Академия шоколадных искусств

Голубое небо. Я смотрю вверх, удивляясь причудливым формам облаков похожих на белую сладкую вату. Свежий воздух, прохладный ветерок и моя улыбка застыла на лице не желая прогонять хорошее настроение и чувство эйфории. Поднимаю затуманенный взгляд. Мои ладони лежат на холодной земле, тело тоже заледенело, и я поспешила встать, чтобы не простудиться. Откуда зеленая трава и теплые солнечные лучи, когда на дворе давно уже властвовала зима? Я оглянулась по сторонам в попытках понять, где я вообще нахожусь и почему произошла такая резкая смена климата. Повсюду слонялись люди, прогуливаясь по зеленой парковой улочке похожей на аллею. От гула прохожих разболелась голова, и я зажмурилась, отчаянно мечтая оказаться где-нибудь в другом месте, желательно подальше отсюда. Неожиданно гул затих, вокруг стало настолько тихо, что я подозрительно прищурилась от яркого света солнечных лучей. Народ никуда не делся, и все оставалось, так же как и прежде только звук пропал, словно, по моему велению. Я в страхе завертела головой и никак не могла сообразить, что происходит, пока не зацепилась взглядом за девушку. Белокурые волосы, светлые лучистые глаза не такие холодные, как мои, более теплые, от них невозможно было оторвать взгляд. Мягкие черты лица и легкий румянец на щеках, которого у меня никогда не было. Эта девушка источала свет. Она казалась такой живой и яркой, совсем не такой как я…Незнакомка непринужденно шагала по дороге в голубом пышном сарафане и широкая улыбка озаряла мир вокруг. Она первая заметила меня в толпе, и ее улыбка стала еще шире. Девушка что-то прокричала мне, но я не слышала ее. Она помахала мне рукой и ее губы вновь шевельнулись, и фраза провалилась в кромешную тишину. – Мама?! – Я тут же встрепенулась и попыталась побежать к ней навстречу, но мои ноги будто приросли к земле и видение постепенно начало рассеиваться. – Что она там бормочет? – Послышался голос откуда-то извне, но я побоялась открыть глаза. – Она вообще живая? – Меня грубо толкнули в плечо, чтобы определить признаки жизни, но я осталась неподвижна. – Эй! Ты нас слышишь? – Очередной толчок. – Ребята, смываемся отсюда, пока нас никто не увидел! – Спохватился один из парней. – Предлагаешь девчонку тут бросить? Может, хотя бы скорую вызовем? Она же замерзнет тут, – кто-то из них как оказалось все еще способен на сострадание. – Ты идиот? Если нас спалят тогда ты и будешь отвечать за это! – добропорядочному парню весьма жестко пригрозили, и я была уверена, что он сдаться. – Ладно, пойдемте, – они в панике начали разбегаться, и вскоре на снегу я осталась лежать одна. Все внутри меня заледенело, встать с морозной земли не было сил, и мое сознание больше не придумало ничего лучше чем, покинуть меня в очередной раз... POV Мистер Вонка Отделаться от кучки надоедливых студентов оказалось гораздо сложнее, чем я это себе представлял. Они забрасывали меня бестолковыми вопросами, от которых в голове начало трещать и я подумал, что сейчас приятнее было бы оказаться на улице в холоде, чем оставаться здесь с ними в теплом помещении. Я очень долго держался. Держался, чтобы не начать разговор, так как я обычно начинаю со студентами своей академии. Они прекрасно осведомлены о том, что задавать глупые вопросы без моего разрешения строго запрещено. Так же как и запрещено задавать их не по теме. Мисс Флорес удалилась из ресторана так стремительно, что я не успел перехватить ее на выходе. Червячок переживаний затаился, где-то глубоко внутри меня и я не мог усидеть на месте. Сплошные картинки посещали мою голову каждые пять минут, подбрасывая воображению ситуации, которые могли бы произойти с молодой девушкой поздним вечером. А если она сильно замерзла? Что если заблудилась или вовсе не смогла найти дорогу домой? Сердце колотилось как бешеное при одной мысли, что с Микаэлой могло произойти что-то очень страшное... – Мистер Вонка, вы