Кость для фанатов

      — Дамы и дамы, — обратился к присутствующим Дилан, — напоминаю: скоро выходит альбом, и нам нужно больше внимания публики. Мы давно не выкладывали провокационных фотографий и роликов, поэтому... — с видом фокусника он достал спрятанную за спиной видеокамеру. — Та-дам! Серьёзно, парни, нас так скоро за натуралов примут.       — Кое-кому это не грозит, — без конкретики ответил Джордан. — Но ты прав, амиго, пора бы кинуть поклонникам пару костей на растерзание. Итак... Кто с кем и что будет делать?       — Со мной больше сосаться на камеру ты не хочешь? — развалившийся в удобном кресле Джонни приоткрыл рот и «поиграл» языком, затем подмигнул и ухмыльнулся.       — Конечно, «сладкий», — приторное обращение Чарли выделил интонационно, — я хочу. Но не пора ли внести разнообразие в наши порочные связи?       — Групповушка? — оживился Дилан.       — Кстати, неплохой вариант, — Джордан кивнул и потянулся за камерой. — Давайте, детишки, собирайтесь в одну кучу.       — Но-но! — Дилан одёрнул руку, не желая расставаться с ценным предметом. — Хочешь свалить всю ответственность на других? Сегодня я режиссёр, сучки.       — Какой из тебя режиссёр? Давай сюда камеру и иди к Рейгану на колени.       После непродолжительной потасовки, которую запросто можно было снять и выложить в качестве пресловутой «кости для фанатов», Джордан завладел видеокамерой. Поверженного противника он толкнул в сторону кресла с Джорджем.       — Эй, — обратился Чарли к последнему, — готовься, приятель, «клип» снимать будем, — он глянул на друзей через видоискатель.       Дилан для приличия поломался секунды две-три, строя из себя целомудренную арабскую девицу, потом будто вспомнил, что он горячих мексиканских кровей, и таки сел на предложенные в качестве удобного местечка колени. После нескольких егозливых верчений он вполне неплохо устроился на коллеге по сцене, который без лишних вопросов обхватил «гостя» руками.       — Что дальше, «режиссёр»?       — Не, это вообще неэротично, — Джордан покачал головой, поднимая взгляд на парочку. — Да и рожи у вас больно трезвые. Вы хоть прикиньтесь накуренными или пьяными, очки наденьте, не знаю... Иначе вам двоим точно не отмыться от амплуа гомиков, сколько бы детей не заделали.       — Знаешь, чьи поцелуи точно обрадуют фанатов? — Дилан с хитрецой покосился на двух молчунов, которые не вмешивались в разговор и усердно делали вид, что их здесь нет, видать, не горели желанием участвовать в голубой затее.       — Чьи? — закосил под идиота Джорел.       — Правда, пусть они хотя бы «дружески» обнимутся, — Дилан попытался встать с Джорджа, но тот возомнил себя паучищем и не выпустил мексиканского «комара» из сетей-объятий. В итоге Фанни как приподнялся на несколько дюймов, так и плюхнулся обратно. Впрочем, его сложившаяся ситуация не напрягала, гораздо сильнее его волновала пара молчаливых типов. — Они два самых милых участника группы, фанаты реально обрадуются, если они... ну, вы понимаете, — Дилан поиграл бровями, Джордан всё прекрасно понял, нехорошо ухмыльнулся и наставил камеру на «самых милых участников группы»:       — Дилан прав. Нахрен этих двух пидоров, ими никого не удивишь, — с кресла послышалось возмущённое: «Эй!». — Давайте, ребятки, вставайте, обнимитесь покрепче. Ты, Дог, положи руки на его, — Чарли указал пальцем на Даниэля, — жопу и прижми его к себе, будто вы давнишние любовники.       Потенциальные участники съёмки переглянулись, затем, не сговариваясь, вернулись взглядами к «режиссёру» и показали ему средние пальцы. Джордан не растерялся:       — Молодцы, мне нравится ход ваших мыслей, да, вы можете пососать друг у друга. Члены, пальцы, уши — что хотите.       