Дай мне повод остаться

Я всегда знала, что проведу остаток своих дней с женщиной. У меня не было с этим проблем, да и осуждать меня за «неправильную» ориентацию было некому. Я брала от жизни всегда по максимуму, зная, что это может быть в последний раз. Никогда ничего серьезного, легкая добыча в ночных клубах, а на утро тихий уход «по-английски». Так было всегда. До недавнего времени. Женщина, в чьей жизни я неожиданно появилась, вызывала во мне такие чувства, о которых ранее я даже не подозревала. От хладнокровного убийства - и плевать, что меня посадят, до невероятной силы желания сорвать с нее идеально сидящий на стройной фигуре костюм. С первого дня я поняла - наше знакомство просто так не закончится и выхода у нас только два: убить друг друга или…

****

Почти весь сегодняшний день мы потратили на ссоры. Как обычно, в принципе. И сейчас стояли посреди улицы, где мадам мэр Миллс яростно сверлила меня взглядом темных глаз, которые всегда казались мне бездонными, такими манящими и смертельными. Уже в который раз брюнетка настаивала на моем немедленном исчезновении из города. - Мадам мэр, не хотите поужинать со мной? - Что? Удивленно приподнятая бровь выражала крайнюю степень изумления. Мэр Миллс даже не пыталась скрыть свои эмоции, шок, отразившийся на ее красивом лице, был явственно виден. - Я просто подумала, раз уж Вы устроили мне углубленную экскурсию по участку шерифа, лишили жилья, рассорили с сыном… - Он не Ваш сын, мисс Свон! - Рассорили с нашим сыном, - повторила я с нажимом на слове «наш». Я полностью игнорировала взгляд, из которого тут же пропал шок, и на его место вновь вернулся гнев. Я продолжила: - Так вот, после всего этого я решила, что будет совсем не лишним поужинать для разнообразия. Как Вы на это смотрите? - Я смотрю, у Вашей наглости нет совершенно никаких границ, мисс Свон! - Совершенно верно, - невозмутимо ответила я. Повисло молчание. Я с любопытством разглядывала женщину передо мной, давая ей возможность принять решение. Хотя я знала, каким будет ответ мэра. - Ну что ж, мисс Свон, если это единственный способ избавиться от Вас, - она в плотную приблизилась к моему лицу, и последние слова я больше ощутила, чем услышала. – Жду Вас сегодня вечером в моем доме, в семь. Больше не произнося ни слова, она медленно развернулась и двинулась к своей машине. Я проводила ее взглядом и дождалась, когда ее машина скроется из виду. Только после этого я смогла выдохнуть с облегчением. И что я вообще делаю? На кой черт мне с ней ужинать? Приглашение на ужин было спонтанным и необдуманным, как большинство моих решений, на самом деле, но на этот раз мне почему-то казалось, что это правильно. Тогда почему у меня так дрожат руки, и сердце стучит где-то в горле? Я знаю ответ, но боюсь произнести его даже в своей голове. Сегодня будет особенно интересный вечер.

