This FAKEing universe

Soundtrack: Zero - I'm not buried yet

*** Ким Намджун всегда славился своим умением заводить полезные связи. Преграды, возникавшие у него на пути, он сносил без разбора и никогда не оглядывался назад. Он был свободным от каких бы то ни было рамок, которые остальные людишки старательно воздвигали вокруг самих себя. Он уже давно научился крутиться в этом мареве, всегда оставаясь тем, кто прячется в тени, но имеет всё. Сначала он сдружился с парнями, которые были старше его самого. Они покупали себе выпивку, а он присоединялся. Никого не слушал и о своем настоящем возрасте тоже не заикался. Он был достаточно умным манипулятором. Спустя какое-то время ему удалось нарыть источник быстрого удовольствия - поставщиков легких наркотиков. И он решился. Кладя тонкую пластинку под язык, он еще не знал, что его ждет. А ждала - целая новая вселенная, с яркими цветами, режущими глаза, с воздушной легкостью во всем теле и необременительностью сознания. Он смеялся, не слыша собственного голоса, сжимали разжимал пальцы, чувствуя, как воздух расходится вокруг волнами, и течет, обволакивает. Как свет проникает мельчайшими частицами сквозь его поры и разливается теплым морем в животе. А сердце на самом деле не стучит четко и жестко, как часы, а едва-едва вибрирует, посылая приятные импульсы в самые подушечки пальцев. Один за другим, в опасную, но веселую игру за ним втянулись остальные. Но Ви всегда доставалось больше всех. Намджуну было по приколу наблюдать, как тот бьется в конвульсиях экстаза и улыбку свою квадратную тянет, прикрыв блаженно веки. И гуляет беззаботно по острию ножа, спинывая мелкие камешки с крыш небоскребов. Эстетическое удовольствие ведь, разве нет?.. Он был первый, кто ступил во тьму. Алкогольная, наркотическая зависимость. Подчинение других своей воле и склонение их ложному благу. Грешник: Ким Намджун Наказание: вечные муки *** Еще в детстве Мин Юнги проявлял нездоровую склонность к методам познания мира, не слишком приветствующимся в нормальном обществе. Он любил ломать, чтобы заглянуть внутрь; любил делать больно и слушать крики, что словно музыка; любил сидеть в стороне, пока кому-то было плохо и этот кто-то нуждался в помощи, и смотреть, что будет. Он был замкнут в себе, неразговорчив, не позволял даже касаться себя, а те несчастные, кто пытался, глубоко жалели потом о своих порывах. С возрастом это прошло, конечно же, но временами его все-таки переклинивало. Он был весь как граната - сорвешь чеку, и ты покойник. Вот только запустить короткий, но необратимый и разрушительный процесс могло что угодно. Сначала Юнги было тяжело. Он находил себя в обломках, оставшихся после собственноручно устроенного хаоса, так часто, что сбился со счета. Разрисованные баллончиком стены так и кричали о том, что внутри него есть некая сила, способная сотворить такое и потом пометить территорию прекраснейшими в своей аккуратности и цветовой гамме граффити. С появлением в его жизни Намджуна и остальных он старался сдерживать зверя внутри. Иногда удавалось. Иногда нет. Иногда Джин уходил с поля боя с разбитыми губами или синяком в пол лица. Иногда Ви, возвращаясь после буйной ночи в обществе Шуги, падал у двери навзничь и плакал, потому что опять трещина в ребре и вырванный клок крашеных волос. Иногда Чонгук... Сколько джинсов, брюк и шорт он угробил прежде, чем понять, что лезть обниматься к хёну по пьяне ночью после просмотра порнухи не лучшая идея. Но Шуга срывался, и потом ему становилось легче. Всплески безрассудной ярости стали появляться реже, но по силе своей не уступали урагану "Катрина". И, чего уж скрывать, он с очевидным наслаждением наблюдал за тем, как рыжая голова Чимина скрывается под водой. Гнев, неконтролируемые приступы ярости, насилие. Грешник: Мин Юнги Наказание: вечные муки *** Джин всегда, сколько себя помнит, был эгоистом. Природа наделила его ангельской внешностью и невыносимым характером. Он ломал сам себя, пытался перестроиться по указанию своих родителей, а потом и девушки, но в конце концов понял, что все бесполезно. Он слишком любил себя. А те, кто навязывал ему идею о том, что с такой ненормальной озабоченностью самим собой и откровенно наплевательским отношением к окружающим ему будет