Академия шоколадных искусств

Возле входа в Академию столпился народ, а именно будущие студенты. Парадные двери, несмотря на то, что были достаточно широкими, вместить такое количество желающих могли только по очереди, а не всех сразу. Но люди либо бестолковые, либо с умственными отклонениями, что в принципе одно и то же, совершенно не желали понять этого, и не переставали ломиться. Я немного попятилась назад, а затем, разругавшись какие-то двое парней, начали сильно толкаться, и в итоге вся эта толкотня закончилась тем, что народ чуть ли не кубарем влетел в помещение. Я быстро юркнула следом, оглядывая недовольных парней и девушек пострадавших от давки в дверях. Благо меня пронесло. Главный холл Академии удивил своим необычным дизайном, высокими потолками, и резными арками. Под словом «необычным» я имела в виду наличии пушистых, красных ковров в коридоре, с золотой тесьмой по краям и вышивкой с фамилией ее создателя. Большие, хрустальные люстры висели буквально на каждом шагу, причем они крепились на толстых плетеных цепях. В коридорах практически везде располагались белые диванчики, рассчитанные примерно на четырех человек, а в самом холле висели во всю стену зеркала, и справа от зеркал доска расписания занятий для студентов. Стены повсюду были разрисованы в рисунки разных сладостей и самыми забавными мне показались круглые леденцы на палочках почти во всю стену коридора. Действительно, пожалуй, это самая необычная Академия из всех, которые я знаю, и даже если не знаю, то все равно самая необычная. – Ну и что встали?! – недовольный вопль того самого блондина, который протолкнул застопорившийся народ внутрь донесся до моих ушей, да и не только до моих. – А что ты предлагаешь? – невзрачная девушка в очках взглянула на него с умным видом. – Предлагаю пойти в приемную комиссию, – сообщил тот. – Не думаю, что нас всех разом туда пустят, – ответила девушка в очках, и я была с ней полностью согласна. Нужно было создать какую-то очередь для прохождения в приемную комиссию, не ломиться же всем стадом. – Тогда я пойду первый, – на это заявление раздались недовольные возгласы со стороны ребят. – С чего это? Я вот пришла раньше тебя, почему ты должен идти первый? – и возмущение народа было понятно, потому что первым хотел идти каждый, и это было бы нечестно. Сейчас завязалась бы целая драка, если бы в один момент дверь с табличкой «Приемная комиссия» не приоткрылась, и оттуда украдкой не выглянул бы человек. Я бы даже сказала очень маленький человек. Настолько маленький, что если уж мой рост был для меня тем самым комплексом неполноценности, то для него это и вовсе целая катастрофа. Мужчина оглядел скопившуюся толпу и тихо произнес: – Господа, видите вон тот стеклянный шар? – все сразу же на автомате обернулись в поисках шара. – Вынимаете бумажку с номером и по очереди, следуя нумерации, проходите к нам. Больше мужчина, ничего не сказав, также тихо скрылся за дверью комиссии. Видимо это один из преподавателей, а может быть даже и выше должностью, кто знает. Толпа резко ринулась к шару, протягивая руки внутрь доставая бумажки, кому как повезет. Я еле-еле смогла протиснуться к заветному шару и вытащила бумажку с номером десять. Что ж, не плохо, хотя бы не последняя. А вот той самой девушке в очках повезло, казалось бы, меньше всех, ведь число ей досталось двести первое, а это значило, что только двухсотой она заявится в приемную комиссию. Тут уже было всем плевать, первый ты пришел в Академию или же нет. Время летело достаточно быстро и где-то приблизительно через полчаса, пришла моя очередь, заходить в кабинет, и я никак не могла унять внутреннюю дрожь. За все это время я видела, как люди выходят за дверь с немного ошарашенными лицами и проходят в соседнюю комнату. Что такого им там показывают и рассказывают, что они прибывают в таком видимом шоке? Для меня это пока что остается загадкой. Я встала с белого мягкого диванчика и, прикрыв глаза, глубоко вздохнула, набираясь смелости и не дожидаясь, пока дверь закроется, взяла за ручку и потянула на себя. Первое