Академия шоколадных искусств

POV Вильям Вонка Сказать, что я удивлен, значит не сказать ничего. За последние пять минут, что творилось в моем кабинете, я готов был назвать себя сумасшедшим. Если когда-то пару месяцев назад ко мне подошли бы и сказали, что я буду целовать свою студентку, я бы непременно это назвал полным абсурдом. Но сейчас глядя перед собой в испуганные глаза девушки, я понимаю, что тот, кто рассказал бы мне это, никак не мог солгать. Она забилась в самый угол будто птица в клетке и я боялся того, что навожу на нее страх. Вполне возможно, что свою строгость нужно опустить пониже, ведь своим поведением я только вынуждаю студентку бояться меня еще больше. Но я не мог этого сделать. Я привык, что меня боятся студенты, поскольку это необходимо для поддержания статуса как ректора и более того это помогает студентам расставить приоритеты в стенах академии и четко осознавать с кем они имеют дело. Такое же впечатление о себе еще в начале года я упорно пытался донести и до мисс Флорес. Эта девушка никогда меня не боялась. Просто еще до конца не осознавала то, что делает. С самой первой встречи она нахамила мне, назвала маразматиком и заставила преподавать ей лично внеурочное время. Тогда мне хотелось растоптать своим натиском такое хамство, и я делал все возможное лишь бы удовлетворить свое внутреннее «я», но в конечном итоге растоптал самого себя. Студентка словно оборачивала мои планы против меня самого, и даже не догадывалась об этом. Теперь я с точностью могу сказать, что впервые за все свое время жизни застрял в тупике. Не знал, как поступить дальше и как оправдать свое переменчивое настроение и свои необдуманные действия. Но на этом как оказалось, сюрпризы не закончились… – Так значит, это вы тот самый вор, которого я искал на протяжении нескольких месяцев? – мысли о поцелуе отошли на второй план и я пытался как можно увереннее смотреть в небесные глаза. – Мистер Вонка, это вышло случайно… – Ну конечно, еще скажите, что без ваших друзей здесь не обошлось, так ведь? – я прищурился, глядя на мисс Флорес и наблюдя, как выражение лица ее лица постепенно меняется. – Нет, мои друзья здесь не причем… – Мисс Флорес я не идиот, чтобы выставлять меня таковым, – в моем голосе промелькнула злость, хоть я и не хотел ее показывать. – Мистер Хэйг брат вашей соседки изначально изъявил желание поступить на факультет телевизионных коммуникаций. Но как видите, поступил вместе со своей сестрой. Вы догадываетесь, к чему я клоню? Не дождавшись никакой реакции, я снова продолжил: – Мы оба с вами знаем, кто помог вам сбить с толку мою систему видеонаблюдения, – снова молчание с ее стороны и кажется, я попал в точку. – Если это удалось сделать обычному студенту, то не такая уж и сложная ваша система, – немного собравшись, девушка, перестала жаться к двери и уже более уверенным тоном упрекнула меня в том, что мои познания скудны, раз студенты умудряются меня одурачить. – Садитесь, – стальной тон заставил мисс Флорес опуститься кресло. – Подписывайте. Я взял один из чистых бланков приказа на отчисления и подал ей на подпись. Студентка видимо не догадывалась, что она подписывает и, поставив свой росчерк, протянула назад. Следом за этим рядом я поставил свою роспись и сверху печать академии. Осталось заполнить только графу с именем студента, которого отчисляют и на этом я отложил бумагу в сторону. – Это приказ на отчисление, – пояснил я мисс Флорес, заметив ее вопросительный взор. – Еще одна оплошность с вашей стороны и шутки закончатся. Тем более вы добровольно подписали. Так что советую вам больше не ввязываться в неприятности, вы же не думаете, что мои шансы бесконечны? У вас есть последняя попытка, воспользуйтесь ей мудро и не подставляйте себя в очередной раз. С невозмутимым видом мисс Флорес гордо встала, и также гордо покинула мой кабинет, не обронив ни слова. В принципе я ожидал такой реакции. Ну что же, пускай ей это будет своего рода мотивацией, чтобы влипать в неприятности не переходило в ее хобби… POV Микаэла Флорес Я мчалась по коридорам как фурия и, слава богу, в этот момент мне никто не встретился на пути. Подумать только я своими руками подписала себе приказ об отчислении! О чем я думала вообще