Нежданчик

Фейлон же не торопился, давая сыну освоиться и не мешал. Пока малыш добирался, тот переговорил с охраной, сделав пару указаний и пошел к лифту, так же дождавшись кабинки и поднявшись на свой этаж, где уже ждал мальчик. — Ну как? Вижу справился. — улыбнулся мужчина, подходя и обнимая сына. — А сейчас переодеваться и кушать. — Да пап, я справился. — Сказал Лонгвей, когда отец приехал на их этаж. — Опять есть? Но пап, ты ведь откормишь меня и я буду очень толстым, а я не хочу быть толстым. — Надулся парень, — Давай ты покушаешь, а я пойду переоденусь и буду ждать тебя в… — Он слегка запнулся, ведь он даже не знал какие комнаты и помещения есть у них в доме. — В гостиной комнате? — Ничего ты не приглашаешь, тебе это не грозит. А просвечиваться, тоже не хорошо. Да и ели мы утром, а уже обед. Тебе не кажется? Кушать надо хорошо и как положено, чтобы быть сильным. Так что, давай. Да и чай нас ждет, вкусный чай. — потрепал по волосам мальчика. — А вечером еще и ужин ждет, знаешь ли. Но надо переодеться. Да, Все комнаты на этаже. Наши спальни, мой кабинет, гостиная, зал в центре, кухня, санузел с бассейном, комнаты прислуги. — Я никогда так много не кушал пап. Один раз в день и совсем, совсем немного. Так нас кормили в приюте, а ты меня просто откармливаешь. Вот буду я у тебя как колобок. — Лонгвей даже обречённо вздохнул, ведь он действительно не привык столько кушать. Но по всей видимости ему придётся есть как говорит отец иначе получит нагоняй.- Ладно пап, тогда я быстро переоденусь и мы встречаемся в столовой, там где завтракали да? — Боже, какой ужас. Морить детей голодом. Надо в тот приют заслать проверку. — фыркнул Лю и усмехнулся на слова сына о колобке. — Не переживай, у меня не готовят пищу от которой испортится фигура. Посмотри на меня, я колобок? — Фей усмехнулся и кивнул сыну. — Да, там где мы завтракали, встретимся там. — ответив, мужчина скрылся у себя в комнате. Надо было тоже переодеться и избавиться от этого делового костюма в котором он просидел весь день. — Ну пару лишних мест тебе бы не мешало убрать папочка. — Пошутил парень, и рассмеявшись показал кончик языка отцу и побежал к себе в комнату. На уже застеленную постель, он кинул свой портфель, стянул с себя галстук, а затем и форму. Он её аккуратно сложил и повесил на вешалку. Сбегал в душ и стал разбирать пакеты с одеждой которую они купили. Лонгвей для обеда выбрал короткое ципао, но предпочел одеть его без низа. Утром он когда разговаривал с охранником, он попросил его купить красивые, высокие сапоги под цвет своего наряда, охранник выполнил просьбу. Пшеничные волосы, волнами лежали на его хрупких плечах и Лонгвей решил сделать отцу небольшой сюрприз и он не пошёл в столовую, а пошёл весь такой красивый в гостиную, где стоял рояль. Ведь он хотел и так и не показал отцу, как играет. Из гостиной раздалась мелодичная музыка, то набирала свой темп, то снова замедлялась. Казалось, что в гостиной включили старинную пластинку на которой играет виртуозный пианист. Его осанка была идеальный, взгляд яркий и столь пронзительный, его пальцы словно перышки скользили по клавишам из-под которых выплывали чудесные звуки, забираясь в самые кромки души. Это удивительно, как никчемный мальчишка лишенный всех благ, мог так играть. Сходив в душ и переодевшись в длинный красный чонсам, Фейлон вышел из комнаты, направляясь в столовую, но его остановил звук, доносящийся из гостиной. Это была музыка, нежная и переливчатая. — М? Что это? — мужчина направился в комнату, откуда доносились столь чудные звуки и открыв двери, на мгновение замер в некоем шоке. Он ожидал чего угодно, но не того, чтоб это был сын. Медленно, стараясь не издавать шума, мужчина подошел со спины и остановился, наслаждаясь невероятной музыкой, он даже и не знал, что Лонгвей умеет так играть. Прикрыв глаза, Фей улыбнулся, осторожно коснувшись пшеничных волос парня и склонившись, поцеловал в шейку. — У тебя волшебные руки. Это невероятно. — тихо прошептал на ушко. Когда отец подошел к Лонгвей, он не перестал играть, сменив мелодию с одной на другую, он понимал, что отцу нравиться и на губах парня появилась улыбка, он слегка наклонил голову к руке отца, которая ласкала его плечо и коснулся ее губами. Благо тот инструмент, что был сейчас под пальцами парня, был не просто пианино или фортепьяно, но и переключался в дополнительные настройки синтезатора. Лонгвей хотел удивить отца. Фей как завороженный слушал музыку и смотрел, как тонкие пальцы мальчика, порхают по клавишам, меняя звук, тональность, скорость. Сам дракон никогда не играл, но очень любил подобную музыку, Она будто носила прочь из этого мира. Прикрыв глаза, Фей наслаждался прослушиванием, положив ладони на плечи парня и изредка сжимая их, массируя. Он был рад, что все ж судьба свела его с таким чудом как Лонгвей. И это он пока не заметил его наряда, ибо тот сидел за фортепиано. — Это невероятно. — прошептал он. Это был на данный момент единственный талант мальчика, который он развил самостоятельно сидя на чердаке приюта, в одиночестве, не зная ни нот ни правил игры на музыкальном инструменте, он все делал на слух, при помощи проб и ошибок, раз за разом открывая новые звуки, он научился слышать музыку, совмещать ноты и создавать мелодии. Которые вскоре стали собираться в целые композиции под его тонкими пальчиками, ведь учиться играть на клавишных инструментах Лонгвей начал с трех лет, когда ему приходилось еще из старых коробок делать себе ступеньки, чтобы доставать до клавиш. Парень был счастлив, что отец восторгается им. Столько гордости, красоты, обаяния и таланта в этом пареньке, отец смело может брать его на всякого рода конференции и деловые переговоры, пока тот будет подписывать контракты, Лонгвей будет в центре внимания развлекать