Разбуди мою душу

      Гарри проснулся на диване в гостиной у писательницы Джоан Роулинг, сама она сидела в кресле напротив и неотрывно смотрела на него.       - Глаза, Гарри, они у тебя такие, как я представляла…       Поттер молчал, а Джоан подумала, что сегодня, видимо, рухнет многое из того, что она себе представляла. Раздавшийся дверной звонок изменил атмосферу гостиной кардинально, Поттер нервно вздохнул и подобрался, рука определенным образом повернулась, а волшебник недоуменно посмотрев на нее, вернул на колено. Джоан, наблюдала за его движениями, подумала, что он сильно нервничает. Что, черт побери, там у них произошло?       Джоан, встретила девушку на пороге.       - Джоан, добрый вечер! – Эмма улыбаясь обняла писательницу с которой ее связывали самые дружеские отношения.       - Здравствуй, Эмма. Я рада тебя видеть, – улыбнулась женщина. – Должна предупредить, что сегодня у нас с тобой крайне необычный вечер.       - Хорошо, – слегка недоуменно ответила девушка, снимая плащ.       Для Эммы сегодняшнее приглашение Джоан стало неожиданностью, ведь они виделись на последней презентации и что за таинственный разговор её ждал она не могла себе представить, а еще Джоан говорила про знакомство..       Эмма вошла в гостиную вслед за хозяйкой дома и увидела молодого мужчину стоящего у дивана, которого сразу узнала, вернее подумала, что узнала. Дэниела она видела так часто, как только можно представить и поэтому спутать этого человека с Рэдклифом она не могла. Стоящий перед ней молодой человек отличался от актера, на взгляд Эммы, разительно. И оценка была явно не в пользу Дэниела. Но все эти размышления занимали ее те доли секунд после которых она встретилась с ним взглядом и зелень его глаз пленила её.       - Экспекто Патронум! – прерывающимся голосом произнес незнакомец.       Серебристая выдра закружила вокруг ошарашенной Эммы, патронус ластился к девушке, терся об руки и шею, а зеленые глаза смотрели, казалось, в душу, патронус, ощущения счастья и нереальности происходящего просто парализовало девушку.       - Знакомься, Эмма, – раздался голос Джоан, – Гарри Поттер!       Эмма тонула в зеленых глаза и думала, почему он плачет? Гарри Поттер?! Ну, здравствуй, тоска моя – подумала девушка.       А сам Гарри смотрел на девушку и периодически забывал дышать. Его накрывало таким шквалом эмоций, что они, казалось, перехлестывали через него, погребали под собой, придавливали к полу и не позволяли двигаться. Хотелось обнять её, почувствовать... ощутить её дыхание... сердца стук... жива! Гарри едва стоял на ногах.       Эмма пыталась привести мысли в порядок, что удавалось плохо. Парень дернулся, как будто хотел подойти и обнять но одернул сам себя. Гарри Поттер!? Картина мира ссыпалась на пол, как это может быть?! Она смотрела на него. Черт, Поттер настоящий, патронус настоящий и глаза, невозможные глаза тоже настоящие. И она в них по-настоящему тонула. И слезы которые катились по его щекам не менее реальны..       - Это правда Гарри Поттер? Тот самый!? Настоящий!? Как это возможно? – пролепетала Эмма.       - Именно так, Эмма. Тот самый. Настоящий. Реальный. Не знаю. – Джоан, проводила, не отрывающую взгляд от парня, Эмму к креслу.       Гарри махнул палочкой убирая следы слез и тоже сел в кресло.       - Здравствуй Герми… Эмма! Извини..       - Эмма, поможешь мне сделать чай? – Джоан решила дать девушке передышку.       Оказавшись на кухне Эмма вытянула руку глядя на свои подрагивающие пальчики. Джоан понимающе посмотрела на нее.       - Он пришел сегодня днем, а я его приняла за Дэниела и впустила в дом – рассказывала Джоан облокотившейся на шкаф Эмме – и тут он сообщает, что он не Дэниел и называет свое имя. Можешь себе представить?! - воскликнула Джоан       - Что я должна была подумать? Помнишь, Эмма, как действует патронус? Впрочем о чем я, ты только что его видела. Я его выгнала, довольно невежливо причем, а он с порога наколдовал Патронус и ушёл. Я едва успела его догнать. Что-то там не так, Эмма! Что-то там, черт возьми, явно не так. Он попросил позвать тебя, сказал что расскажет нам двоим всё. Эмма, я почему-то боюсь этого всего. Ты видела? Он увидел тебя и заплакал. Я предлагала ему позвать и Руперта, но ему нужна только ты, и я, наверно.. В разговоре он назвал тебя Гермионой. Но это и понятно, он Гарри Поттер, как еще он тебя должен называть… - прошептала писательница и заплакала.       - Ещё он сказал, что его эмоциональное состояние очень плохое, хотя это и так видно! Эмма почему он так сказал?       Эмма слушала и думала, как за 15 минут её жизнь так кардинально разделилась на ДО и ПОСЛЕ? Она прекрасно понимала, что имеет ввиду Джоан под «там».       