когда что-либо подписывала из рук этого…Этого…Даже слов не подберу подходящих! В комнате никого из девочек не оказалось и я, воспользовавшись их отсутствием, в ярости и от души попинала свою подушку, которая была совершенно не виновата в моих грехах, но выплеснуть поток эмоций мне бы не помешало, дабы не бросаться лишний раз на людей. Почему он так странно себя ведет?! Сначала целует, а потом как ни в чем не бывало, пугает меня отчислением! А если я и, правда, натворю что-то снова? Об этом даже думать не хотелось, и я постаралась сконцентрироваться на мысли, что теперь мои вечные проделки уходят на второй план, и я покажу свой талант не только в том, чтобы влипать в неприятности, но и в том, чтобы хорошо учиться. На этом и порешила, засев до самого вечера за инструкцию по предстоящей практике, где четко описывалась техника безопасности, и подробно рассказывалось о цехах фабрики мистера Вонки. В целом все было написано в таких подробностях, что невольно я поймала себя на мысли что хочу поскорее окунуться в атмосферу ароматного шоколада и попробовать себя в деле. Никогда бы не подумала, что буду так мечтательно рассуждать о сладостях. Ближе к вечеру в комнату вернулась Мирта и застала меня за изучением той самой методички. Особого удивления она не испытала, но и лишних вопросов задавать не стала, да и вообще перемену настроения у соседки я заметила сразу поэтому вопросами я забросила ее первая. – Ты представляешь, мистер Вонка вызвал в кабинет Мартина, правда, потом из-за дел отложил разговор до завтра, – в голосе девушки послышались нотки тревоги. – У меня плохое предчувствие если честно. И тут меня словно молотком по голове ударило. Это же я заложила Мартина, причем даже не подумала о последствиях. С другой стороны отрицать его причастность было бы глупо, ведь ректор сам обо всем догадался. Но ведь он не знает, чем грозит Мартину жалоба, если она дойдет до их родителей. Отец тут же заберет сына и закроет его в военной академии, только повод дай! С этим нужно было срочно что-то делать! Но что я могу? Побежать сейчас поздним вечером и отговорить от этой затеи? Рассказать подруге о своей оплошности было очень стыдно, и я посчитала что лучше попытаюсь исправить ситуации и не буду раньше времени нагнетать обстановку и заставлять Мирту волноваться за брата еще больше. – Во сколько он сказал ему приходить завтра? – я отложила методичку в сторону и постаралась не выдать своих настоящих эмоций и продемонстрировать лишь заинтересованность. – После полудня, – Мирта была подавлена, и ее переживания не заметил бы только слепой. – Не переживай я не думаю, что мистер Вонка сразу же будет сообщать родителям, может просто попугает отчислением, – попыталась успокоить ее, а сама уже в голове прокручивала план действий. Ведь по какой причине брат Мирты отправиться завтра к кондитеру я уже догадывалась. Пока прокручивала в голове все, что накопилось за сегодняшний день, то заметила, что Джелена до сих пор не вернулась в комнату, а буквально через час ее кровать и вовсе вынесли Умпа-лумпы. Интересно, неужели мистер Вонка все-таки ее отчислил? Но ведь своих вещей она не забирала, да и вообще не заходила в комнату в течение дня. На следующее утро во время обеда в столовой мы и вовсе увидели Джелену сидящую за столиком в компании Линды Эванз. А вот это уже интересно! Какую необычную компанию она выбрала для себя. Так значит, мистер Вонка не отчислял ее, но куда пропала ее кровать? И вещи девушки к утру исчезли из шкафа. Вероятнее всего она забрала их, когда мы уже спали, а это значит, что ее попросту переселили. Но не только это казалось странным. Больше всего меня поражало то, что девушка нас будто не замечала, словно мы и вовсе незнакомые с ней люди. Она проходила мимо в коридоре не здоровалась и даже не смотрела в нашу сторону. Поразительно, ведь только недавно она просила меня о помощи с тестами и я гробила свое время, чтобы подготовить ее. Да и вообще потратила время на экзамене, рискуя своей будущей жизнью ради нее. А теперь она просто проходит мимо и предпочитает моей компании Линду? Все больше я начинаю задумывать над тем, что мистер Вонка, несомненно, был прав. Я совершала необдуманные поступки, которые не привели