Цвет твоей любви.

Блондин мечется по комнате и от него чуть ли жаром не пышит. Там и тут на улице через окно можно было разглядеть взрывающиеся лампочки на фонарных столбах и летающие утренние газеты, что каким-то невероятным потоком вырвает из рук прохожих. Блондин зол. Об этом говорит весь его вид — даже щеки, что обычно оставались почти что мертвенно-бледными, сейчас налиты румянцем. — Ты мудак! — сокрушается парень и зло смотрит на нарушителя его душевного спокойствия. — Да что я такого сделал! Господи, Юнги, ты же самый спокойный и уравновешенный человек, которого я знаю, — уворачивается стройный парень с розовыми волосами, — ТАК КАКОГО ЖЕ ХРЕНА ТЫ ОРЕШЬ НА СВОЕГО ХЕНА ЗА ТАКУЮ МЕЛОЧЬ! — Самый спокойный и уравновешенный? О да, — останавливается на секунду, чтобы рассмотреть предмет, который собирается бросить в этого муда..гхм, ХЕНА, но откладывает его, понимая, что эта книга ему слишком дорога, — я БЫЛ таким до встречи с тобой. Ты можешь довести до ручки любого! — Да что я такого сделал? — Сколько раз я говорил тебе не ковыряться в моих баночках? СКОЛЬКО? Отвечай мне, хен, — угрожающая улыбка. — Много. МНОГО РАЗ. — Вот именно. Ты же с зельями справляешься легко. Так как ты мог перепутать ЧЕРНЫЙ И БЕЛЫЙ ЦВЕТ КРАСКИ ДЛЯ ВОЛОС. БЛЯТЬ! — Не ори. Я тебя старше, ты должен это понимать, — розоволосый в примиряющем жесте поднимает руки, — в свое оправдание могу сказать, что тебе очень идет быть блондином. — Сокджин! Клянусь своими древними архивами, я убью тебя когда-нибудь, — парень утихает и прислушивается, — так, тихо, кто-то идет, — Юнги делает глубокий вдох, концентрируясь, щелкает пальцами и уже через мгновение в комнате не остается и былого следа погрома. — Но я ничего не.. — Тихо. Через минуту в комнату входит никто иной, как Ким Тэхен, самый странный и придурковатый маг, которого вы вообще когда-нибудь можете встретить. Юнги немного расслабляется, ведь он, услышав в воздухе странные вибрации подумал не о ком-то дружественном, а о охотниках. А еще хуже — ЛЮДЯХ. Хотя те бы и не смогли пройти просто так, ведь защиты в квартире у Мин Юнги предостаточно. Тэхен замирает на пороге, ведь сразу же замечает небольшое напряжение. — Итак, что у вас произо.. — начинает он, но осекается и смотрит на Юнги, — Хен! Тебе очень идет новый цвет! — искренне-радостно выдает Ким, а Сокджин на это тихо стонет. — Кто же тебя за язык вечно тянет, Тэ.

***

Молодой охотник стоит и докуривает последнюю сигарету. Смотрит, как красивые языки пламени охватывают тело совсем юной темной волшебницы О Ын Ми. По сути, не она выбрала такой путь для себя, а ее родители, но Орден охотников на ведьм это отнюдь не волнует. Приказано сжечь — у мага нет шансов выжить. Ким Намджун равнодушно смотрит на бьющуюся в конвульсиях девочку, думая о том, что это задание выполнено на отлично, устранены не только сильные темные маги семейства О, но еще и их наследники, фамильяры. Но его мысли прервал выстрел. Прямое попадание. Крики девушки стихли. — Намджун, тебе не надоело издеваться? — к старшему подходит высокий юноша, пряча свой Кольт в кобуру, — Мы ведь не в средневековье, дабы сжигать их на костре, есть весьма гуманный выход…серебряные пули, отсечение головы. — Чонгук, это традиция наших предков, мы должны чтить её. А так же от пуль они могут восстановиться, — Джун поправляет свои пепельные волосы и оборачивается к своему напарнику, — ты закончил со змеей? Очень мерзкий фамильяр… — Да, закончил. После главы семейства, фамильяр не вызвал трудностей, — хмыкает Чон, — Нам нужно идти. Нас ждут в особняке. Намджун откидывает сигарету и последний раз кидает взгляд на Ын Ми. Да, так правильно. Так указано в Кодексе охотников на ведьм. «И только пламя убьет нечестивого».

..В особняке..

