По принципу ромашки

      Очнулся я от пульсирующего и разливающегося по организму чувства наслаждения, исходящего снизу, лжепринц сидел напротив меня в одном полотенце и насмешливо следил за тем, как ласкает меня через шорты. Мой разум вспыхнул, и от появившегося чувства страха возбуждение ослабевало. Кажется, я уснул, пока блондин был в душе. - Ну, ну, что, это ты? – раздался шипящий смех, и вот я уже опрокинут на спину. – Не рыпайся, лягушонок.       Передо мной предстало лезвие, один из стилетов этого психопата. Бельфегор приставил оружие к моей шее, чуть надавив, и медленно повёл им вниз. Ткань послушно расползалась, поддаваясь, словно масло; мне же приходилось втягивать живот и вжиматься в пол, чтобы принц мне кишки не вспорол.       Когда с майкой было покончено, блондин резко сдёрнул с меня шорты и трусы, затем вновь принялся за свой стилет и повел им уже снизу вверх, по внутренней части бедра к паху. Ощущения были странные. С одной стороны, у меня перехватило дыхание от страха. С другой стороны, это всё же было чертовски приятно. Щекочущее ощущение ползло ко мне так же, как потихоньку возвращалось и возбуждение. - Семпаай… - полушёпот-полустон сорвался с моих губ.       Из-под пелены прибывающего наслаждения я видел, как расползлись его губы в широком чеширском оскале, как неловко дрогнули пальцы и как он сглотнул. Мой мучитель откинул оружие в сторону, взяв за бедра, подтянул меня к себе, выдавил немного смазки на пальцы и сразу ввел два в меня, ртом же припал к струйке крови, идущей из оставленного на шее пореза. Скажу сразу, ощущение не из приятных. Мне ещё не доводилось чувствовать в себе что-то чужеродное, а лжепринц не только не давал привыкнуть, но и всячески манипулировал пальцами, растягивая меня. Получалось у него, конечно, не очень, потому что расслабиться я ну никак не мог. Тогда он решил добавить третий палец, отчего я вскрикнул. Я считал, что блондин вполне мог таким образом меня порвать, ведь было действительно больно.       В мгновение всё исчезло, но, к сожалению, лишь на мгновение. Я думал, что принц решил сдаться, раз у него не получается, но он так не думал. Бельфегор вынул из меня пальцы, снял полотенце и вошёл уже сам, причём до конца. Из глаз брызнули слезы, и я взвыл от боли. Внутри всё болело, зудело, пульсировало. Всё кругом вмиг потемнело, и я будто оглох. Наверно, это был шок.       Вскоре меня отпустило. Предметы снова начали обретать свой цвет и форму. Я не мог оставаться безэмоциональным, этот идиот с каждым толчком выбивал из меня стоны сначала боли, а потом, кажется, наслаждения?! Было очень странно, но я не заметил той грани перехода из одних ощущений в другие. Я прогибался и подавался навстречу, царапал ногтями его руки и обхватывал ногами торс. Меня захлестнуло что-то дикое, животное. Я стонал под ним, как последняя сучка. Бельфегор же кусал мою шею, проводил языком в ракушке уха и мял между пальцами соски. Всё закружилось, завертелось, но тут принц задел во мне что-то, и я бурно излился себе на живот. Блондин сделал ещё толчок и, простонав (хотя это больше напомнило мне вой), кончил внутрь.