бы ни к чему хорошему, а только осложнили бы мою жизнь. Все это ради того, чтобы потом смотреть на пренебрежение со стороны человека? Однажды Джелена уже заставила меня усомниться в ее дружеских качествах, и я не думала, что это случиться вновь. Думала, что тогда она просто погорячилась и этого не случится снова. Чем ее так завлекла Линда и ее подружки, я понятия не имела, и были ли они знакомы с ней раньше, раз она приходится сестрой ее бывшего парня? Сплошные вопросы, да и только. Но то, что они знакомы вполне себе логичный вариант, только вот с чего ей так усиленно меня игнорировать? Неужели я снова что-то сделала не так или это мистер Вонка поспособствовал такому поведению с ее стороны? Гадать я все же не стала, и сама подходить и выяснять в чем дело тоже не торопилась. Мирта уверяла меня, что не стоит обращать на их компанию никакого внимания, но как не обращать, если они все время о чем-то шепчутся. Линда Эванз со своей свитой не сводили с нас глаз и это жутко напрягало. До этого я не замечала от нашей блондинистой крысы такого внимания к моей персоне. Да, были какие-то перепалки с шантажом и угрозами, но потом когда все это обернулось для нее неудачей, она потеряла ко мне всякий интерес. – И чего они так пялятся? – на ужине в столовой ближе к вечеру мы снова застали их компанию вместе за столиком. – Успокойся, пусть говорят что хотят, главное, что они нас не трогают, – отстраненно пожала плечами соседка и продолжила уплетать десерт. – Как можно успокоиться, когда это длится на протяжении всего дня? У меня от этих взглядов кусок в горло не лезет! – Давай ты только не будешь себя морить голодом из-за какой-то Линды, – шикнула на меня Мирта и придвинула хрустальную тарелку с десертом ближе. И то правда, изводить себя только потому, что замечаешь пристальные взгляды так же глупо, как и не есть. Поэтому послушала совета брюнетки и присоединилась за поедание воздушного десерта. За целый день мистер Вонка так и не вызвал к себе Мартина, и видимо снова был очень занят, а может и вовсе забыл. Парень обещал сообщить сестре как только получит вызов в кабинет, но так и не получил чем был очень рад. Но зато этот вызов получила я. Когда мы после ужина возвращались назад в общежитие, то в коридоре меня поймала Джелена, и как ни в чем не бывало, завела разговор. – Мика, привет! – она попыталась мило улыбнуться, но выходило как-то не очень правдоподобно. – Привет, – я в свою очередь давить улыбку не собиралась, и была настроена серьезно, а вот Мирта и вовсе насторожилась, но здороваться с ней не стала. – Слушай, тебя тут мистер Вонка повсюду ищет, сказал, что если я тебя увижу то передать, чтобы ты пришла в его кабинет на фабрике, – и зачем я понадобилась кондитеру? Джелена не выглядела враждебно и вполне спокойно сообщила мне об этом. – Ну, хорошо, я сейчас подойду, – немного растерянно ответила Джелене и, удовлетворившись моим ответом, она тут же растворилась в просторах коридора. – Может быть, не пойдешь? – взволнованно спросила подруга. – А что мне еще остается? Как-то не хочется получать очередной выговор от мистера Вонки. – согласившись со мной, подруга пошла дальше до нашей комнаты, а я свернула к лифту и отправилась на фабрику. Я не знала правда ли это, что кондитер меня вызывает или нет, но проверить никак не могла, а если это на самом деле правда, то не очень хочется испытывать терпение главы нашей академии. Странно было услышать это от Джелены, и где она только успела повстречаться с ректором? Лифт привез меня на последний этаж академии, и я шагала в полной тишине по пустому коридору. Студенты уже разошлись по комнатам поле ужина, а я вышагивала до самой фабрики. В том самом панорамном коридоре, который вел напрямую до массивных высоких дверей, я застыла как завороженная. Коридор уже не освещался, но вид на городской пейзаж и ночные огни в темноте открылся потрясающий. Я видела, как за пределами фабрики по улицам гуляют пары или большие толпы людей. В желтом свете фонарей их лица выглядели счастливыми и веселыми, а прогулка будто длилась вечно. Невольно захотелось оказаться на их месте. Не думать ни о чем и лишь любоваться ночным городом, несмотря на морозную погоду. Я вглядывалась на прохожих