впечатление, которое я испытала, зайдя внутрь это удивление. Напротив меня возле большого окна стоял длинный, овальный стол из темного дерева, а за ним восседало трое мужчин. Одинаковых мужчин. В прямом смысле этого слова. Они были похожи друг на друга, словно братья близнецы. Сначала я подумала, что у меня троится в глазах, но когда зажмурила глаза и хорошенько тряхнула головой, поняла, что глубоко ошибалась. Мужчины были самые что ни на есть настоящие и никаким зрительным глюком не были, к счастью это, или, к сожалению, я еще сообразить не успела. – С вами все в порядке, девушка? – один из них сидевший посередине в сером деловом костюме взволнованно спросил. – Ну…более чем, – выдавила я из себя. – Отлично, тогда присаживайтесь, – он указал на стул с высокой спинкой стоящий прямо возле стола приемной комиссии. – У нас к вам есть несколько вопросов. Я молча прошла и напротив троих, похожих друг на друга как две нет…даже как три капли воды. – Для начала представьтесь и скажите из какого вы города? – сухо спросил мужчина сидящий слева. – Микаэла Флорес. Мне девятнадцать лет, приехала из Лондона, – мой голос немного дрожал, когда я смотрела, как тот же самый мужчина слева разглядывает принесенные мною документы. –Скажите, мисс Флорес, вы с самого начала думали поступать сюда или были какие-то еще варианты? – произнес мужчина уже справа. – Да, были другие варианты, но потом я подумала, что эта Академия лучший вариант для меня, – слукавила я. Мужчины по очереди передавали друг другу на рассмотрение мои документы, а затем тот, что посередине задумчивым тоном произнес: – У вас были хорошие оценки в школе, вы уверены, что сможете без всяких проблем поступить сюда и сдать экзамен на отлично? Учтите, что выбирать факультет вы не имеете права, поэтому куда вы попадете, зависит от вашего балла вступительного экзамена, – я прекрасно понимала, о чем говорит член комиссии потому как ознакомилась с такими правилами еще полтора месяца назад, и молча, кивнула. – Отбор студентов в нашей Академии очень строг. А отчисление студентов тут дело обычное, и не нам решать, кого брать, а кого отсеивать. Даже ваши тесты экзамена проверяет не наш состав, а занимается этим вопросом непосредственно ректор данной Академии. Так что мы, судя по вашим оценкам в старшей школе, допускаем вас до экзамена мисс Флорес и желаем удачи. Надеюсь, вы нас не подведете и не заставите усомниться в выборе, – мужчина мягко улыбнулся и записал мое имя в какой-то свой список. – Проходите в соседнюю аудиторию мисс Флорес, вещи сдайте, пожалуйста, смотрителям, на экзамен не допускается приходить с вещами. – Но у меня ручка… – Вам все выдадут, не волнуйтесь, – я еще раз кивнула и вышла за дверь. А вот про общежитие я совсем забыла расспросить этих странных личностей. Но мне вдруг вспомнилась еще одна не менее странная личность, с которой я столкнулась буквально недавно на улице, и ведь про ручку он сказал совершенно точно, она не понадобиться. Странный тип, может быть один из преподавателей? Буду надеяться, что нет. В соседней аудитории уже сидели за отдельными партами две девушки и один парень. Стало страшно в тот момент, когда я обратила внимание, на тех самых смотрителей, которые опять были похожи друг на друга точь в точь. Маленький рост, одна и та же внешность. Кто это такие? Инопланетяне что ли? Какие-то лилипуты поголовно были похожи друг на друга, как и мужчины в приемной комиссии. Я точно не успела сегодня что-то не то съесть? А то уже страшно становится, честное слово. – Сдаем вещи, – ко мне подошел один из лилипутов, и протянул руки, забирая тетрадь и ручку, взамен выдавая леденец со стержнем вместо палочки. Вот это да! Даже тут сладости не обошли стороной. Я обратила внимание на светлую, просторную аудиторию с красными партами и надписью на них, как и на коврах в коридорах – «Wonka». А ковры, кстати, тут тоже имелись пушистые, правда белые и с разноцветными кругами. Широкие, и по размерам достаточно высокие окна, украшали пышные шторы нежного оттенка. Да тут даже лучше чем у меня