непросто в жизни, на самом деле хотели сделать его более удобным, чтобы потом использовать. Эта мысль отравляла его, как капля яда отравляет водоем с чистейшей пресной водой. А потом не осталось ни постоянной девушки, ни родителей. И его это устроило. Ему часто снились сны. Они были полны им самим, идеальным, прекрасным Ким Сокджином. То была гладкая поверхность озера, или коридор из бесконечных зеркал, или витрины дорогих бутиков... Все эти иллюзии объединяло одно: его бесценное отражение, слишком божественное для того, чтобы быть лишь в одном экземпляре. А в реальности тем временем он эгоистично боялся лишь за себя. Боялся расстаться с этой прекрасной жизнью, с возможностью каждое утро смотреться в зеркало, с восхищенными возгласами своих постоянно сменяющих друг друга пассий, которые платили за него в дорогущих ресторанах. Боялся не за друзей, отправляющихся на тот свет один за другим, а того, что его тело тоже в скором времени обратится в прах. Ведь другого такого больше не найти. Он подходит прямо к панорамному окну, выходящему на дорогу у входа, и всматривается в лица спешащих по своим делам людей... Но на самом деле видит лишь себя. Самолюбование, эгоцентричность, нарциссизм. Грешник: Ким Сокджин Наказание: вечные муки *** Он, пошатываясь, бредет в ванную, запирает дверь. Сестре не нужно это видеть. Выбирает пузырек побольше, ищет инструкцию поопаснее. Передозировка... То, что нужно. При слишком позднем оказании помощи наступает летальный исход. А вдруг ему удастся спасти хоть кого-то? И он, боясь передумать, боясь, что дрогнет рука, глотает наскоро все, что есть в пузырьке. В конце концов, он сам на это решился. Хосока друзья называли солнцем не за просто так. Он словно бы освещал весь мир своей улыбкой, заряжал любого, даже самого хмурого человека позитивом, и все удивлялись - откуда только это все берется у детдомовского мальчишки. Хосок никогда не отвечал на вопросы о родителях. Его главным родителем была старшая сестра, воспитывавшая его. Он был очень яркой личностью, всегда хорошо учился, и не забывал дарить людям надежду. От него всегда можно было ожидать помощи, и он действительно помогал от чистого сердца. Сердца, искренне болевшего за каждого несчастного и сошедшего с правильного пути. Но вот он здесь, перед небольшим зеркалом в ванной. Изучает осунувшееся, побледневшее лицо и синяки под глазами. И сейчас он думает о том, что кто-то - Чонгук, кажется, - слишком опрометчиво назвал его однажды Джей-Хоупом. Надеждой. Потому что в данную секунду в нем нет ни грамма этой самой надежды. Просто очередная шутка судьбы. И пусть кто-то скажет, что он связался с дурной компанией, оказался не в том месте не в то время, или что там еще. Он знает - его друзья самые лучшие. И он готов отдать свою жизнь лишь за то, чтобы они продолжали дышать. Никто никогда так и не узнает, что на самом деле причиной его поступка стало слабоволие и привычка плыть по течению. Он никогда не был борцом, лишь опорой. Всегда на второстепенных ролях. Всегда слепо ведомый, слишком трусливый для того, чтобы открыть глаза. Самоубийство. Грешник: Чон Хосок Наказание: вечные муки *** Чон Чонгук не знал, можно ли любить кого-то еще больше. С того самого первого поцелуя он отдал душу и тело Тэхёну, он боготворил его, он подарил ему всего себя - с темно-карими лучистыми глазами, лукавой полуулыбкой тонких губ и сильными руками, умело доводящими до исступления каждую ночь. Когда его Тэ уставал, он разминал его округлые плечи. Когда был не в настроении - растапливал мастерским минетом. Когда требовал внимания к себе - ложился под бок и урчал, рисуя на оголенной груди причудливые узоры. Он любил все в Тэхёне - длиннющие ресницы, оставляющие тени на мягких щеках; податливые губы, раскрывающиеся ему навстречу, зовущие, обещающие рай на земле; шелковистые волосы, которые все время хотелось трогать, пропускать сквозь пальцы, вдыхать их запах. Нежную кожу, настолько тонкую и чувствительную, что засосы от гуковых губ на ней проступали с первых же секунд. Длинные пальцы с аккуратно подстриженными плоскими ногтями, по которым он в порыве страсти проходился горячим языком, а потом направлял внутрь себя и стонал, пошло выгинаясь. Темные ореолы сосков, которые вызывали