нас слушаете? – противный девичий голос вырвал меня из раздумий. – На сегодня допрос окончен, – строго выбросил фразу и стал собираться на выход. Я не мог медлить ни секунды. – Мистер Вонка! Вы обещали нам рассказать о вашей академии! – несколько ребят обиженно насупились. – Как-нибудь в следующий раз, – я перешел на тон, который не терпел возражений и под недоуменные взгляды студентов поспешил удалить из зала. Сильный порыв холодного ветра ударил мне прямо в лицо, стоило только выйти за дверь. Я укрылся высоким воротом пальто и быстрым шагом направился в ту же сторону что и мисс Флорес. Последнее время я очень чувствительно реагировал на слова этой взвинченной особы. Она пробуждала во мне столько разных и новых для меня чувств. Моя железная выдержка разбивалась перед ней на тысячи осколков, и с ней я уже не мог обращаться также как и со всеми остальными студентами. Я понимал, что это произошло еще тогда, когда мы провели ночь вместе, и после этого в наших отношениях с ней возник тупик. В этом я винил исключительно только себя и никого больше. Если бы я не испугался этих отношений, сейчас уже все было бы по-другому. Микаэла вела бы себя иначе. Теперь приходится исправлять свои ошибки. На этот раз я решил серьезно заняться этим вопросом и навсегда прекратить эти игры в кошки мышки. Одни улочки сменялись другими и в свете фонарей они все были похожи друг на друга. Ветер с каждым разом усиливался, а на улице уже давно стемнело. Я уже тысячу раз пожалел, что оставил машину так далеко, и теперь приходилось догонять девушку на своих двоих, а это в разы сложнее. Как я уже понял, то этот район не отличался особой многолюдностью, и улицы практически пустовали. Изредка эту идиллию разбавляли парочки, гуляющие поздним вечером. Мой взгляд невольно зацепился за очередную проходящую парочку влюбленных. Они с любовью и теплотой смотрели друг на друга, и держались за руки, согреваясь в такую морозную погоду. Я давно уже мечтал о таких беззаботных вечерах. Мечтал также прогуливаться под светом уличных фонарей и звездного неба… Мои размышления прервали громкие женские крики. Они доносились из темного двора одного из домов. Кто-то отчаянно просил о помощи и тут же раздались другие голоса. Сердце забилось в волнении, и я просто не мог пройти мимо. Я накрыл воротом половину своего лица, чтобы никто не мог меня узнать, и бросился в сторону криков. – Кто-нибудь уже вызвал скорую?! Быстрее! – женщина вновь закричала и опустилась на колени, разглядывая кого-то на снегу. – Вызвали вроде, – молодой парень в одной только куртке и шортах стоял напротив и не знал, как еще мог помочь в этой ситуации. – Она хотя бы дышит? – взволнованно спросила девушка, которая выбежала, чуть ли не в одном халате и пыталась прощупать пульс. – Дышит, – убедился парень в шортах, и как только он не продрог насквозь. – Она не похожа на мертвую и пульс есть. Я подошел ближе и заметил знакомое пальто, и ботинки тоже казались мне знакомыми. Хрупкое тело лежало на земле, руки сложены на груди, и шарф Микаэлы Флорес небрежно разметался в разные стороны. Она весь вечер куталась в него, защищаясь от холода… Мой мозг мгновенно отключился и я уже ничего не соображал. Я подбежал ближе, расталкивая народ, собравшийся возле девушки. Светлая кожа сейчас казалась мертвенно белой, нездоровый вид лица. Дрожащими руками укутал ее сильнее в шарф и снял свое пальто, чтобы в ту же секунду закутать Микаэлу в него как в теплое одеяло. Что с ней произошло? Почему она оказалась здесь? Что с ней теперь будет? Сотни вопросов вертелось в моей голове и ни на один из них, я не знал ответа. – Простите, – ко мне обратилась та самая пожилая женщина, которая звала на помощь. – Вы ее знаете? Я ничего не мог ответить. Правильные слова не находились, и я винил себя во всем происходящем. Не досмотрел и отпустил одну, не погнался за ней вслед, а должен был. В конце концов, она студентка моей