Шипы

Если вы когда-нибудь чувствовали себя не в своей тарелке, то вам знакомо это ужасное ощущение, когда вы отказываетесь где-то, и вам кажется, что все смотрят только на вас, что они видят, что вы не такая, как они и вам неловко. Ира нехотя вышла из машины, оперевшись на руку Ильи, и огляделась по сторонам. Вокруг парковались дорогие черные машины, сверкающие своей чистотой на белоснежном снегу. Из автомобилей выходили не менее ухоженные и красивые люди, облаченные в самые прекрасные наряды, которые Ирина только видела. Когда она ехала, она тешилась надеждой, что где-нибудь она увидит Арсения, с которым и должна была сюда приехать. Но в свете последних событий, он, видимо, всё ещё держал дистанцию, а потому они не слишком часто общались, а перед сборами на этот званый новогодний ужин, он написал, что ей придется ехать одной, а уже на месте они встретятся. Это известие особо душу не грело, но делать было нечего. В конце концов, все, что могла она уже и так сделала. Девушка оглядывается на водителя. Тот смущённо улыбается и закрывает за ней дверцу, а потом и вовсе скрывается, оставляя ее одну против всего этого светского отдельного мира. Пожалуй, никогда ещё ее 31 декабря не проходило таким образом. Обычно она сидела с мамой на кухне и помогала нарезать ей пресловутый оливье, а теперь она стоит посреди подъездной площадки, покрытой блестящим снегом, в роскошном платье и смотрит на огромный недодом-недозамок, больше похожий на сказу, нежели на реальность. Собравшись с духом, Ирина тяжело выдыхает подбирает подол своего платья и неспеша направляется к дому, наблюдая возле себя две пары, которые внимательно ее рассматривали будто пытались понять, видели ли они ее ещё когда-нибудь до этого. Кузнецова старается не обращать внимания на посторонних людей и подходит к большим дверям, у которых стоят очень красивые мужчины-швейцары. Один из них поглядел на девушку, видимо ожидая предъявления приглашения. — Я с Поповым Арсением, — отзывается она чуть дрогнувшим голосом, на что ей положительно кивают и открывают огромные двери, разворачивая перед ней ещё более прекрасный мир, чем тот, что показался ей снаружи. Золотой свет заливает практически все, чуть ли не ослепляя Иру. Она немного жмурит глаза, но потом привыкает и уже имеет возможность разглядеть все, что видит вокруг. Как это не удивительно, но вместо лампочек в люстрах, девушка замечает настоящие горящие свечи, за состоянием которых внимательно следят ответственные официанты, больше похожие на пажей из какого-нибудь романа. Сзади Ирина чувствует чье-то присутствие и, поняв, что это ещё один швейцар, она позволяет ему помочь снять с нее ее шубу и унести ее в гардероб. Вдруг становится как-то ещё больше не по себе, потому что, кажется, будто все смотрят только на нее одну, действительно отмечая, что видят ее здесь впервые. Высокая девушка в длинном красном платье с большим вырезом на спине глянула на Кузнецову, пытаясь получше рассмотреть и сильно сжала своими аккуратно наманикюренными пальчиками тонкое стекло бокала с шампанским. На Ирине идеально сидело чёрное чуть пышное платье, не скрывающее ее лодыжек и плечей, вышитое по лифу и юбке красными ненавязчивыми маленькими розачквми, блестящие хрусталики, вшитые в каждую розочку ещё больше подчеркивали красоту платья. Увидев его на вешалке дома, девушка только закатила глаза, но даже не попыталась искать что-нибудь среди вещей в градеробе, во-первых, было бесполезно, во-вторых, это платье настолько красивое, что девушка не решилась бы надевать что-то другое. Блондинка в красном платье не отрывает от нее взгляда, пока рядом с ней не появляется какой-то мужчина, который начинает ей что-то оживлённо рассказывать, на что она холодно улыбается. Ирина потирает руку от неловкости и оглянувшись, отходит немного в сторону и достает мобильник из кармана. Она быстро набирает телефон мужа, но он его не слышит, а потому и не отвечает. Она набирает ещё пару раз, но все безрезультатно. Несколько пар глаз продолжают пристально за ней следить, а она