Three Steps Above Heaven

Однажды это произойдёт. Находясь где-нибудь, ты осознаёшь, что не хочешь быть одним из тех, кто тебя окружает. Ты просто хочешь убежать. Убежать отовсюду, где бы ты не находился. И вдруг это происходит. И ты знаешь, что все изменится, уже изменилось. Никогда не будет так, как было прежде. Никогда. И когда это произойдет, ты узнаешь.....

— Боже, Лекс, какого черта ты в костюме? — Александрия, Анья, Александрия! — она отвечает и сидит молча несколько секунд, глядя на Анью, которая морщит лоб и пробегает пальцами по грязным светлым волосам. —Ты не помнишь, не так ли? Аня качает головой, невинно улыбаясь. — Конечно нет, я даже не удивлена! — она вздыхает и опускает голову. —Ты серьёзно?! —она постукивает по гранитной столешнице Bianco Antico. —Ты ничего не помнишь! Сегодня встреча с миссис Форест и профессором Картвигом для стажировки. Иисус, Анья!!! — Аа, точно! — Анья щелкает пальцами. — Разве это сегодня? Лекса, ты сказала мне это 3 месяца назад, и ожидала, что я вспомню?! "Нет, нет. Она сказала ей об этом на прошлой неделе". — Боже! Кроме того, сегодня первый день школы. Как именно это было запланировано на СЕГОДНЯ?! Не нужно ли мне быть там? Не нужна ли тебе помощь взрослых, прежде чем ты сойдешь с ума, принимая такие важные жизненные решения? — спросила женщина, сложив руки на груди. Лекса, с поднятой бровью, изучающе смотрела на свою двоюродную сестру. У Аньи явно было похмелье. — НЕТ! Это НЕОБХОДИМО! — Лекса умышленно перешла на крик. Анья хмурится и резко поднимается, чтобы достать стакан, который находится на верхней полке в роскошной черно-белой кухне. — Лекс, это твой последний год… — Пожалуйста, — начинает она, обрывая Анью в середине фразы, потому что сколько бы раз она не просила, люди продолжают сокращать её имя. Алекс, Лекси, а теперь и Лекс. Что дальше? X?! Поэтому, пока она не вышла из себя, она запрещает прозвища. Прямо. На. Месте. Конечно, она делала исключения, понимая нужды некоторых «отдельных» людей. — Лекса, будет в порядке, — вздохнула она. — Да, я знаю что ты будешь, но это не то, о чем я говорила, ЛЕКС! Лекса закатила глаза, у ее двоюродной сестры была тенденция раздражать, выводить её из себя. Эта женщина с пепельно-русыми волосами была первой в списке «отдельных» людей. — Конечно, извини, продолжай, — сказала она. — То, что я пытаюсь сказать, это — наслаждайся последним годом в Высшей школе… с удовольствием! Спроси ту девушку снова… ммм, как ее там?.. ЛИВ! — Оливия, —шепнула Лекса. — Как?! — с недоверием спросила Анья. — Её. Зовут. Оливия, — не скрывая своего раздражения, она чуть отклонилась назад. — Но как это относится к теме, которую мы обсуждаем? Это важно, Анья! — Я не закончила! — так же раздражаясь, воскликнула Анья. — Искусство профессиональных связей, Анья, — Лекса объясняет, поднимая и тряся своё кожаное портфолио, в котором хранятся стенограммы, резюме, сопроводительное письмо, рекомендательные письма и благодарственное письмо. — Это уникальная и очень удобная возможность, профессор Картвиг оказывает личную услугу для миссис Форест. Мне нужно, как бы ты сказала, «сделать и добить» это. Итак, как я выгляжу? Брюнетка встает, поправляя воротник на идеально поглаженной рубашке с пуговицами, убеждаясь в том, что она не выглядит неряшливо. Анья осмотрела её с головы до ног и ответила: — Консультант Вудс, ты такая милая, что я не могу устоять на ногах. Лекса улыбается. Где-то глубоко-глубоко внутри её сердца есть особенное местечко для двоюродной сестры. — Так, это 12-недельная программа, которая позволит увеличить мое академическое портфо… — Окей. Прекрасно! — Анья показала ей два больших пальца, тем самым освобождая её, и отошла, чтобы наполнить стакан водой из-под крана."Она сказала, глубоко-глубоко внутри её сердца"? — Я немного опоздаю сегодня. Кажется, ты в хорошем настроении и придешь пораньше, поэтому ,пожалуйста, зайди в учительскую и возьми моё письмо. —Ты, должно быть, шутишь, — спокойно сказала она. Лекса заметила, что Аня массирует свои виски. Лекса добирается до одной из полок на кухне, где, как она знает, её двоюродная сестра хранит таблетки от похмелья. Они были полными противоположностями, но, конечно, у них было что-то общее, они обе были «розовые-розовые». Она принесла Анье бутылку воды и две заготовленные таблетки, лежавшие на чистой столешнице. Она знала, что столешница была чистой, так как она потратила уйму времени на её очистку рано утром. — Анья, это первый школьный день. Как ты можешь работать… — Лекса, расслабься, моё первое занятие с классом начинается во второй половине дня. Кроме того, в отличие от тебя, у меня есть жизнь, и я очень наслаждаюсь всем этим, — она активно жестикулировала руками. Лекса посмотрела через раздвижную стеклянную дверь, ведущую к заднему двору; у бассейна находятся пустые пачки от чипсов, коробки от пиццы, пластиковые стаканы и банки с пивом, оставшиеся после вечеринки, которую устроила её сестра, в честь возвращения в школу. Тяжело вздохнув, Лекса вынуждена была позвонить Марле (их горничной) и назначить уборку за два дня до запланированной даты. — Как же болит голова! —Анья отмахнулась от ответа, прежде чем Лекса успела что-то сказать. Одним взмахом руки она взяла таблетки которые находились на столешнице, осушила стакан с водой, затем круто повернулась, чтобы подняться по лестнице. — Я позволю себе не согласиться, у меня есть жизнь! — спорила Лекса, следуя за Аньей по лестнице. — Просто то, что я не хочу тратить её на алкоголь, любовников и вечеринки не значит, что у меня нет жизни. Моё чувство наслаждения и удовлетворения идет из… — Да, да, окей, Лекса! Я поняла, но мы все не можем быть такими, как ты, capisce*? — Анья втянула воздух, так как боль пронзила ее голову. — Теперь перестань кричать и уходи. — Эй!!! — Лекса крикнула, на этот раз громче, и Анья вздрогнула, останавливаясь на своем пути. — Нет моей вины в том, что я невероятно умна, а все остальные просто выбирают быть…хмммм? Анья смотрит на нее с беззаботной улыбкой, и Лекса, делает небольшую паузу, тщательно выбирая следующие слова: с поднятой бровью и дерзкой ухмылкой она продолжила: —Умственно слабыми, сестрёнка. — О боже. Я не могу…просто уходи, ты, эгоистичная колючка! — Уйду, — она ​​плавно идет по лестнице, прежде чем стрельнуть в Анью озорной усмешкой. — ХОРОШЕГО ДНЯ, ДОРОГАЯ КУЗИНА! —крикнула она и увидела, как Анья закрывает уши.