О, наверняка снятый на видео отсос произвёл бы фурор (или «фурор»), причём как среди фанатов, так и во рту «принимающего». Однако ни Даниэль, ни Джорел — удивительно, не правда ли? — не собирались заниматься подобными вещами. По крайней мере, на камеру. Однако Чарли не сдавался:       — Бросьте, перед кем вы ломаетесь? Здесь все свои. Обнимитесь, потрогайте друг друга и всё, блять, я многого прошу? — последний вопрос, риторический, он с лёгким раздражением задал голубкам в кресле. Те тактично промолчали, зато Джорел вдруг решительно поднялся с дивана. — Ты куда? — напрягся Джордан.       — Как куда? С ним обниматься, — Джорел опустил взгляд на Даниэля, который указал на себя большим пальцем с вопросительным выражением лица. — С тобой, с тобой.       Будто джентльмен и до безобразия приличный человек, Дог чуть поклонился и протянул блондинистому солисту открытую ладонь. Это выглядело как приглашение дамы на культурный танец вроде вальса. Даниэль проигнорировал жест доброй воли и встал на ноги без посторонней помощи. Чарли от нетерпения облизнул губы и не сводил глаз с видоискателя, направленного на парочку, Дилан с Джорджем тоже сосредоточенно следили за развитием событий, стараясь не рассмеяться, чтобы не спугнуть пташек.       Объекты пристального внимания помялись немного, оба чувствовали себя донельзя нелепо. Первый шаг вновь сделал Джорел — хитрюга, небось, только и ждал подобного предложения, чтобы зацапать задницу Даниэля в объятия на законных основаниях. Во всяком случае, иной причины для объяснения его рвения не находилось. Нет, кто-то мог подумать: бедняге попросту не терпелось поскорее разобраться с поставленной задачей, чтобы извращённая троица отвязалась, но... Но факт остаётся фактом: Дог обхватил руками талию Даниэля, а затем опустил ладони на его зад и прижал к себе ближе с искренним, если смотреть со стороны, энтузиазмом.       Джордан собрался предложить парням чмокнуть друг друга, но Джорел, чёртов бисексуальный засранец, будто прочитал мысли режиссёра-оператора и потянулся к губам Даниэля. Тот мог смириться с ладонями на пятой точке, но целоваться в его планы не входило, поэтому под разочарованные вздохи свидетелей он подал головой назад. Чтобы разрядить обстановку, он по-доброму усмехнулся:       — В азарт вошёл?       — Ага, — Джорел убрал руки и почувствовал себя слегка неловко, хоть и старался не подавать вида. Будто в рожу плюнули, ей-богу. Любой из троицы зрителей не отстранился бы от поцелуя на камеру, наоборот — проявил бы настойчивость, после чего все дружно посмеялись бы. К счастью или сожалению, «партнёром по съёмкам» стал именно тот, кто был не в настроении строить из себя гомосексуалиста.       — Ты обиделся, что ли? — со смешком спросил Даниэль, почувствовав изменения в настроении друга.       — Я не обиделся, — честно ответил Джорел, — я охуел. Отшарахнулся от меня, как от прокажённого. Я ж не член тебе в жопу пихать собрался, что за реакция-то, ну?       — Джорел Страстное Яйцо, — голосом плохого переводчика мелодраматических фильмов принялся безэмоционально тараторить Джордан, — хотел поцеловаться и заняться сексом, но Натуральный Блондин Даниэль отверг собачью любовь. Тогда Собачье Яйцо задумал план мести. Он придёт к Натуральному Блондину ночью и совершит грязный акт насилия. Смотрите в кинотеатрах... — пока Чарли взял небольшую паузу, для того чтобы придумать пафосное название для теоретического фильма, Джорел, совершенно внезапно для всех, в том числе себя и Даниэля, поцеловал последнего в губы.       — Йу-ху! — Джордан обрадовался и сменил голос с «плохого переводчика без эмоций» на «сопереживающего спортивного комментатора». — Страстное Яйцо переходит в активы и резко нападает на свою жертву! Ка-ак он целует Натурального Блондина, фанаты в настоящем восторге, они в неистовстве! Натуральный Блондин до последнего сопротивляется, его руки упираются в грудь Страстного Яйца и обнаруживают там... ничего! Нет даже первого размера! Ох, Натуральному Блондину не позавидуешь. Страстное Яйцо продолжает атаковать губы Натурального Блондина. Так, Джорел сцепляет руки за спиной Даниэля... Что же сейчас будет, неужели мы станем свидетелями самого грязного, жаркого и развратного секса, какого ещё не бывало в нашей голубятне?       — Блять, да заткнись ты! — не выдержал Дог, отрываясь от губ Даниэля. Возможно, они не остановились и продолжили бы поцелуй, несмотря на жалкие, больше показушные попытки «Натурального Блондина» отстраниться, если бы не ублюдская озвучка их действий в исполнении режиссёра, оператора, комментатора и по совместительству мудака.       — Молчу-молчу, — хмыкнул Джордан, опуская камеру и выключая режим записи.       — Теперь тебе будет на что подрочить, да? — подъебнул друга Джордж.       — Вообще-то это моя камера, — напомнил Дилан.       — Только попробуйте это выложить, — пригрозил Дог, чем вызвал хохот Джорджа:       — Ты же сам дважды полез к нему целоваться, хули строишь из себя теперь?       Джордан и Дилан засмеялись, Джорел фыркнул, Даниэль натянуто улыбнулся. В какой-то момент Чарли стал серьёзным и направился к выходу, что совершенно не понравилось мексиканскому шутнику, чью видеокамеру собирались нагло увести прямо из-под носа.       — Эй, ты куда? Эй! — когда Джордан увеличил скорость, Дилан охренел окончательно. Он подскочил, благо Джонни его больше не задерживал, и погнался следом за воришкой, чтобы наподдавать ему и отобрать технику с эксклюзивным материалом. — Пошли, поможешь мне, — обратил он к самому сильному члену команды, едва добрался до двери. Помнится, ранее Дилан справиться с Чарли не смог, из-за чего владелец камеры изначально не стал режиссёром. С тяжёлым вздохом и выражением лица а-ля: «Ничего без меня не могут», Джордж поднялся с кресла и неспешным шагом двинулся к поторапливающему его другу.       Дверь хлопнула, троица ускакала играть в догонялки и бороться за право владения видеокамерой, Джорел и Даниэль остались наедине. Первое время они стояли и смотрели друг на друга, будто два барана, потом Дог плюнул на всё и устроился на диване, точнее, развалился на нём. Руку подложил под голову, взгляд направил на приятеля. В течение двадцати или тридцати секунд Даниэль разглядывал лежащего друга, прежде чем задал вопрос:       — Что это, мать твою, было?       — Ты о чём?       — О том. Какого хрена ты целоваться полез? Мы же договаривались — не палиться перед парнями.       — Вот именно! — Джорел до последнего строил из себя невозмутимого человека, но последние слова Даниэля немного взбесили. Он присел, одну ногу, подогнутую в колене, оставил на диване, другую опустил на пол. — Мы договорились не палиться перед парнями... — он сделал многозначительную паузу, но до блондинистого недоразумения ничего не доходило. Краска до мозга, что ли, добралась? — Ну? Ты видел, что они творят иногда? — рукой он указал на выход, давая понять, что имеет в виду общих друзей. — Видел, нет? Эта твоя реакция, — Джорел выставил перед собой руки и заговорил писклявым голосом: — «Не трогай меня, я не гей, не целуй меня, отстань!», — недавно покинувшие комнату коллеги оценили бы пародию, — по-твоему, она... ну, типа нормальная? В нашей-то компании?       — Ничего себе, как ты завёлся, — ухмыльнулся Даниэль. Он приземлился рядом с Догом и пожал плечами. — Мне показалось, что если мы начнём целоваться, они всё просекут. Ты видел, какая хитрая была физиономия у Дилана, когда он предлагал нам обняться?       — Насрать. Отвечаю на твой вопрос: приспичило мне поцеловаться, вот и полез.       — Сейчас тебе не хочется?       Джорел, пытаясь сохранить на лице спокойствие и серьёзность, глянул на Даниэля:       — Чего не хочется?       — Ничего не хочется?       Они смотрели друг на друга: у обоих поджатые из-за рвущихся наружу улыбок губы и озорные черти в глазах.       — Мы играем в игру «Кто первый рассмеётся»? — уточнил Даниэль. Он сильно сомневался в собственной победе, поэтому продумывал стратегию поведения.        — Да, — как ни странно, Джорел тоже чувствовал скорый проигрыш. В отличие от Мурилльо, он предпочитал действовать. В следующую секунду он накинулся на Даниэля, повалил его на спину, благо они находились на мягкой поверхности, и начал щекотать его.       — Что за детский сад?! — возмутился сквозь смех проигравший. Он пытался отстранить Дога, но как можно справиться с бойцовским псом, когда тот намеренно... цепляется в глотку? Поправка: целует в шею. Да, как-то незаметно Джорел перешёл от щекотки к поцелуям, и Даниэлю стало не до смеха, он шумно выдохнул и расслабился, на смену всему приходило удовольствие.       Несмотря на возбуждение, чья сила постепенно возрастала, чему служил доказательством напрягающийся в штанах член, Джорел контролировал себя, как, впрочем, всегда. Он целовал шею «чисто», сдерживался, не оставлял ни засосов, ни укусов, не считая временных отметин. Конечно, сука, нельзя палить партнёра перед женой и друзьями. Поцелуи переходили с одной стороны шеи на другую, затем двинулись вверх, к подбородку и приоткрытым губам.       Не забывал Джорел и про руки. Когда начался полноценный поцелуй, где каждый стремился стать главнее, напористее и жёстче — уж прокусанным до крови губам можно найти оправдание, — Джей нетерпеливо избавлялся от ремня и расстёгивал ширинку. Сначала свою, затем — Даниэля, тот активно помогал партнёру, насколько позволяло положение снизу.       Как бы иронично это не звучало, Дог любил по-собачьи. Он стянул джинсы и бельё с Даниэля, себе лишь приспустил штаны, после чего вновь припал поцелуем к губам партнёра. Останавливаться не хотелось совершенно. Эти чёртовы губы всегда казались до ужаса соблазнительными и манящими, а во время поцелуев — пьянящими. Джорел редко целовал солиста вне «постели» или непосредственно во время секса, но на протяжении предварительных ласк он отрывался по полной программе, будто пытался «насытиться» на неделю вперёд.       Даниэль не давал Догу отстраниться до последнего, удерживал его рукой за короткие волосы, притягивал к себе. Но Джорел всё равно оторвался от этих развратных губ, взял Даниэля за запястье и с некой грубостью «помог» ему перевернуться на живот. Послушная блондинистая сучка поднял бёдра, встал в коленно-локтевую позу, прогнул спину и повёл задницей, поглядывая на облизывающегося Дога через плечо.       В качестве смазки Джорел использовал слюну — не самое подходящее средство, но лучше, чем ничего. Не прошло и минуты, как «два самых милых участника группы» занимались грязным, совсем не милым сексом. Один держал партнёра за бёдра и с животной страстью вдалбливался в него, а другой, подогнув локти, двигался под напором взад-вперёд и сильнее прокусывал губу, чтобы не стонать во всю глотку, как дешёвая шлюха. Дверь любовники не закрыли, поэтому в теории их могли не только услышать, но и увидеть, если кому-нибудь приспичит зайти в помещение именно сейчас. Однако сама мысль, что их, скрывающихся от всех и вся, могут застукать, лишь сильнее заводила обоих. Каждый, мать его, раз заводила.       Джорел кончил первым, а благодаря его руке-помощнице вскоре и Даниэль запачкал чёртов диван спермой. Партнёры отдохнули немного, оделись, мало-мальски вытерли салфетками следы преступления и по-тихому ушли. Никто не сможет доказать, что сперма появилась в результате сексуальных игрищ, а не благодаря мастурбации Джонни или Чарли, например. Никто, кроме Фанни Мэна, который пришёл сегодня в студию первым и никого не предупредил, что принёс две видеокамеры: классическую портативную и скрытую. Вторую он установил заранее, так что даже если Дилан не догонит Джордана, у него на руках всё равно останется прелюбопытный материал.