скоро, кажется, влипнет в стену, лишь отойти от толпы как можно дальше. Девушку охватывает небольшая паника поэтому, заметив, пробегающего мимо нее официанта с подносом, полным бокалов с шампанским, девушка хватает один и почти залпом его выпивает снова оглядываясь по сторонам. Черт, столько людей и все они смотрят на нее так, будто сейчас соберутся в огромную стаю и заклюют, а ее даже защитить некому. Классно. Так она и представляла свой новый год. Через некоторое время, девушка немного успокоилась, все же взяв себя в руки, но брать шампанское у каждого пробегающего мимо официанта она все равно не переставала. Ну мало ли, на всякий случай… Во всяком случае, она уже откинула мысли о том, что ей нужно срочно ехать домой. В какой-то момент на ее голое плечо легла тяжёлая теплая рука, чуть сжав его, от чего она испугалась и обернулась так резко, что чуть не врезалась в незнакомца. Правда сразу выяснилось, что он вовсе не незнакомец. — Арс? — облегчённо выдохнула она, схватившись на сердце. — О боже, где ты был? Ира сразу чувствует себя куда спокойнее, потому что теперь она видит хоть кого-то, кого она знает. — В другом конце зала, — улыбается он и берет два бокала шампанского с подноса в руках проходящего мимо официанта. — Это тебе, — он протягивает жене один из бокалов и делает глоток из своего. — Ты давно здесь? Ирина приняла шампанское, предпочтя не говорить Арсению, что это уже даже не второй бокал и тоже немного отпила. — Нет, я только что приехала, — пожала плечами она. — Я думала, мы поедем вместе. По лицу Арсения пробежала тень и он только усмехнулся. — Ты мне скажи, — оглянувшись по сторонам и выдохнув, подняла глаза на него девушка с почти полностью скрытым упрёком. — Сколько стоит мое платье? — Если я тебе скажу, то ты снимешь его прямо здесь, — широко улыбается он, разводя руки в стороны и наблюдает за тем, как щеки девушки слегка краснеют от внезапного смущения от столь простой фразы. — Давай я лучше познакомлю тебя с кем-нибудь, — он оставил свой бокал на столике, взял Ирину под руку и прошел вдоль стола к какой-то компании, состоящей только из мужчин. — Арсений? — замечает их один из мужчин и сразу же улыбается. — Ты не поверишь, но мы только что говорили о тебе, — улыбается он и жмёт Попову руку. — И что же вы обо мне говорили? — смеется Арсений и оборачивается на Иру. — Что тебя нигде не видно и что, похоже, ты от нас всех прячешься, — отвечает второй и все подхватывают эту фразу оживлённым разговором. — Да и похоже не просто прячешься от нас, но ещё и прячешь свою спутницу, — добавил кто-то, скользнув заинтересованным взглядом по силуэту рядом стоящей с Арсением девушки. Она была чуть ли не на полторы головы ниже его, но при этом вместе они ни капли комично не смотрелись, а только наоборот, кажется, дополняли друг друга. Ирина напрасно надеялась, что останется не замеченной и просто будет стоять и слушать их разговор. — Это моя жена, — оборачивается к ней Арсений, и девушка видит: его аж распирает, так он гордится тем, что она стоит с ним, а не с кем-то из присутствующих. Что именно она его жена и что ни у кого такой нет. Сейчас Кузнецова это отчётливо понимает. — Ирина, это, — он указывает на рядом стоящего с ней молодого человека. — Глеб. И так прошли следующие полчаса: Арсений познакомил всех своих друзей, стоящих на данный момент рядом с ним со своей женой и был безумно счастлив, ловя взгляды мужчин, которые без остановки кидали их на Кузнецову, которая через десять минут уже принимала активное участие в разговоре, мило улыбалась и благодарила всех за комплименты, сыпавшиеся на ее голову, как капли дождя во время осени. Многие из знакомых Арсения сильно удивились, что мужчина вообще познакомил их с девушкой. И было понятно почему он это наконец сделал — она была просто находкой для такого, как он. Она была такой же умной, а-то и ещё умнее, потому что она женщина, а женщины, они априори умнее, как бы мужчины не пытались лезть из кожи вон, доказывая обратное. Об этом думал абсолютно каждый, общаясь с ней, но