*. ｡.:* Лара. Гнев Богов*. ｡.:*

Однажды ты соскучишься по мне, Поймешь, что время учит, а не лечит… Что счастье — просто миг наедине, И что в разлуке лишь желанней встреча...

★★★

Арис.

       «Соберись, тряпка», — мысленно дал себе пощёчину — и чего взбеленился? Я сжимал кулаки, злясь на себя, что не могу разобраться в собственных чувствах. Честное слово, сам протестую в душе не желая связывать себя узами брака и в тоже время понимаю, что по — другому не будет. Я как собака на сене. Сам кость грызть не желаю, но стоит попробовать отнять, начинаю кусаться и рычать. Да, что со мной? Сердце сжалось от боли. Знал бы он, как я не хочу именно сейчас… Что ж, если такова моя судьба, пусть так оно и будет. Два месяца свободы. Огляделся по сторонам и куда меня занесло? Я же даже не думал, куда открывал портал, лишь бы подальше от отца. Таир столица объединённых земель, ого… далеко не ушел. Вон виднеются башни императорского дворца. Прохаживаясь по улицам, я с любопытством разглядывал прохожих и незаметно для себя попал на ярмарку. Ряды лавочек никак не хотели заканчиваться, народ все прибывал, появляясь прямо из воздуха. Меня толкали, я зло толкал в ответ. Крики торговцев действовали на нервы. Но вместе с тем, ярмарка поистине была удивительной. Никаких банальных, обыденных вещей. Чего я только тут не нашел! Пожалуй, большее впечатление на меня произвели живые картины. Около них я просто застрял в восхищении, и в душе рождалось желание тоже порисовать. Это и нервы успокоит, и душу отведу. Они изображали пейзажи, но пейзажи динамичные — ветер шевелил листву, птицы парили среди неспешно плывущих по небу облаков, дети плескались в пруду среди рыбок. Я заворожено глядел. Особенно мне понравилась картина, изображающая бегущую лошадь с гривой из чистого огня. План найти и купить краски и бумагу родился моментально. Продавец заметил мой интерес, но стоило взглянуть мне в лицо, как он побелел и согнулся в три погибели. Все кажется, понял кто я… Пора сматываться. И нырнул в толпу пробираясь дальше. Застрял у оружейника, но не мог устоять я перед его товаром и купил пару легких клинков и маленький кинжал. Тот расхваливал свой товар, показывая его со всех сторон. Я торговался с ним до хрипоты, и не то чтобы дело было в деньгах, а мне нравился сам процесс торгов. И за получившее удовольствие накинул ему пару золотых. Уходя из его лавки, до него дошло, кто с ним торговался и он ахнул!!! Я усмехнулся и направился дальше гулять. В лавке Роя закупил самопишущих палочек, карандаши, краски, бумагу, мольберт, книги по учебе и сумку с бездонным дном. Я помнил, что на столе лежал пухлый, вскрытый мной конверт из академии, и я как бы должен приступить к занятиям на следующей неделе. Дальше просто бродил по рядам. Чего я только не встретил на этой изумительной ярмарке! Даже поболел за некоторых представителей сильного пола, смотря кулачные бои. Пока гулял, день потянулся к вечеру, и я понял, что пора возвращаться. Незаметно от проходящих мимо меня прохожих открыл портал и был таков, оказавшись в собственных покоях, перевел дух и… нарвался на тяжелый и недовольный взгляд матери. Опустил глаза и тихо чертыхнулся…

      — Арис, и не стыдно тебе так некрасиво выражаться? — я лишь еще больше опустил голову. — Рада видеть мой сын раскаяние. Я пришла поговорить с тобой. Твой отец в гневе. — Я поднял на нее глаза и поджав губы, тяжело вздохнул. — Та-ааак! Раскаянием тут я вижу, и не пахнет. — Я поджал нижнюю губу зубами, чтобы не наговорить лишнего. Для меня эта женщина: - мама и я принял этот факт безоговорочно, а значит, уважаю ее. — Арис, я конечно рада, что мой младший сын обладает силой равной своему отцу, и ты единственный ребенок у нас, который может открывать порталы. Ты удивил. Нам лекарь доложил, что твой дагерт еще маленький. Маг — огня.

      — Я абсолют.

      — Что?

      — Абсолют.

      — Как это?

      — Огонь и лед. Поэтому поздняя магия. Два дагерта, снежный и огненный. Она приняла мои слова и решила перейти на другую тему:       — Присядь. — Она указала мне на кресло, что стояло напротив ее. Подчинился и прошел, усаживаясь на него, чувствуя, что разговор будет долгим.

      — Сын, мы понимаем с отцом твою позицию на счет брака, но пойми, помолвка длится долго и ты стал совершеннолетним. Это возраст самый подходящий для любви. Твой дагерт не может влюбиться сейчас в другого альфу, твоя судьба — Дарий.

      — Это, что его имя?

      — Одно из многих имен. Но отец твоего жениха предпочитает именно это имя. У демона их дается при рождении много, есть имена, которые знают лишь его родители и сам носитель.

      — Я знаю, — пробурчал себе под нос, но меня услышали.

      — Не перебивай. Да, твой будущий муж старше тебя и меня и твоего отца. Он демон старого мира. Их род самый древний и это вторая ветка императорской семьи. Можешь не искать. Это написано в истории императорской династии и ты не узнаешь о них ни в одной энциклопедии или древних свитках. Их древо под запретом. Их ветвь продолжает свое существование и отлеживается. Ваши дети могут стать императорами, если кто-то задумает уничтожить род императорской семьи. Я поморщился при слове дети.

      — Ты не любишь детей?

      —  О, великая бездна! Ма, я люблю детей, но считаю, что об этом говорить рано. Пойми, мои мысли сейчас не так далеки как твои. Мне страшно принять сам факт брака и, что я должен буду принять постороннего для меня альфу в качестве мужа. Я боюсь, что мои нервы не выдержат, и я сбегу прямо из храма так и не дав клятвы, а ты о детях.