***

Лекса несётся в школу и прибывает вовремя, не нарушив ограничение скоростного режима. «Она ​​пришла на 30 минут раньше. Зачем?» -могли бы вы спросить. Она ответит, что отсутствие пунктуальности приносит неуважение. Это доказывает, что вы не цените чужое время, а она, безусловно, ценит. Она припарковалась на своем обычном месте; там, где паркуются преподаватели. Студенты глупы, она и ещё некоторые — исключение. Поэтому, она останавливается в дальней части учительской парковки, так как у неё нет времени на глупость. Несмотря на то, что ее подержанный автомобиль не стоит и 1000 долларов, потому как это кусок дерьма и он вот-вот развалится, машина по-прежнему занимает особое место в её сердце. Она купила Saturn 1996 года в цвете «охотничий зеленый» за 1460 $ после некоторых серьезных споров: парень требовал 1500 $, но она смогла снизить цену. Спустя три с половиной года и траты средств на моторное масло, кусок металлолома всё ещё работает. «Не смотря на то, что она приобрела его за незаконные деньги» — да, но это было до того, как она нашла свою страсть и приверженность закону, как и до того, как она решила стать адвокатом. Но «незаконно заработанные деньги» — это вовсе не отмывание денег, или что—то в этом роде. Она была несовершеннолетней, чтобы легально работать. «В 13 она устроилась на работу…устроилась ли?»— она до сих пор не уверена. Она помнит, как в тот день пришла в ароматный и влажный цветочный магазин, чтобы купить розовые камелии в День святого Валентина; для себя, конечно. Очевидно, это был напряженный день; по сей день она все еще не понимает суеты в День святого Валентина — многие покупают цветы и шоколадные конфеты, создавая удачный момент для фразы «Я люблю тебя». 70-летняя флорист-латиноамериканка по имени Розетта с трудом справлялась с работой. — Hola, mi amor! * —поздоровалась она. — Лекса, доченька, не могла бы ты принести желтые гиацинты? Конечно, она тут же выполнила просьбу. Заведомо изучив магазин, она уже точно знала куда идет. Вернувшись, она услышала, как Розетта говорит загорелому алкашу Гвидо о том, сколько он должен. Он протянул ей купюры, которые, немного сконфуженно, приняла Розетта. Она дважды пересчитала деньги, прежде чем положить их в кассу и отметить изменения. Она бережно взяла букет гиацинтов, демонстрируя его парню. Тот тупо улыбается, пыхтя от гордости, будто он купил идеальный подарок в День святого Валентина. Но почему именно желтые гиацинты? Они означают ревность. «Неверный выбор, молодой человек». Розетте остаётся надеяться, что он безумно влюблён или просто не знает о значении цветов. — Да, девушка? — говорит Розетта, обнадеживающе смотря на пожилую даму. Потеряв счёт времени, и, почувствовав боль в спине, она вышла за прилавок прямо к женщине, так как та изрядно медлила. Попрощавшись с ней, Розетта возвращается с розовыми камелиями, которые красиво оборачивает и вручает Лексе. С сильным акцентом она добавляет: — Увидимся завтра. И так она продолжала возвращаться в цветочный магазин каждый день, работая незаконно и получая гроши (минимальная заработная плата и то была больше). Поэтому она говорит себе и другим, что использование автомобиля не является необходимым; это роскошь и привилегия. Она купила его, потратив все сбережения. И по сей день она раз в неделю возвращается в цветочный магазин, не для работы, конечно, а для покупки цветов. Однако её больше не приветствует Розетта. Вместо неё это делает Роза, её дочь.

