ВСЕМ ОСТАВАТЬСЯ НА МЕСТАХ! (Monsta X)

9:45 утра. Скубиду специально проснулась немного раньше, чтобы привести себя в порядок. После вчерашней сумасшедшей игры, в голове звенело так, будто прошлой ночью она перенесла десятичасовой перелёт из одной далёкой страны в другую. Съёмки клипа действительно приблизили её к космосу. «Скубиду, добро пожаловать на станцию «Полный Пиздец»! С приземлением! Удачного существования!» Набросив халат и расчесав волосы, она решила сначала выпить кофе. Нужно было идти на этаж к мальчикам, потому что только у них на кухне есть кофемашина. Конечно, можно было приготовить бодрящий напиток и на женском этаже, но он бы получился не таким вкусным, а ей просто требовалось начать день с чего-то хорошего. Уходя, Дуна бросила взгляд на кровать Гаыль. Девушка всё ещё крепко спала, повернувшись лицом к стенке. «Святые угодники, сделайте так, чтобы мы и дальше продолжали дружить!» Киёми не было, но Шону всё ещё дрых, широко раскинув ноги на её кровати. Одеяло практически сползло на пол, и он бессознательно придерживал его за кончик, чтобы оно не свалилось окончательно. Вот кто этой ночью был действительно счастлив! Медвежонок Шону, убаюканный и обласканный, спал как ангелок на своей уютной тучке. Грозный лидер «Monsta X» временно отсутствовал. Спустившись на этаж ниже, Скубиду собралась с духом и набрала код от входной двери в квартиру парней. «Пожалуйста, пусть все ещё видят десятые сны и не маячат на кухне!» Эта мечта сразу же не сбылась. Миновав прихожую, она встретила в коридоре Хёнвона. Он только шёл умываться и был ещё сонным и взъерошенным. На нём красовались белые семейные трусы и серая широкая футболка. Почёсывая пузико, парень зевал на ходу. Увидев Дуну, Хёнвон приосанился и, моргнув пару раз, неуверенно спросил: — Доброе утро? — Надеюсь, — улыбнулась ему Скубиду. — Послушай… — покусывая нижнюю губу, начал подбирать слова он. — Я хотел извиниться за вчерашнее… Когда протрезвел, понял, что позволил себе лишнего. — Забей! Знаешь, как говорят: «Всё, что было в Вегасе, останется в Вегасе!». Так вот пусть всё, что было в Гараже, остаётся там же. — Уф, договорились, — просиял Хёнвон, — Потому что я, правда, зашёл слишком далеко и не знал, как сегодня буду смотреть тебе в глаза. — Думаю, все вчера перестарались, — пожала плечами Дуна. — Хорошо, что мы решили этот вопрос с самого утра! — Да, теперь нужно как-то настраиваться на работу. Мы редко позволяем себе так расслабиться и, если уж подобное случается, потом часто бывает стыдно, — вздохнув, положил руку на лицо парень. — Иногда так нужно поступать, — сказала в пол оборота Дуна, направляясь в сторону кухни. — Согласен! — отозвался Хёнвон и уже в хорошем настроении двинулся в уборную. «Отлично! Одна небольшая проблема решена…» На кухне уже тусовались люди. Не только Дуна была самой умной и хотела выпить кофе. — Утречко! — постаралась бодро поприветствовать всех Скубиду. В ответ послышалось невнятное «ага-угу». Самой свеженькой здесь была Зонтичелла. Уже при параде она стояла за кухонным столом и намазывала себе на хлеб ореховое масло. На подоконнике в одних шортах сидел Чжухон. Его взгляд наоборот был таким туманным, что складывалось ощущение, будто он еще не в реальности, а блуждает где-то в своих снах. За столом, опершись спиной об холодильник, сидел тот, кого Дуна хотела видеть меньше всего — уже чем-то недовольный Кихён. Перед ним стоял надпитый стакан воды, а рядом на ребристом блюдечке одиноко лежали таблетки от головной боли. «Ну-ну, нализался вусмерть», — презрительно сощурившись, подумала Скубиду. Их взгляды пересеклись, и холодок пробежал по её спине, как будто в неё кинули кусочком льда. Стараясь не смотреть на своего раздражителя, Дуна повернулась к кофемашине. Возле нее, откуда не возьмись, уже топталась Молния, поочередно нажимая на все кнопки. И откуда она свалилась? Только что ведь не было! — Кажется, кофе кончилось. Скубиду, возьми, пожалуйста, новую пачку в шкафу, — вымолвила блондинка озадаченно. «Действительно, стала больше разговаривать», — саркастично заметила Дуна, становясь на цыпочки и открывая дверцы буфета. Взяв с полки кофе в зёрнах, она молча передала пачку Молнии. Та тут же распаковала её и потянулась за машину, чтобы открыть нужный контейнер. Раньше Скубиду нейтрально относилась к этой девушке, но сейчас каждая её черта и любое движение дико выбешивали. Особенно стройное, миниатюрное телосложение и блондинистые волосы, которые в это утро были небрежно завязаны в пучок на макушке. Она-то совсем не принцесска по сравнению с ней. Фоном жужжал блендер — Зонтичелла делала себе смузи. Томясь в ожидании, Дуна бросила взгляд на шею Молнии и, резко вдохнув воздух, замерла. Там красовалось два ярко выраженных, раскрасневшихся засоса. Тошнота опять подступила к горлу и, сглотнув слюну, Скубиду пришла к выводу, что, скорее всего, они с Кихёном не ограничились одними поцелуями. Эта мысль, словно кирпичом, ударила её по голове. Дыра разочарования всё больше разрасталась в её груди и это уже совсем не игры. «Только не заплачь! Не смей реветь! Это не стоит и слезинки!» Кое-как поставив чашку, которую взяла себе для кофе, на соседнюю тумбу, Дуна быстрым шагом вышла из кухни. Ей нужно было срочно убраться отсюда, потому что новый приступ ревности схватил её за глотку. — Покемон, какая ты резкая с утра! — перекрикивая блендер, бросил ей вдогонку Чжухон. В ней снова проснулась бегунья. Несясь по коридору, Дуна по иронии столкнулась с Вонхо. Тот, сонно улыбаясь, было вымолвил: — Доброе… Но Скубиду не услышала «утро», потому что уже выскочила из квартиры на лестницу. Перескакивая через одну ступеньку, она мигом поднялась на свой этаж. На автомате набрав код на замке, ворвалась в прихожую и тут же метнулась в туалет. Ноги несли её сами. Закрыв за собой дверь, будто за ней кто-то гонится, Дуна прямо в халате залезла в ванную, схватила душ и направила себе холодную струю воды в лицо. Она содрогалась всем телом. Ей было больно. И не только телу от холода, а сама душа в этот момент выворачивалась наизнанку. Мысль принять контрастный душ была спонтанной и смогла привести в чувство, ожесточив и позволив переключиться на рабочий лад. — Ты больше не будешь ждать его внимания, Скубиду! Я тебе запрещаю! — для верности сказала вслух Дуна. С этого момента они с Кихёном и начали вести новую игру под кодовым названием: «ПРОИГНОРЬ ДРУГ ДРУГА».

