Сотни жизней

- Блин, блин. Чё делать?? У неё такие сочные, пухлые губы, такие губы... - Кищук! О чём ты вообще думаешь? У тебя парень рядом, очнись. - Глеб, ну ты чё? - уже совсем покрасневше сказала Серябкина. - А чё не так то, я тебя спрашиваю как те грудь, а ты смеёшься. - Ага, а ты думаешь я местер в чужих сиськах? - уже со слезами от смеха проговорила я. - А чё нет? - Ну так то, нет. - у меня нет чувства юмора... И этот вопрос я восприняла, почему то близко к сердцу, настроение резко упало. Появилось много ненужных мыслей в голове. - Ребят,- перебила нас Катя,- чё вы всё хрень какую-то обсуждаете? - Катюх, погодь. Мне Серябкина так и не ответила. Ооой, вот доебался то - подумала я. - Ну? - вопросительно посмотрел он на меня. - Глеб, ну вот откуда мне знать то? Ну чисто внешне, наверное, второй размер самое то... Он не маленький и не большой. - Как думаешь, у Катюхи какой? - Ну фиг знает, тебе то виднее... - Ну не, ты скажи. - Глеб, отстань - не успела я договорить, как он снова взял мою руку и уже сильнее приложил её к груди Кищук. Даю зуб! Но Кате это понравилось! Её глаза сверкали ярче чем экранные вспышки в темноте, её тяжёлое дыхание обжигало моё лицо настолько, что только стоило ей выдохнуть из своих лёгких воздух, как мои щёки вспыхнули от прикосновения горячего воздуха. - Я не знаю, - смущённо ответила я. - Ну ты пожамкай её, помни - не унимался парень. Вот блин, они засмущали меня в край! Чё делать то? Как быть то? Бляяя. Боже, как же это круто, пускай это не кончается - думала про себя Кищук. С каждым взглядом, с каждым прикосновением этой Серябкиной тело Кищук накрывало нереальной волной мурашек, которая сопровождалась обалденным кайфом. - Я не знаю, - смущённо ответила темноволосая. Она посмотрела мне в глаза и меня окончательно выбило из реальности. Я забыла как дышать, я забыла всё на свете! Забыла что рядом сидит мой парень, забыла, что в соседней комнате спит мой отец, забыла всё и всех. Меня просто разрывало из нутри, я думала, что ещё чуть-чуть и всё, взорвусь, каждая частичка моего тела обливалась ливнями огня. Я ничего не могла с собой поделать. Почему? Почему? Что со мной не так? Тааак, надо идти, определённо надо идти! - пронеслось в моей голове. - Ребят, уже поздно, мне надо идти. Катя выпросительно посмотрела на меня. Что? - опять пронеслось у меня в голове. - Оль, уже поздно. Куда ты собралась? - Кать, меня дома ждут. Они же не знают, что я у тебя. - хах, да я и сама была не вкурсах, что буду у неё. - Олёк, ну чё ты. Оставайся. Ща разложим тебе диван, завтра вас довезу до универа. Всё с комфортом. - Не, спасибо, надо идти. Первый раз я иду одна и по ночному городу... Но мне не страшно, мне даже это нравится! Такой лёгкий, прохладный воздух. Светафоры уже не работали, они просто мигали предупреждающим светом. Машин не было, людей темболее. Шла я около получаса. И всё дорогу думала, - мне показалось, или нет? Или это пьяный бред? Утро. Такое непонятное утро... Так не охота идти в универ. Знали бы Вы, как мне всё это надоело! Одни и те же лица. Каждый показывается друг перед другом, сплошное лицемерие и эгоизм. Сколько бы раз я не проходила по коридорам нашего универа, так постоянно; дети, вы понимаете дети! Пусть им уже шестнадцать лет, но, по моему мнению, это ещё детство! – они выясняют отношения на матах, обсуждают свои сексуальные похождения. О боже… В их возрасте, я и подумать о таком не могла! Серьёзно! Я просто бегала во дворе дома и чертила картинки мелом по асфальту. Что время делает с детьми? Это же ужас. Маленькие ребятишки хотят урезать своё детское время, хотят скорее окунуться во взрослую жизнь, постичь все греховные блаженства человеческой жизни. Они даже не задумываются о том, что сейчас именно сейчас у них идёт лучшее время, беззаботное время. Время, когда ты можешь фантазировать, и тебя никто не будет осуждать за твои фантазии, время, когда ты можешь, вот так, просто подойти к незнакомому человеку и начать с ним разговор, не задумываясь о том, что о тебе подумают люди. Время, когда ты являешься самим собой, и никто не просит тебя меняться или подстраиваться под кого-то лишь потому, что так надо. Вот, как подумаешь об этом, так и хочется сесть в тёмный дальний угол, чтобы ни кто не мог тебя увидеть и заплакать. И не просто заплакать, а рыдать навзрыд. Наш поток был оторвой, просто оторви и выбрось. Хороших людей по пальцам пересчитать. Да и те, мало - помалу, под влиянием тех, превращались в таких же безнравственных и аморальных уродов. И самое-то обидное, что вот я сейчас так усердно выставляю их не в лучшем свете, а сама такая же! Морали во мне было не много. Но по крайне мере, я прямолинейный человек; не стала бы лебезить, перед кем попало, не стала бы унижаться, лишь потому, что это богатенький пуп школы и не стала бы претворяться тем, кем не являюсь, лишь бы создать лучшее мнение о себе. Неожиданно, причём действительно неожиданно мои мысли прервала Катя. Она тихонько подсела когда мне и начала диалог. Кищук так искренне искренне интересовалась, как у меня дела, какие планы и вообще… Честно говоря, для меня это очень странно… До этого, со мной общались люди, лишь потому, что им от меня, что-то было нужно. От общения со мной люди чувствовали только выгоду. Наверное, я к этому уже привыкла. Никто не воспринимал меня, как человека; человека, который готов пойти, не обдумывая, на любые действия, лишь бы его близкому и родному человеку было хорошо и комфортно, человека, который умеет дружить и любить. Но сейчас не то… Абсолютно, не то! Сейчас со мной общаются просто так, Вы понимаете? Меня от этого рвало изнутри, в хорошем смысле. Мне это нравилось, как бальзам на душу. Но и в то же время, меня окутывало непонимание и неверие, в происходящее. Разве можно, вот так просто общаться со мной?