высокопоставленную публику. Светские рауты, он всегда мечтал на таких побывать, нет не в больших залах или симпозиумах, он желал быть рядом отцом и показывать свои умения, чтобы все показывали на Лонгвея и говорили, что он истинный сын своего отца. — Я очень рад, что тебе нравиться папочка. — Лонгвей повернул голову и аккуратно закрыл крышку фортепиано. Если бы на парне был фрак или деловой костюм, все женщины да и мужчины бы в этот момент как он поднимается из-за скамьи падали бы в обморок от подобного шарма. Сейчас же наряд тоже был шокирующий в основном мужскую часть населения, потому как сочетать в себе женственность, шарм и мужскую стать, мог только этот мальчик. Лонгвей коленом встал на скамью, оголяя свое гладкое бедро, руками вверх, обняв за шею отца. Когда парень перестал играть и музыка умолкла, Фей открыл глаза, опустив взгляд на мальчика. — Очень нравится. Я и представить не мог, что ты так умеешь играть. — когда же паренек повернулся, являя свой внешний вид, дракон и вовсе замер. — Л-Лонгвей? Ты… Ты не одел низ? А, сапоги? Откуда? — в замешательстве мужчина аж опустился на скамью рядом, оглядывая столь соблазнительный и будоражащий воображение наряд и фигурку сына. Рука невольно скользнул по бедру мальчика, лаская нежную кожу пальцами. — Ты решил прислугу свести с ума? — Я хотел тебя удивить. Да я не одел низ. Почему-то мне не нравиться ткань брюк которые идут в комплекте, а сапоги я попросил привезти одного из охранников. Он не смог мне отказать. — Лонгвей Забрался к отцу на колени, лицом к нему, от чего верх поднялся еще выше, оголяя голую попку без белья. — Почему свести прислугу с ума, они ведь не смотрят. Фей немного даже растерялся, обняв своего малыша и чувствуя, что от такого вида мальчишки, у него уже проявляется возбуждение. — Вот как. Ну значит надо подобрать другие, которые понравятся. Потому как в таком виде, из дома не выйдешь. А прислуга, ну мы ж в столовую собирались, а там они есть. — дракон обнимал мальчика, положив ладони на талию и еле сдерживаясь, чтобы не опустить из ниже и не сжать эту сладкую попку. Но Лонгвей сам ему помог, не специально конечно, а просто потому, что ему нужно было приподняться, чтобы прошептать отцу на ухо, — Ты научишь меня делать тебе приятно, как это нужно делать…папочка? — Его нежные губы коснулись уха Фея. Прикрыв глаза, мужчина аж задрожал, а руки невольно скользнули к такой милой попке и сжали ее. — Да милый… — прошептал он, подняв руки и прижимая сына к себе. — А я тебе постараюсь сделать тоже приятно. — он уткнулся носом в шейку мальчика, целуя ее. — Вечером да? — Лонгвей засмущался, но определённо был рад, что отец согласился на его предложение. — А сейчас пойдём кушать.- Он стал слазить с колен отца, и когда он слез, то не много отдернул свой наряд вниз. — Мне можно так пойти? — Да, вечером. Я сделаю все что захочешь. — кивнул мужчина, отпуская сына и любуюсь им. — Хм. Я бы не хотел чтоб на тебя засматривались другие. Они и так будут, но так слишком откровенно и только я могу так тебя видеть. Иначе мне придется всех убить. — усмехнулся он, вставая с лавки. Лонгвей засмеялся, его смех был мелодичным. — Страшный папа в гневе, — Он подбежал к отцу и поцеловал его в щеку, — Я пойду переоденусь тогда и приду в столовую. — Сообщил парень и развернувшись на пяточках, побежал к себе в комнату, сверкая попкой. Он всего-то одел низ который должен быть там как полагается, ах да и петельку он пришил, сам. Хлопнув сорванца по попе голой, усмехнулся и не спеша пошел в столовую, где уже стоял накрытый обед. Утка по-пекински, всевозможные салаты и соусы, на десерт было мороженое крем-брюле с фруктами и ягодами. Так же был сок из свежего манго и ананаса, и горячий шоколад. Все что душе угодно на выбор. Фей вошел и присел за стол, ожидая сына. Лонгвей переоделся как было выше сказано в то, что и должно быть на месте, после чего выскочил в коридор и посмотрел на охрану, которая переговаривалась между собой. Юноша ведь любопытный и ему все было интересно, он подбежал к мужчинам у лифта, — А что вы обсуждаете? — Поинтересовался мальчик, и заметил что лифт поднимается на их этаж. — Папа ждёт гостей? — Удивился Лонгвей и стал раскачиваться с пятки на мысок, ожидая гостя вместо отца. Двери лифта открылись и из него вышел высокий мужчина в строгом костюме в сопровождении двух мужчин, таких как стояли у их лифта. Паренек улыбнулся строгому мужчине который оценивающе пробежался по нему взглядом. — Здравствуйте, моё имя Лонгвей, я рад с вами познакомиться. — Радостно произнёс парень понятия не имея кто стоит перед ним. — Здравствуй Лонгвей, — Мужчина протянул руку под пристальным наблюдением охраны Фейлона и погладил мальчика по голове, чем вызвал улыбку у парня, — Твой отец дома? — Поинтересовался мужчина. — Да, он дома, мы как раз собирались обедать, пойдёмте я вас провожу! Пообедайте с нами! — Провозгласил мальчишка, хватая мужчину за руку и таща за собой в столовую. Охрана даже ничего сделать не смогла как со стороны одних так и других. Лонгвей радостно влетел в столовую, держа за руку якудза, — Папочка, у нас в гостях дядя Рюичи! Фей потягивал сок из бокала, когда в столовую ворвался мальчик с радостным возгласом о госте. От неожиданности, тот чуть не подавился, быстро поставив стакан на стол и подскочил со стула. — Рюичи?! Ты как тут оказался? — дракон был в шоке от такого неожиданного визита, ведь якудза как женился, более не заглядывал к нему, и даже редко о себе напоминал. Фей постарался успокоиться, успокоить выпрыгивающее наружу сердце и глянув на сына, перевел взгляд на Рюичи. — Ты как раз к обеду. Присоединяйся. Лонгвей, садись за стол и гостя усаживай. — уже спокойней проговорил Лю, присаживаясь за стол и салфеткой выбирая капли сока со стола, что расплескались, когда сын возвестил