***

Прошла неделя. Вся она была посвящена репетициям и съёмкам тизеров. Поначалу меня сильно ломало, потому что Кихён постоянно был рядом, при этом мы практически не разговаривали. И пусть моё лицо не выражало ничего, в груди был настоящий пожар. Порой хотелось поступить как и раньше — просто убежать от всех в туман, но я дала себе слово и держала его. В итоге для общения нам хватало нескольких слов, и максимум, что мы говорили друг другу, было: доброе утро, да, нет, дай, спасибо и пожалуйста. Вонхо дал очередной совет, после того, как я объяснила ему, почему в то утро, после игры, чуть не сшибла его в коридоре. Мой друг сказал: «Просто знай, что ты точно нравишься ему и живи дальше, ни о чём не думая». Очень сложно принять подобное, но у меня получается. Да, мои ладошки все ещё потеют, когда Кихён сидит рядом, а глаза не знают куда смотреть, но я ни за что не позволю ему заметить, что мне больно или неприятно. Сейчас мы в микроавтобусе едем домой с двухчасового концерта. Зрителями были более взрослые Monbebe, чем обычно. Для них подготовили классическую программу без активных танцев. Девочки в национальных костюмах хороводили на заднем плане. У Кихена ожидаемо было много сольных партий. По сценарию во время выступления ему требовалось обнять кого-то или петь для возлюбленной девушки. Раньше ей была бы я, но сейчас он, разумеется, выбирал Молнию. Ну и пусть, мне уже почти всё равно за что он её там трогает. Мы едем на небольшой скорости. За окном ласкает зрение великолепный закат. Я устала, мои глаза то и дело прикрываются. На соседнем сидении так же дремлет Гаыль. Мы помирились. Хотя, в общем-то, и не ссорились. Когда она проснулась и увидела меня тогда в мокром халате, дрожащую от злости и отчаяния, просто обняла, выслушала, и мы решили, что теперь еще больше будем друг друга поддерживать. Да, ей было неприятно видеть меня с Хёнвоном, но из-за того, что она хотела быть на моём месте. Гаыль прекрасно понимала — я думаю только о Кихёне, а ей просто не повезло в игре. Как хорошо, когда твоя подруга такая сознательная. Выходит, «Сундук желаний» только сблизил нас. И вот мы две голубушки, страдающие от неразделённой любви, сидели бок о бок и изо всех сил старались не смотреть, как парни играют во что-то в начале маршрутки. Несменный ведущий Минхёк, болтаясь на поручне возле водителя, тыкал по очерёдности во всех игроков, давая каждому высказаться. Очевидно, им было весело, но присоединяться совсем не хотелось. Маршрутка выехала на гравий, и машину сильно затрясло. После выступления на наших головах все ещё были заплетены широкие косы. Эта прическа смягчала удары, играя роль подушки, каждый раз, когда голова металась из стороны в сторону. Впереди ребят тоже начало подкидывать. В это время Кихён развернулся назад и активно обсуждал что-то с Шону. Он стоял на коленях, обхватив руками спинку своего сидения. Лучи солнца задорно запрыгали по его лицу. Парень щурился и широко улыбался. Кихён производил впечатление человека, которого все устраивает, и он абсолютно доволен жизнью. Неужели ему не все равно? Неужели я всё еще что-то значу?

***

Прошло две недели. Они были очень насыщенными. Мое самочувствие стабильное. Стабильно хреновое. Точнее я привыкла к хроническому игнору парня, который когда-то ко мне хорошо относился. Настолько, что уже сама начала думать, что это было давно и не со мной. Сегодня вечером мне очень захотелось поиграть в PlayStation. Иногда помочить монстров — такое удовольствие! Это можно было сделать только на этаже у «Monsta X». Какая ирония, да? Как вы поняли, наш этаж не особо оборудовали техникой. Ребята разошлись по комнатам, все занимались своими делами, поэтому я спокойно могла расслабиться. Поставив перед собой маленькое блюдечко с крекерами, немного порубилась в здешнюю стрелялку. Когда начала засыпать, просто включила музыкальный канал и тупо смотрела все клипы подряд. Глаза постоянно закрывались, в какой-то момент, я выронила пульт и просто отключилась…