дома, даже слов нет, одни эмоции. Ощущение, будто находишься в дорогой гостинице, а не в Академии. Смотритель усадил меня за одну из парт, где мгновенно отодвинулась столешница, и появилось электронное табло с вопросами, словно экран маленького телевизора. Обалдеть! Я восхищенно взирала, на чудо-парту и не могла поверить своим глазам. Где я вообще нахожусь? Одинаковые люди, новомодные парты, которые я никогда в жизни своей не видела! Может быть, я сплю? Но ущипнув себя, снова поняла, что ошибаюсь. – Желаю удачи, – дежурно проговорил лилипут, и отошел к стене, не спуская с меня глаз. Та-а-к, а вот это меня будет порядком угнетать. Но видимо, это и есть задача смотрителя не сводить глаз со студента. Ну что ж, потерпим. Полтора часа пролетели для меня незаметно. Я внимательно вчитывалась в вопросы и мои знания, которые я смогла накопить за лето, помогали мне выбирать правильные ответы. Шестьдесят вопросов давали о себе знать и через час голова уже гудела и кружилась, а глаза устали пялиться в табло прочитывая каждый вопросик. Смотритель отлично выполнял свою работу и только действовал на нервы своим пронзительными взглядом. И даже порою не давал собраться с мыслями, нагло сбивая с толку. Но эти шестьдесят вопросов кошмара я смогла преодолеть и, подозвав к себе смотрителя, сообщила, что закончила. Наконец-то мне отдали мои вещи и сказали подождать на белом диванчике в коридоре, что я собственно и сделала, бросая сочувственный взгляд на тех, кто только-только заходит писать экзамен. Когда будут известны результаты, меня никто не оповестил и вряд ли собирался это сделать, поэтому оставалось только терпеливо ждать и надеяться на лучшее. И мои надежды даром не прошли, потому что через полчаса из двери приемной комиссии высунулся мужчина все тот же в сером костюме и, оглядев коридор, взглядом остановился на мне. – Мисс Флорес, пройдите, пожалуйста, в кабинет, – сердце бешено застучало, когда я услышала эту фразу, но покорно поднялась с диванчика и проследовала за ним. – Микаэла, вы готовились к экзамену? – еще сильнее застучало. – Да…конечно готовилась, – я позорно запнулась. – Мисс Флорес, вы показали потрясающие результаты, шестьдесят из шестидесяти правильных ответов. Даже и не припомню, когда последний раз были такие результаты, – восхитился мужчина, сидящий посередине. – По разрешению ректора Академии вам дан исключительный шанс, выбрать факультет, на который бы вы хотели попасть, есть пожелание относительно этого? – Я…я хочу на тот где, самый высокий балл, – черт забыла название. Но мужчина видимо меня прекрасно понял. – Вы уверены? – Абсолютно, – и это было мое последнее слово. Какую радость я испытывала в этот момент не передать словами. Я поступила! Хотелось прыгать от радости на месте, но не при членах приемной комиссии. – Держите, – он протянул мне пластиковую карту. – Это пропуск в общежитие Академии. Пройдете прямо по коридору, и приложите карточку к белым дверям, пропуск должен сработать. Всего доброго, мисс Флорес. Я вышла из кабинета с довольным лицом, и мое настроение было выше некуда и практически залетало за максимальную планку. Давненько я так не радовалась чему-то. Вообще-то меня немного удивило разрешение ректора о выборе факультета, и я никак не могла понять, а где собственно сам ректор? Некий Вильям Вонка не появился ни на экзамене, и даже не сидел в составе комиссии. Когда он тогда успел проверить мой тест? Хотя тут люди похожи друг на друга, в столешницы встроены телевизоры, о чем я говорю?! Видимо ректор не только кондитер, но еще и телепат какой-нибудь, если не хуже, а может быть и вовсе невидимый кто знает, что еще таится в этих стенах. В коридорах многие ждали своих результатов, кто-то нервно кусал губы, а кто-то просто спокойно сидел, не обращая внимания ни на что. Видимо были уверены в своих результатах, так же как и я. Но слова члена комиссии о том, что таких блестящих результатов давно не было, мне непременно льстили. Перед тем как пойти в общежитие я решила сходить на съемную комнату и забрать свой чемодан с вещами. Благо