      — Арис, детка. Вы с Дарием пара. Просто он для тебя сейчас никто, но когда встретишь его, он станет для тебя целым миром. Месяц и ваша связь будет завершена. Ты будешь чувствовать биение его сердца на расстоянии, вы станете едины. Как мы с отцом. У него под сердцем печать. Она тянется к нему и я, если бы отказалась от него, то он бы погиб. — Я вздрогнул. — Это не влияет на то, что ты дал согласие в храме или нет. Если ты не примешь его, и твоя печать не будет завершена, а его полностью закрепиться, то смерть альфы неминуема. Либо ты его принимаешь, либо нет. Другого не дано. Он, как только осознает, что ты его пара, процесс печати не остановить, и он будет в нетерпении. Для него месяц будет мукой. Желание быть с тобой всегда в нем будет расти… Так вот о чем мне толковала Милисента.

      — Я все понял.

      — Не вижу энтузиазма и радости. Неужели напугала?

      — Нет, вовсе нет, но спасибо, что рассказала мне. Теперь я понимаю больше, чем когда-либо. Просто это тяжело принять, но я постараюсь, справлюсь. Ма! Можно мне побыть одному? Я хочу подумать.

      — Я надеюсь, ты примешь правильное решение. Он ни в чем не виноват, чтобы заслужить смерть. — Она поднялась грациозно со своего места, подошла ко мне и поцеловала в щеку. — Спокойной ночи, сын. Не провожай… Она легкой походкой ушла. Когда за матерью закрылась дверь, устало откинулся в кресле и закрыл глаза. Я чувствовал себя так, будто выбили почву из-под ног. Сердце сжимала горечь. Посмотрел в сторону стола. Гэвин показался из спальни и начал сервировать его. Ларуш стал ставить блюда. Вздохнул и направился к столу. Мысли бродили не самые приглядные и радужные. Я не понимал, как смогу справиться с ситуацией. Настроение упало на отметке минус тридцать, и еда просто не лезла в горло. Не радовало ничего. Психанул сам на себя. Отложив приборы, буркнул, чтобы Ларуш разбудил меня рано утром, отправился в ванную. Там разделся и опустился в воду. Я сидел в мраморной ванне, подтянув к лицу колени. На поверхности горячей, потрясающе вкусно пахнущий мелиссой, в воде, плавали мои рыжие волосы. Настроение? Хммм… скажем так, плясать от счастья — не хочется. Я запутался совсем. Мне хочется понять, чего же хочу сам… Опустив подбородок в воду, я от скуки начал пускать пузыри, смотря пустым, ничего не выражающим взглядом в пространство перед собой. Найти нить и почву под ногами не удавалось. Я завис между небом и землей. А вот как вернуть все, и поставить на ноги просто не знал. Стоило лишь хоть на мгновение позволить себе расслабиться, как перед лицом предстал образ Танриса и я в мечтательной улыбке ловлю себя на мысли, что отчубучу однажды за что- нибудь из ряда вон и будет стыдно даже самому себе признаться в содеянном после… Да за что мне это наказание? Скучаю, люблю и ненавижу себя за это. Одно сердцебиение на двоих, одно дыхание, один мир, все чувства на пополам… Не приму — смерть и как принять? Как ответить на чувства того… нет не так, мое сердце уже любит. Неужели я вновь стану убийцей? Как тогда с Криспином. Нет, только не это. Дыхание сбилось. Вода остыла и я вылез из ванной, обсушил волосы и тело, надел спальную одежду и отправился спать. Ложась дал себе мысленно большой пинок и не думать ни о чем. Глаза слиплись и мне к счастью удалось уснуть. Новый день заявил о себе неожиданно и резко. Какое-то время в голове совершенно не было мыслей, странное чувство пустоты. Присев на край кровати и укутавшись в плед, я безмолвно уставился в окно, за которым был виден парк с его садовыми дорожками убегающими вглубь сада. Мой взгляд случайно упал на правую руку, и я впал в прострацию. Помотал головой, закрывая глаза, потом вновь их, открыл, но постепенно понял, что картинка не меняется. На руке красовалась брачная вязь с Танрисом. Как? Потер ее, но ничего не менялось. Угнетающие чувства с новой силой обрушились на голову. Я сокрушенно выдохнул и, присев на кровати, запустил пальцы в волосы.

      — Богиня, за что? — приглушенно обратился я, устремив страдальческий взгляд в тёмный потолок. — Как ты можешь так беспардонно играть жизнями?! Шикарно, мать вашу! — Дальше шел отборный мат. Я уже не сдерживал эмоции и меня штормило как океан. Ко мне в спальню заглянул Ларуш, но я зарычал во все свои легкие, а он с испугу схватился за сердце и исчез в недрах гостиной. Остался один, но даже после того как выплеснул первую порцию эмоций, легче не стало. От несправедливости Судьбы хотелось кричать во весь голос, однако я понимал, что не изменю этим ровным счётом ничего. И от этого было до ужаса обидно, а страх от осознания сложившихся условий липкими лапками медленно и с мелкой дрожью пробирался по спине. Еле слышными шагами открыв дверь, ко мне направился Гэвин. Он, шумно вздохнув, молча, присел рядом со мной, оглядел, в его глазах появилось понимание моей катастрофы, и притянул к себе. От его рук шла забота и тепло. Он готов защитить меня от целого мира и погибнуть сам, но в данный момент он бессилен, что-либо сделать.