Они вернулись в гостиную и Эмма села поближе к Поттеру.       "Я села поближе к Поттеру", – подумала Эмма, – "к настоящему Поттеру…"       Гарри, наконец, поднял окклюментивный щит и мгновенно стало легче, выражение лица изменилось, а поза расслабилась. Это не осталось незамеченным.       - Что случилось сейчас… Гарри? – неуверенно спросила Эмма.       - Это окклюментивный щит, меня научил Снейп на 6 курсе. Отсекает эмоции от разума. Снейп носил его всю жизнь со смерти Лили.       - Но зачем он тебе сейчас? – допытывалась девушка.       - Без него, вам с Джоан придется отрывать меня от тебя и выводить полночи из истерики, а рассказа не получится, – криво ухмыльнулся Избранный.       Такое никто прокомментировать не смог. Эмма с Джоан тревожно переглянулись. Эмма испытывала какое-то иррациональное желание обнять его и уткнуться в шею. Но ведь она его не знала!       - Не беспокойтесь, вы все поймете, – вздохнул Поттер.       - Итак. Я появился тут 3 дня назад, сразу после окончании Битвы за Хогвартс. Было непонятно где я и зачем я здесь. Очевидно я единственный волшебник на всю планету. Никакого волшебного сообщества в вашем мире нет и не было, до меня. В Англии, как минимум. У нас с Дамблдором есть догадки, но о них позже.       Эмма и Джоана слушали затаив дыхание. "Мы заглянули в кроличью нору", подумала Джоан.       - Я, по совету Альбуса, аппарировал в Лондон. Ни один из адресов, которые я знал, для аппарации были недоступны, что означает – этих мест не существует. Доступны были только два места. Улица где был твой дом, Гермиона, – он запнулся, – прости Эмма.       Эмма почему-то не чувствовала протеста когда он ее называл Гермионой. И это непонятное чувство.. "улица где был твой дом, Гермиона..." оно как-то разрывало...       - И второе – это тот мост который разрушили Пожиратели в 96 году.       - Гарри, но ведь его не существует! Я его «срисовала» с моста «Миллениум».       - Совершенно верно, Джоан, Брокдейлского моста не существует, – согласился волшебник и продолжил, – но вы его так точно «срисовали», что оригинал оказался точной копией, поэтому моя аппарация удалась.       Выдуманная история стремительно врывалась в жизнь девушки и женщины, ломая мироощущение, сметая барьеры недоверия и накладывала степень ответственности и вины, а главный герой пророчества сидел перед ними и доказывал, что все это не сон.       - Именно во время моей прогулки я получил журнал, где увидел фотографию Гермионы… простите, Эммы. Возможно позже вы поймете мои чувства. - Три дня назад я прочел все книги и посмотрел фильмы, – заметив скептицизм, Гарри продолжил, – я потом расскажу про чары скорочтения. А потом Империо на полицейского и вот я здесь.       Эмма смотрела на волшебника широко открытыми глазами, впитывая его образ. Всё это было настолько невероятно насколько возможно!       - Гарри, – попросила Джоан, – расскажи нам…       - Я расскажу, но вряд ли вам понравится… - вздохнул Избранный.       Он сделал движение к Эмме, будто хотел взять её за руку или обнять, но остановился. И снова Эмма подумала, что даже не вздрогнула и это было бы правильным. Почему!? Она видит его впервые в жизни!       - Вы, Джоан, писали сказку и искусственно ограничивали развитие событий или просто не показывали их в книгах, а они развивались следуя логике. Мерлин! Мир жил следуя заложенным вами установкам! Например, тролль на первом курсе, помните? – криво улыбнулся Поттер. - Он сожрал девушку из Хаффлпафа, 6 курс. Пока он её жрал, её парень метался вокруг, заклинания тролля не брали и он всё наблюдал из первых, так сказать, рядов. В последствии этот парень лёг на одном этаже с Лонгботомами. И только после того, как тролль подкрепился этой блондинкой он попал в туалет к Гермионе. Мерлин, как вам вообще в голову это пришло!?       Джоан побледнела, а Эмма втянула воздух.       - А Квирелл? Думаете он ограничился единорогами? На первом курсе погибли 2 ученика. Не буду рассказывать, что со вторым сделал Квирелл. Школу не закрыли только из-за того, что эти дети были маглорожденными. Я до сих пор Мерлина благодарю, что побежал за Гермионой. - Поттер замолчал и дернул рукой в сторону Эммы. - Потом был второй курс. Василиск. Думаете, Джоан, обошлось кошкой Филча и несколькими окаменевшими учениками? Эта тварь сожрала и переварила трех детей. И опять хвала Мерлину, что Гермиона такая умная и ходила с зеркальцем. Василиск, видите-ли, любил когда переваримые жертвы шевелятся у него в брюхе. Кстати, Джинни получила серьезные нарушения мозговой деятельности, так позже в Мунго мне сказали. В остальном всё было, как вы написали. Надеюсь вы, Джоан, гордитесь выдумкой.       