***

… Дуна погрузилась в сон. Её глаза видели море из одуванчиков. Она тонула в их ослепительной красоте под жгучими лучами солнца. Ярко жёлтые и уже белые воздушные тучки цветков дарили ей свою нежность, обволакивали теплом, щекотали тело. На ней было лёгкое прозрачное платье, а нижнее бельё и вовсе отсутствовало. Беззаботно повернувшись на бок, она увидела в метре от себя Кихёна. Он, широко раскинув руки, лежал на спине и смотрел в небо. На нём одни только рваные джинсы, ремень и ширинка которых были небрежно расстегнуты. Ветер трепал его волосы, добавляя профилю таинственности. Приятно уху шуршала трава, одуванчики мерно колыхались, плавно вводя лежащих в транс. Кихён глубоко вздохнул и повернул голову в её сторону. Это был чистый взгляд, полный жизни, открыто говорящий о своей симпатии. Она ответила ему таким же. Они смотрели друг на друга так долго и пронзительно, что, казалось, в этот момент их глаза видели Бога. Затем Кихён неожиданно изменился в лице и смерил её хитрой, дьявольской улыбкой. От чувства святости не осталось и следа. Постукивая по виску, он вымолвил, еле шевеля губами: — Тебе никуда не деться… Я всё ещё в твоей голове! Слышишь? Прямо здесь! Эти слова резанули её слух, будто лезвие. Кихён же скользнул двумя пальцами по щеке, запустил их в рот и стал медленно облизывать. Дуну бросило в пот от такой смены настроения. Потом парень, совсем откровенно пройдясь по своей груди рукой, запустил её в джинсы и, приподнявшись, начал ожесточенно удовлетворять себя. Это оттолкнуло Скубиду, но и возбудило сильно. Схватившись за подол платья, она ошарашено слушала его стоны. Цветы слились в одно жёлтое пятно и силуэт Кихёна начал расплываться. Всё залилось алым светом. Одуванчики преобразовались в красные маки. Они подавляли, пульсировали, словно живые существа. Раздался лёгкий хлопок и вот перед ней уже Ли Чжухон в той же позе и за тем же занятием. Закусив губу, он с яростным рыком шепчет ей: — Признай, что ты хочешь меня, Покемон? Признааай!

***

Сильно разволновавшись, Дуна очнулась. Сердце стучало так бешено как табун лошадей. В комнате всё еще горел свет, но телевизор был выключен. «Что это было, чёрт побери?! Ничего себе сон!» Она была возбуждена, взволнована и даже напугана. Её рука до сих пор судорожно сжимала край ночной рубашки. «Ладно Кихён, но что там забыл Чжухон?! С каких пор он стал для нее кем-то большим, чем просто надоедливым братишкой?» Эти сцены были только в её голове, но все равно вдруг стало жутко стыдно. Выходит, как она ни борется с собой, все равно чувства сидят глубоко внутри и никуда не хотят исчезать. «Конечно, ты же живешь с ними бок о бок! Даже спишь на их диване. Чего ты хотела Скубиду?!» Обеспокоенно вскочив, Дуна пробежалась по комнате взад-вперед. В кухне и спальнях уже темно. На часах два часа ночи. Ничего себе задремала девочка! Упала обратно на диван, взялась за голову. Волнение начало спадать. Потянувшись за крекером, Дуна вдруг обратила внимание на предмет для снятия стресса, который тоже стоял на столе. Знаете, такое блюдо с песком, где можно ковыряться, рисовать или писать железным прутиком? Что-то было не так. Приглядевшись, она рассмотрела на песке старательно выведенные слова. Сердце вновь пустилось в пляс, потому что надпись была легко читаемой: «Знай, я видел твои сны!»

***

На следующий день Скубиду чувствовала себя очень странно. У неё было постоянное ощущение, что кто-то коварно смотрит ей в затылок. Весь день шарахалась даже от тени, а к вечеру, усилием воли, решила взять себя в руки. «Подумаешь, ну и что такого страшного можно было увидеть? Спала себе девушка в эротичной позе, дёргалась в конвульсиях… С кем не бывает?! Пусть смотрят, сколько хотят, могу на бис изобразить!» Чтобы утвердиться в этой мысли, на том же месте в тот же час, Дуна согласилась сыграть с Вонхо в Assassin’s Creed. Вооружившись джойстиками и холодными коктейлями, они увлечённо били по клавишам. — Мочи его мочи! Ногой сзади пинай! — закусив губу, кричал Вонхо. — Я стараюсь, у него уровень силы выше, чем мой! — Тогда убегай! Делай прыжок веры! — вырывая у Скубиду джойстик, верещал парень на высоких нотах. Игра была очень увлекательной, они не заметили, как полностью дали волю эмоциям и начали громко голосить. Откуда ни возьмись, появился Кихён. Шлёпая босыми ногами, он решительно подошел к плазменному телевизору и, наклонившись, резко выдернул вилку из розетки. Экран потух. Всё пропало. — Эй, что за дела?! — возмущенно закричал Вонхо. — Что это было? — развела руками Дуна. — Вообще-то я пытаюсь спать, а вы орёте на всю квартиру! — фыркнул Кихён и, не дослушав их возмущения, пошлёпал обратно в свою комнату. — Но так нельзя! Можно ведь по-человечески, — продолжала говорить ему в спину Скубиду. — Забей, — коснулся её плеча Вонхо, — Давай просто поболтаем. — Но как так? Что он себе позволяет? — поумерила пыл Дуна, но в голосе все еще звенела обида. — Если собираешься спать, скажи это, и мы будем вести себя тише. Зачем сразу выключать? — Да, не в этом дело! Ревность его загрызла, вот он и выключил, — зашептал ей на ухо парень. — Если бы Кихён хотел, уже давно бы заснул. Мы и стоя иногда дрыхнем, сама знаешь. Скубиду замерла, а потом задумчиво сказала: — Серьёзно? В этом есть смысл… — Вот-вот, учись считывать его эмоции, иначе этот парень сведет тебя с ума, — закивал головой Вонхо. — Сейчас, Кихён просто не выдержал нашего с тобой веселья. Если он так поступил, значит, ему сильно припекло. — Что бы я без тебя делала? — раскрывая объятия, улыбнулась Дуна. — Даже не знаю, наверное, уже бы уволилась, — предложил худший вариант парень. Потом мы крепко обнялись, шатаясь в разные стороны. — Точняк! — протянула Скубиду и неожиданно крикнула во весь голос: — Ах, как я люблю тебя, ты такая душка!!! — Тише ты, сейчас все сбегутся, а выключать уже даже нечего, — похлопал её по спине Вонхо, и они хитренько захихикали.