Чонгук устало откидывается на спинку своего кресла и закрывает глаза. Он не понимает зачем все это. Эта вражда, убийства, кровь. Ведь можно решить все мирно, путём переговоров, ведь сейчас, черт возьми, 21-й век, а не 16-й. Он не понимает своего напарника, что так люто истреблял всех, кто хоть как-то связан с магией. Не понимает. Но послушно выполняет каждый заказ или задание. Убивает, уничтожает и борется. И будет это продолжать, ведь он наследник Ордена охотников на ведьм. И так будет всегда, как и на его теле будет татуировка с драконом, что извергает пламя. — Хэй, Чонгук, — в дверь без стука врывается красноволосый парень, — тебя к себе вызывает босс. Будь осторожен, он сегодня без настроения. Даже я получил от него. — даже в такие напряженные моменты Хосок улыбался. Он явно принимает что-то запрещенное. — Да, иду, — нехотя кидает Гук, скорее в пустоту, потому что красная макушка уже скрылась за дверью. В кабинете босса была давящая атмосфера. Со стен грозно смотрели почтенные охотники, в глазах которых все еще можно увидеть пламя, кровь и слезы. Бархатные шторы были открыты, позволяя солнечным лучам падать как раз на стол босса. — Здравствуйте, господин, — Чон кланяется, — вы хотели меня видеть. — Чонгук, мальчик мой, — громкий басистый голос раздается по комнате, — да, хотел тебя видеть. Намджун рассказал мне, что на последнем задании ты хорошо справился, — господин босс встает из-за стола и подходит к молодому охотнику, — я горжусь тобой, ты ведь один из самых молодых и перспективных охотников на десятки миль отсюда. — Спасибо, господин. Я ценю ваши слова, — Чонгук слабо улыбается. — Вы с Ким Намджуном обычно работаете в паре, но на этот раз, я решил, что вам стоит выполнить задания по отдельности. Они несложные, так что можно справиться одному, — мужчина вручает своему подопечному папку с материалами о новом маге. — Но…господин… — пробегается взглядом по листам с информацией, — это не темный маг.. Он..он.. — Чонгук, не подводи меня. Ты знаешь, ваше, охотников, дело — молча выполнять мои приказы. Свободен, — металлические нотки чувствуются в голосе босса. — Да, понял, — кланяется Чонгук и выходит, направляясь в свой кабинет. Мысленно повторяя: — И что мне с тобой делать, Мин Юнги? — думает Чонгук-человек. — Выполнить приказ и убить, — твердит охотник-Чон.

***

— Итак, дорогой ХЕН, выбирай, как мне следует тебя убить, — Юнги, уже в более положительном расположении духа сидит на своей кухне и попивает чай с травами. — Перестань уже говорить о таком, — Сокджин поморщится, словно от зубной боли, но тут же возвращает себе прежнее выражение лица, — ты же знаешь, как меня разговоры о подобном напрягают, — Ким стискивает кружку в руках, — тебе не обязательно убивать меня, это сделает какой-нибудь охотник. В моем случае — конкретный. — Хен, ты же знаешь, что Намджун, — начинает было Юнги, но его перебивает розоволосый, который резко ставит кружку с ароматным напитком на стол, немного расплескав его.  — Не надо говорить это имя, Юнги. Не надо. И, вообще, — Ким резко переводит тему, — тебе бы поосторожнее со своими выбросами магии. Тебе же известно, что охотники знают о существовании каждого из нас, верно? — Разумеется, — Юнги закатывает глаза. Его уже достали разговоры об опасности со стороны охотников. Он все это ЗНАЕТ. К тому же.. — Да-да, к тому же ты не обычный рядовой маг, а потомок одного из самых сильных и древних родов, как и мы все, собственно, — рыжий паренек заходит на кухню и ловит на себе недовольный взгляд Юнги. — Сколько раз.. — начинает он. — Ага, сколько раз ты просил не залезать в твои мозги и не читать твои мысли. Знаю, — уворачивается от отрицательных импульсов магии, — да все уже! Господи! Я закончил после древних родов! Ты же закрылся от меня! Твой барьер даже я не всегда пробить могу. И не надо на меня так смотреть..про чтение мыслей я мог сказать, даже не читая их. — Пак Чимин, ты невероятный человек. Тупость и отсутствие инстинкта самосохранения у тебя тоже невероятная. — Это у тебя напрочь этот инстинкт отбило. Джин-хен прав, у охотников обострение какое-то началось, рвут и мечут.. мне кажется, даже при условии, что они не знают точно о том, насколько мы сильны, а считают нас феечками, до нас тоже доберутся скоро. А при условии, что кое-кого уже давно должны были... — ХВАТИТ! Да, не убил он меня пока, не сжег! Вот оно — мое тело, — Джин заметно психует и активно жестикулирует руками, — но ведь вы прекрасно знаете, что я и не жив. Лучше бы он меня тогда окончательно убил. Без сердца жить тяжело, — последние слова Ким произносит очень тихо и все не смеют нарушать молчание. Каждому из них есть, о чем подумать. «Особенно о том парне, что снится тебе в тех снах, которые ты не помнишь, Юнги».

