Шипы

Ира стоит у зеркала, поправляет не совсем правильно завитые парикмахером локоны и ругает ее на чем свет стоит. Арсений же тихо посмеивается над женой, и единственное решение, которое он находит оптимальным, это просто подойти к ней, обнять ее, поцеловать в шею и прошептать ей о том, что она выглядит лучше всех. Девушка сначала закатывает глаза, а потом, ощутив новую порцию щекотки на шее, сдается. — Ну хорошо, — выдыхает она, оставляя волосы в покое. Если разбираться, то, действительно, эта укладка, хоть она и не совсем такая, какую хотела девушка, ничуть не хуже, и совсем ее не портит, так что не стоит слишком сильно заморачиваться по этому поводу. Она снова оглядывает себя в зеркале, ещё раз покрутившись и довольно улыбается. Сегодня на ней длинное бледно-розовое платье с открытыми плечами и полностью обшитое сверху прозрачной блестящей тканью, идеально сидящее на ней и вообще не сковывающее движений. Оно обтягивает верхнюю часть, подчёркивая грудь, из-под разреза на ноге виднеется острая коленка, а складки на нижней части платья позволяют двигаться свободнее. — Тебе так хорошо в этом платье, — замечает мужчина и проводит кончиками пальцев по нежному плечу девушки, пуская по ее телу стаю мурашек. — через четыре часа я его сниму с тебя… Ирина только улыбается в ответ, разворачивается лицом к нему, обвивает руками его шею и целует в губы. — Может быть, снимешь прямо сейчас? — тихо шепчет она, касаясь своим лбом горячей кожи мужчины и сверкает глазами. — К чему ждать так долго…? — она вдруг медленно ведёт рукой по груди мужчины и спускается ею к животу, а дальше достигает границы со штанами, но… — Э, нет, — тут же качает головой мужчина и немного отстраняется от жены, прекрасно понимая к чему она клонит. Он слегка сжимает ее кисти рук в своих, тем самым прекращая манипуляции девушки, и целует нежную кожу тыльной стороны чужих ладоней, кидая на Попову пронзительный взгляд. — Так не пойдет, ты мне обещала, помнишь? Ирина закатывает глаза и снова отворачивается к зеркалу, не в силах сдерживать счастливой улыбки на лице. Как бы сильно она не противилась этой встрече, ей приносило удовольствие то как она выглядит и то, как хорошо она сегодня проведет свою ночь, сначала в компании новых знакомых, а потом и наедине с Арсением. Они спускаются вниз ближе к восьми в большой банкет-холл, где на фоне играет тихая музыка, а вокруг очень много людей, которых, конечно же, Попова видит впервые и, скорей всего, больше никогда и не увидит, к счастью. Арсений же держит ее под руку, ведя в глубь зала. Он здоровается с несколькими мужчинами, женщины снова не слишком дружелюбно глазеют на его спутницу, но виду не подают и, только завистливо хмурясь, попивают шампанское. В какой-то момент, Ира даже замечает несколько знакомых лиц, а потому они с Арсением расходятся в разные стороны, думая о том, что встретятся как-нибудь позже, когда спустится мэр и наступит момент, когда Арсению будет пора знакомить его со своей женой, по поводу чего Ира до сих пор выступала против, подразумевая, что такие знакомства вовсе ни к чему, ни ей, ни мэру, ни самому Арсению… Но в конце концов, девушка пообещала. Когда Ира вдруг заливисто смеётся с какой-то шутки, которую произнесла одна из ее недавних хороших знакомых, не приносящих ей ни капли дискомфорта, ее вдруг мягко хватают за руку, чуть сжимая локоть. Она оборачивается, видит перед собой Арсения собственной персоной и слышит восторженные тихие вздохи вокруг нее, вызванные его появлением. — Ой, Арс? — удивляется она и улыбается ему, чуть склоняя голову. Она снова взглянула на своих приятельниц и снисходительно им улыбнулась. — Извините, дамы, — чуть сверкнув белоснежными зубами, усмехается он. — Я украду у вас Ирину совсем ненадолго, — девушки в ответ только густо краснеют, потому как Арсений одаривает каждую из них своим фирменным обворожительным взглядом голубых глаз, а потом, снова взяв жену под руку, уводит ее в другую сторону. — Что, он уже здесь? — спохватывается Ирина и аккуратно оглядывается по сторонам, желая найти глазами того самого