о госте. Лонгвею дяденька сразу понравился, он был тоже хорош, как и папочка, только покрепче и по плечистее, даже наверное постарше, в любом случае это было не важно, потому как Лонгвей был рад гостю. Это первый папин друг, как он считал, с кем тот познакомился. — Хорошо папочка, — С улыбкой Лонгвей отодвинул стул для мужчины, — Присаживайтесь. — Улыбаясь во все свои белоснежные зубки, мальчишка сел рядом с отцом. Асами изогнул бровь, — Папочка? — Он едва сумел сдержать смех, но не позволил его себе в конечном итоге. — Спасибо Лонгвей, ты весьма любезен. — Асами коротко улыбнулся парню, на что тот раскрасневшись спрятал лицо в боку отца. — Я проезжал мимо, вот решил заглянуть, удостовериться в правдивости слухов, о том что ты забрал сына из приюта, весьма благородно с твоей стороны Фейлон, если это была твоя инициатива. — в чем Рюичи крайне сомневался, потому как навряд ли Фей, захотел себе добровольно завести сына о котором толком ничего не знал. — Лонгвей, у тебя очень красивые глаза и волосы, весь в отца.- для Асами поставили ещё один прибор и он взял салфетку со стола и постелил на колени. Лонгвей посмотрел на это, потом на отца. От слов мужчины, снова покраснел. — Мимо? Удостовериться? И как? Удовлетворил свое любопытство? — спокойно проговорил дракон, расстилая салфетку на коленях. — Как видишь, да, я забрал сына из приюта. Хотя его наличие было для меня большим сюрпризом. Сам же знаешь, что я с девушками старался не связываться. Но вот, юность решила по своему и теперь у меня есть та душа, которая меня любит таким какой я есть, и которой я нужен. — Фей перевел взгляд на смущенного от слов якудзы, сына и взял руки палочки, положил кусочек мяса мальчику, потом себе. — Кушай милый, а то просвечиваться будешь и будут думать, что папа тебя не кормит. — улыбнулся он, погладив сына по голове, после чего сам приступил к трапезе. — Ты, как всегда, гостеприимен Фейлон. — Рюичи усмехнулся и к еде не притронулся, а лишь взял себе бокал с вином. — Да, убедился, хороший мальчик и вырастит очень красивым, как и его отец.- Асами салютнул своим бокалом. Лонгвей улыбнулся отцу, но смущение все не спадало с его щёк. Он посмотрел на палочки и как отец взял их в руку и стал кушать, не вмешиваясь в разговор мужчин. — Что же, спасибо за обед, — он отставил фужер и убрал салфетку с колен. Вытер губы и поднялся. — Рад был познакомиться, Лонгвей, мы наверняка ещё увидимся, не расстраивай папочку. — Асами махнул рукой, а Лонгвей подскочил на ноги. — Но вы ведь ничего не поели! — Справедливо возмутился блондин, но похоже его совсем не слушали и он в недоумении посмотрел на отца. Фейлон лишь сжал в руках палочки, да так, что хрустнув, сломались. Он не поднял взгляда на Рюичи, стараясь держать себя в руках, чтобы и не пристрелить этого гада и чтоб не кинуться ему вслед, удерживая и умоляя остаться. С секундную паузу и Лю поднялся. — Асами. Почему же ты так быстро уходишь? Разве я тебя прогонял? Вон, и сына моего расстроил. Не вежливо так, срываться из-за стола. Прошу тебя, вернись и отобедай с нами, а после Лонгвей покажет, что он умеет. Ты не представляешь, как виртуозно он владеет фортепиано. — наконец Фей поднял взгляд на Рюичи, в котором через лед, читалось иное чувство, что Лю пытался скрыть всегда. Когда отец поднялся, Лонгвей сел и снизу вверх посмотрел на отца, а потом на мужчину, который остановился и смотрел сейчас через плечо на них. Юноша почему-то затаил своё дыхание, ожидая ответа от мужчины. — Плохо все перекладывать и прикрываться сыном Фейлон. Ведь он как раз ни в чем не виноват. Мог бы честно признаться, что соскучился и не хочешь чтобы я уходил и задержался дольше, чтобы позднее мне показать, насколько твой сын талантлив. Может с этого стоило начинать? — Произнес якудза, а Лонгвей удивлённо посмотрел на своего отца, потом на мужчину. «Скучал? Мой папа что-то чувствует к этому мужчине?» этот вопрос просто читался на лице парня. Фей шумно выдохнул, опускаясь на стул, ведь по сути, Рюичи был прав, как всегда прав. Но разве дракон мог так просто в этом признаться? — Да, и это тоже. Я соскучился. Ведь тебя так давно не было, как ты обзавелся супругой. Все внимание было там. А тут. Ты сам решил приехать. И да, Лонгвей очень талантлив, я даже не ожидал. Он чудно играет. Думаю тебе понравится не меньше чем мне. Да сынок? Покажешь потом дяде Асами, как ты играешь? — Фей снова перевел взгляд на якудзу. — Ну что? Останешься? Лонгвей почему-то нахмурился и перестал есть, теребя палочки. Он увидел, как отец реагирует на то, что мужчина уходит и наверное почувствовал ревностный укол, но чтобы не подать виду, мальчик запихнул в рот себе мясо и интенсивно стал жевать улыбаясь. Он был уверен, что мужчина останется, ведь сам бы Лонгвей остался бы если отец так попросил и признался, что соскучился. Рюичи развернулся и молча вернулся за стол и снова положив салфетку, но новую на колено, положил себе еды. — Только ради твоего сына.- Спокойно ответил якудза, не подав виду, что сам хотел услышать от Фейлона что тот соскучился, ведь и сам соскучился по этому и пришёл. Фей облегченно вздохнул и глянул на сына, слегка улыбнувшись. После приступил к тому, что прервал. — Как у тебя дела обстоят. Как бизнес, как семья. Детей заводить не собрались еще? — дракон все ж ревновал Рюичи, но все же, семья есть семья и вопросы то в общем самые обычные для такой ситуации. — Мы очень плодотворно работаем над этим каждую ночь, с заката и до рассвета. — Спокойно сказал Рюичи, зная, что это вызовет новый порыв ревности у Фейлона. — Но я так увлекаюсь, что всегда осторожничаю и вынимаю в самом конце.