Steel and Ginger

Темное свинцовое небо низко висело над Выжжеными Землями. Отряд армии Плети окружал темный портал в другой мир, возле которого крутилось существо, состоящее из чернильного мрака. К нему подлетело еще одно. Оно было похоже на гибрид гиппогрифа и человека, черные каменные наросты усеивали его торс и крылья. Недовольно посмотрев на снующих внизу мертвецов, оно громовым голосом спросило у гуманоида: — Долго еще, Энигма? Дух, отвлекшись от своей работы, взглянул на Разрушителя своими сияющими глазами и спокойным голосом ответил: — Не очень, эти Врата заперты очень мощной магией, но я смогу ее преодолеть. — Нам лучше поторопиться. Разведчики доложили, что Часовые уже в половине дня пути и их силы намного превосходят наши. — Знаю, Обсидиан, но Иллидан в свое время сломал все ближайшие порталы, остался только этот. Возможно, защитная магия и спасла его от разрушения. Энигма вернулся к работе, призвав из параллельного измерения верных эйдолонов, которые начали разрушать хитросплетеную магическую систему. Вскоре, каменные врата засияли мрачно-зеленым светом. — У нас получилось! — торжествующе закричал Разрушитель, — Теперь мы сможем встретить подкрепление из Дренора. Но радость тут же сменилась тревогой: на них напали враги. — В атаку! — воскликнул Обсидиан. Он был главным в этой экспедиции и не мог позволить, чтобы все усилия пошли прахом. Армия послушных мертвяков бросилась на своих живых собратьев. Они не знали ни страха, ни усталости и не чувствовали боли, падая от мечей противников. Некоторые, лишенные конечностей продолжали ползти, и буквально вгрызались в ряды Часовых, вводя их в хаос. — Не бойтесь, мы победим эту заразу! — раздался уверенный голос, словно сходящий с небес. — Так точно, Зевс! — вторил ему второй, более веселый и бодрый. Пандарен, окруженный молниями и в смешной соломенной шляпе обратился в искру и бросился в ряды противников, сжигая мертвяков на ходу. Зевс же, оказавшийся моложавым коренастым мужчиной, возвел свои руки кверху, и на отряды Плети обрушилась цепь молний. Разрушитель, разозленный такой наглостью, поймал шустрого пандарена в астральную темницу, а сошедшего с небес бога начал атаковать мощными энергетическими шарами. Энигма, сконцентрировав всю свою злость и ненависть направил ее на освободившегося из заточения Духа Штормов, лишив того способности адекватно соображать. Хозяин Олимпа выпустил мощный удар молнии в сгусток теней, причинив Живой Аномалии адскую боль. Битва продолжалась, обе армии упорно сражались, не уступая друг другу в ярости. У каждого из них — важная цель и проигрыш был попросту недопустим. Незамеченный в пылу сражения, среди трупов лежал израненный солдат, находившийся на последнем издыхании. Неизвестно, как его не добили некроманты, но человек знал, что долго не протянет, и хватая ртом остатки воздуха непроизвольно повернул голову набок. Рядом валялся огромный треугольный щит, служивший ему долгое время и одноручная булава. Кольчужный доспех был сломан в нескольких местах и непосильной тяжестью давил на грудь. Вдали, возле портала усиливались вспышки молний, тонущие в призванной Энигмой черной дыре. «Я должен выжить! Чтобы сражаться дальше…» — про себя подумал безымянный солдат, из последних сил держа глаза открытыми. Дышать становилось тяжелее, и кашлянув, человек слабо приоткрыл рот, выпустив струйку пенистой крови. Если бы он знал, что это последнее желание исполнится, словно его услышали боги. Но он не знал, что это окажется насмешкой коварной судьбы. Обсидиановый разрушитель, закончив что-то колдовать, взмахнул своим посохом и вокруг разлилась волна Пустоты уничтожающая всех, кто был слаб разумом и духом, а Энигма заразил окружающие земли облаком чёрной магии, которая медленно высасывала силы. Вскоре, колдовство военачальников повлияло на нестабильный проход в другой мир, после чего начали твориться невообразимые природные явления. Тёмная магия смешалась с первородной стихией, из-за чего из открывшихся врат начало вылетать множество молний, поражающих как мертвецов, так и живых. Аномальная гроза усилилась, становясь все более неистовой и неуправляемой, смешавшись с темной силой колдовства двух полководцев Плети. Солдат уже умирал, как его тело пронзила одна из этих странных молний. Вскрикнув от боли, он задергался в конвульсиях, его тело моментально сгорело, но дух навсегда остался внутри доспехов, чудом сохранившихся при ударе током, впитав в себя разрушительную энергию. С трудом оторвавшись от земли, призрак подобрал свою булаву и щит. Тело стало словно невесомым, только броня сдавливала его со всех сторон. Темные Врата начали открываться, впуская в Азерот множество неизвестных тварей. Несколько трупов начали шевелиться и вскоре поднялись в качестве зомби, окружая бывшего солдата Часовых неровным кольцом. Приготовившись к защите, призрак достал свою булаву и очень удивился, заметив то, что ее конец сверкает вспышками электричества. Мертвецы кинулись в атаку, бывший человек парировал удар, размозжив особо наглому голову, после чего та разлетелась, а из оружия вылетела небольшая молния, ударившая в место упавшего трупа. Дух сообразил, что может на расстоянии наносить разрядами удары врагам и быстро расправился с неповоротливыми зомби. Поправив свой закрытый шлем с крыльями, он огляделся вокруг: битва была практически окончена, свежие силы Плети теснили уже уставших Часовых, после чего те решили отступить. Мертвецу остро захотелось почувствовать запах чужой крови и снова очутиться в драке. Развив стремительную скорость, он словно нож врезался в редеющие ряды Часовых, убивать живых ему понравилось больше, чем безмозглых мертвяков, и поэтому он с упоением продолжил этот безумный танец Смерти. Наконец, битва окончилась, и Обсидиан решил посмотреть на этого странного пришельца ни с того ни с сего вмешавшегося в битву. — Впервые тебя вижу, но скажу, что ты славный парень. Кто ты? Фигура в окровавленных доспехах обернулась и низким голосом ответила: — Я — Призрак Молний! — Назови хотя бы свое имя, чтобы мы могли замолвить за тебя словечко перед Королем Личем. Ему нужны такие бойцы как ты. Мертвец напряг свою память, но никак не мог вспомнить, как его звали, словно удар молнии сжёг вместе с телом и все воспоминания. — Я… не знаю его, — неуверенно сказал он. Разрушитель удивился, ведь у любого существа должно быть имя, и если оно было, то его вряд ли можно забыть. Тем временем появился Энигма и тоже с интересом начал разглядывать новичка. — Думаю, ты будешь не против, если мы тебя будем звать Разором? Ведь ты резал врагов словно бритва. Пришелец лишь пожал плечами, сейчас ему все равно, как будут его звать. Он еще не мог придти в себя после превращения: тело дергало, а доспехи все время норовили упасть вниз. — Вот и хорошо, — сказал Обсидиан, — А сейчас ты пойдешь с нами, Разор. Нарушитель Материи приоткрыл Темный Портал, после чего троица и остатки отряда мертвецов отправились в Дренор.