еще какое-то время, а затем увидел восторг на их лицах. Запорошил первый снег. Медленно снежинки кружились в воздухе, а затем опускались на землю, прекращая свой танец на ветру. Папа всегда говорил мне, что когда идет первый снег, то обязательно случиться что-то необычное, и я всегда в это верила, ведь отец обязательно готовил мне какой-нибудь сюрприз. Улыбнувшись своим воспоминания, я подняла голову вверх. Снежинки кружились прямо над моей головой и, казалось бы, что вот-вот уже долетят, но нет. Они прилипали к стеклу и тут же таяли, стекая холодными слезами. Оторвавшись глазами от прекрасного пейзажа, я глубоко вздохнула и продолжила свой путь. Снег набирал обороты и усиливался, застилая землю крупными хлопьями. Я бы с радостью осталась постоять тут подольше, но нужно было успеть зайти к мистеру Вонке. Темные, могучие двери, ведущие на фабрику, без труда открылись, и я постаралась громко ими не шуметь, дабы не привлекать лишнего внимания. На фабрике вечером тоже царила тишина, я не заметила снующих туда-сюда работников. Огромное здание словно погрузилось в сон и совершенно не ожидало увидеть меня. Я по памяти пыталась вспомнить дорогу до кабинета мистера Вонки и незамедлительно петляла по живописным коридорам. На самом деле я уже раз десять передумала к нему идти, и даже спланировала, что если вдруг он спросит, я скажу, что Джелена ничего не передавала мне, но подставлять девушку я не хотела. Поэтому дойдя до нужной двери, я остановилась, а затем тихо постучала. По ту сторону ответа не последовало, и я постучала снова, потом еще раз и еще раз, но все равно тишина. Тогда я дернула за дверь и та, как оказалась, и вовсе была заперта. Замечательно, ну и зачем я приходила, спрашивается! Отступать я даже не подумала, и раз уж кондитер вызвал меня, то я до последнего буду мучиться в поисках мужчины, но найду его в просторах этой фабрики. А может быть, Джелена что-то не так поняла, и мне нужно было найти его в академии? Впрочем, мне показалось странным, что ректор желает меня видеть, поскольку я и так провинилась с кражей его фотографии. Как оказалось, мы с ребятами покусились на святое, забрали единственную память о его матери. Неудивительно, что внешностью он пошел в свою маму, а не в отца. Хотя характер, скорее всего, унаследовал от него. Я целенаправленно шла к еще одному месту, где можно было найти мистера Вонку и это соответственно его личная комната. Может быть, там я наконец-то смогу его застать. В любом случае он сам меня вызвал, и не идти же мне теперь назад в академию. Пару раз я встретила в коридоре Умпа-лумпов, которые так странно на меня смотрели, но ничего не говорили лишь проходя мимо. Ну конечно, ведь студентам не разрешается расхаживать на фабрике без разрешения хозяина, и это указывалось в уставе и каралось чуть ли не отчислением. А то, что я студентка можно было понять уже по женской форме академии. Наконец-то я дошла до комнаты мистера Вонки, где бывала лишь один раз и то не самый удачный мой единственный раз. Все равно я не собираюсь задерживаться здесь дольше положенного. К сожалению, на стук в дверь вновь не последовало никакой реакции. Неужели и здесь его тоже нет? Попробовала повернуть ручку и дверь подалась мне навстречу. Не знаю, что тогда двигало мной, но я не задержалась на пороге и, набравшись наглости, зашла внутрь. В комнате кондитера так же было пусто. Только настольный светильник освещал груду бумаг, аккуратно сложенных по стопкам на столе из благородного дерева. Я снова увидела тот самый графин, который в тот раз был заполнен алкоголем, а теперь в нем виднелась чуть прозрачная жидкость. Под порывом любопытства я прошлась к столу и, приподняв выпуклую крышку хрустального графина, с удивлением обнаружила, что на сей раз там обычная вода. Я обратила внимания на многочисленные полки, на которых расположились книги и архивные папки. Все они были расписаны по годам, и я вытащила ту, которая видимо была здесь старше остальных. Внутри я обнаружила рисунки. Они очень напоминали эскизы будущей фабрики, которую планировал построить мистер Вонка. Там подробно описывался план постройки, и так же было указано, когда здание будет введено в эксплуатацию. Удивительно! Никогда бы не