- Рюичи усмехнулся и палочками положил в рот мясо. Лонгвей выпучил глаза, понимая о чем говорит их гость. И залился краской как помидор и шепнул папе, — Пап, он такой откровенный. — Вот как. Плохо стараешься, Рюичи. — усмехнулся Фей, сломал еще одну палочку. — Упс… Да что ж такое? Палочки сегодня какие-то бракованные. Прислуга! — крикнул дракон служанке. — Какого черта сегодня такие плохие приборы подали? Заменить! И на кухне тоже! Еще одна сломается и можете искать новую работу. — фыркнул он, метнув в девушку сломанные палочки и улыбнулся сыну. — Да, Он такой всегда. Ничего, ты уже мальчик почти взрослый. Лонгвей вздрогнул от вскриков отца и попытался сломать свои палочки, но те даже и хруста не издали. Прислуга засуетилась и сменила палочки. — Но он говорит такие смущающие вещи. — Тихо признался Лонгвей и отложил свои палочки. — Думаешь плохо стараюсь? Хорошо, я предоставлю тебе видео материал из домашнего архива, чтобы ты лично убедился. — А ты старайся не слушать, кушай милый. — обратился Фей к сыну и перевел взгляд на Рюичи. — Мне только твоего архива не хватало. Забавно, что ты это снимаешь. Для своих сыновей, поучительный материал? — усмехнулся Лю, беря кусочек мяса и закидывая его в рот. — Конечно, ведь лучшего инструктора им не найти, тебе ли не знать об этом Фей? — Рюичи так резко перевёл взгляд прямо в глаза Фейлона. Лонгвей мотнул головой, — Все, хватит, ну что вы как два барана? — Мальчик хлопнул ладонями по столу и резко сжал салфетку и палочки что оказались на ней. — Вы друг другу нравитесь, но один женат, другой свободен и между вами искры, да вы ревнуете друг друга и каждый старается сделать другому больно! — Лонгвей сжал ещё пальцы и палочки сломались.  — Прекратите! Я люблю папочку и не хочу чтобы ему было больно! Вы дядя Рюичи, наш гость, по этому уважайте наш очаг и доброту и прекратите говорить смущающие вещи за столом, это семейный обед за который вы приглашены! А вы злите папочку и смущаете меня! — Лонгвей швырнул сломанные палочки и салфетки на пол и выбежал из столовой в свою комнату. Асами как сидел, так и застыл на месте и только потом бровь приподнял, — Ого…а парень у тебя с характером Фейлон. Фей даже ответить ничего не успел, как произошла вспышка у Лонгвея, заставившая не только Рюичи оторопеть, но и дракона замереть на месте, забыв как дышать и уставиться на сына, широко открытыми глазами. Минутная пауза после того как мальчик убежал и Фей перевел взгляд на якудзу. — Да. С характером. И ведь по сути он прав каждым словом. А сейчас прости, надо его успокоить. Не к добру эта вспышка. — мужчина встал и кинул салфетку на стол, поспешно вышел, направившись в комнату к сыну. Асами поднялся и перехватил взволнованного папашу за руку шепнув на ухо, — Давай я зайду в другой раз Фейлон, когда мальчик успокоиться потому, что думаю ты его долго будешь успокаивать.- Рюичи развернул к себе Фейлона и мягко поцеловал в губы, — Приятной ночи. — Он отпустил Фейлона. — Спасибо за обед. — Ах… — резко развернулся, от неожиданности и встретился взглядом. — А? Да. Наверно. Спасибо что заш…ммм… — фраза оборвалась поцелуем, от которого у дракона аж ноги подкосились, и почему он до сих пор как мальчишка перед этим человеком? — еще с минуту дракон стоял, приходя в себя, когда Рюичи ушел и очнувшись, поспешил к сыну. Постучав двери, заглянул в комнату. — Лонгвей? Лонгвей лежал на постели и обнимал подушку. — Оставь меня. — Прорычал парень отворачиваясь от двери поворачиваюсь спиной. Он был немного зол и обижен. Хотел сделать как лучше, а получается что пригласил в гости дядю который расстроил папу. Фей вздохнул и закрыв двери, прошел в комнату, присев на край кровати. — Ну же, милый. Все хорошо. Ну ты чего? — он коснулся плеча малыша, погладив. — Ну же, повернись ко мне? Что тебя так расстроило, малыш? Лонгвей дёрнул плечом, как бы скидывая руку отца со своего плеча, — Ни в чем, отстань от меня я хочу побыть один. — Бубнит парень, но он несомненно в душе рад, что отец не ушёл и остался. — Один побыть ты всегда успеешь, поверь мне. И тогда ты будешь желать иного, чтобы рядом был хоть кто-то, кто любит и кому ты нужен. Поверь мне, я это прошел. — все так же гладит по плечу, глядя в окно. — Да, и ты прав был тогда. Но такова жизнь и таковы мы. Никто не хочет отступать и показать свою слабость. Лонгвей отпустил подушку и перекинул руки на шею отца, — Я буду с тобой папочка, я люблю тебя. — Прошептал мальчик, — Я видел как вы смотрите друг на друга. И знаешь, я надеюсь, что когда выросту, ты будешь смотреть на меня таким же взглядом, полным такой энергетикой которой ты смотрел на дядю Рюичи. — Лонгвей прижал колени к бедрам отца, — Поцелуй меня папочка. — Ох, милый мой. — Фей обнял сына, прижимая к себе. — Я тоже люблю тебя, родной мой. — он погладил малыша по голове, проводя по волосам и улыбнулся, глядя на его личико. После коснулся губами лба мальчика, щек, шейки, чуть отстранился и коснувшись тыльной стороной ладони щеки сына, — Папочка… — Зашептал мальчик и поймал губы отца своими и качнувшись вперёд, завалил его на спину. — Я хочу отвлечь тебя и ты обещал меня научить кое-чему, помнишь? — Лонгвей навис над отцом и посмотрел ему в глаза. От неожиданности, Фей и глаза открыл, но отстраняться не стал, обнимая сына и завалилась на спину. — Да милый, помню. Ты уверен что хочешь этого? — погладил по голове, проведя пальцами по светлым прядям. — Спрашивай, я постараюсь все тебе объяснить. Лонгвей прикусил обе губы и отрицательно показал головой, — Нет папочка, не рассказать, а показать. Я буду делать под твоим руководством, согласен? Если нет, то я найду себе другого учителя. — и он как бы стал слезать с отца. — Я те найду! — ухватил за талию и не пустил. — Просто я не знаю чему именно тебя учить. Чего ты хочешь узнать? А я покажу как это надо делать. Лонгвей сразу улыбнулся, он кажется нашёл слабое место своего отца и сейчас проверил это на деле и очень доволен результатом. Пуговка за петельку он расстегнул свой наряд и снял через голову, рассыпав свои пшеничные волосы по плечам, оставаясь обнаженным по торс, — Я хочу чтобы ты научил меня любви. — Все же он стеснялся отцу говорить про секс, было стыдно. — Как нужно ласкать, руками, губами и… — Щечки покраснели, — Телом. Мдааа, ситуевина с хуевину. Вот и как крутиться? А обещал значит надо. Но он сын. Вот влип так, влип, и что ж я б*** такой везучий? Не Асами, Так сынок. Ладно Фей, возьми себя в руки и научи свое чадо искусству обольщения и достижения удовольствия. — Давай я сначала на тебе покажу. А ты потом повторишь, хорошо, милый? — Нет папа.