лишь одно желание - вылизывать бесконечно. И Чонгук вылизывал, ни капли не стесняясь. Самое сладкое он, конечно же, оставлял напоследок. Разводил тэхёновы ладони, прикрывающие пах, в стороны, смеясь всякий раз над попытками того изобразить смущение. Обхватывал горячий ствол пальцами, сжимал аккуратно, касался кончиком языка солоноватой капельки смазки и закатывал глаза от наслаждения. А потом глотал так глубоко, насколько ему позволяла натренированная резиновыми игрушками глотка. И ловил каждый восторженный хриплый вздох, каждый протяжный стон, каждый неконтролируемый вскрик эйфории. Он был на грани смерти, когда все это кончилось. Когда обожаемое им больше всего на свете тело выловили из реки. Вздувшееся, посиневшее. Начавшее уже разлагаться. С этого момента он начал мстить. А когда закончил, ничто не держало его здесь больше. И он прыгнул вслед за Тэхёном. Плотское желание, страсть, одержимость, прелюбодеяние. Грешник: Чон Чонгук Наказание: вечные муки *** Пак Чимин привык добиваться своего. Он стремился к новым ощущениям, новому опыту, неизведанным ранее эмоциям. Он всегда хотел только самое лучшее, и ему всегда было мало. В университете он заимел лучших друзей, а когда у одного из них обнаружилась симпатичная маленькая сестренка, ему стало очевидно - он должен добиться ее. Вот только он и не предполагал, что это будет нелегко. Девочка оказалась с характером. То отталкивала, то подпускала ближе. Тэхён только плечами жал - мол, тебе надо, ты и добивайся. И Чимин не сдавался. Он караулил ее по вечерам у выхода из кампуса, провожал до остановки, дарил цветы и милые безделушки, по поводу и без него. И девушка начала оттаивать, а он наконец-то почувствовал себя победителем. Крепость пала под его натиском. Он получил то, чего хотел. И он ласкал собственное эго, целуя нежные губы, доверчиво раскрывающиеся навстречу. Он ликовал, когда она стояла перед ним, а платье скользило с хрупких плеч к ее ногам. Он никогда и не думал, что может получить еще больше, ровно до тех пор, пока не узнал, что он у нее первый. Пак Чимин сам не заметил, как сестра Тэхёна привязала его к себе настолько крепко, что пережала доступ к кислороду. И, наверное, от этого у него что-то перемкнуло в голове. Он захотел владеть ей безраздельно, не делиться ни с кем, даже с лучшим другом. Он звонил ей каждые пять минут, он заваливал ее подарками. Он требовал ее безграничного внимания к собственной персоне. Но хэппи энда не случилось. А случился осколок разбитой бутылки в животе и лучший друг, перепачканный в его крови. Чимин разочарован даже. Он еще слишком многого не получил... И, видимо, никогда уже не получит. Жадность, желание обладать, вожделение. Грешник: Пак Чимин Наказание: вечные муки *** Сжимая окровавленные кулаки, он бился о стены, сворачивался калачиком на полу, и выл, выл надрывно, не жалея ни голоса, ни сестры, суетящейся рядом, ни собственных барабанных перепонок. Неужели он закончит вот так?.. Убийцей?... Самым правдивым доказательством того, что все произошло на самом деле, было тело Чимина, распростершееся на полу. Со вспоротым животом. Остывающее уже. Тэхён затих на какое-то время, попросил сестру уйти, а сам тем временем достал телефон из кармана толстовки трясущимися руками. Тонкий корпус выскользнул и ударился оглушительно об пол. На серебристом чехле остались кровавые следы. Господи, ему теперь никогда уже не отмыться от крови его лучшего друга. На нем с той самой секунды, как Чимин перестал дышать, висит клеймо убийцы. Он набирает номер. "Я... я не знаю, что мне делать. Ты с остальными, хён? Я так хочу увидеть всех вас..." И сбрасывает вызов. Перед его глазами - бесценные моменты воспоминаний. Вот они с Чимином жмут друг другу руки, знакомясь. Вот они чокаются в шутку безалкогольными коктейлями в кафе, и Чонгук снимает их на видео. Вот Чимин дарит ему на день рождения теплый кашемировый свитер в черно-красную полоску... Его любимый с тех пор. И у Тэхёна все внутри переворачивается, стягивается в тугой узел и взрывается волной сокрушающей боли. А потом не остается ничего. Ни эмоций. Ни желания жить. Ни души. Убийство. Грешник: Ким Тэхён Наказание: вечные муки ***

Демоны были рождены... из грехов наших. И мы убивали друг друга и самих себя.