***

Позади три недели. Наверное, я скоро перестану их считать. Сегодня суббота, мы летим в самолете в Дубаи, завтра там будет концерт «Monsta X». Обычно, как и всех смертных, группу и подтанцовку садят в общем салоне, но сегодня нас ждал Бизнес-класс. Самолет уже набрал высоту, поэтому слышно только тихий свист летящей машины. Раньше я бы точно волновалась, но сейчас спокойно заняла своё место напротив Кихёна. А смысл трястись, если мы друг для друга не существуем? Он, глядя в иллюминатор, слушает музыку на своем телефоне. Я смотрю любимый сериал по планшету. Полная идиллия. Так и ведут себя влюблённые, не знали?

***

Посадка была успешной. Немного сонные ребята стояли во дворе своего отеля и ожидали, когда их расселят по номерам. Девочки, дружно бродя по территории, пытались подключиться к WI-FI. Несмотря на вечер, солнце всё ещё нещадно жгло в макушку. Ветер, как назло, куда-то улетел. Слава богу, неподалёку работал красивый белый фонтан, делая воздух хоть немного влажным. Его струи то вздымались вверх, то пускались хороводом в разные стороны. Иногда вода распылялась на асфальт, поэтому всем хотелось подойти ближе и ещё ближе. — Хмм… когда уже кто-нибудь выйдет? Почему так долго? Я умираю… — то и дело ныл Минхёк. Его чёлка постоянно прилипала ко лбу, поэтому он загладил её так, чтобы она торчала вверх. — От того, что ты будешь всё время ныть, никто не придет быстрее, — не выдержав, закатил глаза Хёнвон. — Откуда ты знаешь? Вдруг они услышат мои крики о помощи! Ааа, буль-буль-буль… — пробубнил парень, чуть ли не пуская пузыри из слюны и начал тянуть ручонки к центральному входу. — Всё просто: здешние люди не знают корейского, балбес ты! — назидательно ответил ему Хёнвон. — Точно! Вот вечно ты портишь мои грандиозные планы! — Ничего, главное, что у нас будет время прийти в себя, — обмахиваясь рекламным проспектом, заключил Шону. Вонхо понуро сидел рядом с ним на чемодане, а Кихён висел на Чжухоне, которому тоже было жарко, но он даже не пытался спихнуть злобного Хомячка со своего плеча. — Нам нужно как-то отвлечься, — снова озарило Минхёка. — Давайте поиграем в салочки вокруг фонтана! — Ты долбанулся?! Какие салочки? И так дышать нечем, даже говорить сложно, — пробасил I.M. в его сторону. — Кто не передаст, тот Вонючка! — пропустив слова макнэ мимо ушей, выкрикнул М.С. и, шлепнув Чжухона по руке, отбежал в сторону. Мечтая сбросить с себя Кихёна, парень резко рванул с места и передал свой ход… Кому бы вы думали? Разумеется, хорошего леща от Хони получила Скубиду. Это было для неё неожиданностью, потому что Дуна все ещё пыталась подключиться к Интернету. Осознав, что ей передали вонючее знамя, девушке вдруг захотелось подурачиться. Тогда она, недолго думая, погналась за Чжухоном, чтобы вернуть ему «подарок». Парень начал наворачивать круги вокруг фонтана, Скубиду мчалась за ним след в след. Так они и резвились в летающих брызгах как малые дети, как Белка и Стрелка*, свалившиеся прямиком из космоса. * Белка и Стрелка — собаки, совершившие первый полет в космос, ещё до человека. Минхёк тоже, желая подключиться к веселью, залез на парапет фонтана и бесновался там, размахивая руками во все стороны как регулировщик. Каким-то чудом Дуне удалось подловить Чжухона и коснуться его руки. Дело было сделано, но ей самой убегать было особо некуда. Вокруг стояли ребята, а сзади её уже нагоняли, поэтому пробежка Скубиду длилась недолго. Чжухон быстро догнал её и, вместо того, чтобы просто передать эстафету, подхватил на руки и забросил себе на плечо. — Вай, поставь меня на место! — хохоча, протестовала Дуна, суча ногами. — Ты же сейчас сам завоняешься! Оценив эти резонные слова, парень, медленно стал опускать её. Так Скубиду, хватаясь за Чжухона, чтобы не упасть, аккуратно соскользнула на землю. В этой позе они ненадолго застыли, улыбаясь и глядя друг другу в глаза. Давно она не чувствовала себя настолько легко. Словно воздух, наконец, ворвался в лёгкие, и ей захотелось воспарить. Крылья снова вырастали у неё за спиной, от чего хотелось кричать от счастья, но потом Чжухон всё испортил. — Эй, полегче, Покемон! Не нужно меня так лапать! Понимаю, что прихожу к тебе в эротических снах, но давай не так быстро… Дуна мгновенно опустилась с небес на землю и покраснела до корней волос. «Нет-нет! Стоп, нельзя краснеть! Твою мать, это же был ОН!» — Правда что ли? — просиял Чжухон, увидев её смущение. — Действительно снюсь тебе? — Да, конечно, каждую ночь, засыпая, думаю только о том, как ты называешь меня Покемоном, — саркастически сказала Дуна, отпихивая его от себя и стараясь выйти из ситуации. — Ооо, как это мило! — протянул Чжухон, сверкая ямочками, и наоборот заключил её в объятия. Скубиду отчаянно пыталась вырваться, но парень держал мёртвой хваткой. — Чжухон, я пошутила, понимаешь? Люди иногда шутят… — Ни за что не поверю! Просто признайся, что ты меня хочешь! — С ума сошел? Айгу, вот размечтался! — верещала Дуна, колотя парня по спине, но на самом деле думала: «Ааа! Какое дежавю! Кажется, я начинаю сходить с ума»

