молчал. Долго. На столько долго, что его собеседники в недоумении переглянулись. — Мастер Кенуэй? — Лемэй продемонстрировала свою вовлечённость и желание помочь, но большего она сделать не могла. — Скажите, где сейчас находится женщина с которой я был? Она здесь? — нужно закрыть второстепенные темы. Хэйтем решил, что это хорошая идея, дать время себе, чтобы понять, каким образом реагировать и что ответить. Берг отреагировал весьма не однозначно, предположительно он мог воспринять женщину за слабость. Это был первый стратегический промах братьев по оружию. — Она здесь, возможно, уже очнулась. Мы направили к ней врача. Она здорова. Стандартное наблюдение и ничего более. — Мелани напряжённо улыбнулась. — Для начала, я хочу убедиться в том, что она в порядке. — к чаю Хэйтем так и не притронулся и мысли его были заполнены вопросами. Как вернуться обратно? И почему он здесь? — Конечно. — спокойно согласился Берг. Всё таки это было правдой. — Тем не менее, пока я здесь ваши знания моего времени не имеют смысла, а значит у нас есть время, для поиска решения. — он сделал глоток чая. — Как и у нашего врага. — серьёзно заметил Берг, отпив напитка. Хэйтем обратил внимание на окно и решил, что будет любопытно почувствовать ностальгию по дому в Лондоне. Является ли враг врагом если он преследует те-же цели? Задать этот вопрос мужчина не решился, более того, не посчитал нужным. Лишние вопросы порождают подозрения. Логично предположить, что противник находится на том же уровне изучения и ресурсов, следовательно присутствие здесь Хэйтема идёт в разрез их планам. Осталось понять, сколько времени им нужно для постановки проблемы. Интересно, если бы он попал к ассасинам, что бы случилось? Было ли ему спокойнее? Всё таки и орден и братство утратили свой вес в его глазах. Хотелось создать что-то новое. — Этот вопрос можно решить. — только и произнёс мужчина поставив чашку на стол. Мелани Лемэй с надеждой наклонилась в сторону Хэйтема. Можно предположить, что она действительно была готова действовать под началом Кенуэя. Чтож, это на руку. — Мисс, отведите меня к Софии. — Я вас провожу. — только и сказала она. Партия была удачной. *** Мелани и Хэйтем спускались в прозрачном лифте. В это время Хэйтем думал, что делать с девушкой? Разум говорит: оставить. Он знает, что скоро придётся уйти. Мужчине в этом случае остаётся только сожалеть и принять. И в этот момент, он понял, что не хочет прощаться. Словно попрощавшись, он совершит ошибку. Был бы тут Бенджамин Франклин. Этот человек дал бы совет. — Мастер Кенуэй, как думаете, наше время приняло бы вас? И орден? — с забавой и любопытством Мелани не могла бороться в этот момент, но вопрос и вправду хороший. Хэйтем с удивлением и лёгким раздражением заметил, что эта мысль по сей день не появлялась у него в голове. — Полагаю, нет. — девушка удивилась. — Почему же? — Хэйтем немного наклонился в сторону провожающей. — Потому что я люблю езду на лошадях и чистый воздух. — с лёгкой улыбкой двое вышли на нужном этаже и продвинулись вглубь белого лабиринта из экранов с персонажами ассассинами. К сожалению или к счастью, он никого не узнавал, кроме отца. Как и будучи ребёнком он боготворил Эдварда, так и люди современности относились к нему. Эта мысль принесла ему облегчение. Они прошли в просторный круглый кабинет с двумя кроватями. Одна кровать была стандартной с матрасом и подушкой, а вторая точно повторяла форму тела человека и вся светилась. Со временем наблюдения он начал сомневаться в том, что это вообще кровать. Но всё же общий вид порадовал мужчину, и он поймал себя на мысли, что рад тому, как устроили его весьма странную спутницу. — Перед тем как мы зайдём, — мягко начала Мелани, перекрыв ему ход в глубь помещения — имейте ввиду, что ваша знакомая имеет некоторые особенности благодаря которым её здоровье подкосилось. Мы её обследовали и назначили оптимальное лечение. Всё таки, в её стране неизвестны наши методы, и на личном опыте могу гарантировать их эффективность. «Чтож, по крайней мере, это лечится. Главное, чтобы она была в состоянии ясно мыслить и рассуждать. Этого будет достаточно»