подумала, сколько сил и труда вложено на создание такого вот чуда, которое теперь известно на весь мир. Ко всему прочему и как я поняла из записей кондитера, он успел закончить строительство в поставленные сроки, которые, кстати говоря, сам себе и назначил. Многочисленные книги заставленные на другой половине шкафа, рассказывали о знаменитых кондитерах того времени и их прославленных рецептах сладостей. Ну, кто бы сомневался, что мистер Вонка не увлекался бы такой литературой. – Какой неожиданный сюрприз, – от знакомого голоса меня прошиб страх, и я стремительно захлопнула книгу в руках. – Мисс Флорес, что вы здесь делаете? – Разве вы меня…Не звали? – на полу слове я запнулась и только потом подняла голову на мужчину. Сейчас на нем не было его привычного костюма, цилиндра трости и прочей лишней одежды. Только черная рубашка и брюки. – Честно говоря, не припоминаю, чтобы вызывал вас к себе, – кондитер сдвинулся с места и прошелся к столу, забирая из рук книгу, которую я только что беспечно рассматривала. – Объясните свое появление здесь или так и будете хранить молчание? – Я… – Что? – перебил он. – Пришли, чтобы что-то украсть? Может, хотели забрать приказ об отчислении на ваше имя? Или что-то более ценное? А почему друзей с собой не позвали? Вместе у вас неплохо получается водить меня за нос. От его язвительных колкостей стало вовсе не по себе. Брови на лице сдвинулись к переносице, а черты лица в один миг заострились. – Мне сказали, что вы вызывали меня и… – Решили прикрыться тем, что кто-то по ошибке сказал вам, что я вас вызывал? – черт бы его побрал, он вообще умеет слушать людей? Я начинала закипать от обвинений, которые мистер Вонка бросал в мою сторону. Неужели я похожа на заядлую воровку? – Я ничего у вас не крала! – Тогда признавайтесь, что вы здесь делали в мое отсутствие? – лиловые глаза сверкнули гневным блеском. Только сейчас до меня дошло, что мистер Вонка никуда меня не вызывал, и я только в очередной раз стала главной героиней розыгрыша, который подстроила Линда Эванз, а Джелена видимо теперь целиком и полностью на ее стороне. Как же мерзко это было осознавать именно сейчас, тем более что я до последнего верила Джелене и не думала, что она будет способна на такое. Теперь выкручиваться из щекотливой ситуации мне нужно будет самой, и как назло в голову ничего путного не приходило. – Ну же мисс Флорес, смелее, – он усмехнулся. – Когда вы шли сюда целенаправленно, у вас смелости определенно было больше, где же вы ее растеряли? Я замешкалась. Подходящих мыслей для ответа не было и как я поняла, что если я не найду объяснений, это можно считать за очередную оплошность с моей стороны. Что же делать? На ум пришла лишь самая безумная мысль, которую я только смогла бы воплотить в жизнь и сейчас она казалась мне самой подходящей. Собравшись с духом и воспользовавшись тем, что кондитер стоит практически вплотную, я закрыла глаза и, приподнявшись на носочках, накрыла губы поцелуем. Будь что будет! Я буквально тряслась от страха и зажмурилась так сильно, словно боялась, что кондитер меня вдруг оттолкнет, закатит мировой скандал, но шли мгновения, и этого не происходило, а потом я почувствовала, как рука ложиться на мою талию, и как моим губам отвечают на поцелуй. Сознание уносилось в вихре новых ощущений, таких приятных, волнительных и совершенно новых для меня… Сердце колотилось в бешеном ритме, а поцелуи становились настойчивее и глубже, от чего дыхание каждую секунду перехватывало с новой силой. О правильности всей происходящей ситуации я не думала, все мысли некогда занимавшие мою голову теперь покинули ее, и там царила звенящая пустота и лишь мгновения сейчас были самыми важными, что заполняли мою душу. Не отрываясь от моих губ меня, бережно усадили на столешницу, а от вещей, которые заполняли этот стол, не осталось и следа. Бумаги, сложенные в аккуратную стопку разлетелись по всей комнате с шелестящим звуком. Светильник полетел на пол, и даже графин с водой с тяжелым глухим звоном повстречался с полом, но не разбился из-за мягкого ковра. Теперь ровная поверхность была абсолютно чистая, а в комнате произошел настоящий погром. Но мужчину мало это волновало, и он словно сошел с ума вместе со