мужчину. — Или ты решил бежать? — смеется она. — Если да, то это очень крутой план, я только за… — Нет, бежать мы не будем, — усмехается он и кидает взгляд на девушку. — Вон, видишь, разговаривает с одним из инвесторов, — кивает головой куда-то Арсений, а Ира тщетно пытается понять, куда именно он кивнул. Она хмурится и пытается найти глазами того о ком говорит Арсений. Вокруг мелькают люди, и совсем не ясно, кто из них человек, которого Ира никогда в жизни не видела. — Слушай, у инвесторов на лбах не написано, что они инвесторы, — замечает девушка и снова оглядывается. — Понятней скажи. — Ну в белом костюме, — тише добавляет он, указывая глазами, и чуть сильнее сжимает руку девушки в своей. — Рядом с ним мэр в синем. — А, — наконец увидев объект поиска, тянет Ирина, на секунду просветлев, и снова хмурится. — Я думала, в жизни он будет выглядеть не так хорошо, как по телевизору, — усмехается она и ловит на себе смеющийся взгляд мужа. — Ему это главное не скажи, — закатывает глаза Попов и медленно ведёт ее в сторону вдруг освободившегося от собеседника мэру. — Владимир Денисович, — подаёт голос Арсений, обращаясь к главе города и широко улыбается, приветствуя его. Он протягивает руку и ждёт рукопожатия. — Я уж думал, ты не приедешь. — скромно улыбается в ответ мэр, увидев перед собой старого знакомого и пожимает руку в ответ. — Полчаса тебя найти глазами не мог. Шифруешься? — Как можно? — Попов и оборачивается к жене, то в этот же момент это делает и сам мэр. — Это Ирина, — представляет он, обнимая ее за талию и незаметно слегка притягивая к себе. — Моя жена. — Мне очень приятно с вами познакомится, Владимир Денисович, — бархатно отзывается Ира, улыбаясь и смотря мужчине прямо в глаза. Наступает молчание, которое должно было быть ответной реакцией мэра на слова девушки, но он только посмотрел на нее. Она не может не заметить, как он скользит взглядом по ее лицу, ее фигуре, ненадолго задерживается глазами на разрезе платья, а потом, еле заметно поджав губы, снова возвращается к лицу, видимо, о чем-то думая, потому что за все это время не произносит ни слова. На лице же его ни единой эмоции, он только сглатывает и кивает, поправив пуговицу на своем пиджаке. — И мне приятно познакомится с вами, — сдержанно кивает он и целует руку Ирины, так спокойно, будто ничего странно несколько секунд назад не произошло. Кончиками пальцев на руках чувствуя что-то странное и неплотное, Ира поднимает настороженные глаза на стоящего рядом мужа, который уже выпустил ее из своих объятий. Улыбки пропали с лица всех троих. Попов лишь ответил хмурым взглядом потемневших синих глаза девушке и снова посмотрел на, явно скрывающего какую-то эмоцию от этих двоих, мэра. Кузнецовой стало не по себе от всего, он поведения Владимира Денисовича, от затянувшейся паузы и от взгляда собственного мужа. — Ирина, вы позволите? — он указал рукой на Арсения. — Мне нужно обсудить несколько очень важных дел с вашим мужем, — почтительно улыбается он. — Да, конечно, — просто кивает она, надеясь, что ей всё-таки показалось то странное поведение незнакомца да и Арсения. Она делает вид, что ничего не случилось и провожает мужчин взглядом, в который старается не вкладывать ничего похожего на происходящий в ее голове мыслительный процесс. Она сразу же берет бокал шампанского с подноса у пробегающего мимо официанта и скользит глазами по залу, надеясь, найти себе компанию, нежелая больше оставаться одной среди всех этих картин. Но с этим дела обстоят плохо ровно до того момента, как рядом не появляется Витя. Тот самый Витя, с которым она познакомилась несколько лет назад на местном вечере. За ним сразу же появился Матвиенко, уже изрядно подвыпивший и, схватив Иру за плечо, вдруг сказавший: — Вот ты мне расскажи, вот как можно быть таким как вот этот вот, а? — указывая на Щеткова, задаёт вопрос он заплетающимся языком, а Ира тихо смеётся, наблюдая за ним и продолжает сжимать бокал шампанского в руке. В компании этих двоих становится спокойней. — Ну и что он уже сделал, Сережа? — продолжая улыбаться, задаёт вопрос девушка и кидает