идти было не далеко, я быстренько сходила за своей ношей и на порог Академии заходила уже с багажом и по направлению к общежитию. Многие ребята все еще ждали своих результатов, восседая на диванчиках, и чуть ли не засыпали на ходу. А некоторые выходили с радостными лицами из той заветной комнаты, но увы не все. Сколько, однако, желающих поступить в Академию Вонки. Неужели все такие заядлые сладкоежки? Белые двери я нашла не сразу, а все потому что, оказывается, нужно было не только пройти в конец коридора, но и подняться по лестнице на один этаж. На карточке было указано мое имя с фамилией и номер комнаты четыреста первый. Как я поняла, моя комната располагалась на восьмом этаже общежития, поэтому чтобы туда добраться мне пришлось вызвать лифт, который тоже имелся и, слава богу, работал, иначе подниматься на восьмой этаж было бы тяжко особенно с чемоданом. По приезде на нужный этаж, я отыскала свою комнату в самом углу коридора, и дверь на удивление оказалась не заперта. На большой тумбочке в небольшой прихожей лежало два ключика видимо один для меня, а второй для моей соседки, которая еще не пришла. Честно сказать на этот счет я переживала не меньше, ведь соседка по комнате это тоже очень важный вопрос на мой взгляд. И жить с какой-нибудь неряшкой или более того невоспитанной грубиянкой не очень то и хотелось, поэтому я молилась чтобы и здесь все прошло гладко. А пока соседки не было, мне предстала возможность осмотреть комнату, в которой придется проживать довольно долгое время. Две односпальные кровати стояли по разные стороны и были сверху накрыты вишневого цвета пледами. Две тумбочки стояли рядом с кроватями, два шкафа и два письменных стола со светильниками и разными на то принадлежностями в виде ручек, карандашей и так далее. Имелась даже собственная ванная в комнате, и это был огромный, преогромный плюс. Пушистые ковры застелили пол такие же, как и в коридорах, и шторы были не хуже тех, которые я видела в аудитории. Воспользовавшись отсутствием соседки, я выбрала кровать у окошка. На кроватях лежали какие-то аккуратно сложенные вещи, но их я разглядеть не успела, потому что дверь резко распахнулась, впуская внутрь девушку. Брюнетка с короткой стрижкой выше плеч, темно-карие глаза и пушистые ресницы. Ростом повыше меня будет, несмотря на мою обувь. Она втащила за собой два чемодана, и плюхнула их, с размаху на пол, тяжело дыша. Неужели лифт уже сломался? – Привет! – девушка при виде меня разом забыла про усталость. – Я Мирта! – Мика, Микаэла, очень приятно, – протянула руку. Она с радостью ее пожала и продолжала приветливо улыбаться глядя на меня. – Ты такая чудная, Мика! Наблюдала за тобой еще перед экзаменом. Почему у тебя волосы белые, покрасила? – но кто из нас был чудной это еще надо подумать. – Нет, с рождения поседела, – Мирта подлетела ко мне ближе и с неподдельным интересом принялась разглядывать и перебирать мои волосы. – Ух ты! Как здорово! Такие гладкие и белые-белые! – глаза девушки засияли, а я с испугу попятилась назад и ушиблась ногой о тумбочку, с которой тотчас слетел листок. Мирта вырвала его у меня из рук и заверещала: – Наше расписание положили! Ого, в понедельник столько лекций, просто ужас! Я взяла второй листок с ее тумбочки и обратила внимание, что практически под каждой дисциплиной стоит фамилия Вонка, и только на некоторых подписаны совершенно другие. – Почему везде написано Вонка? Он что решил своей фамилией исписать всю Академию? – буркнула я, разглядывая название предметов. – Так на нашем факультете с высоким баллом почти все предметы ведет ректор, ты не знала? – я ошарашено посмотрела на нее и отрицательно качнула головой. Вот это была самая плохая новость за сегодня. – О-о-о, подруга, многое же мне придется тебе рассказать, – она села рядом на кровать и похлопала меня по плечу. – У меня тут старшая сестра учится уже на третьем курсе, так вот она панически боится Вонку, но говорит, что преподает он отменно, и к этому не придерешься, – еще одна плохая новость. А вот с этого места можно по подробней…