Огни ночи

— Боже, как я устала вчера, — тяжело вздыхая, потягиваясь еще в теплой постели, сказала Маринетт. — Этот чувак у сцены просто доконал меня, — тут же ответила Тикки, накрываясь пледом по самые плечи. — А это была только суббота... Как думаешь, Хьюстон даст нам выходной на сегодня? — проводя руками по лицу, произнесла Дюпен-Чен, после чего решила встать с постели. — Если попросить, то возможно. Мы с тобой вчера на славу поработали, когда оттаскивали ту деваху от Джул, — красноволосая Тикки приняла сидячее положение и укуталась снова в плед. — Что же ей не понравилось вчера? Если тебе не нравятся заведения такого рода, то не ходи туда! Где, мать ее, ее логика?! — Ну... Я придерживаюсь теории, что логики нет нигде, — пожала плечами брюнетка, собирая высокий хвост, — но да ладно. Что будешь на завтрак? — Виски. — Блинчики и йогурт, я поняла, — улыбнувшись Маринетт отправилась на кухню. — Ты ж моя зайка, — плюхаясь на кровать Дюпен-Чен, улыбнулась Тикки.

***

      Позавтракав, девушки все-таки позвонили своему начальству, которое благополучно разрешило им не приходить сегодня на работу. Таким образом, Маринетт и Тикки были свободны в этот день. Но так как Тикки была натурой творческой, то она не могла просто сидеть на месте и ничего не делать. Ее яркие голубые глаза уже в скором времени изучали содержимое гардероба Дюпен-Чен. Пересмотрев все, что было в огромном шкафу, девушка тщательно искала необходимую обувь, а позже Маринетт уже сидела на стуле, а ее подруга разложила всевозможные палитры теней, помад, румян и блесков на туалетном столике. — Дорогая, сейчас только 2 часа дня, — начала было говорить Дюпен-Чен, но Тикки ее тут же перебила. — Я придумала офигенный образ для сегодняшнего вечера. Ты обязана пойти со мной на это наискучнейшее мероприятие, про которое я чуть не забыла, а иначе ты меня просто больше в жизни не увидишь, ибо я просто сдохну там от скуки! — резко наклонив голову Мари вперед, ответила Тикс, начиная создавать шедевральную прическу из шикарных волос подруги. — Я не виновата, что мой отец решил устроить какой-то там очередной аукцион, где я должна присутствовать. Так что то, что ты знаешь меня, можно считать как бы проклятьем. Но терпи, — усмехнулась красноволосая. — Я как бы ничего против этого всего не имею, но просто сейчас только 2 часа дня, а начало в 19:30. Тебе не кажется, что сейчас слишком рано для сборов? — разгребая копну волос перед лицом, отплевываясь от прядей, задала вопрос Мари. — Зная меня, ты должна помнить, что я могу в один момент все взять и начать к чертям переделывать. Так что сиди и не рыпайся. — Как скажешь... — обреченно выдохнула темноволосая. — А напомни мне, зачем твое присутствие там? — Как будто я знаю... Отец сказал, что должна там быть, а отказать ему я как бы и не могу, так как мы и так с ним редко видимся, а тут он сам меня зовет... — Ну, посмотрим, что из этого выйдет, — улыбнулась Мари.

***

      Как и предполагалось, Тикки сто раз меняла свои решения. Но все же они с Дюпен-Чен были готовы вовремя. Машина ждала девушек внизу. — И последний штрих, — сказала Тикки, застегивая на Дюпен-Чен серебряную цепочку с небольшим изумрудом на ней. — Идеально! — И как долго мы должны будем там присутствовать? — уже оказавшись в машине, поинтересовалась Маринетт. — Часов до 10. Где-то в такое время. — Ясно. Там будет выпивка? — Куда ж без нее? — Тогда все в норме.