      — Всё образуется, я верю, — негромко проговорил он на ухо и, тихо хмыкнув, задумчиво добавил: — А боги вообще народ особенный, им лишь бы развлечься за чужой счет! — и я с ним полностью согласился и постепенно буря сошла на нет. Остальное уже не важно. Сказать, что дни шли медленно — значит, не сказать ничего. Каждое утро, день, вечер, ночь я непрестанно думал о том, что же мне делать дальше???? Аха-ха, да моё будущее просто превосходно! Брачная метка продолжала расти и к концу недели полностью сформировалась. Мы оба обрадовались, что хоть и проявилась полностью, но неактивна. Главное избегать Танриса. Но как? Мой снежок хоть и был зол на демона, но очень тосковал по нему, изводя меня настойчивыми подначиваниями под покровом ночи увидеть его. А еще закрался вопрос на который я не мог ответить, а лишь увидеть и убедиться самому. Поэтому в последний день перед отъездом в академию все же решился на безумие. Знаю, что пожалею о содеянном, но выхода и выбора у меня нет. Либо мучиться и изводить себя догадками, либо идти на риск. Этим утром я шел по коридору, а все расступались передо мной. Тяжело ступая, мой шаг совпадал с ритмом моего сердца и я, словно пытался раздавить все свои неудачи и проблемы. А в голове вновь и вновь повторял: Пережить бы то, что есть сейчас, а там будь, что будет. Это становится наваждением и моим девизом. Погруженный в свои мысли не заметил, как в сопровождении Ларуша дошел до большой столовой. Все делал механически, не обращая ни на кого внимания, и кто вообще решил посетить семейный завтрак…??? Мне было не до разглядывания присутствующих. Молча сел за стол на свое место, положил салфетку на колени. Передо мной появилась тарелка с завтраком и, что за блюдо, мой мозг не воспринимал. Вкусовые рецепторы тоже отказали. Ел, но не понимал, что ем. Поставь сейчас передо мной яд, и он бы мне показался бы безвкусным, да и не понял бы этого факта. Все мысли бродили очень далеко, и я понимал, что не удержусь и да…ночью открою портал и к Танрису. Мне нужно убедится, что брачная метка лишь у меня, а дальше… хм… тупик. Хотелось постучаться головой об стол. Я не понимал элементарного. Как имея брачную метку в храме сказать «да» другому? Будет ли этот брак действителен? Как объяснить потом мужу вот эту хрень…??? Гадая на кофейной гуще, поелозил на стуле в нетерпении. Желание, чтобы поскорей закончился этот день, и отправится на охоту, в душе рождало бурю эмоций. По возил какой-то кусок чего-то по тарелке и в разозлился на себя, что нетерпелив и безрассуден. Отложил салфетку и пихнул вилку, словно она виновница всех моих бед.

      — Арис! — Раздался грозный и злой окрик отца или я только что выплыл из своих мыслей и услышал его… Амир и Алер хрюкнули в салфетку, пряча за ними свои ехидные улыбочки. А отец сказал таким ти — и-ихим и вкра — а-адчивым голосом, что стало ясно — будет убивать! Причем жестоко и с явным удовольствием. Братья притихли, глядя на него. Я же в недоумении хлопал глазами и не понимал, когда успел разозлить отца.

      — Ты меня слышал?

      — Простите отец, но…

      — Понятно, — зыркнул он своими глазами словно сапфиры. — Арис, я к тебе обращался пять раз, но ты лишь на последний раз откликнулся.

      — Владыка, простите мою рассеянность.

      — Вижу. О чем мысли?

      — Учеба и…- Я закусил губу, пожевал ее, — свадьба.

      — И? — Его взгляд спрашивал меня о своем решении.

      — Владыка, я осознал важность мероприятия…- Братья прыснули, прикрываясь салфеткой, отец на них посмотрел так, что те вытянулись по струнке. — Алер, погоди и на моей улице будет праздник. Я посмотрю, когда тебя женить будут.

      — Съел? — тихо шепнул Амир, но его услышали многие.

      - Арис!- Прогрохотал отец.

       — Куда я денусь с корабля, когда кругом океан.

      — Значит, да?!

      — Да… — и тяжело вздохнул.

      — Арис, ты должен хорошо кушать. Что с тобой? Ты совсем ничего не съел. — С беспокойством в глазах мама пыталась проникнуть в самую суть моей души, но я сейчас закрыт даже для нее.

      — Матушка, я знаю, что такое долг, и я выполню его.

      — Долг! — Прорычал отец. — Твой жених, не долг… — Он кипел. — Ты хочешь убить невинного парня? Он твоя вторая половинка, а не долг… — Отец стукнул кулаком по столу. Я вместе с братьями вздрогнул от неожиданности. Мама положила свою маленькую ручку на его кулак и попыталась успокоить. Братья подобрались и во все глаза смотрели на меня с осуждением. Альфы…желание показать силу и власть, обещали мне разборки… Вот только их мне не хватало.

      — Милый, не дави на Ариса. Мальчик в растерянности и не готов к браку. Дай ему время для осознания такого огромного события и перемен в его жизни.

      — Владыка, вы позволите мне покинуть столовую? Мне нужно собрать вещи в академию и почитать перед экзаменами учебники.

      — Ступай, но из своих покоев ни на шаг. Ты меня понял?

      — Да, Владыка. — Склонил голову в уважении. Я тут же вылетел из стола и прямой наводкой отправился к себе. Слугам велел не впускать никого.

      - Ларуш, меня нет ни для кого.

      — А Владыка?