вслух озвучивать не стал. После Попов увел девушку в другую часть зала, знакомя ее с одной семейной парой — это оказались Дарина и Стас Шеминовы. Позже Арсений расскажет жене, как они познакомились и при каких обстоятельствах. Эти люди оказались насколько открытыми и дружелюбными, что в их компании девушка на некоторое время забыла, где она вообще находится и даже смогла представить, что она дома, в уютной обстановке за чашкой чая общается со старыми друзьями. Новая избранница Попова явно понравилась Шеминовой, она долго изучала ее взглядом, а потом призналась, схватив ее за руку, что хотела бы, чтобы у их мужей было побольше времени для того, чтобы собираться вместе, чтобы хоть так они с Ириной могли видится и мило болтать. Ира же сказала, что они с ней могли бы связываться и без мужей, с чем Дарина активно согласилась. В какой-то момент музыка стала чуть по громче, а все гости разбрелись по залу в поисках пары для танца. Арсению искать не нужно. В этот момент Ирина хотела взять ещё один бокал с пролетающего мимо подноса, но он перехватил ее руку и поцеловал ее ладонь. Ира вскинула брови, странновато взглянув на мужа. — Потанцуем? — Потанцуем? — улыбнулась в ответ девушка, чуть изумившись. — Ну… Хорошо, — она вложила руку в раскрытую ладонь Арсения, которую он протянул к ней и послушно пошла вместе с ним поближе к танцущим парам. Мужчина положил свободную руку ей на талию, после чего ей осталось только коснуться ладонью его плеча, укрытого плотной дорогой тканью черного пиджака. Это был уже второй раз, когда они танцевали, при том, что женаты они около трёх месяцев. Первый — у них в гостиной под какой-то медляк, который Ира уже и не сильно помнит. Она тогда ещё сняла туфли, потому что у нее сильно затекли ноги и сейчас, танцуя с Арсением под самую популярную песню Стинга, она понимает, что зря тогда не положила голову ему на плечо, что если бы она была к нему ближе в тот вечер, то ничего бы плохого с ней не произошло. Девушка усмехается этой мысли и встречается взглядом с Арсением, плавно ведущим ее в танце среди остальных пар. — Ты прекрасно выглядишь, — слышится где-то над ухом, и Ира вскидывает глаза, обрамлённые пушистыми ресницами, на мужа. — Спасибо, — она чуть мотнула головой, чтобы убрать прядь волос с лица. — Но ты все равно не скажешь цену, да? — оглянувшись по сторонам и выдохнув подняла глаза на него девушка. — Платья? Конечно, нет, — широко улыбается мужчина. Девушка чувствует что-то внутри, какое-то тепло, будто весь ее организм радуется тому, что рядом Арсений, влюбленно смотрящий на нее каждую минуту. Один только мозг ещё немного сопротивляется… Горе от ума, как говорится. Тем не менее, Кузнецова отмечает, что на нее ещё никто и никогда так не смотрел. Вот так, чтобы прям переворачивалось все внутри и думать ни о чем больше не хотелось. — Я рад, что ты все-таки приехала, — вдруг говорит он. — Ты думал, что я не приеду? — Я боялся, — кивает он. — В последнее время, наши с тобой отношения балансируют на грани, и в большей степени они свешиваются в бездну. — Я знаю, — кивает она, теряя абсолютно весь свой задорный настрой и возвращаясь мыслями к повседневной теме — Арсений. — Вообще все это глупо, — снова чуть качнула головой она и чуть сильнее сжала руку Арсения. — Я глупая. Мужчина не отвечает ничего. Он просто поднимает глаза, оглядывая толпу и видит тысячу глаз, наблюдающих за ними, а конкретно за ней. Как будто, она единственное, что есть интересного на этой светлой вечеринке. И Арсений смеётся сам себе, понимая, как же это все действительно глупо. Похоже, для него она тоже единственное, что может его здесь заинтересовать. Ира же смотрит поверх плеча мужа, тоже куда-то в сторону. Она встречается со стеклянным взглядом той самой дамы в красном платье и обращается к мужу. — Арс., — зовёт она. — Кто эта девушка? — спокойно интересуется она и старается больше не обращать на нее внимания. Попов почему-то сразу понимает, что за девушку увидела Ира, ему даже оборачиваться не нужно, чтобы наверняка проверить, но