***

— Доброе утро! — послышался сладкий голос со спины. Нет. Это самый красивый голос. Лекса обернулась и перед ней предстала девушка, ангел красоты. Самая красивая девушка, которую она когда-либо встречала за 17 лет и 9 месяцев своей жизни. У этого ангела была скульптурная фигура, длинные волнистые и светлые волосы, плавно спадавшие на плечи. Блестящие глянцевые губы, Лекса представила, как эти губы пробуют сочную клубнику, ох, если бы она только смогла получить удовольствие целовать их. А потом её взгляд упал на СИСЬКИ. На ней была плотная белая рубашка, которая показывала каждую деталь ее груди. Это было неосознанно, инстинктивно. Её глаза нашли прекрасную грудь девушки, которая сбила Лексу с толку. Большинство женских бюстов были красивыми, но этот был идеален. У нее были глаза голодного младенца, Лекса бесстыдно пялилась, и её сексуальные мысли стали слишком явны. У ангела красоты, конечно, есть глаза — она наблюдает за ней, и Лекса видит, что она не сделала ей неудобно, потому что губы блондинки скрипят в лукавой усмешке, которая выводит ее из мыслей. «Плохие, плохие мысли!». Ей остаётся надеяться, что она провалится сквозь землю, но увы, этого не произойдет. «Есть ли разумное количество времени, в течение которого можно смотреть на грудь женщины?» Она спросила себя, прежде чем что-либо сказать, потому что до этого момента она не произнесла ни слова - как будто она смогла бы. Все, что она смогла, это таращиться с глупым видом, как мальчик-подросток, не прошедший период половой зрелости. — Доброе утро, — наконец сказала она, прочищая горло. — Я Кл-Кларк Гриффин, — блондинка представилась этими сладкими губками и протянула руку для рукопожатия. Её элегантная личность ввела Лексу в ещё больший ступор, она потерялась в этих глазах-океанах. Фактически, она тонула в них. Прошло несколько секунд, и брови Кларк слегка наклонились. Лекса взвизгнула, когда ее опять поймали — она снова пялилась. — Ты должно быть новенькая, — сказала она, обхватывая и пожимая небольшую ладонь блондинки…слишком долго пожимая. — Да, — ответила она, мило улыбаясь. «Улыбка, захватывающая дух»,— думает брюнетка. — Александрия Вудс, очень рада с вами познакомиться, Кларк. Лекса вновь сосредоточилась лишь на голубых глазах, которые, казалось, пожирали её, а затем заметила, что красные губы скривились в дразнящей улыбке. «У неё кто-то есть»,— подумала Лекса. — Социальные исследования, вау, — сказав это, блондинка разрушила «их момент». Она указала на документ, находившийся на верхней полочке в учительской, где было написано: «A.Woods-Social Studies». Брюнетка не стала смотреть, на что указывает блондинка, потому что она уже знала, о чем она говорит, вместо этого она пожала плечами и мягко улыбнулась: — Я направляюсь в офис после того как я закончу здесь, и попрошу Майю добавить ваше имя. Кларк отвечает взаимной улыбкой: — Я так же направляюсь туда. Лекса прочистила горло, во рту всё ещё сухо. — Ммм… Хорошо. — Но..... спасибо..... мы могли бы погулять… Ииии… уххх… Я буду преподавать искусство в этом году...... так, мм… Думаю, мы будем видеть друг друга… в школе, я имею в виду… —блондинка говорит немного бессвязно, а затем хлопает в ладоши: — Ох… ухх..... тоже очень приятно познакомиться с тобой, Александрия. Брюнетка кивает в знак согласия и кидает взгляд на левую руку учителя, что не остается не замеченным блондинкой. «Она не замужем». — С удовольствием, мисс Гриффин, — она покачала головой, удивляясь, почему она внезапно почувствовала себя такой воодушевлённой. После нескольких минут молчания в учительской, Лекса закончила сортировку почты ее двоюродной сестры. Она подходит к двери, но останавливается, лишь чуть приоткрыв дверь, она вновь пробует имя учителя на вкус: — Кларк. Блондинка, услышав своё имя, как молитву, быстро обернулась. Она была совершенно религиозна, ведь перед ней стояла богиня, зеленоглазая брюнетка, приоткрывшая дверь. Кларк была не в силах произнести и слова, её глаза были полностью направлены на девушку, любуясь и думая про себя, что, если бы они находись в другом месте, то она бы схватила её за рубашку без единой складочки, припечатала к стенке и заставила бы её кончить прямо там… — Не пробуй здесь кофе, он ужасен на вкус, — Лекса вырвала Кларк из мыслей. — И как говорят, он становится с каждым днем всё хуже и хуже. — Не буду, спасибо, — она слабо кивает и наблюдает за выходом брюнетки.

