О любви и дружбе

      Эдди знает, что встречаться с Ричи - совершенно дурацкая, заранее обречённая на провал идея. Потому что если мама узнает об этом, она либо убьёт Ричи, либо увезёт Эдди настолько далеко от Дерри, насколько это вообще возможно, скорее всего, предварительно всё равно отправив Ричи на тот свет. К тому же, в их маленьком городке гомофобия - это не мнение определённой группы людей, а образ жизни всего общества. Эдди бросает в холодный пот при одной мысли о том, что хулиганы узнают об изменившемся статусе их с Ричи отношений.       В общем, Эдди всё понимает, но это не мешает ему сидеть после школы в комнате Ричи у него на коленях и самозабвенно целоваться с ним до сбитого дыхания и припухших губ, до того момента, когда им приходится остановиться для того, чтобы перевести дух. У Тозиера, как и у самого Каспбрака, после этого абсолютно непристойный вид: красный, воспалённый рот, потерявший всякую фокусировку взгляд, растрёпанные кудри, румянец на щеках. Эдди думает, что по одному их виду совершенно очевидно, чем они тут занимались.       - Ты же понимаешь, что так больше не может продолжаться? - говорит Эдди, прижимаясь лицом к плечу Ричи.       - Боже, наконец-то и ты это почувствовал. А то я уже было подумал, что мне придётся ходить с синими яйцами вечно, - Ричи облегчённо выдыхает.       - Стой... Что? Ты о чём вообще... Блин! - вскрикивает Эдди и заливается краской ещё больше. - Я совершенно не об этом! Даже как раз о противоположном. Ты такой извращенец, Ричи!       - Эмм, что? Вообще-то это ты сидишь у меня на коленях и издаёшь безумно эротичные мяукающие звуки в то время, как пытаешься высосать мою душу через рот. Извини уж, что не могу остаться равнодушным. И не твоя ли эта эрекция тычется сейчас в мой живот?       - Блять, Ричи! Между прочим, я буквально жопой чувствую твой стояк. Но речь не об этом. Нам надо поговорить о...       - А это не может подождать? - перебивает его Ричи. - Раз уж мы оба согласились с этим, может уже поможем друг другу и кончим, наконец, не по отдельности?       - Нет, Ричи, ты неправильно понял, я... - Эдди сбивается из-за губ Ричи на своей шее. - Блять, ты совсем мне не помогаешь!       Эдди пытается встать с колен Ричи, но тот крепко его держит и продолжает ласкать особенно чувствительное местечко на шее. Все мысли мигом куда-то улетучиваются, и когда Ричи, увлёкшись, прикусывает разгорячённую поцелуями кожу, Эдди давится стоном и тянет его за волосы, заставляя задрать голову, и впивается страстным поцелуем в желанный рот. Ричи отвечает не менее жадно и впервые за всё время обхватывает руками задницу Эдди. Каспбрак потрясённо стонет и неверяще смотрит на Тозиера. Тот не теряется и вновь припадает к его губам, продолжая стискивать и гладить его задницу. Ощущение чужого языка во рту вместе с ласканием ягодиц заводит Эдди настолько, что он непроизвольно начинает тереться стояком о впалый живот Ричи. Ему не нравится трение о ткань, и он заставляет Ричи снять футболку, тут же стягивая и свою. Тот отвечает на это довольным стоном и тянется рукой к их шортам.       Ничего уже не соображающий Эдди приподнимается, предоставляя парню лучший доступ, и помогает Ричи стянуть их шорты с трусами. Тозиер сразу тянет Эдди обратно к себе, и ощущение от прикосновения кожи к коже настолько интенсивно, что у Каспбрака белеет перед глазами. Тем временем Ричи заваливает их на кровать, укладывая их лицом друг к другу, и обхватывает оба члена своими невозможно прекрасными и охуенно длинными пальцами. Эдди хватается одной рукой за его шею, а другой тянет его лицо к своему, впиваясь в приоткрытый рот очередным поцелуем. Ричи размазывает общую смазку по стоякам и начинает двигать руками. Впрочем, длится это недолго. Они слишком разгорячены предыдущими поцелуями, и не проходит и минуты, прежде чем они изливаются на животы друг друга, покрывало и руки Ричи.       