Trust me

- он мертв. Я проснулся. Похоже было утро. Свет слабо пробивался через черные пряди волос на моем лице. Первое, что я почувствовал, это то, что у меня жутко болело горло и то, что в комнате очень холодно. Я вспомнил, что могу позвонить Фрэнку. Я потянулся к телефону. - Джерард? - Айеро взял трубку только через две минуты. - Фрэээнк, - растянул я хриплым голосом. - ну что, заболел, придурок? - агааа... - и мне нужно ехать к тебе? - даааа, - я не успел закончить, Фрэнк бросил трубку. Я выронил телефон и упал в подушку. Я снова проснулся. Похоже, после звонка я снова уснул. Чья-то рука медленно убирала волосы с моего лица. Свет уже заметно сильнее пробивался в окна. Когда мое полезрение было почти полностью открыто, я увидел Фрэнка, который рассматривал меня: - ты милый, когда спишь, - он улыбнулся. Вот это да, вот это охуеть, я вижу улыбку Фрэнка третий раз в жизни. - и как, скажи мне, я должен реагировать на твои комплименты? - я констатирую факт. И если что, за благодарность могу принять "спасибо ". - ну спасибо, Ромео ебаный. Фрэнк посмеялся, отвернувшись и посмотрев на дверь. Казалось, он ждет чьего-то прихода. Повернувшись обратно, он спросил: - ну, как поживает Ваше Величество? - ты не видишь, Мое Величество при смерти?! Фрэнк непонятно усмехнулся в сторону и задумался о чем-то. Вдруг меня посетил вопрос: как он попал в мой дом? Я спросил: - кстати, как ты зашел? - вчера ты пришел, упал на кресло в гостиной, вырубился и даже не успел закрыть дверь Я немного задумался: - тогда... Почему я в комнате? - не такой уж ты и слон, я смог дотащить тебя. - че? На руках, что-ли? - да. Послышался звонок в дверь. Кто вообще кроме Мел знает, где я живу? Мартинез сегодня вроде занята. Тогда кто это? Сижу, блять, спокойно, болею, не трогаю никого. И тут ебоньк, и кто-то нарушает мое личное пространство. Не хорошо. Фрэнк заметно приободрился и вскочил, направившись к двери. Что это вообще все значит? - кто это? - спросил я. Фрэнк остановился в дверях и обернулся: - тот, кто надо. Далее, немного приподнявшись, я наблюдал картину: Фрэнк открывает дверь, вежливо улыбается... Кто это блять? Какой-то.. Старичок? Когда он снял пальто, я понял все. Врач зашел в комнату и сел на стул, котрый Фрэнк притащил из кухни. Он улыбался своей старческой улыбкой, половина которой была скрыта усами. Весело ему. А вот мне нихуя. - здравстуйте...- тихо промямлил я, сев на кровати, - вы..? - доктор Смит, - старикашка протянул руку, я нехотя пожал ее, - ну так что, - сказал он, достав блокнот с ручкой, - на что жалуемся? - я... Горло болит и... Знобит, - я был не готов у разговору. Я вообще не был готов к людям. Я собирался пить чаек с лимоном и сладко спать, о чем вы? - да-да, - врач быстро записал своим непонятным почерком симптомы, - все ясно. Задерите или снимите футболку, - дядя, вы о чем, мы знакомы пять минут, - я послушаю вас, - ну-ну, все равно, я слежу за тобой, старикашка. Неохотно я задрал футболку. Доктор (или врач, да хуй его знает) взял стетоскоп, до этого висевший у него на груди. Вставив в уши оливы, он приложил головку (да, давайте дружно поржем, как кони. Это часть стетоскопа, на заметку так) к груди. Холодный. Я немного вздрогнул. Недолго послушав, он повесил прибор обратно на шею и снова что-то записал. - ну что ж, голубчик, - какой я тебе нахрен голубчик?! Сейчас глаза на жепу натяну, - у вас обычная простуда. Выпишу несколько препаратов, но можно и в кровати просто отлежаться. Старикашка еще раз улыбнулся и пошел к выходу. Я услышал хлопок двери. Пока я пытался разобрать почерк, Фрэнк, проводив доктора, вернулся в комнату и выхватил листок из моих рук. Немного нахмурившись, он начал читать. - мне в аптеку сгонять, да? - да зачем? Он сказал, что можно просто отлежаться в кровати. - все равно сгоняю, - Айеро смял бумажку в руке и ринулся в прихожую. Хлопок двери. Я рухнул на кровать, забираясь под одеяло. Постельный режим блять. Не смотря, что я проснулся утром и после снова уснул, все же казалось, что сейчас рано. Теплый утренний воздух. Такой приятный. Я обнял уголок одеяла. Одеялко, любимое мое, милое одеялко. Всегда выслушает, поймет, посожалеет. Я не просто люблю одеяло, я вам больше скажу; я сплю с ним. Казалось, в