***

Спустя месяц парни принялись писать ещё одну песню для альбома. В этот понедельник работа кипела уже с раннего утра. Успев побывать в агентстве, все вернулись к обеду в общежитие. Мы с девочками похлебали супа с водорослями и через сорок минут в нашем холле начали репетировать новую хореографию. Как ни старались, всё время кто-то сбивался. Видимо, сегодня был не танцевальный день. Сославшись на головную боль, я решила поспать полчасика, в надежде, что потом смогу работать продуктивнее. Репетицию ненадолго отложили. Несмотря ни на что, жизнь налаживалась. Разнообразие моей профессии не позволяло заскучать. Каждый раз силы и вдохновение возникали из ниоткуда, потому что хотелось работать в этом коллективе и приносить пользу. Даже Чжухон поумерил свой пыл и не так часто издевался надо мной. Можно даже сказать, что у нас стали налаживаться тёплые отношения. Скажи мне об этом кто-нибудь месяц назад, я бы ему ни за что не поверила. Направляясь в свою спальню, предвкушала сладкий сон, но там меня ждал сюрприз. Уже с порога с правой стороны, на кровати было видно Шону. Киёми прикормила его, и он часто тусил на нашем этаже, хотя особого толку от этого не было. Войдя в комнату и бросив взгляд налево, я офигела. Ладно, на нижней кровати вместе с Гаыль развалился Хёнвон — это тоже стоит отдельного внимания, но убило меня совсем другое. На моём втором ярусе, спокойно болтая ножками, сидел Кихён. Ещё раз: на МОЁМ ЯРУСЕ, сука! Делать нечего, помня про нашу игру, в которой мы игнорируем друг друга, я сделала вид, что мне нужно взять что-то в рюкзаке. Активно покопалась там, вывернула всё оттуда на пол, зачем-то взяла зарядку и с гордым видом вышла из комнаты. Побродила с зарядником по холлу минут 15 и снова решила наведаться в спальню, потому что отдохнуть всё же хотелось. Там ничего не изменилось. Выглядывая из-за дверного косяка, я нашла глазами Гаыль и многозначительно у неё спросила: — Ты не видела мой телефон? Он где-то потерялся, а я хочу ЛЕЧЬ ПОСПАТЬ, но перед этим мне нужно поставить его на зарядку. — Нет, — пожала плечами та в ответ, — Если хочешь, ложись, мы будем тихонечко разговаривать. «Что значит ложись?! Это легко сказать! Разве не видно, что там сидит злобный Хомяк?!» Выйдя обратно в коридор, я направилась на кухню. Открыла первый попавшийся шкафчик, засунула туда свой телефон. Нужно же играть до конца?! Потеряла, так потеряла!!! Выпив воды для храбрости, опять пошла в спальню. В этот раз уже окончательно. Ребята всё еще продолжали разговаривать, но уже на пол тона ниже. Решительная, как субмарина в дождливую погоду, я поднялась по лестнице на второй ярус. Потом, ласточкой скользнув за спину Кихёна, растянулась вдоль стены и, если бы могла, наверное, вообще бы всосалась в неё полностью. Все, кто работает в таком ритме как мы, имеют одну и ту же способность: «Когда ты очень устал, и твоя голова вдруг коснулась подушки, не смотря ни на что, засыпаешь». Так случилось и со мной. Не скажу, что уснула сразу и крепко, но таки отключилась. Наверное, из-за неудобной позы, через время, снова проснулась и всё еще в сонном состоянии перевернулась на другой бок. Мой мозг не сразу осознал происходящее, но совершенно точно рядом со мной на спине лежал Кихён. С перепугу, я снова захлопнула глаза. «Какого черта?! Мне снова снится этот стрёмный сон?» Чтобы убедиться в реальности происходящего, в этот раз уже одним глазком зыркнула на Кихёна. Действительно лежит! И мало того — ОН СПИТ! «Чтооо? Вот, говнюк! Как так-то?» Продолжила на крысу разглядывать его. Лежит себе такой расслабленный, ротик приоткрыл, футболка задрана так, что виднеется резинка фирменных трусов. Только бери и… набрасывайся. «Ну, уж нет! Совсем обнаглел являться мне и во сне, и наяву!» Принюхавшись, уловила, что от него сладко пахнет печеньем. Наверное, снова готовил свое любимое… Тогда моё сердечко сдалось и ёкнуло. Вспомнился сон с одуванчиками, и в прямом смысле потекли слюни. Я начала старательно кусать губы, чтобы как-то отвлечься. «Докатилась, Скубиду, до того, что позорно нависла над парнем, когда тот спит!» Тем не менее я давно не смотрела на него так долго и близко, ЧЕРТОВСКИ БЛИЗКО! Его губы снова так и просили о поцелуе, но я-то знала, что лучше сразу умереть, чем потом наблюдать самодовольный взгляд Кихёна. Пусть будет снова больно, но как же хотелось опять почувствовать его поддержку, и в любой момент спокойно дотрагиваться до него, обнимать, прижиматься… Тааак, мысли снова пошли не туда! «Ах, Кихён, какой же ты сладкий…» Замечтавшись, чуть не пропустила момент, когда парень заерзал и резко проснулся. Перестав дышать, я тут же закрыла свой глаз и, если бы могла, залепила бы его сверху глиной, лишь бы только злобный Хомяк ничего не заподозрил. Оказывается, всё это время ребята внизу продолжали перешептываться, но я была так увлечена своим Адамом, что напрочь оглохла и их не слышала. — Приколите, я заснул! — хохотнул Кихён, и по моим ощущениям, повернулся и начал спускаться с кровати по лестнице. Я лежала и прикалывалась больше всех. Оценила этот номер с лихвой! — Сколько я спал? — Не больше получаса, — послышался тихий голос Хёнвона. — А показалось, что целую вечность… Не знаю, как там Кихён, но я теперь точно не смогу спать спокойно. «И всё-таки, Скубиду, какого чёрта он это сделал? Никогда не поверю, что это было просто так!»