После, опустошённые первым оргазмом, разделённым с другим человеком, они лежат, целуясь и прижимаясь друг к другу. Эдди даже плевать, что между ними липко и скользко. Однако, хватает его ненадолго. Жар возбуждения уходит, уступая место холоду, и он зябко ёжится. Ричи понятливо достаёт из тумбочки влажные салфетки, вытирается сам и помогает вытереться Эдди, подаёт ему одежду, одевается сам, находит и надевает свои очки, стягивает покрывало с кровати и бросает его в корзину с грязным бельём. При этом всём у Ричи настолько самодовольный вид, что Эдди почти смешно. Он заканчивает одеваться и неловко мнётся у незаправленной теперь постели, на которую, впрочем, тут же усаживается Ричи. Он притягивает Эдди к себе, словно чувствуя его смущение. Ричи устраивает Эдди у себя на коленях, обнимает его и говорит:       - Так что же ты хотел обсудить? Хотя, можешь не говорить. Ибо что-то мне подсказывает, что это мне совсем не понравится, а сейчас мне слишком охуенно, чтобы портить себе настроение. С другой стороны, если ты сейчас не выскажешься, всё может стать ещё хуже, ведь ты будешь нервничать, загоняться и определённо придёшь к неправильным выводам. Что ж, ничего другого не остаётся: говори, что хотел.       - Эмм, Ричи... Как я уже говорил, ты же понимаешь, что так больше не может продолжаться?       - Можно конкретнее? - у Ричи непривычно серьёзный вид.       - Ты и я... Всё слишком запуталось... Моя мама убьёт тебя, если узнает. Хулиганы убьют нас, если узнают. Наш клуб отвернётся от нас, если узнает... Нам нужно прекратить всё это, пока не стало слишком поздно, - противореча своим словам, Эдди прижимается к Ричи сильнее. - Я знаю, нам будет сложно после того, что сейчас и до этого было... Но другого пути ведь нет? Я уже не знаю, Ричи... Что нам делать?       - Эй, Эдди, успокойся, ты что? Всё будет хорошо. Мы что-нибудь придумаем. И нам не обязательно прекращать встречаться. Наоборот, нам необходимо продолжать это делать. Потому что это единственное, что делает мою жизнь сносной, точнее, охуенной и замечательной. Ты ведь тоже это чувствуешь. Так почему же мы должны прекращать то, что делает нам обоим хорошо, из-за простого страха быть пойманными? Мы просто будем осторожными. Никто не узнает. Папа вечно на работе, а мама постоянно куда-то уходит и, даже находясь дома, никогда ко мне не заходит. К тому же, мне кажется, ты преувеличиваешь опасность. Ладно, твоя мамаша без сомнения убьёт меня, как только узнает, но в остальном всё не так плохо. Наши хулиганы слишком тупые, чтобы что-то заподозрить. Разве что мы будем сосаться у них на глазах. А клуб неудачников... Ну, мне кажется, что наши друзья гораздо более терпимые и наблюдательные, чем ты думаешь. Мне даже показалось, что Беверли сегодня понимающе ухмыльнулась, когда ты сказал, что пойдёшь сегодня ко мне учить уроки, - Ричи зажимает рот вскинувшемуся от этих слов Эдди и продолжает. - А если Бев что-то знает, уверен, и Билл с Беном в курсе. Майка вообще сложно назвать хоть в чём-нибудь нетолерантным. А Стэн никогда не лезет не в своё дело. Так что расслабь булки, Эдс, и наслаждайся жизнью.       - Но ведь не может всё быть так просто, как ты говоришь. И Беверли не может ничего знать. И с чего ты взял, что остальным будет всё равно? И я ведь тысячу раз просил тебя не называть меня Эдсом!       - Перестань параноить, Эдс. Давай решать проблемы по мере их поступления. И я правда думаю, что мы сможем сохранить всё в тайне. Так что повторюсь: расслабь булки и наслаждайся жизнью. И давай всё-таки приступим уже к домашке.       Эдди хочет что-то возразить, но потом думает, что в словах Ричи есть свой резон, да и мысль о том, чтобы просто наслаждаться тем, что у них происходит, слишком привлекательна, чтобы от неё просто так отмахнуться. К тому же, зачастую даже самые сомнительные планы Ричи увенчивались успехом, а у него и вправду есть склонность всё драматизировать. Успокоив себя такими мыслями, Эдди кивает Ричи, встаёт с его колен, напоследок ещё раз поцеловав всё ещё красные губы, и идёт к столу с их домашними заданиями.