академии пусть и бывшая, но ответственность за нее полностью лежала на мне. Я затащил ее на эту прогулку, и этого могло бы не случиться, если бы иногда я думал своей головой, а не поддавался чувствам. Девушка аккуратно перекочевала в мои руки, и я прижал ее сильнее, не желая оставлять на холодном асфальте. Я чувствовал, как медленно и размеренно бьется ее сердце и только это успокаивало меня и давало надежду, что все будет хорошо. Вскоре послышалась сирена скорой помощи. Они потребовали отпустить девушку с ними, но я не позволил везти ее одну продолжая держать на руках. Именно в это момент я понял, что больше никогда ее не отпущу… POV Микаэла Флорес От пробуждения меня слегка потряхивало, а голова сильно кружилась и не менее сильно отдавала острой болью. Похоже, просыпаться непонятно где и не понятно, в какое время у меня уже вошло в привычку. По крайней мере, где я нахожусь, поняла сразу, потому, как стены своей родной комнаты я узнаю сразу. Теперь осталось разобраться, сколько я так провалялась. Немного пошатываясь, я все-таки смогла встать на ноги, которые уже изрядно затекли, и направилась к двери. Перед этим я еще успела взглянуть на себя в зеркало и оценить весьма потрепанный внешний вид. Красные белки глаз, темные круги под глазами, бледность лица хлеще, чем у трупа и губы налитые синевой. Мне кажется, если бы меня увидели на улице, то непременно приняли бы за зомби. Тяжелый вздох сорвался с губ, и, пригладив наспех волосы рукой, я выскользнула за дверь, намереваясь спуститься на кухню, и уже на третьей ступеньке застыла, услышав голоса в гостиной. Первый голос несомненно принадлежал моему отцу, а вот второй… Второй я никак не могла определить. – Я еще раз прошу у вас прощения, Мистер Флорес, – в голосе незнакомца проскальзывали нотки горечи и грусти, будто он раскаивался за какой-то очень страшный проступок. – Мистер Вонка, перестаньте себя винить, все обошлось и с Микой все уже в порядке, – успокаивал отец кондитера. Только вот за что мой бывший ректор раскаивался? Я навострила уши и спустилась еще ниже. Мое любопытство когда-нибудь меня погубит. – Если бы люди ее не увидели, то серьезных последствий мы бы не избежали, – продолжал раскаиваться кондитер. Его голос звучал ровно и тихо. Настолько тихо, что едва я различала фразы. – Мистер Вонка, не переживайте, может вам чаю навести? – предложил папа и уже намереваясь подскочить с место как его вдруг остановили. – Нет, не нужно. Вам надо отдохнуть, вы всю ночь не спали, – спохватился глава академии и поспешил встать. – Мне уже пора, а вы отдыхайте. – Я провожу, – мужчины направились к выходу, думая каждый о своем. – У меня будет к вам просьба, – неожиданно прервал молчание мистер Вонка. – Это мой номер. Когда Микаэла проснется, позвоните мне и сообщите о ее самочувствии, пожалуйста. После этого дверь за кондитером закрылась, и щелкнул дверной замок. Воспоминания вчерашнего вечера вспыхнули в моей голове как по щелчку пальцев. События один за другим проплывали неприятным наваждением и заставляли окунуться в этот вечер. Побег из ресторана от мистера Вонки из-за глупой ревности не привел ни к чему хорошему. Этим поступком я подвела не только себя, но и кондитера. Мне повезло, что я вовремя смогла потерять сознание и тем самым спасла себя от плачевных последствий. Мне стоило бы извиниться перед кондитером и перед папой тоже. Он не меньше поволновался за меня, я уверена. На носочках я одолела лестничный пролет и также тихо пробралась на кухню. Отец стоял спиной ко мне и, судя по всему, наводил себе чашку крепкого кофе без сахара. Это его любимый кофе. Он всегда говорил, что это помогает ему успокоить свои нервы. Сейчас я бы не отказалась от его слоеных булочек с сахарной пудрой и заварным кремом. Выпечка папы в свою очередь помогает успокоить мои нервы. Но не думаю, что сегодня у него кулинарное настроение. – Пап, – тихо позвала я, и родитель вздрогнул