Фанфик Clair

Действие лекарства постепенно проходило и Мейсон опять едва мог справиться с болью. Он держал в руках упаковку таблеток. — Ребята, как вы думаете, это поможет? Надеюсь, наш не практикующий доктор еще не совсем забыл медицину. Он прикидывал возможности полиции разыскать его в ближайшее время. Он не может погибнуть, Господь этого не допустит, это последнее испытание на их с Мери пути к счастью. По-другому Мейсон не позволял себе думать, иначе его сердце действительно не выдержит. Марк сам себе яму вырыл, он даже не знает, чем ему грозит похищение человека, теперь ему из тюрьмы никогда не выйти. Только бы Круз не подвел. Только бы Мери не заболела от переживаний. На беду своих охранников, Мейсону казалось, что он чувствует себя лучше, когда говорит, они хотели было избить его, чтобы замолчал, но испугались за его состояние, ведь он должен оставаться живым, а с его больным сердцем и без избиения всякое может случиться. — Парни, вас не интересуют рассказы из жизни заключенных, вы не можете поддержать разговоры о Шекспире, совершенно не знаете историю родной страны, как-то с вами скучно, даже не знаю, какую выбрать тему. — Тебе нет нужды с нами разговаривать, почему бы тебе не заткнуться и не поесть? Нам не нужно, чтобы ты от голода умер. — Ты еще тупее, чем я предполагал. Вот ты сам подумай, какая разница от чего я умру, от голода или инфаркта, суд не будет разбираться, ты в любом случае получишь по полной, так же, как и твои подельники. Неужели сумма, предложенная нашим замечательным бывшим доктором, так заманчива, что у вас напрочь отключился инстинкт самосохранения? — Не хочешь есть, ложись спать, только, ради Бога, помолчи. — Какой ты добрый! Нет, мне и спать пока не хочется, я вам еще кое-что рассказать хочу… Кепвеллы крутились вокруг Мери, пытаясь ее успокоить, конечно, у них это плохо получалось, так как сами были на взводе. Сисяня гнал от себя мысль, что, возможно, никогда больше сисенка не увидит. Ведь он столько не успел Мейсону сказать! Хотя он сам толком не понимал, что именно. Си Си вспомнил какая дикая боль и какое отчаяние были на лице сына, когда врач констатировал смерть Мери, да и сам он без содрогания этот момент вспоминать не может. Си Си тогда действительно на все был готов, чтобы повернуть время вспять, чтобы оградить Мери от брака с Марком, тогда бы она не оказалась на крыше… София не отходила от Си Си, так как боялась, что последствия комы дадут знать о себе. Иден и Тед жались друг к другу, они старались подобрать какие-то слова утешения для Мери и отца, но самим им тоже было неспокойно. Мейсон наверняка испытал бы садистское удовлетворение, если бы сейчас видел отца и мачеху! Мери была благодарна Кепвеллам, но это не помогало ей успокоиться. Она вообще не помнила, чтобы ей когда-то было так страшно. Она решила, что завтра с утра непременно пойдет к Марку, она была уверена, что это он причастен к исчезновению Мейсона, Мери не знала, что скажет бывшему мужу и каким образом сможет помочь Мейсону, но пойдет к нему обязательно. Она бы прямо сейчас пошла, но кто ж ее ночью из дома выпустит? Мери поднялась в комнату Мейсона и легла на кровать. Она бы сейчас все отдала, чтобы прижаться к его сильной груди, почувствовать его любовь… Как же поздно она поняла, как сильно любит его, сколько ошибок она натворила, сколько боли причинила тому, от кого ничего кроме любви не видела. Неужели она больше никогда не увидит Мейсона? Нет, такого быть не может, она этого не перенесет, это слишком страшная цена за ее нерешительность и неопытность. Утром в дом Кепвеллов позвонили. Иден открыла дверь, на пороге стояла дама, напоминающая представительницу древнейшей профессии. — Мне нужно поговорить с Мери Маккормик. Иден насторожилась. Ей совсем не захотелось звать Мери. — Она сейчас не может выйти, что ей передать? — Мне нужно поговорить с ней лично. — Я уже сказала, подойти она не может, я ей передам, все, что Вы скажете. Дамочка колебалась. Марк сказал ей, чтобы она лично поговорила с Мери. Но, увидев, что Иден настроена решительно, подумала, что выбора у нее все равно нет. — Передайте Мери, чтобы она оставила нас с Мейсоном в покое, у нас с ним… Иден пришла в ярость. Она не стала дослушивать. — Послушай, Мейсон давно завязал с такими, как ты. Так и передай Марку. Она захлопнула дверь, набрала номер Круза и рассказала о случившемся. Лицо Круза в очередной раз обезобразилось интеллектом. У Дженис тоже с утра был гость. Когда она открыла дверь, застыла на пороге — это был муж женщины, погибшей из-за халатности Марка. — Мне нужно с Вами поговорить. — Нам не о чем разговаривать. Я Вам уже говорила, что не виновата в том, что произошло с Вашей женой, я могу только сожалеть. Мужчина без приглашения вошел в квартиру. В руках у него была какая-то тетрадь. — Недавно разбирал вещи жены и нашел вот это. — Что это? — Это ее дневник. Тут написано, что Ваш бывший муж проявлял к ней нездоровый интерес, она не знала, куда деваться от его домогательств. — О Боже! Мужчина бессильно сжал руки в кулаки. — Это еще не все. Она грозила ему, что даст этому огласку и он испугался. Она хотела поменять врача, я не знаю, что ей помешало. Может, решила, что он лучше знает ее историю болезни. Я нашел медсестру, которая тогда работала с Маккормиком, хотел узнать, известно ли ей что-нибудь об этом. Она сказала, что перед операцией Маккормик велел ей приготовить именно то лекарство, на которое у жены аллергия была. Медсестра сообщила ему об этом, он ответил, что пациентка сказала, что ошиблась, аллергия у нее на другое лекарство. Послушайте, я хочу еще раз обратиться в полицию, хочу, чтобы состоялся еще один суд. Это ведь преднамеренное убийство. Вы поможете мне или, как раньше, будете защищать его? — Нет, защищать его я не буду. Я полностью на вашей стороне и мы немедленно идем в полицию.