взгляд на Витю, который точно так же не может сдержать улыбки. Улыбки и своего взгляда, который устремлён прямо на ее лицо. — Ты понимаешь, — выдохнул Матвиенко и, подняв свободную руку, сложил на ней пальцы вместе и указал ими на друга. — Вот он, вот тот вот товарищ, говорит, что я пить не умею… Попова не сдерживается от внезапного звонкого смеха, услышав эту фразу от него в таком состоянии, и поспешно прикрывает рот рукой, заметив на себе до боли в скулах возмущенный взгляд мужчины. — Ну и над кем ты сейчас смеёшься? — убирая руку с ее плеча, серьезно вопрошает он и ставит руки в боки. — Над тобой, пьянь, — закатывает глаза Щетков, немного встряхивая его за плечо, но все равно улыбается, наблюдая за приятелем. — Я же говорю, пить не умеешь, даже Ира тебе скажет… — Ты опять? — снова начинает Матвиенко, поворачиваясь к другу. — Так, мальчики, — глянув в сторону середины зала и увидев Арсения, останавливает мужчин Ирина и более, чем снисходительно, чем трогает сердце Щеткова, улыбается им обоим. — Я пока отойду… — она слегка хмурится и крепче сжимает бокал с шампанским в руках, — Но скоро вернусь к вам, хорошо? Выясните пока, кто из вас умеет пить, — подмигивает Вите девушка и отходит от друзей. Арсений, как ей кажется, выглядит слегка напряжённым. Он достает из кармана сигарету и старательно ее поджигает, а после закуривает и выходит на открытый балкон. Попова идёт за ним. Оглянувшись по сторонам, она обратила внимание на смеющегося в компании каких-то девушек мэра и его внезапный взгляд, полный чего-то… Пока что ей неизвестного. Он подмигивает ей, делает глоток шампанского и снова смеётся над чьей-то шуткой. Хотела бы Ира знать, что все это означает. Девушка не спеша выходит на балкон за мужем и медленно идёт к нему, слегка стуча каблуками по гранитной плитке. — Могу я узнать, отчего такой красивый мужчина мне показался слегка нервным? — улыбается она, достигая балюстрады, и опирается на нее спиной, чтобы взглянуть в лицо Арсения. — С чего вы так подумали, милая дама? — ослепительно улыбается Попов, поворачиваясь к жене и выдыхает клуб дыма. — Я давал повод? — он целует ее руку, чуть склонившись к ней. На лице ни намека на то, что успела заметить Ирина в зале. Но это не не останавливает, ведь она знает, что Арсений хороший актер. — Если серьезно, — вздыхает она. — Мне действительно показалось, что что-то не так, — жмёт плечами она и делает ещё один глоток алкоголя. — Странно, — приподнимает брови он и перемещает одну из рук на талию девушки, чуть прижимая ее к себе. — Потому что все в порядке. — Значит, мне показалось, — кивает она, улыбаясь и утыкаясь носом Арсению в щеку. Она слишком хорошо его знала, чтобы поверить в эти слова, но обострять все же не решилась. — Ну как разговор с мэром? — Ты ему понравилась, — тут же отвечает он, снова затягиваясь и выдыхает дым в сторону. — Ему было очень приятно с тобой пообщаться, — мужчина докуривает, выкидывает сигарету, затерев ее об перила, и проводит кончиками пальцев по щеке Ирины, от чего та прикрывает глаза ненадолго. — Но мы с ним почти и не общались. — Ему достаточно, — замечает Попов, чувствуя, как она обвивает руками его талию, прижимаясь ближе. Он ощущает ее тепло совсем рядом и глубоко выдыхает. — Давай останемся здесь и больше не пойдем туда, — положив голову ему на плечо, тихо просит Попова и ведёт ногтем по шву его пиджака на рукаве, наблюбая сама за своим действием. — Боюсь, так не получится, — смеётся он, поправляя волосы девушки. — Нам этого не простят даже за твою красоту. — Разве можно так жить? — Я так живу уже много лет, — выдыхает мужчина. — К этому можно привыкнуть… И ты привыкнешь. Больше они об этом не говорят. Не говорят, потому что не хотят. Хоть Ирина и погружается в эту жизнь в головой, точно так же как и Арсений, чувствуя себя в ней абсолютно спокойно, будто в своем собственном пространстве, она не желает находится в этом состоянии постоянно. Она лишь смотрит на Арсения, наслаждающегося богатством людей, знаний и денег которые его окружают, и любуется его самодостаточностью, которой ей самой