Сверху и через

Тихо шуршат листья, он едва заметно улыбается, ресницы бросают тень. Чондэ смотрит, наклоняясь, ждет, пока он фыркнет и сам притянет за шею. — Эй! — Лухань ткнул его локтем под ребра. — Ты чего? — Заснул, — Чондэ потер глаза. — А я тебе говорил идти отдыхать. — Сам-то чего не идешь. — У меня, может, предвыходной мандраж, — Лухань снова взялся за отвертку. — У меня тоже, — Лухань окинул его скептическим взглядом. — Правда. — Пятьсот лет назад я бы сжег тебя на костре. — Пятьсот лет назад ты бы плясал в гареме, — Лухань прищурился и перехватил отвертку. — Слушай, я… вижу кое-что иногда, — Чондэ снова потер глаза. — Будь осторожен с левым поворотом с зеленой плиткой на стенах. — Когда? — Не знаю, — Чондэ пожал плечами. — Это не сообщают. Ладно, я пойду, — он неожиданно зевнул. — Иди-иди, — Лухань проводил его подозрительным взглядом. Чондэ рухнул лицом в одеяло и проспал до подъема. Предстояло пройти тоннелями до новой станции, зачистить ее, поставить барьеры и ждать подхода инженерной команды со шлюзами. Сам Чондэ вместе с Луханем и тремя бойцами был в одной из ударных команд. Работа рутинная, но от этого не менее опасная. Чондэ слушал инструктаж, автоматически кивая в нужных местах, и вздрогнул, сам не зная, отчего. Минсок в темной майке и черных латных штанах занял место одного из бойцов, подмигнул Чондэ и кивнул нахмурившемуся Луханю. Лухань шепотом сказал, что кое-кому нечего делать. Минсок поднял брови и усмехнулся. Чондэ шикнул на них обоих. — Вас есть, кому прикрыть, если что, — закончил лейтенант. — И чтоб все вернулись. — Есть, кому прикрыть? — повторил Чондэ. — Это он про меня, — Минсок кивнул. — Хочу потренироваться. — А то ты давно нигде не был, — проворчал Лухань. С лица Минсока слетела улыбка, но видел это, кажется, только Чондэ. — Никогда не знаешь, что пригодится, — бесстрастно сказал Минсок. Лухань удивленно поднял голову. — Возьмите стабилизаторы, там трясуны. — Что это с ним, — Лухань проводил его взглядом. Чондэ пожал плечами. — Ты его знаешь? — Ходили вместе на поверхность, — Лухань открыл панель одного из своих роботов. — Он воитель, так что нам повезло. Покрошит там всех, может, на твою долю и не достанется. — На мою долю всегда достается, — он вспомнил спиногрызов. — Обычно больше, чем хотелось бы. Шли по тоннелям. Патрули бывали здесь регулярно, Чондэ даже почти не пришлось ничего делать. Минсок в черной с зеленью посеченной броне врезался первым, двое стражей со щитами прикрывали с боков, техника Луханя ждала своего часа. Метров за пятьдесят до выхода из тоннеля Минсок остановился и поднял руку. — Я их чувствую, — он посмотрел в сторону Чондэ. — А ты? Чондэ кивнул. Он знал, что в шлемах нет прорезей, но все равно зачем-то старался поймать чужой взгляд. — Там кладка внизу. — Чья? — лейтенант подошел ближе. — Не трясуны, — Минсок помолчал. Чондэ и сам сосредоточился, но не мог понять, как ни старался. — Спектральные фурии. Лухань едва слышно выругался, Чондэ тоже вздохнул. Фурия была не самый приятный противник, а уж не одна… Пучок десятиметровых жалящих, как у медузы, щупалец пронизывал пространство, от них ни спрятаться, ни защититься. — Что они здесь делают? — Тепло, сухо, нет конкурентов, — Минсок повернулся. — Я проверю. — Ты от напряжения не перегоришь? — Лухань выключил связь и снял шлем. — Постараюсь, — Чондэ и сам не знал. Иногда его молнии резонировали со спектральными щупальцами и не причиняли вреда фуриям, иногда наоборот и разносили их в клочья. Способ был только один, усиливать. — А то кто тебе будет аккумуляторы заряжать. — Дурак ты, — Лухань сделал вид, что обиделся и снова надел шлем. Лестницу вниз, в технические помещения под станцией, Чондэ почти пропустил. Один из стражей притормозил немного, пропуская Луханя с его разведчиком. Минсок отстранил его и спрыгнул вниз, остальные полезли по металлической лестнице. Тьма была кромешная, Чондэ различал только силуэты фурий и синеватое свечение кладок, ему ноктовизоров не полагалось — перегорали. Едва заметно переливались контуры Луханя и стражей, Минсок пульсировал красным, это было странно, люди такого цвета не были, но не разбираться же. — Я отвлекаю, Чондэ, парализуешь, Лухань, расстреливаешь, парни, вы их защищаете. Ко мне не лезть, я быстро двигаюсь. Чондэ, сможешь их ослепить? — Нет. Не знаю… Вряд ли. Могу электрическую дугу пустить, есть шанс, что они щупальца втянут. — А ты прокачался с прошлого раза. — Так год прошел. Еще могу спектральные шары запустить, могут за своих принять и отвлечься. — Яд? — Прости, — Чондэ качнул головой, не сомневаясь, что Минсок видит. — Не моя тема. — Лухань, много бронебойных? — Ставлю на двух разрывные, будут поливать кладки. Бронебойные у меня. Лухань был не то чтобы снайпер, но стрелок неплохой, попадал по движущимся целям. Чондэ скрутил регуляторы на перчатках. Минсок шел первым. Коридор загибался то влево, то вправо, уходил вниз лестницами и почти не поднимался вверх. Чондэ не очень-то понимал, что за технические помещения