      — Хм… он просто убедится, что я на месте и оставит меня в покое. Я не хочу никого видеть. — Парень кивнул и сел за свой рабочий столик, продолжая писать ответы на письма и приглашения посетить тот или иной дом. Ехать куда-то в гости не хотел, и заводить новые знакомства тоже. Этот день я не находил себе места, пока не сел за мольберт и начал рисовать. Так увлекся, что нарисовал портрет Ричарда, а следующий по непонятной причине я нарисовал наш с ним поцелуй и подписал: «Скажу тебе, прощай, будь счастлив и живи, как будто ощущаешь жажду жизни. Прощай, мой....., за все меня прости. Прости за сны без сновидений». Я не спрашивал сейчас себя, почему и зачем это делаю, зачем пишу, так или иначе. Нервы были на взводе. Ближе к вечеру написал портрет Ринальда, а в следующем рисунке с улыбкой на губах прорисовывал наш с ним единственный поцелуй. Вспоминая его слова и вкус… Да что со мной? Но… подписал:Ты так жарко поцеловал меня. В том поцелуе: сладость ласки, высокомерие небес. Благодаря, которым, ангел любви и нежности воскрес! Неужели я до сих пор его помню? Вкус его губ, его запах… Странно сегодня у меня все чувства, воспоминания обострены как нарыв… Наступил поздний вечер, я бы сказал, что уже ночь вступила в свои права, первые две луны давно заступили на свой пост и я отправился на охоту. Надев на себя темную одежду, открыл портал… Я вошел в зальный сумрак не спеша. Магический шар резал темноту. Пустынно в коридоре… только мои гулкие шаги. Шуршание одежды. В старинной раме — зеркала отсвет. Там, за обратной стороной зеркал, я слышу эхо давнего, былого. В это зеркало я любил когда-то смотреться. А сейчас в нем отражении увидел свой новый облик. Черные штаны заправлены в ботфорты, белоснежная рубашка и расшитый золотом с камнями черный бархатный камзол. Весь образ завершала висящая на широком поясе рапира с россыпью на эфесе камней-артефактов. На лице черная маска скрывающая лицо полностью и плащ с капюшоном в тон одежде, он скрывал мои рыжие волосы. В разрезе маски цвета моих глаз не разобрать, лишь отблеск света и предвкушение охоты. Усмехнулся, ну и маскарад… Я отправился по коридору, выпуская силу. Мне нужно найти мою добычу, а расположения ее места нахождения сейчас я не знал. Стук его сердца я чувствую. Где же ты мое проклятие? Слуги странно вели себя и склоняли головы, а в спину шепот:

      — Владыка… Помнят, кто хозяин. Прикалывался я, продолжая путь по замку.

Анвар.

      День выдался суетным. Сбор необходимой литературы, вещей занял почти весь день. Замок стоял на ушах уже не первый день. От моего отца все слуги шарахаются как от бога смерти. А причина его недовольства, что какого-то жреца упустили и он ушел. Отец сорвался и кричал на службу безопасности.

      — Упустили! Виновных отправить в казармы чистить нужники!!! — Он рычал, его сила, в этот момент, подавляя всех вокруг. Кто послабее и не могли защититься от отца падали на колени, прикрывая уши и согнувшись рукавом, вытирали кровь. Роптали все и молили и шептали, что при Деймонде он так себя не вел. Вот и еще открылось небольшой кусочек о моем папе. А он продолжал бушевать. — Он жрец, раб своего хозяина. И он вернулся, где мне найти его?

      — Владыка, — склоненный почти пополам стоял начальник службы безопасности. — Виновные будут наказаны. Они просто расслабились за столько лет и многие думали, что Владыка не вернется.

      — Что?! — И от его силы он рухнул на колени. — Найдите. — Он прошипел… — Переройте носом землю, но найдите и еще не спугните. Остальное я сам. Мой папа Владыка и этот титул остался за ним. Хм… как интересно. Я сам найду его, а Арис мне поможет в этом. Знаю, к кому мне обратиться за помощью. Дальше слушать не стал, да и отец отдал приказ.

      — Вон! Все вон! Его подчиненные просто вылетали как пробки из бутылок из кабинета Владыки. Начальник службы безопасности в ярости метал икру, отдавая приказы, и все говорили одно и то же, он вернулся. В глазах старых слуг я видел надежду, что в замке настанет порядок и спокойствие. Его словно улей разбудили от спячки. И шепот по замку, что уж он-то не позволит Владыке так бушевать. Некоторые вспоминали времена, и я хватал информацию из первых рук, но стоило им заметить меня как разговоры смолкали, и мне становилось обидно, что при мне никто не расскажет о папе. Все говорили о жрице. На слуху слово раб, но столько уважения к нему и преклонения… Хм… верность хозяину, вера в то, что он вернется, даже тогда, когда все отчаялись и уже не верили в возвращение Владыки и еще, что Кьяра бастард и брак с Иоландой не действителен. Вот это задело меня, ведь сестренка не виновата. Мой папа обрастал все большей таинственностью и привлекал. В глазах Лаэрда Даагонского впервые видел надежду. Он словно очнулся и в предвкушении тихо пробормотал больше для себя:

      — Наконец-то, он вернулся. Какой он? Мне тоже интересно, какой он. Арис, похоже, знаком с ним. Может он его наставник или друг. Ведь откуда-то он узнал подробности истории любви моих родителей. И может быть — это был запах моего папы на нем, тогда какой у него запах? Блин! Запутался… Ну, ничего завтра мы все прибудем в академию и там уж держись, я выпытаю у него информацию. День давно перешел в объятия ночи, и я вместе с Даагонским шел в свои покои. Он решил проводить меня, словно я маленький. Но в одном из коридоров он остановил меня и приложил палец к губам. Я кивнул и возле двери, которая всегда была закрыта, стоял во всем черном незнакомец. От него исходила такая сила и мощь, что хотелось склонить голову и произнести:

      « Владыка». Глупая какая-то ситуация. С чего бы мне называть его так, но… Эти покои были моего папы и я всегда мечтал войти в них, а отец запечатал их особым способом. Взломать его заклинание я не мог в силу того, что магия во мне спала. А незнакомец прошептал, словно шелест листьев под ногами пронеслось тихое:

      — Диссендиум. — И замок в двери щелкнул. — А ты предсказуем Тан. — Усмехнулся незнакомец. Извини, но я пришел обворовать тебя милый, — он усмехнулся, но столько нежности было в его словах. — А все равно не заметишь, что забрал свои вещи. О небо, что я творю? Стыдно-то как? Хотя!!.. Нет. Когда я еще сюда попаду? Его голос был преломлен, и разобрать нотки присущие именно ему, встреть я его в жизни, узнать бы не смог. Что-то преломляло его голос. Мое сердце схватило барабанные палочки и начало бить набат. Мы двинулись в сторону покоев, и Лоран дал мне знак находиться все время в темноте и не выдать себя. Я кивнул. И он вошел в покои. Свет тут же включился. Хм… Фигуру загадочного незнакомца выхватило из тьмы, и он прошел, как к себе домой. Он точно знал, где что лежит. Открыл портал и закинул книги швырнув их туда. Ну конечно, зачем нужна сумка? Класс!! Он тут командует фронтом, а никто даже и ни сном, ни духом. Офигеть. Я посмотрел на Лорана, он что-то ждал. А незнакомец прямой наводкой прошел к изголовью кровати. Нажал на какой-то рычаг и открылся тайник. Он усмехнулся.