совсем чуть-чуть не достаёт. Пожалуй, над этим надо поработать. Они стоят на пустом балконе одни, не разрывая объятий ни на секунду. Арсений периодически шепчет жене несколько красивых ласковых слов, слегка щекоча ее ушко, отчего она улыбается, забавно морщит нос и прикрывает глаза. Шампанское в одиноком бокале, стоящее на краю балюстрады уже давно потеряло все свои игривые пузырьки, но Ире отчего-то абсолютно все равно. Все ее нутро подсказывает, что сейчас она должна как можно больше пообнимать мужа, чувствуя его родное тепло, нотки одекалона, смешанного с дорогим ароматом сигарет, сегодня вишнёвых, и запахом горького виски с кофе. Вся эта идиллия, отдаленная от внешнего блестящего мира, окутанного золотым бархатом, покоряющего своими роскошью и недосягаемостью, оканчивается, когда в зале начинает играть музыка. Как раз в этот момент Ира думает о том, что этот самый мир из бархата, который прекрасно можно рассмотреть через пузырьки в бокале шампанского, слишком опасен. В него не так тяжело войти, как выйти. На этой мысли она усмехается, понимая, что, видимо, никогда из него теперь не выйдет, отстраняется от мужа, получая тут же поцелуй на кончике носа и замечает фотографа, который бывает на каждом светском вечере. Попова делает глоток шампанского и слегка улыбается, упираясь взглядом в объектив и чувствуя руку мужа на талии. — Ну вот, мы пойманы с поличным, — усмехается на ухо Ирине мужчина и ведёт ее под руку прочь с балкона, на котором начинают появляться другие пары. — Да, поэтому мой муж теперь обязан потанцевать со мной, — уже широко улыбается девушка, отдает бокал официанту и берет в свои ладони обе руки мужа. — Как будто, он хоть раз тебе отказывал, — замечает Попов и кладет руку с обручальным кольцом на безымянном пальце Ирине на талию, касаясь голой спины, которая не осталась без внимания посторонних мужчин. — Нет, — качает головой она, касаясь плеча мужа и сразу улавливая его ритм танца. — Потому что сильно любит меня… — Больше, чем ты себе представляешь. Золотая кутерьма, ассоциируемая у Ирины с пафосными слитками золота, заканчивается не так скоро, как ей хотелось бы, но она так радуется, когда супруги достигают своего номера, что просто не может передать своих эмоций. Она очень устала, даже сняла туфли с гудящих ног, а после нескольких жалоб, о том, что она совершенно не находит в себе силы идти, ее поднимают на руки и несут до самой кровати, тихо смеясь над ее несравненной женской логикой. — Ты обещал снять с меня платье, — напоминает девушка, когда чувствует лопатками холодные простыни гостиничной кровати и улыбается, закусывая губу, а после протягивает свои туфли вперёд. — Ты не поставишь? — она приподнимается на локтях и невинно глядит на читающего ее насквозь мужчину. Он забирает у нее туфли, нежно одаривая взглядом, аккуратно оставляет их в прихожей и там же снимает с себя пиджак. — Ты бы видела взгляд мэра, — доносится из соседней комнаты весёлый голос Арсения, который к концу вечера наконец расслабился, не без помощи коньяка, конечно. — Ты, как обычно, выглядела сегодня словно жемчужина среди кучи гороха… — мужчина появляется в спальне номера, снова кидая взгляд на жену. — Он не сводил с тебя глаз. — Я слышала о его жене, говорят, она не красавица, — жмёт плечами девушка слегка улыбаясь. — Надо же ему было на кого-то смотреть… — В любом случае, она его жена… — Ага, а я твоя, так что, — Ирина немного думает, а потом продолжает. — Кажется, мне так жарко после всех этих разговоров и танцев… — она проводит рукой по своей шее, откидывая волосы назад, а после тянет платье на себе чуть выше, ещё больше оголяя бедро, где и так виднеется вырез. — Боюсь, от разговора, который предстоит тебе сейчас, станет ещё жарче, — выдыхает Арсений и присаживается на край кровати возле жены и оглаживает ладонью ее талию, как бы специально игнорируя ее манипуляции. Арсений целует Попову в губы, юрко проникая языком внутрь и улыбается, отстраняясь. Он ведёт взглядом от ее глаз к коленям, в после аккуратно ведёт ладонью и кончиками пальцев от самой лодыжки к бедру, аккуратно