всякий случай он это делает, выполняя медленный танцевальный па, так, чтобы теперь он был лицом к блондинке. — Ее зовут Аня, — тут же отвечает он, глянув на Иру. — Мы с ней когда-то встречались. — Когда-то? — о, да, здравствуйте, Ирина Владимировна, кажется в вас проснулась настоящая женщина со своими навязчивыми вопросами. — Мы расстались перед тем, как я принял решение, что собираюсь женится на тебе, — улыбается он, ловя волну, на которой оказывается Ира. — Между нами не было ничего особо серьезного. — А смотрит она на меня так, будто готовит план, как меня незаметно расчленить и закопать в лесу, — усмехается Ира. — Подождешь меня немного? — спрашивает мужчина, когда заканчивается музыка и, глянув куда-то в сторону, чуть-чуть изменился в лице. — Мне нужно отойти ненадолго. — Да, кончено, — без проблем соглашается девушка и наблюдает, как он удаляется в сторону компании девушек, идёт он, конечно, не к ним, но они встречают его широкими улыбками и явно чего-то от него хотят, но он вежливо отказывается, осторожно с какой-то нежностью в движениях убирает их тонкие руки со своего пиджака, к которому они так и наровят прикоснутся… Ирина некоторое время следит за этим, но потом, заметив это за собой самой, понимает, что Арсений уже стоит в совсем другом месте. Девушка оглядывается по сторонам, пытаясь отвлечься и видит большую лоджию. Кузнецовой срочно нужно на воздух. Всем бы конечно таких мужей, после танца с которыми необходимо освежиться, иначе можно умереть от переизбытка… Переизбытка всего. Девушка выходит на открытую лоджию, где ее встречает прохладный ветер, и подходит к металлическим перилам, на которые в последствие опирается руками, она пытается о чем-нибудь подумать, но в голове так пусто, что Ирина даже не знает радоваться ей тому или нет. Единственное, что появляется в, затуманенной усталостью и шампанским, голову через некоторое время — Арсений. Гребанный Арсений. Сплошной Арсений. Такое впечатление, что всегда был, есть и будет один только Арсений. У нее что-то стукнуло внутри, когда Попов оказался в женской ловушке, из которой, кончено, ловко выбрался, но от этого суть не меняется. И несмотря на то, что что-то с Кузнецовой случилось, когда он вдруг уделил внимание не ей, она искренне радовалась, что он пару раз взглянул на нее. Девушка поправила волосы и внимательно глянула вниз, наблюдая, за тем, как на парковке появляются все новые и новые машины. Все люди такие… Не такие. Не такие, к каким она привыкла. Она даже больше может сказать, они не такие, как сам Арсений. Она немного его знает, но всё-таки прилично с ним знакома и может сказать, что он совершенно не такой, каким его привыкли все видеть. Почему-то Ира не прочь думать о муже все самое плохое, что она только может о нем подумать, как она это делала в начале их знакомства, но сейчас почему-то она видит больше положительных черт. Твою же мать… Поплыла, да? Кто б сомневался, ты предсказуемая до жути. Кузнецова глубоко вздыхает, пытаясь освободить голову от неприятных мыслей и прикрывает глаза. Да, кто-то действительно поплыл и причем основательно. — Здравствуйте, — слышатся шаги сзади, и Ира будто выныривает из-под воды на воздух, теряя собственные мысли и наблюдая, как они отскаиквают от нее и прыгают в разные углы помещения. К ней навстречу шел мужчина невысокого роста, но очень красивый с немного грубоватыми чертами лица и светлыми волосами. Она впервые видит привлекательного светловолосого мужчину… — Здравствуйте, — улыбается в ответ она и замечает у него в руках два бокала шампанского. — Я Виктор, — представляется тут же мужчина и протягивает один из бокалов ей. — Можно же вас угостить…? — Ирина, — подсказывает она и усмехается. — большое спасибо, кончено. Кузнецова делает глоток напитка и думает о том, что ей, пожалуй, хватит на сегодня. Последний бокал и только канапешки… — Вам не холодно? — вдруг спрашивает светловолосый, внимательно оглядев Иру. — Вы стоите тут уже очень долго… — А вы следили за мной? — улыбается она, тоже посмотрев на него. — Как только