Демон, влюбившийся в оборотня

       Утро для Сиэля в отстроенном поместье, с наречённым под боком, началось с пофигистического настроения, и с "Доброе утро, Господин!". Слышать такое приветствие от пары не очень-то приятно, а смотреть на него, чувствовать прикосновения ещё хуже. Господи, за что ему попался такой демон? Оборотень всего лишь хотел прожить век как обычный человек и не париться по поводу своей половинки, а потом в деревне сказать, что её в человеческом мире нет, и он останется один. Но парень заключил сделку и не знает как ему быть. У него есть три варианта: 1: Ничего Себастьяну не говорить и дождаться исполнения контракта, а потом отдать душу демону. Серьезно?! Он, вожак стаи оборотней, отдаст душу демону! Как он пал!!! 2: Сказать правду и расторгнуть контракт. Но тогда Сиэль нарушит договор с Луной. Нет, так не пойдёт. 3: Пустить всё на самотёк и молчать, но если Себастьян выполнит контракт раньше раскрытия мальчика, то последний хорошенько припугнет его и демон сам разорвёт контракт.        Да, пожалуй, Сиэль выберет третий вариант. Он будет молчать о своей сущности и не показывать её, хотя оборотню немного обидно. Если бы его парой был человек, то пользоваться волчьей сущностью приходилось бы больше, а ведь этот демон может защитить себя и сам. Но и тут есть минусы. Поскольку демон может защититься, то это очень било по самолюбию оборотня, но кто знает, может и демон окажется беззащитным перед Сиэлем...        После завтрака мальчик направился в кабинет, дабы разобрать документы, накопившиеся за его отсутствие. Бумаг действительно оказалось много, а Сиэлю очень захотелось сладенького. — Себастьян. — позвал оборотень демона. — Да, господин? — дворецкий оказался перед мальчиком. — Я хочу чего-нибудь сладкого. — сказал Сиэль, не поднимая взгляд на демона. — Но господин, вы перебьёте аппетит перед обедом.        Лицо дворецкого было непроницаемым, но из-за многообещающего взгляда мальчика, демон заметно занервничал. Во взгляде промелькнуло предупреждение, которого Себастьян не понял, да и понимать не хотел. Оборотень вполне способен подавить более слабую сущность, а вожак заставить подчиниться любого, но перед ним стояла его пара, и Сиэль решил не пугать демона.        Себастьян поклонился и поспешил удалиться, пока Сиэль не выкинет ещё какой-нибудь взгляд. Демон сам не хотел этого признавать, но он боялся графа. Что-то было в нем такое, что одновременно и манило дворецкого, и в тоже время и пугало. Что-то звериное, страстное, ужасное, привлекательно прекрасное, и почему-то древнее...        Михаэлис стоял на кухне и думал, какой десерт приготовить господину. Выбор остановился на шоколадных пирожных с клубничным кремом и вишенкой. Особых проблем с готовкой не возникло, если не считать Барда, который чуть не разнёс кухню.       Заходить в кабинет графа было страшненько.       Он, Себастьян, дьявольски-хороший дворецкий, и испугался графа-человека! Это же просто смешно, господа! Но знал бы демон, что Фантомхайв вовсе и не человек...        Сиэль сидел в своём кабинете и терпеливо ждал десерт. Признаться честно, мальчик немного переживал из-за взгляда, думая, не переборщил ли он? После того, как Михаэлис пришёл, то граф понял, что да!        Себастьян всё время отводил взгляд и молчал, а Фантомхайв принял решение — попытаться сделать так, чтобы демон больше не пугался шорохов и взглядов со стороны Сиэля.        Слуга встал за спину своего хозяина и смотрел ему в затылок, стараясь понять, кто же он такой. Странное поведение ребёнка, признаться, всё же пугало. В Аду учили распознавать грифонов и их повадки. Из-за того, что у демонов может появиться пара, что было очень редким, то она, в основном, являлась грифонон. Есть небольшие исключения. У демонов может быть пара — дракон, правда, это очень-очень редкое явление. Ходили легенды, что раньше были ещё и Первые или Древние оборотни, но они давно исчезли и превратились в сказки. Оборотни сильнее, мудрее, хитрее и кровожаднее демонов, но в них так-же есть забота и любовь. Они сильны в магии, но ей пользуются редко. А зачем? У них хватит сил справиться и без неё.        Хоть Себастьян и думал, что для него нет пары, однако что-то в груди щемило и уверяло об обратном. Поэтому, демон всматривался в каждого демона, а если в его поле зрение попадётся и грифон... Но как бы Михаэлис не старался найти свою родственную душу, ему это не удавалось и он смирился с тем, что останется один. Глядишь, так и все Демоны вымрут.        Он не мог понять, почему так рассматривает Сиэля и незаметно пытается вдохнуть его запах. Мысль о том, что где-то рядом находится пара, не покидала Себастьяна не на минуту, но в мальчике демон не заметил ничего, кроме человеческой души. Это огорчило Михаэлиса. Он знал, что это всего лишь контрактёр, человек, но глаза у графа были не человеческими.        