задирая платье ещё сильнее и оставляя невесомые поцелуи вслед за своими прикосновениями. Совсем скоро платье оказывается на спинке кровати, а рубашка на Арсении расстёгнута аккуратными пальчиками Ирины, которая тяжело дышит и тихо стонет от жарких поцелуев на своей шее. Попов нежно проводит кончиком носа по линии от ключицы к подбородку девушки и вдруг смотрит на нее, поглаживая руками ее бедра и живот. — Ир, — тихо произносит он, ловя ее заинтересованный взгляд на себе в ответ. — Я люблю тебя, — шепчет девушка, касаясь руками полуоголенной спины мужа, по памяти ощущая, где находится какая родинка. — Если ты изменишь мне… — вдруг продолжает он, все ещё с любовью в глазах рассматривая ее лицо, и заботливо слегка дует свежим воздухом на ее лоб, избавляя его от мелких прилипших к коже волосков. — Ты убьешь меня, — кивает она, прикрывая глаза и оставляет несколько поцелуев на его плече, а после стягивает рубашку ещё дальше. — Я убью тебя. Каким бы богатым он не был, Ира знала, самое дорогое, по мнению самого Арсения, для него — она. Возможно, это слегка легкомысленно с ее стороны считать, что в мире не существует человека, который смог бы любить сильнее, но Арсений с нее пылинки сдувает в прямом смысле этих слов. Она знает, он бросит все свои деньги, если встанет выбор, потому что без нее нет смысла всех этих денег. А значит, они ему и не нужны. Попова действительно слишком хорошо его изучила за все это время, чтобы понимать всю серьезность его слов в разных ситуациях. Он не преувеличивает и не говорит это на эмоциях. Как бы сильно он собой не гордился, не гордился бы ею, вряд ли хоть один заинтересованный взгляд, скользнувший по Ире, остался бы им не замеченным, и улыбаться этому в ответ он тоже может сколько угодно, только в итоге при появлении достойного соперника, вылезает наружу такое вот предупреждение. — Я люблю тебя, — повторяет девушка, обхватывая ладонями его лицо, а после оставляет на его красивых тонких губах поцелуй, слегка простонав в него от продолжающихся ласк со стороны мужа. — И никто мне кроме тебя не нужен, ты понимаешь? — она заглядывает в его глаза, зная, что он поверит, ведь это правда, чище которой он не найдет ничего ни в этом мире, принаджлежащим только им двоим, ни в другом, где музыка играет до самой ночи, где важен твой костюм, где на высоте тот, у кого кошелек пошире. Как это не иронично и не печально. Мужчина ложится рядом, когда на часах уже третий час ночи, они оба благодарят все силы, небесные и земные, за то, что завтра им не нужно подрываться чуть ли ни свет ни заря. Ирина поворачивается на бок, ощущая, как тонкая ткань одеяла скользит по ее вспотевшей и чуть солоноватой от этого коже, защищая от проворного ветерка из открытого окна, и кладет голову на плечо Арсению, устраиваясь поудобнее. — Ты, всё-таки, в напряжении, — ещё через какое-то время произносит Ирина, замечая как он поглаживает ее плечо и сильнее прижимает ее к своей груди. — Не думай о мэре, — просит она, чуть приподнимая голову, практически умоляет. — Чтобы я тоже о нем не думала… — Прости, — кивает он, открывая глаза и улыбается. — Просто ему что-то не понравилось, понимаешь? — жмёт плечами он. — Он не сказал напрямую, но в общении со мной он был каким-то странноватым, — устало выдыхает мужчина и трет свободной рукой глаза. — В любом случае, я не хочу, чтобы ты об этом переживала, так что давай не будем об этом думать, в вполне возможно, что мне всего лишь показалось… — Я думаю, что тебе действительно показалось, ведь что ему могло не понравится? Я на все сто процентов уверена, что своим общением ты просто физически не мог донести ему дискомфорта… — успокаивает его жена, приводя штук десять аргументов, почему мэр просто не мог остаться недовольным. — Скорей всего, у него просто не было настроения, это мое последнее предположение… Кстати, — немного откашлялась она и удобно положила голову на груди мужа. — У меня серьезный разговор к тебе. — Ещё более серьезный? — улыбается он, продолжая гладить ее обнаженное плечо. — Да, я долго думала об этом, а сейчас решила, раз