***

Чонгук выдохнул. Он видел много магов, вампиров, оборотней, Василисков и прочих тварей этого полуволшебного мира, но больше всего он боялся серьезного Ким Намджуна. Он определенно был мастером своего дела, а так же следовал древнему писанию, законам охотников и, конечно же, традициям. Сжигание заживо, чтение молитв, практиковал даже экзорцизм. Каждое задание выполнено идеально. Но вот один маг.. подкосил самого Джуна, даже скорее на душевном уровне, чем на физическом. — Хен, можно? — учтиво стучится в намджунову дверь Чонгук, держа в руке папку со своей целью. После кроткого «входи», младший проходит к сидящему в кресле Ким, — у меня к тебе есть немало вопросов. — Слушаю, — пепельноволосый сидит и курит весьма крепкие сигары, отчего младший даже кашляет. — Почему мы работаем отдельно? Не то, что бы я сам не справлюсь. Просто уже лет 5 мы вместе. С моего 17-летия, — Чон садится напротив, захватив с собой стакан с виски. — Потому что тебе нужен твой персональный опыт, а мне свобода в действиях, — Намджун выпускает из легких сигаретный дым, вновь затягиваясь. — Свобода? О чем ты? — младший вопросительно поднимает бровь. — Твоя гуманность и мягкость сводит меня с ума, Чонгук. Тем более я получил вновь то дело…я должен его завершить сам, — голос становится чуть грубее, а выражение лица раздражительным. Чонгук окидывает взглядом стол и замечает папку «Ким Сокджин». Непроизвольно тянется рукой к этой папке, перелистывая материалы этого парня. — Я помню… ты ведь любил его? Ты не можешь вновь попыта.. — не успевает закончить, как его перебивает Намджун: — Бред. Охотник не может влюбиться в мага. Думай, что говоришь, — в глазах Джуна сверкает что-то нехорошее, отчасти грустное, — В прошлый раз он просто использовал на мне свою магию. Не более. — Я так не думаю, хен.. — качает головой Чонгук, но прекращает открывать старые раны своего друга, — Тогда другой вопрос. С каких пор мы убиваем светлых магов? На счету у этого, — Гук крутит в руке папку с Юнги, — ни одного убийства. Даже порч вроде бы нет, я не вчитывался. — Глава Ордена выдал приказ о полном уничтожении магов, — холодно отвечает Ким. — Что блять? — подскакивает на ноги Чонгук, — Это же абсурд! Да, мы охотники, но не тупые головорезы! — Если Глава так решит, то мы будем головорезами, — Джун откладывает сигару и строго смотрит на своего донсена, — Призывают всех, даже Хосок будет выполнять заказы, хоть он и ранен. А тебе, Чон, — Намджун хватает младшего за ворот рубашки, — советую закрыть рот и перестать быть такой тряпкой и наконец-то следовать своему долгу, а не сердцу. — Если у тебя отобрали сердце, это не значит, что все такие бесчувственные, как ты, хен.. — Гук отдергивает от себя чужие руки и направляется на выход, — Удачи с делом. Не влюбись вновь..точнее не проебись, окей? Намджун лишь прорычал.