- Воспротивился парень отрицательно замотав головой, — Ты будешь говорить, а я буду делать и только так, потому что по другому я не научусь да и не хочу.- Серьёзно? Да парень, по мне так хуже Асами, заставляет собственного отца командовать им и говорить, что делать. Маленький чертенок с ангельским нимбом. — Ох. Ну ладно. — дракон лег и прикрыв глаза, на мгновение задумался, а как научить то? Как и что рассказывать? Он сам учился лишь наблюдая и повторяя. — Сперва поцелуи, разные, в губы, шею, грудь. И ласки руками, нужны тактильные ощущения, они приносят часть удовольствия. Лонгвей кивнул и сел с боку от отца, после чего склонился к губам отца и мягко накрыл их своими, мягко целуя, прикусывая, прижимая и сжимая своими губками, языком раздвигая губы своего отца, пробираясь в его рот, но долго не задерживаясь. Его губы стали спускаться, к линии ворота чеонгсана отца, языком вылизывая эту линию, на ощупь пытаясь расстегнуть его одеяние, при этом лаская мальчиками раскрывающиеся участки тела. Прикрыв глаза, Фей ответил на поцелуй и задрожал от столь нежного, чувственно и до безумия возбуждающего поцелуя. Не открывая глаз, он приобнял мальчика одной рукой, склоняя голову в сторону и еле сдерживаясь, чтоб не застонать. Лонгвей с трудом, но расстегнул наряд отца, раздвигая руками в стороны его одежду оголяя грудь. Его пальчики которые столь виртуозно играли на фортепьяно, сейчас ласкали грудь мужчины, подушечками пальцев трогая бусины его сосков. Языком скользя по шее и сразу спускаясь влажной дорожкой до сосков, обхватывая губами, чуть сжимая, а после поднимая голову смотря на отца, — Так папочка? Дракон был готов застонать и прогнуться, от столь нежных и будоражащих ласк, что он смог еле выговорить, затая дыхание. — Да милый, так… — тяжело дыша, периодически затаивая дыхание, дракон рукой сжал плечико сына, поднял руку на голову вплетаясь в волосы. Но Лонгвей мог только догадываться, что ему делать дальше и он предположил, что нужно целовать дальше. Пальчиками он продолжал играть с сосками отца, а губами спустился вниз, языком по спирали и вглубь пупка, как бы целуя. Слегка улыбнувшись, дракон сдержал тихий стон и глянул на сына. — А теперь опустись ниже и сними с меня штаны. Рукой погладь то что там и сделай так, как ты делал в ванной. Помнишь? Держи в ладонях и целуй. — Как в ванне? — Тихо спросил блондин, а потом кивнул, понимая о чем речь. Он зацепил пальцами отцовские штаны и плавно спустил их с его ног, обнажая для себя же отца. После чего Лонгвей уместился на постели, лёжа на животе, между ног отца. Аккуратно взял в ладошки его орган, стал двигать вверх и вниз, вверх и вниз, — Так? — Поинтересовался, опустив своё миленькое личико и влажными губами стал целовать сначала головку члена, по кругу, в центр, после по всей длине, затем он приподнял голову и попробовал захватить орган отца ртом, это получилось не сразу, но получилось. Он медленно опускал и поднимал голову, плотно сжимая свои губы, втягивая воздух ртом, создав там вакуум, плотно насаживая свою голову на отцовский член и своим маленьким, острым язычком, лаская дырочку. Сперва дракон был более спокоен и кивнув слегка улыбнулся, глядя на сына, что устроился между ног и стаскивая штаны. — Да, так. — кивнул Фей, но то, что парень взял головку в рот, было даже неожиданно, от чего мужчина чуть вздрогнул, уронил голову на подушку и с шумом втянул воздух. — Боже. — прошептал он, чувствуя как горячий язычок ласкает чувствительную плоть, сводя с ума и заставляя терять разум. На этот раз, Лонгвей не стал спрашивать у отца хорошо ли ему, потому как он видел по реакции отца, что сын все делает правильно. Когда юноша это понял он, стал интенсивной двигать головой и не только ею, он двигался руками, язычком. Когда стало тяжело дышать, Лонгвей стал тереться щекой о член отца, а после опустил голову и лизнул мешочек, ему понравилось и он как котёнок, стал вылизывать его. Голова закружилась и дракон сжал простынь руками, притягивая ее под себя и немного прогибаясь, слегка двинул бедрами, навстречу горячему, влажному ротику тихо застонав, прикусывая губу. Таких ощущений, Фей еще не испытывал, это не шло ни в какие сравнения. И это был его сын? Может если б он не был сыном, было б все иначе? Да, несомненно, он вскочил сейчас и взял бы этого мальчишку, но он не мог, не мог поскольку это нарушило бы тот хрупкий баланс, на грани которого стоял дракон, погружаясь в безумие. Лонгвей старался как, мог, он словно котёнок вылизывал мошонку то и дело поднимая голову чтобы вылизывать член по всей длине, иногда он останавливался на головке его члена не много дольше, чтобы слизать капельки смазки которые выступали довольно часто. Это смазка была тягучей и Лонгвей залез пальцами себе в ротик и пальцами снял вязкую часть, — Папочка, вкусный. — Пролепетал парень и снова принялся уже влажными от смазки руками двигать по стволу. Дракон задрожал от удовольствия, прижимая голову к подушке и метаясь по ней, сильней закусывая губу и крепче сжимая руками простынь сдержанно стеная и прогибаясь. — Да малыш… Да… Боже. — постанывал он, чувствуя как член напрягаться и пульсирует, предвещая скорый конец, уносящий за