ты ищешь себе проблемы, то я точно не должна мучиться одна, так что вот. Она набирает воздуха побольше в легкие, крепко прижимает к груди одеяло и садится в кровати, глядя на мужа теперь сверху вниз. — Ты не думал о том, чтобы в нашей семье появился третий человек… Я бы даже сказала маленький человек? Девушка внимательно в ожидании смотрит на мужчину, который все ещё остаётся с закрытыми глазами на своей подушке. — А ты? — выдает он, открывает глаза и смотрит прямо в карие глаза напротив, жаждущие ответа здесь и сейчас. — Да. — Ты хорошо подумала? — без тени отступления назад в голосе интересуется он чуть хрипловато из-за накатывающего желания спать. — Да. — Ты готова? — напоследок спрашивает он уже совсем серьезно. — Да. — Конечно я думал об этом, — выдыхает он и отворачивается, упираясь взглядом стену напротив. — Ну знаешь, так, ненавязчиво, что когда-то это случится. Ира облегчённо выдыхает, еле заметно улыбаясь и прикрывая глаза. Эти слова как раз то, что ей нужно было услышать. Но оставалась ещё одна проблема, которую преподносить мужу будет в сто раз сложнее и страшнее, чем признание в желании иметь детей. — Арс… — снова тихо зовёт она, спускается в свое исходное положение и кладет руку ему на грудь, заставляя мужчину открыть глаза. Он внимательно на нее смотрит и поправляет свободной рукой пряди ее волос, убирая их за ухо. — Я не должна была так делать, — она опускает глаза и принимается выводить пальцем невидимые узоры на его груди. Думать об этом наедине с собой сложно, а вот так вот начать говорить об этом с Арсением — хуже мук ада. — Но я уже несколько раз пыталась забеременеть и… — От меня, надеюсь? — усмехается он, а после получает в ответ соответствующий взгляд жены, но усталая улыбка с его лица как и не пропадает. — Я пыталась и… — она судорожно выдыхает и собирается с мыслями. В висках немного постукивает, а ожидание реакции мужчины просто невыносимо. — Все эти попытки оказались неудачными, — на глазах выступают слезы, которые Ирина просто не успевает скрыть от мужа. Попов заботливо смахивает их с ее лица. — Я не знаю, что со мной. Мужчина чуть приподнимается в кровати, чтобы было удобнее и крепко-крепко обнимает Ирину, прижимая ее к себе сильнее. — Арс, я так сильно хочу родить, но мне так страшно… — тихо всхлипывает она, а Арсений нежно поглаживает ее по голове, успокаивая и будто бы защищая от страшных мыслей. — У нас с тобой все получится, — спокойно говорит он, оставляя поцелуй на ее макушке. — Не бойся, ладно? Мы будем пытаться, пока не добьемся желаемого, — улыбается он и чувствует, как Ирина действительно успокаивается. — Чем напряженнее ты будешь думать об этом и переживать, тем меньше шансов у нас с тобой на что-то… — Ну, а если, всё-таки, есть проблема? — она снова приподнимает голову, чтобы глянуть в такие родные голубые глаза. — Значит, мы будем ее решать. После этого разговора оба засыпают, как есть, в обнимку и спят до самого утра, когда проворное солнце уже достигает их кровати и освещает теплым светом их обнаженные тела, частично прикрытые одеялом. На улице располагающая ко всему погода, поют птицы, восседая на ветках клёнов и каштанов, окружающих гостиницу в купе с кустарниками и цветами. В это прекрасно утро, Ирина просыпается первой. Она открывает глаза, нехотя покидает постель, не желая отпускать мужа, а после бредёт в ванную за необходимостью принять душ. По спальне разбросаны вещи, вещающие о событиях вчерашней ночи. Ирино платье так и осталось на спинке у изножия кровати, рубашка Арсения небрежно свисала с края, грозя совсем свалится на пол, остальная же одежда оказывается уже совершенно точно на полу. Девушка улыбается тому, что видит, когда покидает ванную комнату, укутанная в белый халат с эмблемой отеля на кармане, и садится на кровать, поближе к Арсению. Будить его одновременно хочется и не хочется. Она мурлычет несколько приятных слов ему на ухо и ведёт ладонью по его груди, нежно ее оглаживая. — Пора, я уже даже заказала нам завтрак, скоро поднимется официант… Арсений только мило морщится, ворочается в кровати и