***

Юнги бежит по темному лесу из последних сил. Ноги его заплетаются, дыхание уже давно сбито, а бешено колотящееся сердце с поразительной скоростью гоняет кровь по телу, разнося адреналин. Мин не знает, что происходит и как он тут оказался, но ему точно известно одно — за ним гонятся, и от того, убежит он, или нет, зависит его жизнь. Юнги уже почти выдохся, силы его на исходе, а перед глазами все плывет, он слышит приближающиеся крики сзади и вдруг врезается во что-то темное и достаточно твердое, устойчивое. Он поднимает взгляд и видит размытые очертания молодого человека, но точно ничего разглядеть не в состоянии. Мин думает, что это конец, но прежде, чем он теряет сознание, слышит обеспокоенное «Шуга». Юнги подрывается с кровати и тяжело дышит. Какого. Блять. Хрена. Последнее время ему вечно снится всякая чертовщина, а Юнги был не глупым человечишкой, он был опытным и сильным магом. Знал, к каким снам стоит относится серьезно, а какие нужно просто игнорировать. Мин до самого рассвета лежит на кровати и пытается что-то анализировать. Ему абсолютно не нравится то беспокойство, которое проявляет за него магия. Юнги понимает, что ему грозит опасность и его магическая сущность пытается его предупредить. Конечно, в первую очередь магия старается спасти себя, но её сосудом является парень, поэтому ему и посылаются эти сигналы. Юнги глухо стонет и потирает глаза. Он уже устал. Устал бояться с самого детства. Сейчас опасность снова черной пропастью распространяется у его ног, а Мин ходит по самому её краю. Шаг — и всё. Черная бездна поглотит его, не оставив и шанса на спасение. Юнги пытается не уснуть снова, потому что знает, что, стоит ему закрыть глаза, как сон мягкой дымкой рассеется в его сознании, оставив только беспокойство и какое-то липкое чувство опасности. Юнги знает, потому что, на протяжении уже нескольких месяцев просыпается с этими самыми чувствами, но никогда не может вспомнить, что же ему снилось. Он пытается ухватиться за ниточку, ведущую к правде, но она всегда обрывается. Обрывается в той самой бездне, по краю которой ходит блондин и знает, что когда-нибудь оступится. Они все знают… Два часа дня, Юнги стоит у подоконника и задумчиво смотрит на мельтешащий народ. Кое-где можно заметить даже ведьмочек и прочих магических существ. — Люди такие глупые иногда, правда же? — знакомый голос выводит его из транса и Юнги смаргивает пелену с глаз, оборачиваясь к парню. — Да, но, зачастую, они в чем-то умнее нас. — Юнги на секунду хмурится, — нет, не умнее. Счастливее. Они счастливы в своем неведении. Знаешь, Тэ, мне иногда очень хочется променять всю свою магию на обычную человеческую жизнь. — Знаю. Словно из воздуха появляется рыжий парень и приветливо всем улыбается. — Чимми, сколько раз я просил тебя не подкрадываться так? Тэхен вон, до сих пор думает, что в таки моменты ты телепортируешься. — Учился у лучших, — подмигивает Пак и садится на стол, хотя знает, что старшего это подбешивает. Так и есть. Юнги закатывает глаза, но ничего не говорит. А вот это уже интересно. — Итак, сегодня мы пойдем встречаться с какими-то там друзьями Тэхена, да? — Верно, — расплывается в улыбке Ким. — И они.. — Люди, да. Они люди. И это не друзья. А знакомые. И без вас я к ним не пойду. — Тогда собирайтесь и звоните Джин-хену. — Ох, он ни за что нам не поверит, если узнает, что в его отсутствии ты называешь его «хеном». — Он же не узнает, верно? — Мин скрывается в комнате и через непродолжительное количество времени выходит уже полностью готовым, — и чего мы расселись? — Хотим продлить моменты домашнего Мин Юнги. Парни знают, о чем говорят, ведь такой Мин Юнги только в спокойной, домашней атмосфере со своими друзьями. Для всех остальных он пугающе холодный саркастичный парень, который за свое личное пространство может и глотку перегрызть. Его немного сторонятся, но все равно клеятся, потому что задумчивый парень, который, к тому же, красив собой, нравится буквально всем.

***

Просыпается охотник довольно рано — перед самым рассветом. Чонгук начинает свой день с усиленных тренировок, так же стрельбы по мишени и заучивания древних молитв. Последние он считал бесполезной тратой времени, особенно если читать такое какому-нибудь вампиру. Был у Чона даже такой случай, когда он словил вампира, связал его и давай читать над ним молитву на латыни. А он? А он, кровосос несчастный, поправил Чонгука и прочитал молитву правильно. И даже не запнулся. К восьми утра, Гук был в полной боевой готовности. Он почти всю ночь изучал материал по Мин Юнги, его способности, родословную, поведение, близкое окружение и т.д. На самом деле, чтобы убить мага достаточно знать его имя и основные передвижения, но Чонгуку хотелось знать больше об этом брюнете. Что-то было в его лисьем взгляде и легкой ухмылке. Он будто бы говорил с Чоном сквозь фотографию. «Ты не сможешь поймать меня» «Ты лишь глупый мальчишка» «Решишь играть со мной — готовься к поражению. » Это все знатно злило охотника. Злило и нравилось одновременно. Скорее бы его найти и пригвоздить к стенке. Возможно, Гук даже немного поиграет с этим магом. Пока Чонгук думает о деталях тактики нападения, к нему подходит Хосок и почти оглушает радостным криком: — Чонгук-аааа! Представляешь, мне дали сразу два задания! — Джей показывает две папки, — из-за моего долгого отсутствия, босс решил, что я подрастерял навыки и дал возможность их отточить. — Хосок-хен, я не понимаю, почему ты так радуешься убийству людей.. — младший задумчиво смотрит на свою доску, исписанную данными о Мин Юнги «Шуга». — Людей? Мы ведь о магах, — недоумевает Хо. — Разве это не разумные существа? Разумнее людей, как по мне, — Гук вспоминает взгляд своей цели, — хитрее. — Чонгук-и, — красноволосый перешел на шепот, — лучше не говори так. Маги в любом своём проявлении — наши враги, — Чон-старший положил руку на свой верный арбалет, — так что помни это, друг мой. — Где-то я уже это слышал.. — младший еле сдерживается, чтобы не закатить глаза, — окей, с кого ты начнешь? — Ким Тэхён.