мной. Его руки уже давно ловко справлялись с мелкими пуговицами блузки и не почувствовав от меня никакого сопротивления, движения стали намного мягче а лихорадочное дыхание смешалось с моим. Чувствовала, как от него с каждым вздохом ускользает стальной контроль, и в глубине души радовалась тому, что смогла сбить его с толку и лишить хваленой самонадеянности. От его прикосновений кожа горела огнем. Каждое невесомое касание пальцев посылало волны жара по всему моему телу. Они бились и перекатывались от одного чувствительного участка тела к другому. Рука прошлась по бедру, а затем зарылась в волосах. Оказалось, мой высокий хвост давно рассыпался, и белые густые локоны окутали плечи. Мужские руки скользили по моей спине, очерчивая изгибы и разбрасывая приятные мурашки по всему телу. Кожа покрылась рябью от того как пальцы задерживались на талии, а затем охватывали ягодицы, каждый раз заходя чуть дальше. От туманных мыслей я не заметила как вместо стола, оказалась лежащей на мягком одеяле. С удивлением заметила, что юбки на мне уже не оказалось, как и нижнего белья. Но я совсем не боялась. Не было чувства тревоги или отвращения как когда меня хотел поцеловать Дэвис. Было совсем по-другому. Так, как я никогда бы себе не представила. Каждый раз мое сердце будто замирало от острых, пронзительных ощущений и снова набирало ритм. Постепенно ласки внизу становились с каждым разом дольше. Это сводило с ума. Тепло разливалось по моим бедрам, и все тело охватило непонятное томление, заставляющее ждать этих прикосновений. Сбившееся, жаркое дыхание и я таяла от этого словно воск, теряясь в многообразии ощущений. Кто бы мог подумать, что один мой неудачный визит, так перевернет всю мою жизнь… Все случилось настолько неожиданно, что когда мужчина приподнял меня за бедра, и опустил на себя, я резко напряглась от предстоящей боли и только потом мгновенно выдохнула, понимая, что ее нет. Невыносимой боли, когда тебя как будто разрывает на части, и в помине не было, лишь приятное чувство наполненности. Уловив мои эмоции, он одним движение отклонил меня, продвигаясь глубже, а губы прочертили дорожку поцелуев по шее, спускаясь ниже к ключице. С каждым разом я все сильнее выгибалась и ловила свои же собственные стоны. Я не думала сейчас ни о каких последствиях, о том, что будет завтра и послезавтра. Для меня существовали только губы, которые блуждали везде, где только вздумается, а еще незабываемые ощущения, которые они дарили. Сама же я не упускала момента провести ладонями по мужской спине или зарыться в шелковых каштановых волосах и просто взъерошить их и сбить с идеальной деловой формы. Пальцы сжимались на ягодицах и тут же разжимались, слегка поглаживая и заставляя судорожно вздыхать. Движения становились быстрее и набирали темп вместе с нашим дыханием. Сердце делало кульбиты, а воздуха, словно не хватало и казалось, что еще чуть-чуть и он закончиться. Сколько продолжалось это бесстыдное безобразие, я не имела понятия и вовсе наплевала на какие-либо приличия. Тело наполнялось сладкой негой, и я слышала сквозь паутину своего опьянения чужие и свои уже хриплые стоны. Как это могло случиться? Как могло случиться так, что я сама стала зачинщиком всего этого? Как могло случиться, так что сейчас таю под натиском именно этого мужчины? И как меня только угораздило выдать свои непередаваемые ощущения стонами? Навязчивые вопросы напрашивались на то, чтобы я послала их к черту. И я не заставила себя ждать и сделала именно так. Ощущать жаркое тело, нависавшее сверху, чувствовать свое превосходство и видеть звериный затуманенный в белую пелену взгляд, который был таким из-за меня. Из-за меня он сдался и забыл обо всем. Даже о том кем мы являемся друг другу. Все стало неважным. Единственное что я запомнила, перед тем как провалиться в сладкий сон это то, как за окном порошит снег, медленно укрывая город под белое пушистое одеяло… Утро выдалось очень даже хорошим. Я бы даже сказала на удивление хорошим, и я умудрилась выспаться как никогда за все время проведения в академии. Почему-то не звенит утренняя сирена. И постель такая мягкая и чужое дыхание где-то совсем близко, а еще рука лежит на животе… Я резко распахнула глаза буквально, подскочила