обещает, что через пять минут обязательно встанет, но этого не происходит, а потому девушка снова предпринимает попытки его разбудить. Удается ей это только к тому моменту, когда в номер стучится официант и завозит прямо в спальню в которой Попова успела немного прибрать разбросанные до этого вещи, тележку с подносом еды, заказанной Ирой. — Что сегодня будешь делать? — вдруг спрашивает Арсений, когда выходит из душа, повязав полотенце на своих бедрах. — А мы разве не едем сегодня домой? — отрывая глаза от глянцевого журнала, в который уже успели припечатать их вчерашнюю фотографию на обложку, приподнимает бровь Ирина и смотрит на мужа. — У меня билеты на завтра, — улыбается он, замечая ее удивление на лице. — Ну тогда, — она кидает взгляд на свои наручные часы и жмёт плечами. — Я, конечно, могла бы сказать, что хочу провести время с тобой, но по тебе видно, что у тебя уже есть какие-то дела, — вздыхает она и возвращается к журналу. — Так что полежу здесь. — Так и проведешь целый день одна в номере? — испытывающе спрашивает Арсений и садится рядом с женой. — Не соскучишься? — А ты что, до вечера? — девушка закрывает журнал и откладывает его на тумбочку рядом. — Дай бог, чтоб не до ночи, — смеётся он, наклоняется к Ире и целует ее в губы, ведя рукой по ее бедру. — Попов, — выдыхает она, перекладывая ладони на его грудь. — Ты даже в чужом городе умудряешься найти себе работу, вот как это называется? — приподнимает брови она с намеком на улыбку на лице и поджимает губы. — Все что угодно, лишь бы дома с женой время не проводить… — Боюсь, не я работу нахожу, а она меня, — он щелкает Кузнецову по носу, поднимается с кровати и начинает собираться. — К ней все претензии. Голова у него немного гудит после вчерашнего, но две таблетки обезболивающего обещают скорый спад спазма и счастливую работоспособность. Хотелось бы на это очень надеяться, но даже если голова не пройдет, делать нечего, выбора нет. Когда мужчина полностью собирается, переодеваясь в брюки и белую футболку, он в последний раз смотрит в зеркало, поправляя взъерошенную челку. Он не хочет лишний раз шутить про свои мешки под глазами, а потому сам себе качает головой и проходит к двери. — Ты точно никуда не хочешь сходить? — в последний раз интересуется Арсений, целуя жену в щеку и готовясь к выходу. — Все-таки, целый день в номере — такое себе развлечение. Выйди город посмотри… — Да? — поджимает губы она, отдавая ему ключ-карту от номера. — С кем выйти? С мужем, который сейчас уйдет по своим делам? — Так, все, не ерничай, — отмахивается он, снова ее целует и покидает комнату, ступая на ковролиновое покрытие. — Постараюсь придти раньше. Ирина желает ему удачи, искренне надеясь, что все проблемы, которые у него появились, он успешно сегодня решит, а пока она действительно ляжет на кровать и пролежит на ней весь день.

***

— М, как тут мило, — оглядываясь по сторонам, хвалит выбранное Ирой место девушка и аккуратно складывает сумочку у себя на коленях. После ухода Арсения, девушка на самом деле собиралась оставаться дома, но одно ненавязчивое сообщение от Марины с примерно следующим текстом: «Я уже видела фотки. Ну и почему ты не сказала, что в Москве? Я срочно требую встречи!», заставили Попову улыбнуться и лениво начать собираться. Она надела рубашку в синюю полоску и черные джинсы — именно те вещи, которые взяла специально для перелета на самолете и в которых собственно и приехала. Ирина натянула на плечи кожаную куртку и точно так же, как и Арсений какое-то время назад, покинула номер, захлопывая его дверь. Она напечатала короткое сообщение мужу и вышла из огромного здания отеля. — Я до этого была в Москве один раз, — улыбается Ира. — Так что это единственное место, которое я тут знаю. — Довольно неплохое местечко, — продолжает хватить Кравченко и поднимает глаза на официанта, которому девушки быстро диктуют все то, чем планируют пообедать, а после снова возвращаются к своему разговору. — Я слышала, вы с Костей переезжать собрались. — Да, только вот думаем куда, — кивает Марина, — Костя хочет дом, чтобы побольше воздуха