***

После того получасового сна бок о бок в моей голове действительно произошёл сбой. Сильные чувства, которые сидели глубоко внутри, выбрались наружу. Я настолько боялась выдать себя, что вообще старалась не попадаться Кихёну на глаза. К счастью, это было возможно, потому что последние несколько дней парни пропадали в звукозаписывающей студии, а все девочки временно были свободны. В связи с этим меня, как лидера подтанцовки, не раз отправляли на Фестиваль Магнолии, который проходил в центральном парке. Там я выступала в театральных постановках на небольшой сцене вместе с группой статистов с моей прошлой работы. К своему удивлению обнаружила, что очень соскучилась по болтовне со старыми друзьями и по наивным историям, которые мы показывали для зрителей. Только расстраивал костюм Малинки, что достался мне по сценарию. Я выглядела и чувствовала себя в нем максимально дебильно. Представьте себе огромный поролоновый шар в пупырках на двух худеньких ножках. Да, это была я! Веселье ещё то! К шести часам мы должны были закончить, и вот уже 5 раз за сегодня отплясывая Фруктовый Танец, я мысленно мечтала о том, что скоро хорошо смогу провести время на здешней Ярмарке. Под последние аккорды песни ребятам в костюмах фруктов нужно было откатиться в разные стороны, пропуская вперед ведущего шоу. Мне это было сделать проще всего и ещё яблоку. Перекатываясь с бока на бок, еле-еле притормозила у края сцены и, дико радуясь тому, что смогла удержаться, бросила взгляд в толпу. Знаете, если бы я увидела в метре от себя Санта Клауса, то меньше бы удивилась ему, чем Кихёну, который, мило улыбаясь, стоял там и уплетал мороженое-рожок. На нем были обычные синие джинсы и светлая рубашка, а ещё его волосы перекрасили в темно-каштановый цвет. Да впрочем, не важно, как он выглядел! Ведь совершенно не укладывалось в голове то, что Кихён посреди рабочего дня был здесь, на Фестивале Магнолии!!! Хорошо, что у малинки были пупырки, иначе с перепугу, я бы точно грохнулась вниз. Представление закончилось, и в шоке убегая со сцены, я все еще не верила своим глазам. Может, мне показалось?