***

      Машина остановилась напротив входа в шикарное здания, находившееся в одном из самых престижных районах города. Частенько это здание использовали для различных закрытых мероприятий. Эти торги были одной из таких типичных встреч. Услужливые швейцары открыли автомобильную дверь, девушки покинули салон и проследовали прямиком к парадной лестнице. Вокруг было много людей, которые выглядели достаточно престижно. Мужчины в дорогущих костюмах, рядом с ними дамы в роскошных платьях, с тонной косметики на лице и серьгах длиною до самого пола. — Не переживай, ты прекрасна, — заметив то, как смотрит на все происходящее подруга, Тикки сразу поспешила ее приободрить. — Это темно-серое платье и каблуки тебе безумно идут. — Спасибо, дорогая, но я не особо так и парюсь на счет этих богатеев. Просто, если честно, я не понимаю всю эту вычурность. Ну у тебя миллион, два, три, ну и все, живи с ними. Можешь вложить куда-то, положить в банк, как бы в чем проблема? Можно, конечно, закупаться одеждой, но делать из сеьч ёлку на Рождество, украшенную всесим блестящими и прикольными предметами?.. Это уже слишком, на мой взгляд. — Хоть это радует, — улыбнулась аловолосая. — Мой отец должен быть где-то здесь, го его поищем? — Вперед! Подруги довольно-таки быстро нашли мужчину лет 50, с карими глазами, небольшими морщинами на лице, но с сияющей улыбкой. — А вот и ты, — обнимая дочь, радостно сказал Тиль, отец Тикки. — Рад встречи, Маринетт, — он сделал небольшой поклон. — Взаимно, — кивнула в ответ девушка. — Торги начнутся через час, так что вы можете пообщаться с гостями, — проинформировал Тиль девушек. После он обратился к Дюпен-Чен: — Позволь мне украсть Тикки на несколько минут. — Да, конечно. Если что я буду в картинном зале, — после этих слов Мари покинула гостиную, где собирался народ.       Скользя по натертому воском паркету, Дюпен-Чен взяла с подноса официанта бокал белого вина и отправилась к лестнице, ведущей на второй этаж, где был отведен отдельный зал для картин. Дюпен-Чен уже бывала в этом доме, посещая выставку молодого дарования с Альей. Так что она уже знала почти обо всех комнатах этого дивного дворца. Оказавшись в необходимом ей зале, девушка остановилась перед центральной картиной*, сложила руки на груди и сделала небольшой глоток вина. Она тщательно рассматривала силуэт изображенной на холсте девушки. Та женщина казалась очень сильной, ее взгляд мог бросить в дрожь всякого, кто осмелится ей противоречить. Но в то же время ее черты лица были достаточно мягкими. Немного приподнятые уголки рта придавали ей нотку доброты, заботы, нежности... Роскошное красное платье в пол делало ее очень страстной натурой, а сочетание с белокурыми волосами просто изначально уже завораживала. — Юнеций Аль'Макер "Завороженная", — послышался чей-то мужской голос позади девушки, на что она моментально обернулась. — Разбираетесь в искусстве? — глядя на нарушителя одиночества девушки, Дюпен-Чен решила завязать небольшой диалог с незнакомцем. — Немного, — он отпил темную жидкость из своего бокала, подходя ближе к картине и Дюпен-Чен. — А Вы? — Восхищаюсь работами Ван Гога, — девушка сделала глоток вина. — Он не плох, согласен, — последовал небольшой почтительный кивок со стороны парня. — Кстати, — опомнился тот, — забыл представиться, Плагг. Новый знакомый был весьма высокого роста, с ровной спиной, высоко держащий голову. Он был одет в классический чёрный костюм, лакированные туфли аналогичного цвета. Его чёрные вылосы не были так идеальны, как весь его образ. Они не были залакированы, не были покрыты каким-либо гелем, крепко на крепко фиксирующим чёрные пряди. Волосы естественно лежали на голове, а небольшая чекла, которая, видимо, мешалась, так как парень все время её поправлял, спадала на лоб, немного прикрывая темно-зеленые глаза. На виске Мари успела заметить небольшой шрамик, рядом с которым была россыпь из нескольких мелких родинок — Очень приятно, Маринетт, — они пожали руки. — Я гляжу, вы уже познакомились? — Тикки неожиданно появилась в комнате. — Плагг, моя подруга Маринетт. Маринетт, мой очень близкий друг Плагг. — Так вот как выглядит известный Плагг, — улыбнулась Дюпен-Чен, заставляя парня несколько смутиться. — Рада наконец-то познакомиться с тобой. Очень наслышана о тебе. — Взаимно, — он улыбнулся. — Окей, народ, — подала голос Тикс, — пойдемте вниз? Скоро начнут подавать закуски, а то я что-то очень проголодалась. — Ты как всегда, — усмехнулся черноволосый парень. — А это при условии, что ты еще ела до выхода, — добавила Мари, переглянувшись с новым знакомым. — А что поделаешь? Это же я! Так что любите меня такой, какая я есть, — пожала плечами Тикс, после чего все трое рассмеялись и отправились вниз.