на месте. Прокручивая все воспоминания вчерашнего вечера, я густо залилась краской и, повернувшись, обнаружила рядом мирно спящего кондитера. Если бы не такое весомое доказательство я бы и вовсе подумала, что мне попросту приснился сон, но нет! Это чистая правда! Повернула голову на настенные часы и с ужасом поняла, что опаздываю. Сирена давно уже прозвенела только я на фабрике, а не в академии. Между прочим, опаздываю на вводную лекцию по предстоящей практике к мужчине, который сейчас спит рядом… Такие мысли разом отрезвили, и я как ошпаренная побежала собирать свои вещи по всей комнате. Нижнее белье я искала дольше, чем свою форму и все старалась делать тихо, дабы не разбудить мистера Вонку. Выйдя из спальни на носочках, я с изумлением заметила что вещи, которые вчера были скиданы со стола вновь лежат на месте опрятно сложенные стопки бумаги канцелярские принадлежности и даже графин с водой. Значит, кондитер лег спать позже меня, пока не убрался в комнате. Думать о том, как ректор любит порядок, было некогда, и наспех одевшись в мятую форму, я выбежала из его комнаты босиком, а туфли несла в руке. Так быстро как я бежала сегодня, наверное, не бегала никогда, даже в школе на беговой дорожке. Я молилась, чтобы никто не заметил моего внешнего вида, и смогла спокойно выдохнуть только тогда, когда захлопнула дверь собственной комнаты в общежитии. Но и здесь сразу же наткнулась на взгляд подруги, которая изучала мои растрепанные волосы и набок надетую юбку. А еще пара туфлей в руках тоже не осталось без пристального внимания. – Мика ты с ума сошла! Где тебя носило всю ночь?! Даже телефон и тот в комнате оставила! – начала гневную тираду Мирта. – А если ректор узнает, что тебя не было? И вообще что с тобой? – Давай я тебе позже объясню хорошо? – я обреченно взвалилась на застеленную постель и блаженно прикрыла глаза. Передо мной вновь встали образы вчерашнего вечера… – Ты в курсе, что мы опаздываем на вводную лекцию? – Мирта, – вдруг спохватилась я. – А ты не можешь сказать мистеру Вонке, что мне плохо и я не приду? – Ты же знаешь, с ним такое не прокатывает, все равно придет проверять. Давай лучше сходим вместе, тем более что пропускать нельзя. – Тогда ты иди, не опаздывай, а то еще получишь из-за меня… – А ты? – она взяла с собой тетрадки и уже собиралась выходить. – Обещай мне, что не наделаешь глупостей и придешь! – Я только быстренько приведу себя в порядок и сразу же приду. – Мирта убедившись, что врать я не буду, спокойно вышла из комнаты. Что же мне теперь делать? Время еще есть, тем более ректор все равно опоздает, поскольку все еще спит у себя в комнате. Но как я ошиблась сегодня, не ошибалась еще никогда. Пришла я можно сказать почти в середине лекции. За это время успела привести себя в порядок, разгладить форму, причесаться и даже привела в должный вид свое лицо, радуясь отражению в зеркале и неброскому макияжу. Все бы ничего, только вот когда я дошла до нужной аудитории поняла, что мистер Вонка уже давно стоит у преподавательского стола и рассказывает о том, как важно соблюдать технику безопасности во время практики и куда не стоит совать свой нос. И когда только успел? Я ведь проснулась раньше него! Одет как с иголочки словно сбирался с раннего утра! Делать было нечего, и скромно постучавшись о косяк двери, я тихо спросила: – Извините за опоздание, могу я войти? – аудитория сразу же обратила внимание на меня и сквозь толпу я заметила, как недобро смотри на меня соседка. – Мисс Флорес, неужели вы почтили нас своим вниманием? А я уже и не надеялся на ваше появление, – по аудитории прокатились смешки. Голос мужчины не был строгим или злым, скорее насмешливо-издевательским. Смотреть ему в глаза я не могла, ну хоть убейте. И даже ответить ума не хватило. Только скупое молчание и взгляд в пол. – Проходите, пишите мне объяснительную за опоздание, – снова насмешка. Что?! Какую к черту объяснительную?! Но просить дважды меня не пришлось. Когда я дошла до самого первого пустого ряда даже не задумываясь, плюхнулась прямо перед ним и взяла протянутый лист с ручкой, даже не заглядывая в глаза. Ну хорошо, хотите объяснительную, будет вам объяснительная в самой что ни на есть развернутой форме…