Дай мне повод остаться

MsHide, спасибо тебе за то, что не дала мне пропасть и вернула мне музу! Эта глава для тебя))) Ты так и не выпустила мою руку. Вплоть до самой машины ты крепко, будто боялась потерять, сжимала мои пальцы, а я просто молча шла следом. Генри уже успел куда-то скрыться. Он вел себя этим утром крайне странно. В полной тишине мы сели в салон твоего мерса. Как только я устроилась удобно на сиденье, в голове неприятно кольнула мысль, что своего «жука» я больше не увижу. Я не спрашивала о нем ни у Регины, ни у врачей, но мое собственное состояние очень красноречиво давало понять, что мой верный, желтый друг больше никогда не будет колесить по дорожным выбоинам. Заметив мой потупившийся взгляд, Регина слабо улыбнулась в попытке приободрить. - Это была ужасная машина, - незлобно сказала Миллс. - Может, но я любила этого «жука». Это была чистая правда. Хоть и достался он мне не совсем честно и законно, но служил он мне верой и правдой на протяжении многих лет. Я любила эту машину. - Все равно, это была старая, ржавая рухлядь, - подытожила Регина, заводя мотор и трогаясь с места. Она улыбалась краешком губ, давая понять, что все это просто слова, и я, откинувшись на спинку, расслабилась. - Почему ты так ненавидишь мою машинку? Она на мгновенье оторвала глаза от дороги и окинула меня деланно удивленным взглядом. - Что? – спросила я. - Этот «жук» мало того, что сбил указатель при въезде в мой город, так еще и все это время мозолил мне глаза своей вмятиной на двери, - пояснила она. - И все? - Еще я ненавижу желтый цвет. Мы переглянулись. Она шутила, но это было так неловко и даже нелепо из ее уст, что мне стало смешно. Конечно, мой смех закончился секундой позже из-за пронзившей мои ребра боли, но на душе стало намного легче. Нам еще только предстоит серьезный разговор, а пока что я не против и того что есть. Миллс крайне напряжена, ее выдает прямая спина и руки, крепко сцепленные на руле. Она боится начать неизбежный разговор и поэтому отпускает язвительные шуточки в сторону моего желтого друга. Я вижу это, я вижу ее почти насквозь. Мне не хватает только самого малого, того что она тщательно скрывает, кажется, даже от самой себя. Но я доберусь и до этого. Всю оставшуюся дорогу до дома мы провели в приятной тишине. Регина полностью сосредоточилась на дороге, немного даже слишком внимательно всматриваясь в лобовое стекло. Ее все еще терзала вина и раскаяние, но сейчас я не хочу акцентировать на этом внимание. Уставившись в окно, я с интересом рассматривала обновленные улицы города. Миллс обмолвилась лишь вскользь о том, как пострадал Сторибрук от прошедшей по нему бури. Тогда все мои мысли были заняты только ее прекрасными, кофейными глазами, и не стала углубляться в проблемы города, а сейчас могла воочию лицезреть последствия бушевавшей природы.