свежего было, а наша дочь не хочет быть вдалеке от города, — она делает глоток кофе. — А ты-то сама как? — А я бы из обоих свезла куда-нибудь и жила бы без них, — смеётся она и лёгким движением руки поправляет волосы. — А Арс где, кстати? Вы же вроде вместе в городе. — Да, только сегодня у него дела какие-то, — отмахивается Ира, взмахнув рукой. — Поэтому он куда-то поехал, сказал поздно будет, вот я и думала, что весь день просижу дома, — пожимает плечами она и слегка улыбается. — Но мне написала ты, так что участь быть одинокой на сегодня, слава богу, не оправдалась. — Мне, кстати, Костя недавно тоже жаловался, что Арсений на связь не выходит, — задумавшись, вспомнила девушка. — Странно, на неделе у Арса вообще вроде дел не было особо. Даже в офис не ездил, дома работал, но на звонки отвечал, — Ирина делает глоток кофе и снова улыбается. Девушки больше не говорят о мужьях, они болтают на отвлеченную тему, Ира рассказывает свою историю о возможном бесплодии, про из разговор об этом с Арсением и снова выслушивает успокаивающие слова, потом девушки решают больше не затрагивать эту тему и мелодично смеются над ситуациями, которые им доводится вспоминать и просто наслаждаются весенним днём, окутывающим их. В итоге их встреча заканчивается оплаченным счетом, парой фотографий на фоне Москва Сити, прогулкой по Красной Пресне и обещаниям встречаться как можно чаще. Марина — одна из тех девушек, с которыми Кузнецова вообще общается после переезда из Воронежа в Петербург. У нее после того, как она покинула родимое гнездо, больше не было знакомых, с которыми она могла бы о чем угодно поговорить и попить кофе, кроме Арсения, конечно, но он не в счёт, ведь первое время у них отношения тоже не заладились. В университете же, зная, кто такая Ира Попова, пытались завести с ней дружбу не ради дружбы, так что это ей было тоже не особо интересно. На светских вечерах редко появлялись девушки, с которыми Ира могла бы найти общий язык, большинство из них были узкомыслящими и глупыми, без полной картины мира перед глазами, потому Поповой приходилось общаться со знакомыми Арсения, находится в их кругу, ведь общение с ними, обмен мыслями и познаниями доставляли ей необыкновенное удовольсктие. К тому же, так она росла в собственных глазах и в глазах мужа. А потом на каком-то из вечеров появился известный продюсер с какого-то телевизионного канала, которого Попов тоже знал, мужчины долго разговаривали о своих каких-то совместнных делах, в то время как Марина ласково улыбнулась тогда ещё совсем юной девушке и предложила бокал шампанского. Пожалуй тогда, когда они начали разговор, Ирина наконец убедилась, что не все девушки этого общества пропащие, ведь у Кравченко мысли не ограничивались на походе на маникюр и покупке новой шубы, что бесконечно радовало саму Кузнецову. С Мариной было легко, как с человеком, которого ты знаешь уже очень-очень давно и в котором полностью уверен. Она практична, всегда принимает быстрые и правильные решения, не тратит времени на пустые эмоции и не слишком любит светские праздники, но когда попадает на них, отводит подготовке много времени и внимания, в итоге выглядит лучше десятков живущих в этом лоске барышень. Вот полный портрет Марины, который совпадает с портретом Иры с несколькими маленькими оговорками, которые соверешенно не мешают им быть хорошими подругами и расстроится Ире из-за того, что их встреча подходит к концу, и придется распрощаться. Они целуют друг друга в щеки, не желая расходиться по домам, но у Марины дела, а Ирина уже очень хочет вернуться к Арсению, который игнорирует все ее сообщения. — Брось, — улыбается напоследок Марина. — Обязательно напишет, я думаю, он уже закончил все свои дела и спешит к тебе в отель, — девушка обнимает Кузнецову. — Скоро буду в Питере, обязательно погуляем, малышка, беги к Арсу. Ирина только кивает в ответ, улыбается и тут же вызывает такси. Возможность скорее увидеть мужа все равно перекрывает все остальные ее желания и больше не даёт ей возможности задерживаться. Если это не любовь, тогда она не знает, что это.