Поттер снял очки и вытирал слёзы, а бледная как мел Джоан мелко дышала. Эмма, будто облитая ледяной водой, вцепилась взглядом в зеленые глаза, будто они могли защитить или дать что-то?       - Третий курс ничем особенным не запомнился, все было почти так, как вы написали. Четвертый курс. Поттер-вонючка. Помните? Это был полезный опыт. Спасибо. Только Гермиона осталась со мной. Я был мелким идиотом, как и Рон. А Крам тогда распустил руки и испортил ей бал. И Рон помог, в меру своего идиотизма. Я потом думал, ну ладно я идиот, меня не учили и примера я не видел, а Рон-то чего? Пятый курс. Пытки, издевательства министерства, ОД, Снейп, избегающий меня Дамблдор. Ну да вы все сами знаете. Потом Отдел Тайн и ранение Гермионы. Кстати, в Отдел Тайн пошли не 6 человек, а 9. Хафлпафф и Равенкло, – Поттер снова замолчал. А потом поднял руку и они увидели шрам "Я не должен лгать".       Джоан в голос зарыдала, а Эмма смотрела на парня расширившимися глазами.       "Это был не фильм!" - подумала Эмма - "Это точно был не, черт побери, фильм!"       Она видела перед собой не персонажа Саги, а молодого мужчину и, черт побери, что он пережил!       - Твои глаза... - прошептал Поттер глядя на нее, - они невероятные! Эмма вздрогнула, этот голос, этот шепот... ее окатило горячей, на этот раз, волной!       Поттер продолжил:       - Шестой курс. Слизнорт, шкаф Малфоя. А я ведь говорил, предупреждал… Но ведь вы написали не верить, вот они и не верили… Потом попытка изнасилования Гермионы Маклагеном, какие там, к Мерлину, канарейки… - Гарри снова криво ухмыльнулся, а Эмма вздрогнула. - Когда умер Дамблдор, Пожиратели порезвились в школе. Вы, Джоан, и правда предполагали, что они просто уйдут сделав свое дело? Круциатусы, изнасилования, четверо убитых «грязнокровок», прибитый к дверям Большого Зала гриффиндорец...       Роулинг казалось, что на неё положили тяжелую бетонную плиту и она из под нее пытается просить прощения но не хватает воздуха вокруг. Или ей самой не хватает воздуха?       - Весь шестой курс продолжались нападения на семьи. Каждый день в школе появлялись сироты. Гриффиндор перестал отпускать своих девушек одних куда бы то ни было, а Слизерин перестал чувствовать страх и ответственность полностью. Конечно не все, но многие. Тогда и случился первый крупный конфликт. Три факультета объединились и вытерли чистокровными ублюдками пол. Было много раненых, чудо, что никто из слизней не сдох. Вы, Джоан, писали про неплохого Драко? А ты Эмма, даже была влюблена? Клевый был парень?       - Мне было 9 лет, - справившись с собой, возмутилась Эмма.       - Конечно конечно - улыбнулся саркастически Поттер.       Эмме, почему-то показалось важным убедить его, что эта детская влюбленность не имеет никакого отношения ни к чему.       - Гарри, ты должен понять, я была маленькая и ничего не понимала! Был симпатичный мальчик и я влюбилась, но это было платонически и быстро прошло!       Гарри посмотрел на нее больным взглядом, улыбнулся и замолчал. Потом снова криво усмехнулся.       - Этот приятный парень, заслуживающий второй шанс, ответственен за большую часть изнасилований в Хогвартсе. Хорошо, что мы не отпускали наших девушек одних. Тогда мы из-за этого серьезно поссорились с Гермионой. Она все считала, что сама способна со всем справиться. Как будто Маклагена ей было мало… - Поттер взъерошил волосы и тоскливо сказал - В основном страдал Хафлпафф и немного Равенкло.       Джоан, ждала плохих известий, но не такого… А Эмма смотрела на парня который прошел всё это, а клубок непонятных переживаний в душе окатывал её волнами различных эмоций, накрывал и окутывал.. Ей хотелось сесть к нему, обнять, постараться успокоить, удерживать себя оказалось необычно трудно.       - Как Вы Джоан? - участливо спросил Поттер - Сможете посмотреть мне в глаза?       Это был удар под дых... Роулинг рыдала, будто если выплачет всё, то забудет.       - Шестой курс закончился и Гермиона стерла родителям память. За этой короткой фразой стоит столько… Джоан, ей было 17 лет… - Продолжил Поттер, - Джоан, 17 лет, - повторил Поттер, рыдающей писательнице. Он не собирался щадить ее чувства. - Мы год скитались по полям, лесам, городам и Мерлин знает где ещё. Мы научились использовать непростительные. И только Гермиона держала меня в себе. Уже тогда у меня было магии столько, что я мог стереть с лица земли небольшой город одним только спонтанным выбросом. И наконец, миссия была выполнена, мы вернулись в Хогвартс. Оставалось только 2 крестража. Теперь, настала пора показывать. Одевайтесь.