грани реальности. Лонгвей почувствовал, как член отца увеличился в размерах и стал пульсировать, точно так же как и в ванной комнате. А это может означать только одно, что папочка сейчас получит удовольствие, и его член упадёт. А Лонгвей не хотел этого допустить, ведь он не знал, что через некоторое время можно снова привести возбуждение в свою силу. Но так как он этого не знал, он резко отпустил член отца удержав того на тончайшей грани удовольствия, но не доделав до конца. Выпрямившись, он оседлал папочку голой попкой, ладошками уперевшись ему в грудь, — А что делать дальше папочка? Фей тяжело дышал, почувствовал как мальчик, прервался, открыл глаза, затуманенным взором посмотрел на того и улыбнулся. Что сказать то? Взять сына и все? — Ты не закончил, ты хочешь чего-то большего? Хочешь, чтобы и папочка сделал тебе так же приятно? — дракон чувствовал, как стояк упирался в упругую попку, срывая плену запретов и в душе метался, между нельзя и хочу. Немного двинув бедрами, он потерся стояком между упругих ягодиц, на которые положил руки и сжал их, разминая и потираясь членом о них. Одной рукой он притянул к себе сына, впиваясь в его нежные и сладкие губки. — Такое мы уже делали с тобой папочка, в ванной. Я хочу что-то другое, ведь я знаю что два человека могут соединиться воедино. — Лонгвей стал елозить по члену отца, вверх и вниз, стараясь как можно плотнее и чаще тереться о него. — Он обнял отца за шею, целуя его с точностью зеркала, впиваясь губами в его губы. Лонгвей никогда не был ни с девочкой ни с мальчиком, но был уверен что это потрясающе. Его тело горело и дрожало от возбуждения, он ощущал что-то новое, неизведанное. Лонгвей глотнул воздуха и прервав поцелуй посмотрел на отца, — Или папочка сегодня не хочет учить? Мужчина целовал мальчика горячо и страстно, ибо еле сдерживался, а потирания о член, сводили с ума. Слова сына словно музыка, этом отозвались в голове, а остатки разума завопили, но страсть и желание, заглушили вопли разума. — Это сперва больно. Ты уверен что хочешь? Я покажу тебе. Только осторожно, чтобы не причинить тебе боль. — его рука скользнул к члену сына, лаская тот и возбуждая до предела, чтобы расслабить его. От того, что отец трогал его член, тело далеко не расслаблялось, а на оборот напрягалось как струна, и внутри все бурлило и напрягалось. — Больно? — Словно переспросил Лонгвей, но после кивнул, — Да папа, я вытерплю боль, я хочу научиться, потом ведь я буду совсем взрослым да? — Скрытый намёк на то, что он тогда сможет спать с отцом всегда ну и с другими понравившимися если надоест отцу. — Да милый. Немного больно, с непривычки. И да, ты будешь совсем взрослый. — мужчина убрал руку с члена, сжав ягодицы и снова их помяв, пальцем нащупал колечко мышц, которое начал ласкать, слегка надавливая на него. Смахнув пальцем смазку с члена, снова начал ласкать вход и постепенно проникать внутрь, не сводя глаз с сына и проникая пальцем глубже, слегка двигая и разрабатывая девственную дырочку. Притянув сына к себе, снова поцеловал, все так же двигая пальцем в попке. Лонгвей как-то даже приподнялся, от не привычных ощущений и довольно не приятных, потому что отец забыл, что он не с парнем шлюшкой у которого очко с мяч под пинг-понг, а с пятнадцать лет ним сыном, которому минимум требуется огромное количество смазки даже на пальцах иначе его сухие мышцы болезненно трутся о кожу пальцев и как минимум постепенное микроскопические движения, ласкающие все тело и постепенный разогрев, с успокаивающим и расслабляющими словами. Которые могли бы расслабить парня, а сейчас он только сильнее зажмурился и напрягся, потому что даже проникновение одного пальца было для него много и больно, — Ай… — Тихо пропищал парень стараясь терпеть. Дракон то помнил с кем имеет дело, да не знал как учить то. Но почувствовав что что-то идет не так, приподнялся, доставал из тумбочки смазку. — Прости милый. Сейчас будет не так больно. — выдавив из тюбика смазку на руку, он нанес немного, Но достаточно ее на попку мальчика, смазывая колечко мышц, Так же нанес и растет по стволу своему, снова растирая колечко и массируя его, осторожно понемногу проникая пальцем, смазывая смазкой и скользя уже свободней. Второй рукой, снова притянул малыша, вовлекая в отвлекающий поцелуй и той же рукой лаская шейку, закрываясь в волосы, массируя кожу головы, в то время как рукой сжимал ягодицы в промежутках между ласками узкой дырочки и потирался своим членом о член сына. Несмотря на то, что поглаживания отца, не много отвлекали Лонгвей от ощущения в заднем проходе, это не особо помогло парню расслабиться, просто потому, что для первого раза не подходит поза наездника в которой сейчас находился его сын. Да, палец отца сейчас двигался свободней от смазки, но парень тяжело дышал, пока он не чувствовал как такового возбуждения. Просто не приятные ощущения в попке. Фейлону следует развернуть сына на спину. Но за него это сделал сам Лонгвей, — Папочка, давай я лягу на спину. — с придыханием проговорил блондин, руками скользя по красивому телу отца. Несомненно, то что у отца сейчас стоял член, парню нравилось и все же он стал возбуждаться. Не успел мужчина сам положить сына на кровать, что собирался сделать, как том сам попросил. — Да милый, конечно. — обняв малыша, он поднялся, заваливая паренька на спину и нависая над ним. — Ты такой красивый, такой нежный. Твоя кожа словно шелк. — шептал он на ушко, руками лаская тело своего чада и сходя с ума от ощущений прикосновения к этому нежному юному созданию. Поцеловав шейку, влажной дорожкой поцелуев, опустился к груди, захватывая губами бусинку соска и втягивая ее в рот, лаская языком. В это время поглаживая бока и животик, опустился к бедрам, приподнимая их укладывая себе на колени, касаясь членом о член мальчика и потираясь о него, слегка двигая, своими бедрами. Это довольно сильно возбудило Лонгвея и он выгнулся над постелью, создавая довольно большой прогиб в пояснице, упираясь затылком в постель. Его нежные щечки были сейчас красные от смущения, а глаза горели желанием. Его член полностью помещался в ладони отца, а ведь это не удивительно учитывая возраст парня.  — Ах папочка, ты делаешь мне так приятно. — Лонгвей сощурился от удовольствия, прикусывая свою губу.  — Я хочу стать взрослым, чтобы ты у меня был первым мужчиной, будь со мной нежен папочка. — Лонгвей вскинул руки и сжал покрывало над головой, изгибаясь. — Пожалуйста, ах возьми моё тело себе. — И где он только таких слов понабрался? Лаская нежное тело, Фей совсем забывался, было лишь желание сделать приятно обоим и овладеть этим юным созданием, дыхание замирало и сбивалось. Не прекращая ласкать кожу и губами переходя к другому соску, лаская его, зыком, рукой стал ласкать член сына, постепенно опускаясь к попке, поглаживая ее и смазывая смазкой, чтоб скользило легче. — Лонгвей. Чудо мое. Да мой хороший. — снова палец скользнул в дырочку, но задерживаться не стал, продолжая ласкать ствол, пальцами касаясь головки и второй рукой обильно смазав свой член, снова нанес смазки вокруг колечка мышц, постепенно проникая пальцем в попку, оглаживая и растягивая стенки, подготавливая, ведь спешить нельзя. Чем дольше отец тянул время, тем страшнее парню становилось. Но он боролся с этим страхом, который накатывал на него волнами. Возбуждение отталкивало его куда-то далеко, но страх возвращался и он поделился об этом с отцом, совсем шепотом. — Мне страшно. — Признался мальчик и в уголках его глаз выступили капельки слез. Но это всего лишь страх и не боль, потому что его попка была готова принять член отца, по крайней мере Лонгвей так думал. Пальцами он сжимал покрывало и тяжело дышал, не в силах оторвать взгляд от отца. Фей чувствовал страх мальчика, ведь когда-то и он боялся так же, но поспешить и причинить боль он не хотел. — Не бойся малыш, все хорошо. — прошептал он на ушко и ввел еще палец, скользя и раздвигая на манер ножниц, разрабатывая. Через время, он вынул пальцы и приставив головку члена к дырочке и слегка надавив, начиная проскальзывать. Чтоб отвлечь сына, склонился и поглаживая его бедра, слегка сжимая их пальцами, впился в губки. — Малыш мой. Люблю тебя. Пальцы мальчика побледнели, он настолько сильно сжал покрывало над своей головой, что кажется в пальчики совсем перестала поступать кровь, он соблазнительно и широко приоткрыл свой ротик, чтобы воздух лучше попадал в легкие. Он больше ничего не говорил и пытался расслабиться, будучи чертовски напряженным. Палка о двух концах. Его член снова стоял, а колечко мышц никак не могло расслабиться и сильно сжималось. Когда отец стал проникать в его тело, совсем чуть-чуть не спеша и медленно, Лонгвей сощурил один глаз от не приятного и болезненного ощущения и стал инстинктивно отползать от этого ощущения. — Шшш… Тише малыш. Тише… — шептал мужчина не желая делать резких движений и успокаивая мальчика, поглаживая бедра, переходя на бока и грудь, губами захватывая сосок, прикусывая его и чуть резче надавил, от чего голова скользнула внутрь, медленно скользя глубже, но дракон на время замер, давая привыкнуть и продолжая ласкать и целовать тело парня, рукой лаская и дразня его член. — Ай! — Вскрикнул парень и резко подался назад, ведь Фейлон не удосужился придержать парня за плечи, что бы тот не ерзал, хотя бы инстинктивно. Такое ощущение, что у отца это был первый мальчик девственник. По щекам парня покатились слезы, он начинал расстраиваться, что у них не получается, но он не хотел сдаваться. Может попробовать одеть презерватив, он увеличивает скольжение, хотя какой тут презерватив, уже не до этого. Член Лонгвей упал, а сердце колотилось как бешеное, прикосновения отца были возбуждающими и не понятными, тело затрясло. — Еще…еще раз па…папочка — прошептал парень, запястьем смахивая слезы, обхватывая после отца за шею, чтобы не скользить по постели, на этот раз он не отстраниться. Конечно первый девственник, по крайней мере он так думал, ибо привык более грубо овладевать теми, кто попадался ему в лапы, а тут не желал причинять боли и не знал как это сделать. — Тише, милый, тише. Все хорошо. — шептал он, целуя лицо мальчика и сцеловывая проступившие слезы и крепко его обняв. Он уже и сам был не уверен, стоит ли продолжать, но Лонгвей настаивал. — Хорошо милый, тише… — шептал, целуя шею и крепко обнимая одной рукой, ласкал тело и член, после опустив руку и снова вводя палец, скользя им внутри и вводя второй, так же скользя и вводя их полностью. — Расслабься, не сжимайся. — Ай, ахмм папочка, — прошептал Лонгвей, опустив свою руку, схватив отца за запястья, останавливая его пальцы и аккуратно вынимая из себя, — Я…я сам. — На придыхание произнес парень, так будет правильней, оказывается отец совсем не умеет обращаться с девственниками так, как это полагается, да в принципе он и не должен был. Чуть придвинувшись к телу отцу, Лонгвей нащупал член отца, отвел крайнюю плоть вниз, оголяя скользкую от смазки головку, направил в свою попу и надавил, утапливая внутри себя, но в этот раз при проникновении выдохнул, что расслабило мышцы, попривыкнув он продвинул член отца еще глубже в себя, до момента пока попка не уперлась в пальцы. — Ахммм. — Щеки снова вспыхнули и глаза снова стали мокрыми. Он убрал руку с члена отца и обнял того за шею, начав двигаться по принципу маятника используя шею и поясницу которую он обхватил ногами, как рычаг. Фей на мгновение замер, убрал руки обнимая сына, позволяя ему самому сделать это, ибо так было проще ему самому. — Да малыш… — проговорил он и тихо застонал, когда член стал проникать в узкую дырочку, благо смазки