Дым и пламя

Каюсь, я совсем не умею выбирать друзей… Телефон молчал. Иногда мне казалось, что с моей страничкой что-то случилось — ни одного сообщения. Ладно родственники, но ребята со школы, Саня? Неужели я настолько херовый человек? Я одернул капюшон, как если бы это спасало от весеннего холода. Наши шаги гулко отдавались на мокрой мостовой, создавая иллюзию того, что идет толпа. Нас было пятеро — Я, Димка, Лыба, Зайцев и еще один мальчик, фамилии которого я не помнил. Мы сосредоточенно маршировали — Куда? Зачем? Рыжий сказал — гуляем. В чем смысл гулять на улице, если дождь, я не знал, и зачем меня позвали тоже. Я устал — состояние полнейшего шока от происходящего сменилось полным безразличием. Мозгами я понимал, что мне жопу рвать надо, чтобы остаться в школе, а сердцем… Я уже и сам не понимал, ради чего я так бьюсь. — А чего он столько курит? — Поверь, это еще не много. Всего две сигареты за вечер, вы серьезно? Сомневаюсь, что, если меня исключат, моей главной проблемой будет рак легких к сорока. Мы подошли к заброшке и забрались внутрь, где Лыба достал из рюкзака несколько банок пива и бутылку керосина — разжечь костер. Никогда не понимал таких вылазок — холодно, мокро, лучше бы посидели дома. На бомжа же наткнуться можно… Гы, кто бы говорил. — А правда, что у тебя семья как мафия? Якудза там или Коза ностра? — неожиданно пристал Зайцев. — Леоновы? Лол, нет конечно. Это настоящая семья, просто большая и древняя. Законная. В мафии люди не связаны кровными узами, это просто криминальная группировка. Ну ты, бля, фантазер, Петя. — О, поверь, Леон, еще какой. — Лыба противно усмехнулся. — По части идиотских приколов — пояснил Рыжий, видя, что я не понимаю. Последняя неделя прошла неплохо — в основном из-за знакомства с семьей Рыжевых. Они вообще не были похожи на нас — например у них была традиция ужинать вместе, причем обязательно есть одно блюдо. В такие моменты я чувствовал себя неловко, впрочем, я всегда себя так чувствовал — когда шестилетняя Анечка попросила поиграть с ней, когда отец Димы позвал меня к себе в кабинет и долго расспрашивал о том, что случилось и что я собираюсь делать. Что я мог ему сказать? Лишь повторить то же, что и раньше в более приличных выражениях. Предложил поговорить с моим отцом, но я попросил его не делать этого. Я не просто не мог вернуться домой, я боялся. Вдруг он сдаст меня в детдом, или устроит домашний арест до восемнадцати и я потеряю то немногое, чего я успел достигнуть. Они не относились ко мне, как к чужому, скорее, как к очень дальнему родственнику. Это грело душу, хоть я и понимал, что подобное поведение скорее указывает на характер этих людей, на то, как они привыкли общаться с окружающими. И все же, что я собирался делать? С оценками не заладилось. Тройки, четверки, редко пятёрки. Илья Федорович говорил, что мол, не все сразу, но я видел, что Дима ожидал большего. У меня хорошая память, но с нуля такие объемы информации поднять невозможно и на занятиях я порой тупил. Еще нужно было устроится на работу. Я пересмотрел несколько вакансий, где брали подростков, но в основном нужно было работать на людях. — И какая тебе разница? Платят нормально, график подходит. Убрался быстренько и поехал дальше. — А если кто увидит? — И что? — Рыжий, тебе не холодно? Дима прыгал по комнате в одних штанах, размахивая руками — это у него утренняя зарядка такая. Он вообще очень следил за формой — его выступления с огнем требовали не только умения обращаться со снарядами, но еще и немалой физической силы и пластики движений. Вот и сейчас, похожий на большую кошку делает растяжку, пытаясь скинуть утреннее оцепенение. — Хорош пялиться, Леон. Сам бы подкачался, а то дрыщ какой-то. Я насмешливо фыркнул, мол, видали мы таких качков. Обидно на самом деле. — Слууушай… А ты фотошопом пользоваться умеешь? Ну хоть на минимальном уровне? — Само-собой. У меня даже зеркалка была раньше, а к чему вопрос? Решил аву себе новую поставить? — Не, не я. Я просто подумал, я кажется знаю человека, к которому тебя устроить. Раз уж ты НАСТОЛЬКО стесняешься. Позвоню ему позже, когда одиннадцать будет, а то вдруг спит. Там работать надо с фотографиями. Я взял телефон, чтобы посмотреть время, и чуть не выронил его из рук. В давно уже мертвой переписке было новое сообщение. Писал Саша, мой бывший парень. — Привет, ты как?