планировались на такой глубине, но это все еще было метро, и на стенах все еще встречались указатели. Первую фурию они встретили через несколько минут. Минсок поднял руку, останавливая группу, через коридор тянулось сиреневое светящееся щупальце. Он переступил через свечение, указав на него остальным, обнажил клинки и пошел вперед. Фурию было видно в собственном спектральном свечении. Она походила на женщину в корсете, из раковины сзади струились полупрозрачные щупальца, глаза горели сиреневым, руки двигались, словно изучая пространство наощупь. Красиво, если не подходить. Минсок снес ей голову, не задев ни единого щупальца, свечение погасло, фурия рухнула на пол почти беззвучно. Изящная рука легла у лица, Чондэ бы полюбовался — было похоже на старинные мраморные статуи — но слишком хорошо помнил, на что способна эта красота. Коридор вывел их в просторное складское помещение. Здесь фурий было с десяток, они бесшумно скользили в пространстве, не задевая друг друга щупальцами, кладки светились у дальней стены. Лухань поднял в воздух дроны, платформы щелкнули установленными опорами, Минсок издал боевой клич и отрубил ближайшее щупальце. Фурии повернулись к ним, затрещали пулеметы платформ, стражи в унисон читали мантры, выставив щиты. Чондэ поднял руки, подождал несколько секунд, собирая заряд на печатках, и пустил две электрические дуги, слева и справа. Достал фурий шесть или семь, их вытянуло, щупальца уменьшились и затрепетали. Минсок быстро расправился с ближайшими, Лухань стрелял в голову и грудь, Чондэ держал напряжение, пока не покрошили всех. Три оставшиеся окружили Минсока. Лухань крикнул, что не может стрелять, Чондэ накрыл одну электрическим облаком, заставив спрятать щупальца, но больше помочь не мог. Минсок и вправду двигался слишком быстро для воителя в сплошной броне. Он отрубал щупальца, не позволяя себя коснуться, нырял, лавировал и ждал подходящего момента. Когда Чондэ додавил и взорвал фурию облаком, Минсок разделался со своими двумя. — Сначала налево, потом прямо, — Минсок стряхнул с мечей слизь и повернулся в сторону развороченных кладок. — Слева их больше, прямо, похоже, тупик, они оттуда скоро полезут. Мы отлично справляемся! Чондэ раньше не видел, чтобы спектральные щупальца перерубали. За бесконечно длинным коридором слева была мастерская. По полу струился сиреневатый туман, Чондэ некстати вспомнил свой сон и на секунду отвлекся. Выводок маленьких фурий зашел ему за спину потянулся щупальцами к незащищенной коже, зашептал что-то. Лухань не успевал повернуться, Минсок был далеко впереди, Чондэ хладнокровно шагнул вбок, подставляясь. Щупальца впились в шею и руки, потянулись в лицо, кровь закипела, обожгло холодом. Чондэ дождался, пока к нему присосутся все, и выпустил молнии. Фурий разорвало, Чондэ стряхнул липкое с лица и поддержал атаку электрической цепью. Мелкие фурии были не так опасны, но их было много, слишком много, чтобы справиться впятером. — Я попробую большое облако, — крикнул Чондэ. — Прижмись к стене! Минсок прорубился к стене справа, подальше от них и от кладок, Чондэ сгенерировал самое большое облако, какое только смог, и повесил его в центре мастерской. Лухань и его дроны расстреляли почти неподвижных фурий. Минсок и стражи довершили остальное. — Ты как? — спросил Лухань по общему каналу. Чондэ и сам бы не стал шлем с фильтрами снимать, воняло гнилью, горелой плотью и жженой проводкой. — Нормально, не задело почти, — отмахнулся Чондэ. Минсок хлопнул его по плечу, проходя мимо. С последней кладкой разделались быстро, Минсоку даже не потребовалась их помощь. У дальней стены их ждала запертая железная дверь со скелетом на лестнице. Чондэ переступил через кости, мысленно попросив прощения, и пошел вслед за Луханем. Стены лестничных пролетов, выложенные зеленоватой кафельной плиткой, уходили вверх и вправо, поднимались долго, Чондэ даже успел заскучать. Рядом не чувствовалось ничего чужеродного, станцию успели зачистить без них. Минсок толкнул приоткрытую дверь и вышел на платформу. — Как-то подозрительно легко, — пробормотал Чондэ. — Так все и должно быть легко, — Минсок снял шлем и тряхнул головой. — Успех операции зависит от планирования, и штурм станции — не первый пункт в плане. Ну, и моя скромная помощь не была лишней. — Ты отрубал, — вспомнил Чондэ. Минсок непонимающе посмотрел. Тусклого света аварийки хватало, чтобы разглядеть его поднятые брови. — Щупальца, у фурий. Ты на самом деле их отрубал? — На самом, — Минсок отвернулся, нашел взглядом лейтенанта. — Ничего особенного, как-нибудь потом расскажу. — Ты знаешь поляну с розовым туманом? — Чондэ едва успел схватить его за руку. — Нет, — Минсок обернулся удивленно. — Что еще за поляна? Это как-то связано со мной? — Нет, ничего, просто… Вдруг видел или рассказывал кто. — Я должен знать, если это важно. — Нет, нет, ничего такого, — не рассказывать же, что Чондэ во сне собирался его поцеловать. — Просто спросил. — Ладно, — Минсок повернулся. — Если что, ты знаешь, как меня найти.