от моего шепота. – Микаэла! – возглас радости заложил мои уши, а крепкие объятия сдавили, не давая дышать. – Что с тобой произошло?! Мы так волновались, ты просто не представляешь! – Я виновата, пап. Прости, – мой голос постепенно затих. – Я сбежала от мистера Вонки, пошла в неизвестном направлении. Еще и телефон разрядился. Я посчитала правильным решением умолчать о последних событиях вечера и почему оказалась без сознания, и кого встретила на пути домой. Волнения отцу и так хватило сполна, а усугублять ситуации мне не хотелось. Все обошлось и это самое главное. – Мистер Вонка очень переживал. Практически всю ночь не отходил от твоей постели, – папа сделал маленький глоток горького напитка и зажмурился. – Он привез тебя из больницы, а у меня чуть не случился инфаркт. С каждым его дальнейшим словом я не могла поверить в то, что это на самом деле происходило со мной. Кондитер всю ночь стерег меня у постели, нашел и привез из больницы. Я не смогла сдержать радостную улыбку, которая тут же промелькнула на моем бледном лице, но не укрылась от взора отца. – Что ты находишь веселым? – Он вопросительно изогнул бровь, дожидаясь моего ответа, но я уже думала совсем о другом. Мне срочно нужно было извиниться перед мистером Вонкой и поблагодарить его за заботу. Мое лицо лучилось счастьем, и я просто не могла усидеть на месте. – Мне нужно на учебу! – Я как ужаленная сорвалась с места и полетела в свою комнату. – Микаэла! – Отец окликнул меня, когда я уже была наверху и собирала учебники. – Но тебе нельзя на учебу, ты неважно выглядишь! – Я и так слишком много пропустила, а чувствую себя все равно уже хорошо, – заверила я родителя и посмотрела на часы. Кое-как с уговорами папа отпустил меня на занятия, но с условием, что будет звонить каждые полчаса и спрашивать о моем самочувствии. Мне пришлось принять его условия, ведь я должна была увидеть кондитера. Папа также вызвался подвезти меня до университета, объясни это тем, что на улице сегодня еще холоднее, чем вчера, а я еще не до конца оправилась. Холл учебного заведения встретил меня как всегда уныло и грустно серыми арками и серыми пустыми стенами. Я неслась по коридору сломя голову, чтобы успеть на первую лекцию и даже не опоздала, глядя как в просторной аудитории с высокими, резными потолками расположились мои однокурсники. Они встретили меня безразличным взглядом, кроме тех, что вчера я видела в ресторане. Эта компания не сводила с меня пристального взгляда, о чем-то перешептываясь между собой. Не обращая на них внимания, я решила сегодня сесть поближе и не уходить в самый дальний угол как делала это обычно, чтобы выспаться. Дверь в аудитории распахнулась, и вместо ожидаемого преподавателя вошел наш пожилой и уважаемый ректор, а за ним еще два человека и как я поняла тоже преподаватели, но, к сожалению, мне не знакомые. Сначала я испугалась, что о вчерашнем инциденте кондитер рассказал ректору, и по телу волной прошлась дрожь. Незнакомые преподаватели стояли по обе стороны от ректора. Один из преподавателей мужчина держал большой массивный ящик, а женщина обладательница густой каштановой шевелюры складывала в руках стопку белых конвертов. – Доброе утро студенты, – хриплый голос ректора заставил обратить на того внимание. – Первого занятия сегодня у вас не будет, поскольку у нас назначено очень важное мероприятие. Студенты зашептались думая каждый о своем и гадая, какое мероприятие запланировали без нас, и говорят нам об этом только сейчас. – Вы все прекрасно знаете, что мистер Вонка гостил в нашем городе, а наш университет удостоился его визита и даже преподавания у младших и старших курсов, – ректор горделиво задрал нос и даже приосанился пи упоминании о своем учебном заведении. – Мистер Вонка обратился ко мне с просьбой, чтобы взять в свою академию студента по обмену с вашего курса, а я просто не мог ему отказать, – студенты радостно загалдели, а я чуть не