было столько, что скользить было не сложно, но мужчина позволил парню самому руководить процессом, чтобы свыкнуться с ощущениями. Через некоторое время, сам начал осторожно двигаться, перехватив одной рукой за бедро, медленно и не спеша, не проникая пока слишком глубоко, поцелуями покрывая лицо и шейку мальчика. Лонгвей не закрывал глаза, он в упор смотрел на своего отца и двигался, не спеша. Член отца он хорошо чувствовал в себе и нельзя было сказать, что Лонгвею нравилось это. Были противоречивые чувства к тому же очень болезненные, но этот момент нужно было переждать, перетерпеть и он перетерпел. Мышцы ануса парня расслабились, он стал более ровно дышать и уже мог принимать член отца глубоко внутри себя. Лонгвей спустил ноги на кровать и соблазнительно посмотрел на отца. Белоснежные волосы рассыпались по плечам, а его тело то и дело выгибалось, — Ах папочка, так хорошо ммм… Двигаться стало легче и член уже более свободно скользит внутри и дракон отпустив из объятий сына, поднялся, сев и приподнимая его бедра, положил ножки на плечи, укладывая ладони на ягодицы и толкаясь, сжимая их, массируя и поглаживая. — Ты мой мальчик. Моё чудо, мое сокровище. — шептал он, слегка ускоряя темп и резкость, переводы руку на грудь сына, поглаживая ее, опуская на живот и так же скользят ниже, поглаживая его вздрагивающий член. — Мой папочка — шептал парен изгибаясь столь сексуально, что у любого бы мужика поехала крыша, он так двигался, что перехватывало дух. Его тело было столь молодым, гибким он полностью насаживал себя на член своего отца до самых яичек, а отец в свое время столь грамотно попадал в простату, что парню хватило буквально нескольких глубоких движений внутри, чтобы Лонгвей кончил, так сильно сжав член отца внутри себя, что сам протяжно простонал. — Аааааааххххх… Ускорит движения и лаская парня руками, чувствовал, как член внутри узкого анала пульсирует, а вид извивающегося тела сводит с ума, Фей чуть резче задвигался и нескольких толчков хватило, чтобы парень застонал, кончая и сжимая внутри член отца так, что тот не выдержал напряжения и толкнувшись до упора, сам прогнулся назад, вздрогнув и кончая внутрь попки сына, опускаясь на него, опуская его ножки с плеч и обнимая, поцеловал шейку. — Мой милый… Сынок. Когда отец кончил внутрь! Черт его дери, нашел что делать в первый раз сына, взял и кончил в него, Лонгвей застонал, снова прогибаясь как месяц, — ААахахммм… — Парень тяжело задышал и попытался слезть с члена отца. Ему очень понравилось, это было не так как рукой ласкать себя, это было гораздо лучше и на эти ощущения подсаживаешься, Лонгвей раскраснелся, тяжело дыша. Но от того что отец в него кончил, он резко захотел в туалет. — Папочка. — зашептал парень. — Я хочу в туалет. Мужчина осторожно вышел из тела сына, обнимая того и расслабляясь. Да, сдержаться было сложно, да контроль улетучился вместе с разумом в момент оргазма, ведь по сути, он никогда не беспокоится о том, куда кончать, иначе б наверно и сына то не было таким сюрпризом. Улыбнувшись и поцеловав сына в лоб, Фей поднялся с кровати. — Да милый, Все что захочешь. — подняв мальчика на руки, понес в туалет, опустив только в нем самом и оставив того там, прикрыл двери. — Потом в душ. Если не против. — Только я сам. — Пропищал парень, сейчас жутко смущаясь, что отец отнес его в туалет. Когда дверь закрылась, Лонгвей сделал все свои дела. Зад горел, а что он хотел, первый анальный секс он такой, коварный. Ходить было не много больно, но терпимо. Лонгвей включил воду в душе и встал под воду, намыливаясь гелем, смывая с себя свою сперму и попытался вымыть из себя остатки спермы отца. Фей же, пока ждал сына из душа, подошел к окну и задумался о чем-то. Опасаться, что его увидят голым, не было резона, 80 этаж то. Надо бы тоже в душ, но сперва надо дождаться сына и только потом можно будет сходить и самому. Дракон тяжко вздохнул, качая головой и поднял взгляд на горизонт, за которым скрылась солнце. Такое ощущение, что Фейлон сожалел о том, что произошло и это испугало парня, который только что вышел из душа и застал отца как раз в тот момент когда он вздохнул и так загадочно посмотрел куда-то в даль. Лонгвей вдохнул и тихо стал одеваться. Он одел на себя новые джинсы и футболку и сидел, высушивал длинные волосы полотенцем, и только тогда привлек к себе внимание, — Ванна свободна папочка. Нет, Фей не сожалел о произошедшем, да он и не умел этого. Он обернулся на голос и улыбнулся сыну. — Ты уже? Быстро ты. Все хорошо малыш? — подошел и присев рядом улыбнулся, обняв сына и поцеловав его в висок. — Мое чудо. Мое сокровище. Как-то это не очень успокаивало Лонгвей, но он улыбнулся отцу.- Да пап, все хорошо, можешь идти в душ. — Он на секундочку прижался к отцу, — Пап, а можно мне погулять пойти? Фей улыбнулся и кивнул, поднимаясь. — Погулять? А ты не хочешь подождать меня и пойдем вместе? Я тебе хотел бы кое-что показать. М? — Показать? — Парень сразу взбодрился и кивнул, — Конечно пап, я тогда тебя подожду. — Вот и чудно. Тогда я сейчас, быстро. — потрепав сына по голове, дракон ушел в душ, включив воду и став под теплые струи, смывая пот и освежая тело гелем для душа. Закончив, вышел, обернувши бедра полотенцем и просушивая волосы другим. — Я пойду оденусь и буду ждать тебя в гостиной. Хорошо малыш? — Хорошо пап, я уже готов и буду в гостиной.- Лонгвей поднялся с постели, как только до шнуровал свои шнурки. Он вышел из своей спальни и перешёл в гостиную, сев на диван, стал болтать ногами, ожидая отца. Уйдя к себе в комнату, скинул полотенце на стул и достал белый с черным драконом чонсам. Одев его, расчесать волосы, забрав их в хвост и вышел направляясь в гостиную. — Готов, малыш? Идем. Есть одно место, где я люблю отдыхать. Надеюсь и тебе понравится. Идем, машина уже ждет.