этом раннем мягком воздухе время остановилось. Приятная атмосфера. В комнате царил беспорядок. Творческий беспорядок. Пока Фрэнка не будет, думаю, уснуть я не успею. Что делать? Правильно. Где мои ебаные наушники. Я приподнялся на локтях, что бы найти среди этой свалки наушники. А вот и белый провод... Я потянулся к нему и схватил. Но ты забыл, Уэй, в этом мире не все так просто. Нужно их распутать. На это ушло минут 10. Наконец то... Я включил песню и... Звук открытия двери. Ну вот блять. Фрэнк захлопул дверь и вошел в комнату. Но он не сел на стул, он... Запрыгнул мне на ноги?! Что он творит блять? Я чувствовал его всего. Блять, полностью. Слезь с меня, сука. Иногда Айро был похож на маленького ребенка. Творил все, что вздумается и не думал ни о чем. В руках у него было две бутылочки. Похоже, какая то микстура. Пока тот щурился и читал этикетку, я разглядывал его. Сегодня на нем была черная кофта в красную полоску. Первые видел ее на нем, но она необычайно ему шла. Который день пытаюсь определить цвет его глаз. Серые, зеленые или карие? Сейчас свет падал так, что они были выраженными зелеными. Фрэнк наконец-то прочитал все написанное на бутылках. - Vicks DayQuil и NyQuil, - объявил парень название микстур. - где у тебя ложки? - около раковины, - Айеро вскочил и побежал на кухню. Я уже расслабился, но не тут то было. Он снова сел мне на ноги. Налив микстуру из одного пузырька в ложку, он начал подносить к моему рту. Я брезгливо проглотил. - хороший мальчик, - нагло усмехнулся он. Держите меня семеро, иначе я въебу ему. Затем Фрэнк немного нагнулся и начал гладить и рассматривал мои волосы: - зачем тебе такие длинные волосы? - я... Не знаю.. А ведь и вправду, зачем? Около входной двери послышался шорох. Айеро резко поставил пузырьки на стол и схватил свой рюкзак. - уже уходишь? - спросил я. - я не хочу попасться на глаза твоим предкам, - хлопок двери. Так и не запомнил. - но я же не... Наступила мгновенная тишина. Тихое эхо ходило по квартире. Лучи солнца застыли в этой пустоте. Одиноко. Никто не кричал и не смеялся. Ничья улыбка не дарила мне больше солнечного тепла. Одиноко. Стопки комиксов тихо грустили на подоконниках, полках, на полу. Как и я. Одиноко. Я не знаю что делать. Нужно уничтожить эту тишину. Тишина внушает страх. Я встал и пошел на кухню. Где я в прошлый раз оставил пульт? А, вот он. Опять новости. Аварии. Стихийные бедствия. Теракты. Судьбы людей рушатся. А я сижу в кровати и болею. Ною, что мне одиноко. Нужно было поесть. Я обратил внимание на бумажный пакет из Мака, стоящий на столе. Кто же его принес, блять? Фрэнк как заботливая мамочка. Только экономная. Я посмотрел содержимое пакета. Картошка, какой-то бургер. Рядом с пакетом стояла кола. Ты знаешь, что делать, Джерард. Я просидел на кухне около часа, поедая картошку со скоростью 80-летней улитки. Звонок в дверь. И кто это на этот раз? Я открыл дверь. На пороге стояла Мелани: - привет. Фрэнк сказал, ты болеешь? - болею. За чем пришла? - посижу и уйду. Волновалась за тебя просто. Я пропустил девушку в дом. Она села за стол. Атмосфера дома ожила, телевизор ушел на фон. - а это, я так понимаю, врач прописал? - спросила Мартинез, указывая взглядом на фастфуд. - не, Фрэнк принес. У меня в холодильнике перекати-поле. Мел немного усмехнулась. Лучи солнца освещали ее лицо. Следующие полчаса мы доедали картошку и бургер. Затем, ощущая, что творится в моем внутреннем мире я решил прилечь. Мелани уселась рядом со мной на кровати. Когда я допил колу, повисла неловкая тишина. Но вдруг... Мелани резко схватила в кулак мою футболку, повернула меня к себе и вцепилась в мои губы. Чего-чего, а этого я не ожидал. Все это длилось где-то 10 секунд. Сладкие губы девушки с каждым разом с новой силой налегали на мои. Перестав сопротивляться, я поддался. Когда Мелани опустила, я вытер фиолетовые следы от помады. Мартине начала заметно стесняться, скрывать лицо. Вскоре она поспешно попрощалась и ушла. От этого дня я просто не ожидал таких ярких событий. Я долго думал об поступке Мартинез. Все таки, не хотела она дружбы. Почему она не сделала это в кинотеатре? Но это уже было не важно. Снова тишина. Я много сидел и думал. Все равно, Фрэнку очень идет его кофта.