      — Тан, приди и останови меня. — Произнес шутник, вор. Но я улыбался, глядя на него. Мне тоже стало смешно. А он достал оттуда детские вещи для новорожденного. И его пальцы с нежностью перебрали их. Он тяжело вздохнул.

      — Ан, — и столько тоски в этом было, что я захотел закричать папа… Он достал шкатулку, поставил на постель, как вещи которые он кучкой сложил рядом с подушкой. Лоран не стал прятаться и тихо прошептал:

      — Дэй. Незнакомец вздрогнул и резко повернулся в его руках сверкало боевое заклинание и кажется смертельное, но он посмотрел на Лоэрда Даагонского и выдохнул. Магия послушная своему хозяину отступила и заклинание растворилось. Я посмотрел на его лицо, и разочарование накрыло меня. Маска. Как нож по сердцу. Мне так хотелось увидеть его.

      — Лори, братик, так больше не пугай. Даагонский выдохнул, и по его щеке одиноко потекла слеза. Не сдержался. Да я и сам сейчас осознал, что плачу. Сглотнул ком. Папа. От него по прежнему исходила сила и заставляла преклонить голову в уважении.

      — Я не думал, что ты меня поймаешь на таком… хм... деле. Увлёкся.

      — Я скучал по тебе.

      — Я тоже, - и тихий вздох, то ли облегчения, ли грусти. - Мне не хватало тебя. Я очень переживал за вас, когда меня решили распять, создавая храм. - Он откинул одежду на кровать. Его пальцы побелели, когда он их с силой сжал. Сглотнул. Похоже он все же заплакал и пытался сдержать эмоции. - Лори, - он вновь смолк. Сглотнул. Выдохнул. - Прости, что не рассказал тебе о них. Я ведь лгал тебе, но не смотря на это.... - Опустил голову. - Кровь не водица. Мы стали братьями и я всегда мечтал о брате.

      - Я не понимаю тебя. О чем ты?

      - Я о настоящем Деймонде. Лучше расскажу сейчас, чем никогда. Молчать больше нет сил, да и не хочу. Когда маги схватили всю группу, нас отвели в заброшенном городе на сохранившуюся площадь. На алтаре погибали сильнейшие воины и ваш куратор истекли кровью прямо на глазах. Ритуал призыва богов. Дей ждал своей участи. Он понимал молить бесполезно их всех принесут в жертву. - Лоран вздрогнул, отшатнулся хватаясь за сердце. - Я открою правду и тебе решать брат я тебе или нет, но я продолжаю считать тебя таковым. Даже сейчас, когда у меня другое имя и есть братья, родители, но душой ты остался мне братом. Запомни это. - Даагонский кивнул и всем своим видом показал, что готов выслушать до самого конца. - Я вижу твое стремление узнать правду. - Он кивнул ему в ответ. - Трое богов явились на этот кровавый ритуал. Им нужен был дагерт. Дей был ослаблен настолько, что еще немного и его душа ушла бы за грань. Все маги проводившие тот ритуал погибли, а меня подселили в тело твоего брата. Рассказать тебе такое тогда я не мог. У меня был договор с этими богами. В тот же день после освобождения тело Дея по приказу Бога Йогана перенесло перерождение и он стал омегой. Так в теле твоего брата стали жить две души.

      - Кто же ты?

      - Я была девушкой в своем мире. В другом мире я благодаря Нацумэ получила смертельное проклятие и вот проклятая душа стала Деймондом, а душа твоего брата полностью зависела от моего исполнения сделки.

      - Когда ты пришел в дом Итана вас было двое?

      - Да. Именно Деймлонд помогал мне освоиться в этом мире. Мы с ним стали неразлучниками. Понимали друг друга с полуслова.

      - Что потом?

      - Когда я забеременел душа Деймонда стала моим сыном.

      - Что? - Он выдохнул, словно не дышал.

      - Связь между мной и Деем продолжала расти. Она стала канатом, который не порвать. Так по крайней мере думал я.

      - Так статуя девушки это ты? Незнакомец кивнул.

      - Девушка. - Вновь выдохнул он и оперся о спинку кровати.

      - Деймонд теперь Анвар.

      - Да.

      - Как тогда звали тебя?

      - Лара. А полное имя данное мне при рождении матерью Элара. Именно так обращались ко мне в моем окружении, но потом я сама сократила имя до Лары. Они оба молчали некоторое время, да и я сам попытался осмыслить все сказанное им. Лара..., от этого имени стало тепло и спокойно на душе. На уровне инстинкта я чувствовал связь с его душой, защиту и неуловимо что-то родное. По- другому объяснить для себя эти чувства не смог... Да и узнать о своей прошлой жизни не ожидал. Не каждому дано узнать о таком. Лоран был мне братом, а стал родным дядей, который вложил всю свою душу воспитывая меня. Именно он много значил в моей жизни и приглядывал за мной, когда отец был занят государственными делами, а тетя Хейли заменила мне мать, пока не появилась в моей жизни мачеха.

      - Ты защищал его?

      - Да. Когда они узнали, что душа Деймонда жива, я включил в сделку условие, чтобы он останется жив, ведь он не виноват, что так сложились обстоятельства.

      - Спасибо, за все. За Деймонда, за подаренную возможность иметь детей. Ты сделала все, что было в твоих силах и да.... - Он помолчал немного. - Ты мне брат. Только родная душа может так поступить рискуя собой, а ведь риск был. Сделка с богами это нужно иметь сильный характер. Он шагнул к незнакомцу и обнял его. Лоран оказался в его руках и расплакался.