Это слуга понял сегодня, когда он отказал господину в сладком. Тогда граф посмотрел на него так, что у дворецкого перехватило дыхание и бросило в дрожь. Коленки подгибались и в горле пересохло. Такого взгляда он не получал даже от Люцифера. И это очень пугало беднягу, и чтоб не показать своегостраха, он ушёл исполнять приказ.        Когда вернулся, то граф сидел как ни в чём не бывало и разбирал документы. Надеясь на то, что Сиэль не посмотрит ещё как-нибудь, Себастьян встал за его спину.        Дворецкому вспомнился его давний друг Клод*, у которого была пара. Вся Преисподняя завидовала такой участи и любовались грифоном, а та в свою очередь лишь мило улыбалась и краснела, нервно дергая чёрными крыльями. Странно же люди воспринимают грифонов. Для человека они звери, для нас предстают с вполне человеческой внешностью, оставляя только ушки, крылья и хвост. Грифона звали Джильда. Ее окрас был изумителен: черно-белые перья, сильные лапы, острый когти и пушистая чёрная кисточка на хвосте. Демоны хотели себе такую пару, но понимали, что её ни у кого из них нет. Себастьян видел грифона. Он был рад за друга, но в тоже время грустил. Дворецкий успокаивало то, что не он один без пары, но и все остальные. Демонов в паре с грифоном в Преисподней можно было посчитать по пальцам одной руки, настолько мы были одиноки, и не было ни одной пары с кем-то другим. Но если демон найдёт себе грифона-пару, то будет восхищаться им вечно и благодарить судьбу и Люцифера за то, что дали такое безграничное счастье. На дракона ни один демон не рассчитывал, что уж говорить об оборотне, потому что знали, что эти существа — непозволительная роскошь, которая неподвластна даже самому Люциферу... — ...стьян! Себастьян!!! — уже битых пять минут кричал Сиэль. Он попытался сделать глаза менее устрашающе. — Да, господин? — с каменным лицом отозвался слуга, стараясь скрыть страх. — Ты что, оглох? Ты стоишь за моей спиной и я тебя уже час не могу дозваться!!! Ты что, игнорировать меня решил?! — возмущался граф. — Прошу прощения, господин. Вы что-то хотели? — в извиняющемся поклоне спросил Себастьян. — Не я, а какой-то человек, который уже в сотый раз стучит в дверь! Иди, открой! — Хорошо.        За дверью стояли Элизабет с Паулой. — Ой, Себастьян, привет! А Сиэль занят?! — мило воскликну Лиззи. — Господин занят. Прошу, проходите! Я скажу о вашем прибытии. —отстранённо улыбнувшись, сказал Себастьян. — Хорошо! Мы с Паулой подождём!        Демон поклонился и пошёл к Сиэлю. Войдя в кабинет Себастьян сказал о прибытии невесты графу, а у последнего глаза на лоб поползли. — Как она была одета? — холодно и быстро спросил мальчик. — Милорд, ни в моих правах рассматривать вашу невесту. — усмехнулся слуга, на время забыв о взгляде.        Господин опять посмотрел этим убийственным взглядом, но увидев страх и панику в глазах дворецкого, сразу смягчился и спокойным голосом повторил вопрос. — Она была одета в розовое платье с серебряными рюшами и кружевами. — быстро ответил слуги и пулей выбежал из кабинета.        Сиэль схватился за голову и зашипел. Эта звериная сущность стала проявляться с того самого дня. С того дня, когда он призвал демона. Граф уже второй раз отдергивает себя за этот промах и принимает решение — не смотреть на демона вообще. Куда угодно, даже если придётся смотреть на окровавленное тело очередной жертвы, но только не на него. Синеглазый не показывал даже намёк на свою сущность при своих "родителях", но сейчас он не может справиться. Всё таки хочется пойти на охоту и словить пару белок, но пари есть пари, и нарушить его нельзя.        Фантомхайв спускается к гостям и просит дворецкого подать чай. Тот с явным удовольствием уходит с поля зрения. — Сиээээль!!! Почему так долго?! И во что ты одет?! Это совсем не мило! — начала капризничать Элизабет. — Элизабет, это моя повседневная одежда, и я не девушка, чтоб одеваться в милые наряды, как ты. — спокойно ответил Сиэль. — Уууууу... ну я же просила! Я Лиззи! — надув губки обиделась Мидлфорд. — Госпожа, ваша мать настоятельно рекомендовала вам вести себя подобающе. Такими темпами вам никогда не стать прилежно леди и хорошей женой. — упрекнула Паулла Лиззи. — Ох, точно! Прости, Сиэль! Как у тебя дела?! — сдержанно и спокойно спросила невеста. Это поведение очень удивило жениха, ведь за последнее время видеть тихую Лиззи — это как снег летом.        Себастьян вошёл в этот момент и чуть не выронил поднос, но он ведь дьявольски-хороший дворецкий, поэтому дорогой фарфор уцелел. Поставив принесённое на столик, он услышал спокойную беседу графа с госпожой. Демон быстро посмотрел в глаз Сиэля и увидел заинтересованность. Он вспомнил, как граф на него дважды смотрел убийственным взглядом, причём один убийственней другого. Вдруг Элизабет соскочила с места и завопила: — Ох, Сиэль! Прости, я совсем забыла о занятиях фехтования с Эдвардом! Пока!        Мидлфорд вприпрыжку выбежала из поместья и уехала вместе с Пауллой, а Сиэль только допил чай и вернулся к себе в кабинет, чтоб продолжить разбирать документы. Демон же, не зная чем заняться, пошёл кормить и наглаживать кошек. Ему надо было отвлечься и привыкнуть к новому контрактёру.