***

Направляясь в фургон, который был для всех гримёркой, Дуна мечтала поскорее избавиться от костюма Малинки, а еще она твёрдо решила, что не станет искать приключений на свою голову и любыми путями постарается ускользнуть на Ярмарку. Переодевшись в лёгкое фиалковое платье, Скубиду выпорхнула из фургончика и снова остолбенела. Все пути были обрезаны, потому что прямо у порога её встретил Кихён. По всей видимости, он доел свое мороженое и теперь беззаботно болтал о чём-то со статистом и известным бездельником Дэбалем. — Привет! — улыбнулся нежданный гость, смерив девушку быстрым взглядом. — Эм… здравствуй, — осторожно ответила Дуна в ответ. Она пыталась разгадать, почему вдруг этот парень сменил тактику. — Я как раз говорил хёну, что уже давно не ходил на подобные фестивали. Очень хочется побродить там и всё рассмотреть… Составишь мне компанию? По правде говоря, Скубиду тоже не особо бывала на таких праздниках, разве только по работе, но, простите, что-что? СОСТАВИТЬ ЕМУ КОМПАНИЮ? Он перегрелся что ли? — Разве ты не должен писаться в студии? — стараясь не показывать своё удивление, спросила Дуна, но её брови всё равно упорно поползли вверх. Прямо сейчас они били рекорды по количеству слов, сказанных друг другу за последний месяц. Ей было неприятно такое сравнение, но она почувствовала себя Молнией. — Мою часть песни записали первой, тогда я решил использовать свои часы свободного времени, которые выделил наш менеджер, — объяснил ей Кихён и снова спросил: — Так как, ты свободна? Скубиду была в небольшом тупике. Человек, который целый месяц игнорировал её существование, вдруг заявляется к ней на вторую работу и настойчиво предлагает с ним прогуляться. КТО ИЗ НИХ СОШЁЛ С УМА? Возможно, стоило послать наглеца подальше, но Дуна позволила ему довести игру до конца, чтобы выяснить, чего же он всё-таки добивается. — Вообще-то, я как раз планировала пойти на Ярмарку… — Правда? Отлично! — просиял Кихён и тут же надел большие солнцезащитные очки, которые висели у него на рубашке. — Это для конспирации, чтобы потом не было проблем с прессой. — Да, конечно… Дуна отвыкла открыто проявлять эмоции рядом с ним, да и вообще, неизвестно сможет ли это делать после того, что злобный Хомяк ей устроил. Потом они попрощались с Дэбалем, другими статистами и нырнули в толпу людей, гуляющих в парке. Здесь действительно собралась чуть ли не половина города. Целые семьи выбрались на Фестиваль Магнолии, не забыв прихватить с собой бабушек и дедушек. Всюду сновали дети с воздушными шарами в виде животных или огромными игрушками. Компании друзей шли навстречу шеренгами, а некоторые парочки позволяли себе обниматься и обмениваться поцелуями прямо посреди толпы. Течение людей было таким сильным и хаотичным, что Дуна забеспокоилась: — Ох, не спеши, мы можем потеряться! Вместо ответа, Кихён крепко взял её за руку и устремился вперед, лавируя между прохожими. Вроде бы ничего такого, но для Скубиду это было совершенно ни в какие ворота. С трудом она сдерживала себя, чтобы не остановиться и прямо посреди улицы не начать выяснять отношения. Ей просто жутко хотелось спросить у него: «Что происходит? Что изменилось? Почему он вдруг возомнил себя её парнем?». Если совсем откровенно, то просто хотелось орать и колотить его долго-долго по всем частям тела, что попадутся на глаза. Наконец, они пробились через толпу и добрались до ярмарочных столов и фургончиков. И справа, и слева было много прилавков с сувенирами, поделками и одеждой. Целые ряды с украшениями, фенечками, плетеными сумками, значками и прочей ерундой. Вдруг Кихён резко свернул влево и соответственно потянул Скубиду за собой. Они подошли к столу с продукцией с символикой фестиваля. — Думаю, нам нужно купить себе что-нибудь на память, раз уж мы встретились в этом месте в нерабочее время, — оживленно предложил Кихён. Его солнцезащитные очки для конспирации были такими большими, что он выглядел в них комично. Эта картина непроизвольно заставляла улыбаться. — Возможно, ты прав, но даже не знаю, что бы я хотела себе взять… Её взгляд упал на прилавок. Там было столько всего, что глаза разбегались в разные стороны. Пока Дуна изучала ассортимент, Кихён уже нашёл для неё подходящую безделушку. Это был обруч с озорными тучками на двух пружинках. Парень тут же нацепил его ей на голову. Это выглядело немного по-детски, но очень мило. — По-моему эта штука сделает тебя более беззаботной! — А ты считаешь, что я слишком напряжена? — моргая глазами, спросила Дуна. — Тебе не помешает немного расслабиться, — расплылся в улыбке злобный Хомяк. «Да что ты? Может, врезать тебе разочек по щам и это лучше мне поможет расслабиться?» В итоге, Скубиду таки купила этот обруч, а Кихён присмотрел себе радужный браслет с логотипом фестиваля. Прибарахлившись, они снова нырнули в поток людей. Теперь начались ряды с едой. Вкусные запахи так и витали в воздухе. Вот лотки со сладостями на шпажках, а там пирожки и пончики разных форм и размеров. Откуда ни возьмись навстречу выскочил парень-зазывала и начал тыкать им в лица огромным цветным сердцем: — Только у нас самые вкусные йогурты!!! Подарите своей девушке райское наслаждение фруктовым вкусом! «Ааа… откуда он взялся со своим наслаждением?!» — сконфуженно подумала Дуна. — Спасибо, мы купим у вас чуть позже! — мастерски отделался от него Кихён, проталкивая Скубиду вперед. Проигнорировав чудо-йогурты, они выбрались на более широкую площадь. Народ здесь собирался в кучки, наблюдая за уличными представлениями. Фокусники и клоуны на ходулях больше всего были тут в почёте. Девочки в ярких кружевных платьях надували огромные мыльные пузыри и пропускали их через всё свое тело, детишки с восторгом наблюдали за этим. Дуна и Кихён остановились поглазеть на факиров, которые сначала просто глотали огонь, а потом поджигали себя полностью и бегали так по кругу, заводя и будоража толпу. Во всей этой суматохе Скубиду немного расслабилась, но всё ещё была настороже. То и дело, вскользь поглядывая на Кихёна, она каждый раз пыталась разглядеть какой-то подвох, но он просто стоял и мило улыбался. Насмотревшись на трюки с огнём, пошли в сторону аттракционов и тут злобный Хомяк резко остановился, поднял свои очки и воодушевленно предложил: — Слушай, а пойдем в Комнату Страха?! Говорят, она здесь чертовски страшная! Скубиду не особо вдохновляла эта идея. Ей и так сегодня было достаточно