      — Не престало альфе слезы лить. Я не уйду никуда. Я буду рядом, братик. — И столько нежности в его словах.

      -Я верил, что ты вернешься или ты не Дей. Незнакомец усмехнулся.

       - Ты прав или я не я. Я счастлив, что ты приял меня, братик.

      - Ты мне был и остался братом. Твой запах не изменился. Я тосковал по нему, как и по твоим шуткам.

      - Запах...., мне приходится прятать его от Танриса. Благо мне природа щедро подарила еще один. Но это потом, не сейчас... я обязательно похищу тебя и мы с тобой поболтаем обо всем. Время. У меня его немного.

      - Понимаю, но все же я счастлив видеть тебя. - Он немного отошел от него. - Как же до зубного скрежета хочется увидеть твое лицо, но понимаю не откроешься.

      - Извини, не сейчас. Лучше расскажи, как Хейли, дети?

      — Все дети взрослые уже. Ты, как и просил… — Он помолчал. — Кэт отдана богине Маре, на услужение и я после этого ни разу не видел ее. Ей было четыре. Совсем ребенок.

      — Я поговорю с богиней, но не гарантирую, что согласится…

      — Спасибо, хотя бы за попытку. Ты забрал жрица? —  Незнакомец кивнул. — Останови его. Он сошел с ума, и на поиски Танрис кинул лучших сыщиков.

      — Лори, он сильно обидел меня. Простить измену… — Он замолчал. — И еще у меня обязательства перед богиней за то, что вернула. Я как и тогда не принадлежу себе. Тогда полностью был во власти богов и сейчас тоже… Я не принадлежу себе и не свободен.

      — Ты не вернёшься к нему? Все надеются. Он тоскует по тебе и любит. Поверь.

      — Знаешь, так все запутано. Я приду к тебе, и мы поговорим.

      — Анвар, он так ждет тебя.

      — Как ты это понимаешь, Лори! — Он повысил голос. — Подойти к сыну и сказать привет я твой папа. Ты поверишь? — Он внимательно посмотрел на Даагонского и тяжело вздохнул. — Он не ребенок. Он взрослый парень, моя гордость. Я порву за него любого, кто посмеет обидеть. Отдам свою жизнь за него, но, увы… боги отняли годы у нас и теперь между нами пропасть… — Тяжелый вздох и он опускает голову. — Время ушло. Я буду просто рядом с ним.

      — У Анвара блок.

      — Я снял его. Научи моего мальчика пользоваться моей магией, прошу Лори. — «Как? Когда? Я в недоумении стоял и даже забыл правильно дышать в этот момент». — Время, брат. Даагонский кивнул. А он подошел к тайнику и достал кулон.

      — Это, передай моему сыну, — и указал на шкатулку. - Там лежат драгоценности, которые я сам выбирал для него. — Остальное пусть лежит здесь в тайнике. Тан, не должен заметить их пропажу. Я заберу лишь кулон, что он подарил мне после свадьбы. Его он не сразу хватится.

      — Он знает, как открывать тайник?

      — Я показывал ему. — Незнакомец повернулся к Лорану и попросил. — Брат, закроешь. — Тот кивнул.

      — Иди. Я буду ждать тебя. И даю слово, никто не узнает об этой встрече. Ты сейчас куда?

      — К моему проклятию. — Даагонский засмеялся, а незнакомец неслышно отправился на выход. Лоран головой показал мне, мол, иди с ним. Я кивнул. Руки похолодели, и даже дышать перестал пока он проходил мимо меня.

      — Дей, а… а дверь, свет. Он остановился и обернулся.

      — Я же сказал Тан, предсказуем. Как только ты покинешь комнату, сработает заклинание-защита. У тебя пять минут.

      — Вот шельма, а предупредить не мог. — Он засмеялся. — Ну, погоди!!! Он продолжил смеяться и развернувшись произнес:

      — Я бы вызволил тебя оттуда. — А Даагонский заворчал и, ругаясь неприлично, выдал, складывая быстрым темпом детские вещи и закрыл тайник.

      — Ты как всегда неподражаем. Я и забыл, какой ты…

      — Привыкай. Незнакомец или... хотя знать бы его имя не мешало, а ладно.. в общем он пошел по коридору. А я последовал за ним, стараясь не шуметь. Он прекрасно ориентировался в замке, как и Арис… Что-то с этими двумя не так???? Больше всего боялся, что он меня заметит, но он был увлечен, как он сказал…хм, охотой. И кто у нас добыча? Он повернул за угол, и мне пришлось задержаться, чтобы он не заметил слежку за ним. Сердце продолжало колотиться. Руки похолодели, ведь на такую авантюру в роли охотника мне не приходилось играть. Она захватывала, но больше боялся, что он мне это позволяет и играет со мной, как большой кот с игрушкой. Выглянул из-за угла и увидел, как он тихо открывает дверь. Он осторожно приоткрыл ее и после того как в чем-то убедился для себя, смело вошел. Я же рванул к дверям и стоя возле них наблюдал. Мой отец и его друг спали прямо за столом, выпив изрядную дозу спиртного. Он подошел к Лаэрду ди Анстрейг и поправил ему челку. Присел и посмотрел на него. Он пальчиком провел по его бровям, скулам, губам. Вздохнул и коснулся пальцами, словно это поцелуй к его щеке. Поднялся и походкой хищника направился к отцу. С ним он был более осторожен, но в тоже время температура воздуха опустилась, и в гостиной похолодало настолько, что в камине погас огонь. Он расстегнул рукав рубашки и открыл руку до локтя. Выдох облегчения вырвалось из его горла:

       — Чист. Что это значит? Он сделал пару шагов от него и открыл портал, но оглянулся. Вернулся к отцу и, скинув маску, нагнулся к нему и поцеловал. Я счастливой улыбкой стоял с осознанием, что он его любит. Сердится, но любит. Сердце сделало радостный кульбит и помчалось вскачь. Возможно, еще ничего не потеряно.