***

— Доброе утро, Майя! — Лекса приветствует школьного секретаря, улыбаясь. — Лекса! Ты сегодня рано! — ответила она. — Да, миссис Форест ждёт меня. — Она уже в кабинете, — Майя указывает в сторону кабинета директора. Через несколько секунд Кларк заходит в кабинет, убедившись, что дверь закрылась, но прежде чем она приветствует Майю, она замечает, что Лекса входит в кабинет Индры. — Вы, должно быть, Кларк Гриффин, новый учитель искусств, я — Майя Коув! —представилась молодой секретарь. — Да, это я. Рада знакомству, Майя. — У меня будет ваш список всего через несколько минут, я думала, что распечатала его, извините… утро было очень тяжелым. — говорит она, сортируя бумажную кучу на своем столе. — Все в порядке, спасибо, — ответила Кларк. Опираясь на высокую офисную стойку, Кларк ,через открытые жалюзи, наблюдает за брюнеткой, разговаривающей с миссис Форест. Лекса сидела ровно, с прямой осанкой, выглядела более уравновешенно, чем во время их встречи. Кларк думает, что ей не может быть больше 20, но она уже работает учителем и по всей видимости хорошо знает персонал. Возможно, Кларк ошибается, поэтому Александрия осталась для неё большой (сексуальной) тайной. — Доброе утро, я профессор Калли Картвиг, я здесь, чтобы встретиться с миссис Форест и с Александрией Вудс, -женщина средних лет поздоровалась с Майей, даря вежливую улыбку. — Ах, да! Сюда! Майя показывает дорогу и одаривает Кларк виноватой улыбкой. Она улыбается в ответ. Александрия и миссис Форест вышли из кабинета, чтобы поприветствовать профессора. Миссис Форест подходит ближе к женщине и крепко обнимает её. Александрия с другой стороны казалась воплощением зрелости, профессионализма, глаза, смотрящие прямо, уверенно поданное крепкое рукопожатие и вежливый кивок головой, который секундой позже превратился в мягкую улыбку. — Должны ли мы…? — интересуется Индра, следуя за профессором, пока молодая брюнетка стоит, убрав руки за спину, пока они проходят мимо. Прежде чем брюнетка возвращается в кабинет, зеленые глаза встречают голубые снова, и Лекса широко улыбается. Кларк поражена ее ослепительной улыбкой, которая появляется и на ее лице, когда она услышала Майю. — Она милашка! — она передала ей расписание и список учащихся. — Самая умная и трудолюбивая девушка, которую я знаю! Кларк кивнула головой в знак согласия. Она уже уверена в «милашке», а остальное ей еще предстоит выяснить. Ох, как же она хочет узнать больше о таком молодом, великолепном учителе. *Hola, mi amor! (исп.)-Здравствуй, дорогая/любимая. *capisce-(капишь)-"понимаешь?" "смекаешь?"