вы появились в этом доме, все только и делают, что следят за вами, так что я просто не мог быть исключением, — разводит руки в стороны Витя и обваражительно улыбается. — Я настолько центр внимания? — Ваш муж — Арсений Попов, — напоминает он. — Так что это неудивительно, вы не привыкли? Вы автоматически популярны. — Но это все не моя популярность*, — отмахивается с серьезным видом она и с интересом рассматривает стену здания, которую очень хорошо видно, стоя в лоджии. — Но вы очень красивая, — вдруг произносит Витя. — Настолько, что я готов сказать, что сейчас, когда вас все увидели, на некоторое время они забыли, кто вы и просто смотрели как на нечто необыкновенное. — И вы тоже? — смеётся Ира, не выдержав. Витя толкьо смеется в ответ, убирая одну свободную руку в карман брюк, чуть задирая полу своего пиджака и переводит гдяза тоже вниз услышав какой-то шум. Кажется, он немного смутился. И такая реакция приводит девушку в восторг. Кузнецова ненадолго задержала взгляд на профиле нового знакомого, слегка улыбнулась уголком губ, сделала ещё один глоток и снова обратила внимание на парковку. Внизу из дорогой машины с литыми дисками вышел худой высокий мужчина в дорогом костюме, подчёркивающем его идеальную фигуру. Даже с высоты второго этажа, Ира смогла разглядеть его лицо, хотя зрением особо не отличалась с самого рождения. Это молодой человек лет двадцати пяти с идеально уложенными волосами каштанового цвета, острыми скулами и густыми бровями. Он небрежным движением всплескивает руками, тем самым поправляя рукава пиджака и звенящие на одной из рук золотые массивные часы. Он подаёт какой-то сигнал своему водителю и направляется ко входу, где у него даже не спрашивают фамилию. — Это… — начинает Витя, но рядом с беседующими оказывается ещё один человек. — Бийбрайер, — отвечает за своего приятеля Арсений, сделав ещё пару шагов в их сторону и положив руку на талию жене. — Он местная звезда. — Сияет? — усмехается Ира, глянув сначала на Арсения, а потом снова на Витю. — Ой, как он сияет, — смеётся Витя и это поддерживает Попов. — Сейчас узнает, что главным объектом сегодня является не он и все… Разбегаться в разные стороны придется. — Вы же познакомились, да? — интересуется темноволосый, съезжая с темы обсуждения нового гостя. — Да, мы уже… — начала Ира, оборачиваясь на рядом стоящего Арсения. — даже поболтали немного. — Витя — мой старый приятель, — поясняет Попов, а тот, кого представили, смущённо кивнул, улыбаясь. — Мы какое-то время работали вместе, а потом жизнь разбросала. — Хоть на таких мероприятиях видимся, — усмехается Щетков. — Так можно даже периодически договариваться о встречах. Мужчины ещё немного о чем-то шутят, что-то вспоминают, смеются, а Ира просто слушает их, наслаждаясь морозным воздухом. Правда, в какой-то момент, она чувствует, что наконец озябла и поднимает глаза на мужа, все ещё обнимавшего ее за талию. Вся компания дружно покидает балкон, снова врываясь в золотой зал, где по глазам бьёт свет, а уши заполняются нескончаемыми светскими разговорами вокруг. Ирина с Арсением танцуют ещё раз, когда играет песня Эда Ширана «Give me love», а после он ещё раз предлагает ей шампанского, но на этот раз она уже отказывается. Время начинает бежать быстрее. Кузнецова ещё пару раз ловит на себе взгляды девушки в красном, но очень скоро забывает о ней, когда Дарина с ещё какой-то из ее подружек обсуждают очередное появление Бийбрайера. Ира без особого интереса слушает восторги подруги Дарины, упорно делает вид, что ей интересно, но в основном ест канапешки со стола, возле которого они примостились. Несколько раз она замечает самого этого Сашу, он даже один раз ей подмигивает, как бы приветствуя, но сразу же уносится куда-то со своим приятелем. Из разговора, Ира понимает не много, но только то, что этот… Саша, кажется, довольно известная личность, местный тусовщик, получивший нехилое наследство от покойного дедушки-немца, в том числе фамилию, и кинувший собственных родителей. Неплохая такая характеристика, проанализировав