      — Не уходи… — Прохрипел сонный голос отца, но незнакомец уже скользнул в портал, а отец, когда открыл глаза, увидел лишь меня возле двери. Я развернулся и закрыл дверь. Шел к себе, не замечая ничего. Он не удержался, … любит, поцеловал, сняв маску. Жаль только лица я так и не увидел. Переоделся и лег в постель, но мысли еще долго не давали уснуть.

      — Папа, кто же ты? Узнаю ли я тайну? Кто бы ты ни был, но знать о тебе хочу все. — Прошептал я, в тишине комнаты засыпая. Я чувствовал себя сейчас маленьким мальчиком, которому довелось после долгой разлуки встретить родителя.

Арис.

       Риск оправдался, но сам себя ругал, что не удержался. Губы до сих пор горели и желали продолжения. Объяснить свой поступок не мог, лишь разбередил чувства. Желание вернуться и совершить глупость. Нет! Нельзя. Опустил голову, словно скоро идти на плаху. Вдох… Как же хочется просто жить, любить того к кому тянется сердце и душа, наслаждаться тихими днями рядом с любимым и быть счастливым. Как жаль, что в жизни всегда присутствует пресловутое «НО»… Присел на край кровати и провел рукой по постели. Смирюсь ли я с таким положением? Ведь оно убьет нас обоих. Хватит ли у меня сил? Брачная ночь откроет многие вещи. Знаю, что должен. Но это не ответ для него и я пойду по лезвию ножа, чтобы не погубить его. А мое сердце разорвется на мелкие осколки и любить будет уже нечем… Снял с себя свой маскарад и отправился в душ. Там стоя под струями воды, полностью отрешился от всего. Я подумаю обо всем потом… Когда точно буду знать кто этот Дарий. Вышел из душа и вытер тело насухо. Натянул через голову рубашку и спальные штаны. Стоило добраться до постели, как сон сморил меня. Утро настало для меня неожиданно, словно и не ложился вовсе спать, а лишь прикрыл глаза. Настроение от этого было хуже некуда. Завтрак прошел в полной тишине и в одиночестве. Потом последний раз оглядел поклажу, туда же добавил книги, что стащил у Танриса. На досуге будет что почитать. Эти книги по магии ценнейшие.

      — Все готово, ваше Высочество. - Тихим тоном произнес Ларуш.

      — Гэвин, — я повернулся к нему. — У тебя есть, где спрятаться на эти пару месяцев? Сам понимаешь, что брать тебя с собой опасно. Тебя ищут. А если обнаружат, то и меня тогда… в общем неприятности явятся во всей красе.

      - Ваше Высочество, — обратился ко мне Ларуш. Я посмотрел на него, давая понять, что слушаю его внимательно. — Оставьте нашему мажордому распоряжение на счет Гэвина. Он останется приглядывать за вашей комнатой и жить будет здесь. Ну, может, будет выполнять какие-то поручения по замку. Но вы можете настоять, что ему нельзя в город или еще куда, только в замке.

      — Как тебе идея?

      — Хм… не плохо и я действительно в замке под защитой. Сюда сыщики не сунуться, а в случае чего вы меня перенесете к себе. Не волнуйтесь, со мной все будет в порядке.

      — Уверен? Он в ответ лишь кивнул. Я прошел к столу и написал четкие указания мажордому по поводу Гэвина. Запечатал записку и отправил Ларуша с поручением. Через полчаса все насущные вопросы были решены. Вещи погрузили, слуги сели отдельно, а следом за ними и мы с братьями расселись по своим местам. Двери карет захлопнулись и возница прокричал подавая всем остальным, что пора трогаться в путь. Я сел возле окна и прикрыл глаза, сразу давая понять братьям, что настроение у меня хуже некуда и желания разговаривать нет. Наш кортеж отправился по дороге, выезжая из окрестностей столицы. Ехать нам предстояло около четырех часов в объединенные земли. Ехали медленно — очевидно, жалели лошадей. Карета покачивалась, и мерный ее ход сморил меня. Почти всю дорогу я проспал. Братья разбудили меня, когда за окнами показалась столица этих земель. Еще издали приближаясь к городу Ингрем становится, заметен ослепительно белый силуэт замка Ангкор-Ват, утопающего в окружающей его зелени. Тут и там произрастают массивные деревья, сливаясь со стенами и башнями, обнимая камни гигантскими ветвями и корнями. Высокие зубцы башен и неимоверные украшения, балконы и бастионы, кружева окон и белоснежные колонны, винтовые лесенки, взмывающие в небо. Комплексом зданий академии Ангкора называют Ангкор — Тхом. Это место имеет и другое название — Долина Замков из-за схожести вертикальных каменных столбов с башнями и крепостями. На противоположном берегу реки Лорейн отвесная вулканическая стенка и кажется, что в этом месте каньон заканчивается. Но это не так, он лишь резко извивается и уходит дальше. Мы постепенно подъезжали к столице и все ближе, и ближе можно было рассмотреть. Проехав ворота, перед нашими взорами предстали аккуратные, ухоженные улочки и улицы, площади. Магией дышал каждый камень каждого здания. Удивляться было нечему, в огромном прекрасном городе на каждый квадратный метр жили маги. Жители здесь встречались всех рас и мирно между собой существовали. Дома были сложены из удивительного материала, который переливался в лучах солнца различными радужными оттенками. В каждом таком доме жила отдельная семья, но были и огромные особняки, принадлежащие высокопоставленным особам, приближенным самого короля. Черепица на крышах различалась не только цветами, но и формой, некоторые кусочки поражали воображение особенно смелыми оттенками. Вся эта красота утопала в зелени роскошных садов, повсюду раздавалось журчание золотых и серебряных фонтанов. У меня просто дух захватывало! Еще немного времени, и мы оказались у ворот академии «Трех лун». Огромные кованные с витиеватым рисунком ворота открылись, и наш кортеж въехал на ее территорию. Проехав весь парк, кареты остановились у главного входа. Кучер открыл дверь, и мои братья первыми выпрыгнули из нее. Амир подал мне руку и усмехнулся. Я насупился над его издевкой, что я девчонка, что ли? И уже сам из кареты выйти не могу. Поэтому проигнорировав его, вышел. У входа уже толпились адепты и разглядывали вновь прибывших. Они перешептывались и обсуждали, что-то явно сплетничая. Пусть внешне я не проявлял никаких эмоций, но внутренне содрогнулся от величия старого замка. Он был огромный, а острые шпили круглых башен, казалось, пронзают само небо. Внутри он выглядел мрачным. В просторном холле вдоль стен висели магические шары, но их свет не проникал в затененные углы. Черный каменный пол устилали красные ковры, они же покрывали широкую лестницу, которая вела вверх, разделяясь на два пролета от общей площадки. Меня встретил комендант общежития и сопроводил до него. Как, оказалось, существует отдельное общежитие для омег, а так как нас было меньше, чем альф комнаты оказались просторными, светлыми на двоих. Меня поселили на четвертом этаже. Парень отрыл мне дверь и дружелюбно пропустил в общую гостиную.