****

Я топталась у порога дома мэра ровно в семь вечера. Предварительно выпитый стакан виски придал мне уверенности и чуточку пофигизма. В конце концов, это я ее пригласила, значит мне и вести в этом танце, решила я и нажала на кнопку звонка. Как ни странно, но ужин проходил в более менее спокойном ритме. Конечно, мэр не преминула указать на мои манеры и выдвинуть предположение о месте моего рождения, но в целом все проходило более, чем удачно. Но, как и всему хорошему, так и человечному поведению мэра тоже пришел неминуемый финал. Под конец вечера брюнетка вернулась в свое обычное высокомерное состояние. Вернулись на место упреки и обвинения, а так же холодность и непонятная мне нервозность. Когда разговор повернулся в сторону моего отъезда из Сторибрука, я не выдержала. Да гори ты адским пламенем, женщина, подумалось мне. Мое терпение лопнуло. Я два дня терпела ее нападки и, уступив наконец, что получаю взамен? Очередной удар. У этой женщины нет чувства меры! Я уже решила, что уеду, пусть будет, как она хочет, но теперь я хотела что-то оставить себе в памяти. Она стояла, отвернувшись от меня, и наливала себе очередной бокал. Спина прямая, осанка демонстрирует превосходство и величие. На миг мне показалось, что я вижу ее в странном, обтягивающем стройную фигуру, платье. Как в сказке. Я моргнула, отгоняя видение. - Мне кажется, мадам мэр, что Вы излишне настойчиво пытаетесь выпихнуть меня из Вашего города. Почему бы это? Она хотела развернуться, но я, резко подойдя вплотную, крепко прижала ее своим телом к краю стола. До моего уха донесся удивленный вздох. Стакан виски в кафе «У Бабушки» и полбутылки вина за ужином сыграли свою роль – мой здравый смысл выветрился окончательно. Я провела весь вечер, лицезрея перед собой эту невероятную женщину, так что сейчас весь спектр эмоций, который я испытывала в отношении мэра вырвался наружу. И я не могла ничего с этим поделать...или не хотела ничего делать. Я развернула ее к себе лицом и, предугадывая рвущееся на волю возмущение и резкие, колкие, фразы, я ее поцеловала. В этот момент все, что было между нами когда-то, умножилось в несколько раз. Все эмоции достигли такого уровня, что мне показалось, сердце не выдержит нахлынувшей на него волны ощущений. Это было потрясающе, великолепно, запретно. Ее губы оказались именно такими, какими я их представляла, мягкие и сладкие...с легким привкусом вина. Мэр же в свою очередь вцепилась руками в мои плечи, силясь оттолкнуть от себя, но я была намного сильнее. Одной рукой я уперлась в поверхность стола, тем самым преграждая возможные попытки мэра выскользнуть, а второй - медленно повела вниз, по ее бедру, наслаждаясь ощущением шершавой ткани под ладонью. Зацепив край юбки, я стала поднимать ее вверх. Поняв, что я делаю, мэр сделала невероятное усилие, толкнув меня в грудь, разрывая поцелуй. От такого напора грудь неприятно заныла и мне пришлось ослабить хватку, но я осталась стоять на месте. - Какого черта ты делаешь, Свон? – ее дыхание сбилось, и голос звучал намного ниже обычного. Лед треснул. - О! Мы уже на «ты»?! – я не двигалась с места, продолжая прижимать брюнетку к столу. Глаза, что всегда выражали превосходство над всем живым, сейчас были подернуты пеленой. Я знала, что этот момент переломный, и не только для меня, для нас обеих. Неважно, чем закончится этот вечер, выйдем мы из этой кухни совсем другими людьми. Я видела в глубине ее взгляда ясное понимание этого. Она должна сделать выбор, не я. Не разрывая контакта взглядов, я сильнее прижалась к ней, вжимая бедро между ее. Узкая юбка, которую мне так и не удалось поднять, мешала протиснуться до конца, но создавала нужное давление. - Хочешь, чтобы я ушла? – я говорила намерено ровно и спокойно, без какого-либо намека на издевку. Мне было важно услышать ответ. Положив руки по обе стороны от Миллс, я молча ждала ответа. За долю секунды в этих невероятных глазах разгорелась и потухла битва эмоций и желаний. Она продолжала молчать, внимательно разглядывая мое лицо, как будто искала что-то. Возможно, хотела найти фальшь, но ее не было. Впервые в жизни я знала, я была уверена в том, что нахожусь там, где должна и с тем, с кем должна. - Регина? Брюнетка еле заметно вздрогнула, выныривая из своих мыслей. Ее пальцы, все это время держащие меня за ворот куртки, сжались еще крепче, так, что даже костяшки побелели. - Ты же все равно уедешь. Тихий голос прозвучал так неожиданно, даже притом, что я ждала ответа. Руки Миллс безвольно упали. - Дай мне повод остаться. Она медлила всего секунду, сотую долю секунды, но за этот бесконечный момент мое сердце успело сделать в груди смертельный номер с мертвой петлей, и, когда я уже думала, что следующего его удара мне не дождаться, Регина протянула руки и мягко обняла меня за шею. Большего мне и не нужно было, никаких слов, никаких объяснений. К тому же я прекрасно понимала, что большего она мне и не даст сейчас. Может, потом, но не сейчас...Я обняла ее в ответ. Мои губы невесомо прошлись по изгибу ее шеи и спустились к ключице. Легонько, почти незаметно я покусывала нежную кожу, вдыхая аромат духов. Она не шевелилась, но я чувствовала, как участилось ее дыхание и видела, как венка на шее начала пульсировать. Я не удержалась и провела по ней кончиком языка, за что была вознаграждена сдавленным стоном. Я решила все-таки завершить начатое ранее и снова потянулась к краю юбки. На этот раз Регина меня не остановила. Когда мешавшее мне препятствие исчезло я, недолго думая, взяла женщину за талию и подсадила на край стола. Она по-прежнему не проронила ни единого слова, тем не менее, не препятствуя моему исследованию ее тела. Одна за другой пуговицы на белоснежной рубашке поддавались натиску моих пальцев, и моему жаждущему взору постепенно открывалась превосходная картина: грудь в элегантном бюстгальтере и гладкая, чуть загорелая кожа. Рывком я выдернула остатки ткани, заправленные в юбку, и окончательно сняла рубашку с плеч женщины. Манжеты были застегнуты, поэтому заведенные за спину руки Регины оказались в некотором подобии оков. Я подняла глаза и наши взгляды встретились. Второй поцелуй был ее инициативой. Более смелый и менее жесткий. Я наслаждалась близостью, руки в этот момент неустанно ласкали все доступные им участки кожи. Мне казалось, что прошла вечность. Наши губы вспухли, а кожа стала невероятно чувствительной. Регина разорвала поцелуй первой, жадно глотая воздух. - Отведи меня наверх. Я выполнила ее просьбу. Спустив Регину со стола, я оправила ее юбку, но нормально надеть рубашку не позволила. Взявшись за эти импровизированные наручники и самодовольно ухмыляясь, я вывела женщину из кухни. Но стоило нам оказаться в комнате, как ситуация кардинальным образом поменялась. Регина развернулась ко мне лицом. Мой взгляд упал на приоткрытые губы, безмолвно требующие поцелуй. - Освободи мои руки, Свон! – тон, не терпящий возражений. Я решила, что сейчас неподходящее время для игр с огнем, поэтому без промедлений выполнила просьбу-приказ. - Что дальше? - Я собираюсь отомстить тебе за нещадно помятую рубашку!

****

Я проснулась, когда за окном еще был легкий сумрак. Поцеловав спящую женщину, я незаметно выскользнула на улицу. Я не убегала, нет, я просто уходила. Впервые в своей жизни я знала точно, что я вернусь сюда, в этот дом, в эту комнату, в эту кровать…к этой неповторимой женщине. Рассвет я встретила сидя на пристани. Слушая крик чаек и шум воды, я с трепетом вспоминала минувшую ночь и женщину, с которой я ее разделила. Сидя на сырой скамье, я привыкала к этому городу, зная, что теперь это мой дом.