эмоций. — Ты специально хочешь меня туда затащить? — сощурившись, подколола она парня, но тот не поддался, а игриво продолжил уламывать. — Дааа, хочу закрывать тебя своим телом и, чтобы ты непроизвольно хваталась за меня, — ехидно протянул Кихён. — Но это можно сделать и без Комнаты Страха, — выдержав паузу, парировала Дуна. Ей удалось его немного смутить, поэтому он, скорчив гримасу, перешел на другую тему: — Тогда пойдём в «Парк Качелей». Там можно будет перекусить, а то я уже жутко проголодался. Против этого Скубиду ничего не имела, и они медленно двинулись в сторону деревянного забора, за которым и была их цель. Примостившись на одну из удобных качелек с подушкой, вместо сидения, Дуна проследила за тем, как Кихён сначала сел на соседнюю, а потом быстро вскочил со словами:  — Подожди немного, сейчас я принесу нам поесть! Скубиду кивнула, и он, сверкая пятками, умчался в направлении лотков с едой. «Надо же какой решительный! Даже начинает пугать…» Кихёна не было минут пятнадцать, и Дуна уже начала подозревать, что он прикололся и ушел домой, а потом в общаге будет снова самодовольно молчать, но НЕТ. Парень вернулся с напитками и огромным контейнером в виде сердца. Тот самый фруктовый йогурт! Формочку нужно было разломать надвое, чтобы каждый ел из своей половинки. Кихён сделал это и, потупив голову, протянул Скубиду розовую часть сердца, а себе оставил голубую. — Я выбрал черничный. Из всех он там был самым полезным. Точнее черника полезна для зрения, — начал оправдываться парень, садясь на свою качелю и снимая очки. Людей на этой территории практически не было, всем хотелось поучаствовать в Ярмарке, поэтому можно было не волноваться на счет того, что их увидят вместе. — Спасибо за заботу, — сказала Дуна, глядя на то, как он впервые рядом с ней тушуется. Сначала они ели молча, но потом неуверенность Кихёна испарилась и, он снова начал свою коварную игру: — Сегодня ты смотришь на меня так, будто всё время хочешь что-то спросить. «Да ладно! С чего ты это взял?! Разве есть какие-то причины?!» — подкинуло от возмущения Скубиду, но вслух она сказала: — Нет, тебе показалось. — Ммм… в последнее время было столько работы, что некогда было пообщаться, — облизывая ложку, сказал Кихён, будто специально выводя девушку из себя. «Серьёзно? СЕРЬЁЗНО? Ладно, хочешь поиграть? Тогда я устрою тебе марафон, и проверим, кто из нас лучший бегун!» — Да, правда, нужно иногда не забывать жить, вот сегодня отличный день… — Ты всё равно лучше умеешь находить время, чтобы расслабиться, а я постоянно на чем-то запариваюсь, — издалека начал он, а потом добавил: — В этом плане с Вонхо вы похожи… Дуна, затаив дыхание, так и чувствовала, как Кихён сверлит её взглядом. Хорошо бы йогуртом теперь не подавиться. Вот это новость! Этот парень действительно ревнует! — Не думаю, просто иногда он меня поддерживает. — Да, Вонхо очень отзывчивый и умеет находить нужные слова… — Просто он искренний, — вымолвила Дуна и тут же поняла, что сделала ошибку. Этими словами она дала понять, что Кихён далёк от этого. Злобный Хомяк недовольно поджал губы и отвернулся. Разговор обострился, и теперь Скубиду начала искать любой путь, как бы сменить тему. Казалось, Кихён вот-вот не выдержит и скажет прямо: «Вы же спите вместе, ничего удивительного!» Солнце практически село, и его лучи, прощаясь, плавно скользили по земле. Наступали сумерки. Где-то вдали заиграла музыка, поэтому Дуна не нашла ничего лучше, чем предложить продолжить их прогулку. Если Кихён здесь, значит, хочет быть рядом с ней, и совершенно не важно, что он говорит. Нужно попытаться услышать его сердце. Кажется, у неё получилось. Йогурт был доеден, и они покинули качели. Выйдя на звук, обнаружили, что заработало ночное кафе на воде. Скубиду не раз его видела, и всё время восхищалась атмосферой, которая там царила. В огромном прозрачном бассейне плавали кабинки в виде белоснежных лебедей, а в центре находилась небольшая сцена, на которой всегда играла какая-то группа или саксофонист. Яркий люминесцентный свет озарял всю эту площадку, и она казалась волшебным островком, позволяющим расслабиться и уединиться. Как раз то, что сейчас нужно! — Ах, это место мне всегда кажется таким загадочным, — вздыхая, протянула Дуна. — Тогда пойдем, купим кофе и прокатимся на лебеде, — предложил Кихён, видя, как у неё загорелись глаза. Скубиду пустилась бы в пляс, но ей нужно было дальше играть свою меланхоличную роль. Взяв по стаканчику Американо, они осторожно забрались в одну из кабинок и уселись друг напротив друга. В этом лебеде было не так уж много места, поэтому их колени постоянно соприкасались. Кабинкой можно было управлять, нажимая на клавиши рядом с сидениями, поэтому ребята тут же окунулись в загадочный мир кафе, скользя по глади воды поближе к сцене. — Оказывается, это ещё чудеснее, чем я могла себе представить, — вымолвила Дуна, чувствуя, как мурашки бегут по её спине из-за пленительной атмосферы. — Что-что? — переспросил Кихён, наклоняясь к Скубиду, чтобы расслышать её слова. Музыка здесь играла достаточно громко. — Говорю, это место оказалось лучше, чем я думала! Тогда, чтобы не прислушиваться, Кихён просто встал и втиснулся на сидение рядом с Дуной. — Единственный минус только в том, что музыка громкая, — теперь смогла сказать ему Скубиду на ухо. — Даже не знаю, минус ли это… — ответил парень, заглянув ей в глаза. Кабинку шатнуло вправо и их слегка накренило. Кихён воспользовался этим моментом, приобняв Дуну за плечо. Сейчас они снова были так близко, что могли почувствовать биение сердец друг друга. Впервые за последний месяц Скубиду позволила себе прижаться к груди этого парня и расслабленно ощущать тепло его тела. Закрыв глаза, она, казалось, чувствовала Кихёна каждой клеточкой, впитывала его сладкий запах, принимала колючий, но такой близкий и манящий нрав. Осторожно, так, чтобы он не заметил, Дуна отстранилась и взглянула ему в лицо. Кихён тоже сидел с закрытыми глазами и находился где-то в своих мечтах. Тогда абсолютное счастье охватило Скубиду, и ничего не было на свете дороже, чем трогательная улыбка на губах её любимого. Музыканты играли джаз, лебедь плавно качался на воде, все глубже погружая в чарующий омут кафе. «Я в раю! Можно остаться здесь навсегда? Слушать прекрасную музыку в этой милой лодке, и чувствовать тепло своего настоящего, живого, осязаемого Адама, который никуда не исчезнет…»