провалилась под стол. – Сегодня мы проведем отбор, и кому-то из вас выпадет шанс перевестись в академию мистера Вонки на самый лучший факультет, а кто-то даже сможет написать дипломную работу под его руководством. Ректор говорил хорошо, и сладко описывая сказочное обучение в академии величайшего кондитера, и даже упомянул мой бывший факультет. Я прекрасно знала, какого это учиться под руководством мистера Вонки и никогда бы не вызвалась писать у него диплом. Остальных же данная перспектива более чем устраивала, и только слепой не заметил бы мечтательное выражение лица у каждого студента сидевшего здесь. Я гаденько ухмыльнулась и подумала, что только болваны не поняли, на что они хотят добровольно подписаться. Звук сирены по утрам явно спустит их с небес на землю. – Каждому из вас сейчас раздадут пустые конверты, куда вы впишете свое имя и фамилию, а затем все конверты мы перемешаем в этом ящике и я вытащу счастливый конверт и зачитаю имя счастливчика, – студенты воодушевились. Каждый хотел оказаться тем самым счастливчиком и поехать в академию самого знаменитого кондитера в мире. Та сама женщина с каштановой шевелюрой принялась разносить конверты и спустя пару минут, передо мной лежал чистый лист, и маленький белый конвертик, куда нужно было сложить свои данные. Я аккуратным почерком вывела свое имя и фамилию, а затем также аккуратно сложила листок в конверт. Я не питала надежд о победе и даже не думала что мое имя вдруг всплывет среди других имен. Поэтому я спокойно закинула свой конверт в ящик и ждала, пока кто-то из однокурсников заверещит от радости, что теперь поедет в академию. После того как все сдали свои имена в ящик, ректор принялся тщательно мешать огромную стопку конвертов и через какое-то время медленно вытащил один из них. В глазах каждого студента читалась надежда на лучшее будущее для себя. Они грезили веселыми буднями в академии мистера Вонки и молились, чтобы это оказался именно их заветный конверт. Томительное молчание ректора изрядно затянулось, и некоторые студенты уже начали ерзать на своих местах от волнения и закусывать губы. Послышался хруст бумаги, и ректор, обведя взглядом всю аудиторию громко, чтобы слышали все, зачитал: – От нашей академии по обмену отправляется Микаэла Флорес! – Голос мужчины прогремел как гром среди ясного неба. Ручка выпала из моих рук и покатилась по полу. Вздохи разочарования и возмущения прокатились по аудитории и на меня уставились десятки озлобленных глаз. – Почему неудачникам вечно везет больше! – Крикнул кто-то сзади, но я не стала оборачиваться. – Она ведь вылетит оттуда через неделю! – Давайте проведем отбор еще раз! Однокурсники возмущались, как могли и умоляли ректора провести отбор повторно, но тот был непреклонен. – Подождите! – Очнулась я от наваждения. – Я не хочу ехать! Могу ли я отдать этот шанс кому-то еще? – Мисс Флорес, удача повернулась к вам лицом, так воспользуйтесь этим шансом, – в голосе ректора послышалось раздражение и усталость. Мужчина заявил, что свои документы я смогу забрать у него через час после обеда, а уже завтра кондитер пришлет машину, и меня будут сопровождать в академию. – Подождите! – Я бросилась за ректором в коридор и попыталась остановить его. – Это какая-то ошибка, я не могу никуда поехать! Так неожиданно все это! – Мисс Флорес, – в голосе сквозило злостью. – Чему вы не рады? – Я не могу… – Хватит! – Грозно обрубил меня ректор. – Не понимаю, почему мистер Вонка выбрал вас. Полная бездарность, успеваемость практически на нуле, и никакого стремления к учебе. Знаете, я считаю, что таким студентам как вы не место ни в одном учебном заведении. Жду через час за документами. Ректор постепенно удалялся по коридору, а я стояла как вкопанная и не могла двинуться с места. Слезы щепали глаза от сказанных слов. Что значит, Мистер Вонка выбрал меня? Какое отношение он имеет к отбору? Кажется, мне придется вернуться в академию…