ее, Кузнецова усмехнулась так сильно, что чуть не подавилась огурцом, но заботливая Шеминова спасла ей жизнь, пару раз стукнув той по спине, за что Ирина была безумно благодарна. Так за беседами и, в основном, поеданием всего очень вкусного и дорогого, Ирина устала так, что у нее буквально отваливалась каждая часть тела. Понимая это, она достала телефон из потайного кармана в платье, но ей не пришлось набирать мужа, она увидела его первее, чем ее айфон успел сканировать ее отпечаток пальца. — Арс, — не спеша, но внутри ноя от боли в гудящих ногах от слишком уж тяжёлых для многочасового ношения туфлей, произносит она, наконец достигая его. — Я устала… — Домой хочешь? — Да, — обреченно кивает головой она, хватается за его локоть и строит печальную рожицу, смотря на мужа снизу вверх. — Ладно-ладно, — усмехнулся он и накрыл рукой ее ладонь, покоящуюся у него на локте. — Сейчас уже поедем, ты можешь попрощаться с Дариной и идти к выходу, там Макар, а я сейчас приду, мне нужно ещё пару слов сказать Вите. Ирина радостно кивает и, на секунду застыв, разглядывает идеальное лицо Арсения с голубыми глазами-безднами. На фоне играет песня Гару «Gitan», а потому девушка себя и чувствует, как во французском романе сейчас, но ей вовсе не смешно от этого. Она делает шаг назад от Попова, ещё раз смущённо улыбается и, развернувшись, уходит в поисках Дарины, чтобы все-таки попрощаться с ней. В памяти невольно всплыла фраза кого-то из друзей Арсения на их свадьбе: «Граф Поповский». Не отыскав девушку, Ирина забирает свою шубу и в безнадёжности выходит на улицу, надеясь хоть там встретить новую знакомую, но не находит там никого, кроме большого фонтана на входе, в компании которого ей не слишком уж и весело, но она все же решается остаться снаружи и подождать уже Арсения. Возвращаться не было никакого желания, так что она даже обрадовалась, что вокруг нет людей. Спокойный зимний ветер обдувает ее, немного игрхаясь с ее волосами, а Кузнецова уже мечтает о том, как сейчас сядет в машину и снимет с себя туфли, а позже зайдет с вою спальню и снимет платье. И примет душ. По ее мнению, это лучшее окончание этого дня. Услышав позади шаги, она с облегчением вздохнула и обернулась со словами: — Арс, ну наконец… — она не успела договорить, потому что увидела перед собой совсем не мужа, а… А того человека, от которого сегодня без ума глупая часть девушек, находящихся здесь, умной же нравился Арсений, и Ира входила в их число. — Вообще-то, я привык, чтобы меня называли Сашей, — усмехается Бийбрайер и смотрит в упор на девушку. — Я о вас слышал, вы, — он хмурится, указывая на нее рукой. — Вы Попова, да? — Я… — открывает было рот девушка, но так сильно почему-то хочется сказать не то, что обычно, что она просто не сдерживается. — Попова, да. — Много слышал о вашем муже, даже видел пару раз, и вот сегодня ещё пересеклись с ним ненадолго, — улыбается Бийбрайер, медленно подходя к Ире. — Так вот… — он поправляет волосы рукой и как-то странно смотрит на Иру. — Я вас тоже знаю, — перебивает она. — Уж слишком много сегодня о вас говорят… — замечает она и следит за его реакцией. Не трудно заметить, что подобное наблюдение льстит ему не меньше, чем Попову тот факт, что Ира — его жена. — Я вроде видел недавно Арсения, почему вы тут одна? — съезжает с темы он. — Я его жду, — уже немного насторожившись, отвечает Кузнецова и отворачивается от нежелательного собеседника. Она словно кожей чувствует, как он делает несколько настойчивых шагов в ее сторону. — О, мужья всегда такие неторопливые, — смеётся он и говорит все так, будто Ира действительно в долбанный французском романе. Черт. — Поэтому многие девушки заводят себе любовников. Кстати, можно я с вами постою, да, ну чтобы вам не было скучно… — Мне не скучно, — раздражённо выдает девушка, наконец не выдержав и резко разворачивается, но не успевает добавить ещё что-то, потому что её губы встречают чужие губы. Они кажутся Ире такими противными и грубыми, что она сразу же пытается оттолкнуть от себя Бийбрайера, но его цепкие, как