****

Немногословность продолжалась и по прибытии домой. Как только мы пересекли порог, Регина быстро направилась на второй этаж, сказав, что скоро спустится. Я не стала ее держать. Мне самой нужно собраться с мыслями. Спустя минут двадцать, которые я провела, почти засыпая, на диване, Регина все-таки спустилась вниз и мягко опустилась рядом со мной, поджав под себя ноги. Я приоткрыла один глаз, наблюдая за ней. Миллс сидела, выпрямив спину, и смотрела прямо перед собой, одна рука небрежно лежала на спинке дивана, а вторая старательно выковыривала ниточку из ткани брюк. Это было так неестественно для нее – нервничать, томиться в нерешительности. Это была новая для меня Регина Миллс, совершенно иная женщина…или просто открывшаяся мне больше, чем раньше. Эта мысль словно обожгла мой мозг. Ведь так оно и есть – она сейчас как открытая книга с еще свежими влажными чернилами, одно неосторожное движение и все, что написано на этих страницах размоется, смажется, и я больше никогда не узнаю истину. А я хочу ее знать. Развернувшись лицом к мэру, я накрыла своей рукой ее ладонь, что свисала со спинки дивана, а вторая рука мягко легла на подбородок женщины, заставляя обратить взгляд на меня. Глубокая бездна кофейных глаз сейчас была полна ярких красок эмоций и желаний, беспорядочно мечущихся от крайности к крайности. Я могла с легкостью увидеть страх и невероятную по своей силе нежность. Холодок прошел по позвоночнику, заставляя сомневаться в том, смогу ли я выдержать, принять все это…могу ли быть достойна. Мой взгляд опустился ниже, остановившись на губах. Алые, мягкие…теперь я точно знаю, что они невероятно мягкие. Шрам. Наверно, это самая моя любимая деталь в ней. Он ничуть не портит красоты губ, а напротив лишь усиливает притяжение к ним. Заставляет смотреть именно туда. Снова захотелось его поцеловать. Я облизнула в момент пересохшие губы, и это не ускользнуло от внимания Регины. Рука дернулась под моей, и я не сильно сжала пальцы, не позволяя отстранится. Идеально изогнутая бровь удивленно приподнялась, задавая немой вопрос, и я не стала медлить с ответом, припадая к желанным губам. Сначала почти невесомо изучая, лаская, наслаждаясь. В первый раз я не дала нам насладиться этим моментом, но сейчас я не желала спешить. Я хотела запомнить каждый миллиметр этих губ. Вновь ощутить, как бьется жилка на шее. Уловить едва слышный вздох, когда я прикусываю нежную кожу ключицы и смело, не боясь получить отказ, двигаюсь вниз. Пальцы ловко расправляются с пуговицами, одна за другой они сдаются без боя. Еще один вздох, когда прохладные пальцы оголяют плечи и невесомо одними кончиками скользят по гладкой коже спины и ставшая ненужной рубашка опускается на пол. Миллс бездействует, позволяя мне вести и направлять. В прошлый раз все было иначе, поэтому я с удовольствием пользуюсь такой благосклонностью. - Эмма… - голос осип, но я смогла расслышать нотки беспокойства. - Что-то не так? - Ты не… - она опустила руку на мои ребра, осторожно проводя от груди до ремня на джинсах. От этого движения по всему телу прошла волна мурашек, но мы обе знали, что причина не в желании, а в боли. – Ты не готова. Да, я не готова физически, да, мои ребра болят, особенно при глубоком вдохе, но это не имеет значения. - Мне плевать на это, Регина, - с уверенностью проговорила я, на что она лишь мягко улыбнулась. - Как ты себе это представляешь? - Медленно…осторожно…нежно… - прошептала я, поднимаясь и протягивая раскрытую ладонь. – Пойдем.

****

Такое было в моей жизни впервые. Мои губы были практически везде. Ни единый участок обнаженной кожи не остался без внимания. Я целовала и гладила, перемешивая нежные прикосновения с настойчивыми ласками. Я с упоением вдыхала неповторимый запах волос женщины лежащей подо мной, с жадностью вбирала в себя каждый вздох и стон. Но и этого мне казалось нестерпимо мало. Регина не пыталась взять ситуацию под свой контроль, ее тело выгибалось навстречу моим губам, кожа была необычайно горячей и чувствительной…она хотела большего, чем то, что я давала, но ни единого слова не вырывалось из ее уст. Я знала, что просить она не станет…никогда. Я слегка отстранилась, ровно настолько, чтоб можно было заглянуть в магнетические темные глаза, нависая над прекрасным телом Миллс. Тяжелое дыхание в такт, которому так маняще движется ее грудь, пальцы, ощутимо впившиеся ноготками в мои плечи, и прикушенная нижняя губа – это единственное, что выдавало ее истинные желания. - Ты прекрасна, - не выдерживая молчания, шепчу я. Ответом мне был только игриво приподнятый уголок губ, который я тут же поцеловала. Конечно, она знает, как действует на меня, знает, что я не могу сопротивляться этому взгляду, этим губам. Королева…моя Королева. Я углубляю поцелуй. Не могу больше сдерживаться, мне необходимо ощутить ее всю…всю без остатка. Рука скользит по животу и опускается ниже, туда, где уже давно горит огнем желания нежная плоть. Уровень моего возбуждения резким скачком поднимается до небывалых высот, стоило тишину комнаты разорвать вырвавшемуся помимо воли Регины громкому стону, когда мои пальцы нежно, но настойчиво нарушают последнюю границу, входя в самое сокровенное. Я не могла поверить, насколько влажной она была…только для меня. При очередном сильном толчке моих пальцев Регина выгнулась всем телом, при этом ее бедро приподнялось и я, почувствовав этот контакт с собственной жаждущей ласки плотью, чуть не перекинулась за край наслаждения. Ее руки легли на мои бедра, и она настойчиво вжала меня в свое бедро, от чего из груди вырвался резкий вздох. Я была на грани. Покачивания наших тел вошли в один единый ритм, и мы стремительно приближались к пику…вместе. Чувствуя, что вот-вот наступит кульминация, я вновь припала к ее губам, смешивая наши стоны. В этот же момент нас накрыла волна оргазма…одновременно. Мои глаза распахнулись, когда Регина хриплым голосом прошептала, касаясь губами щеки: «Люблю», - я заглянула в глаза цвета горького шоколада, хотя и так не сомневалась в ее искренности, но хотела убедить в своей, шепча в ответ, - «Люблю тебя».