у дикой кошки лапы, сжимают ее руки у нее же на талии и, к сожалению, она совсем ничего не может сделать, кроме как трепыхаться в его хватке, как раненная птица в узкой клетке и пытаться укусить его за губу или вообще сделать хоть что-то. Он прислоняется ее к стене здания, уже начав освобождать ее плечи от шубы и блуждать по ним руками. Девушке кажется, что все это длится ужасную вечность. Страх ни на секунду ее не покидает, а только с каждым разом всё сильнее и сильнее накрывает ее волной и сходит с нее ледяным потом вниз по спине. Она чувствует, как мужчина настойчиво пытается задрать юбку ее платья, от чего из ее груди вырывается оглушительный крик о помощи, как только ее губы освобождаются от ужасных губ нежелательного партнёра. Но в какой-то момент того, кто ее зажал у стены, кто-то отбрасывает в сторону, она не понимает как, да и понимать не хочет. Она чуть-чуть не путается в собственных ногах, ей совсем не хватает воздуха, она пытается вздохнуть и не видит абсолютно ничего. И все же, потеряв равновесие, Ирина попыталась опереться на собственную ногу, но каблук предательски скользнул в сторону и девушка скользнула по стене на снег. И только после этого она хоть как-то стала осознавать что вокруг нее происходит. Она приподняла голову и увидела, как перед ней какой-то высокий мужчина в пальто что-то бросает злое Саше, а после бьёт его кулаком в лицо, по всей видимости, уже не впервые и попадает как раз в глаз. Звук как будто отключили и Кузнецова до сих пор не может понять, что вокруг нее вообще творится. Она видит ещё несколько людей в шоке наблюдающих за всем происходящим и почему-то никто из них не пытается помочь ей встать, но ей и помощь-то особо не нужна. Слух к ней возвращается только тогда, когда тот самый мужчина в пальто, которым, как ни странно, оказался Арсений, подходит к ней, хватает ее за плечи и помогает встать. — Ты как? Ир, слышишь меня? — он взволнованно разглядывает ее лицо, надеясь что ничего особо серьезного с ней не произошло и слегка встряхивает ее. — Я… Я в порядке, — как в тумане, не сразу отвечает она и хмурится, пытаясь сфокусироваться хотя бы на чем-то одном. Она поправляет волосы и только сейчас замечает, что она плачет. — Я в полном порядке… — наконец твердо говорит она и утирает слезы, а руки мужа все ещё плотно прижимают ее к нему. Невозможно сказать, какого Арсения она сейчас видит перед собой. Он злой. До невозможности злой. И в тоже время встревоженный. Он испугался за Иру, его честь была задета, в конце концов Арсений не мог допустить такого отношения к женщине, даже не будь она Ириной. Все это ложилось в одно странное чувство, которое сейчас испытывал мужчина, но очень сильно пытался себя сдерживать. Он обернулся. На них смотрели все. Все, кто заметил потасовку и вышел на крыльцо. Саша, похоже, был без чувств, Арсений не хило так приложился к нему кулаком, а потому вообще неудивительно, что он лежит и продолжает обогащать белоснежный покров земли собственной кровью из носа. И в этот момент слышится оглушительное биение курантов, доносящиеся из здания. С Новым годом… Попов презрительно окидывает все это взглядом, пару раз бросает взгляд на своих знакомых, а потом снова смотрит на жену. До нее доходит только сейчас, как все это выглядит со стороны, и что подумали все, а в частности и сам Арсений… Твою же мать. Девушка прикрыла глаза, пытаясь успокоится и поняла, что снова готова упасть, но мужские руки все ещё ее держат. — Поехали, — кивает в сторону машины и помогает ей встать Арсений, у нее еле переставляются ноги, чтобы дойти до машины, где уже открыл дверь Макар для того, чтобы Попов смог усадить девушку на заднее сидение. На половине пути, он понимает, что Ира совсем не в состоянии, а потому поднимает ее на руки и, услышав ее тихое мычание и заметив ее слезы из-под полуопущенных ресниц, он говорит ей, что все хорошо и они почти дома, а потом аккуратно усаживает ее на широкое кожаное сидение и садится рядом, продолжая аккуратно прижимать к себе. Прости, что я тебя упустил из виду.