      — Привет. — Произнес я. Внимательно оглядел соседа, а он тоже с любопытством прошелся взглядом по мне. Инкуб, выверт природы и магии, но всё же демон: иссиня-чёрные волосы, прямые, густые, тяжёлые, оливковая кожа, янтарные, раскосые глаза, острые нечеловеческие скулы, худощавый, но никак не субтильный, среднего роста.

      — Привет, рад наконец-то увидеть своего соседа и одногруппника. Я уж думал, что и в этом году тебя опять не будет.

      — Как видишь, вынужден, явится на глаза профессоров, и присутствовать на занятиях. Меня зовут Арис, а тебя?

      — Мартин. — Он по-дружески протянул руку, и я пожал ее. — Твоя левая сторона, моя правая. Моего слугу зовут Нильс.

       — Моего Ларуш.

      — Ну, проходи. Я не буду мешать тебе, разбирать вещи. К вечеру в общем зале собрание. Раздадут расписание, и сегодня библиотека работает до ночи. Нужно успеть получить книги.

       — Отлично, спасибо за подсказку. И вместе с Ларушем направился в свою сторону, где располагались мои комнаты. Ну, что можно сказать: небольшой кабинет, состоящий из стола, пару стульев, шкафы в которые мы тут же вытащили с Ларушем книги и расставили их по полкам. На полу ковер с мелким ворсом, легкие занавески на единственном в этой комнате окне. Вот и все, но места было предостаточно, и я установил мольберт. В стол ящика уложил краски, кисти и карандаши с тетрадями. Пока разбирался в кабинете, Ларуш приступил к сундуку с вещами. В спальне стоял платяной шкаф, в котором висела форма на каждый день, праздничная и для занятий по боевым искусствам. Что ж не плохо. Посередине комнаты на постаменте находилась двуспальная кровать с балдахином. В изголовье с обеих сторон пару тумбочек для мелочей, небольшой угловой камин, возле которого располагалось на вид довольно удобное кресло, на полу ковер уже с более толстым ворсом. Из спальни выходило еще две двери. Как оказалось одна из них без окон с односпальной кроватью и стулом, была для прислуги, а вторая ванной. Я не привереда на счет удобств, главное не на улице. Спать, помыться и сделать уроки есть где, и на этом спасибо. В мою дверь постучали, Ларуш открыл ее. На пороге стоял Мартин.

       — Арис, время. Ты идешь на собрание?

       — Угу. — Ставя последнюю книгу на полку. — Надо в библиотеку заглянуть, пока все не очухались.

       — Хм. Дело говоришь. А то потом в очереди придется простоять. Многие наглеют и занимают на своих друзей. А потом стоишь и хлопаешь глазами, а в душе такая ярость и обида, словно тебе туда наплевали. От несправедливости хочется кого-нибудь пристукнуть и прикопать тут же под дверью библиотеки. Я усмехнулся и направился к выходу. Мартин подарил мне браслет — маячок. Теперь я мог спокойно ориентироваться в стенах замка и не заблудится. Поблагодарил парня, а он отмахнулся. Болтая обо всем, и почти не о чем мы зашли в общий зал, превосходивший своими размерами даже нижний холл. Окон здесь было больше, и шире, но опущенные темно-синие шторы скрывали солнечный свет, погружая помещение в таинственный полумрак. Адепты расселись согласно своему курсу и направлению. Тихо переговаривались между собой, ожидая прихода профессоров и ректора. Многие шептались, что Лаэрд Емрисс увольняется и нас ожидают перемены. Очень многие адепты боялись этих самых перемен, а некоторые наоборот радовались им. Тем, кто радовался, оказалось большинство, шептали, что наконец-то в академии наведут порядок. Девочки успели навести справки о будущем ректоре и, узнав, что он холост, строили планы на будущее. Я же продолжил осмотр общего зала. Их планы меня не касались. В центре зала находилось возвышение, которое я про себя назвал сценой. Вокруг нее стояли резные деревянные стулья. По бокам расположились преподаватели, а дальше полукругом сидели адепты. На сцену вышел высокий мужчина с длинными белыми волосами, один из сильнейших магов объединенных земель. Демон и в нем было что-то смутно знакомое, но вот где я его видел? Не. Кажется, ошибся, хотя… Я пригляделся к нему внимательно. Ну конечно, Дей мне показывал из своих воспоминаний. Он был его преподавателем по боевым искусствам. А он оглядел весь зал, и адепты прекратили все разговоры. Мгновенно шум стих, и все внимание было обращено на него.

      — Приветствую вас под сводами нашей академии, — раздался зычный, удивительно громкий голос ректора Лаэрда Николаса Емрисс. Речь ректора была недолгой, он призвал всех усердно учиться, проявлять уважение к своим наставникам и не позорить собственного имени поведением, недостойным аристократов. Декан Варден Брайс выступил вперед, рассказал о будущих занятиях, у всех в руках появилось расписание. Он поделился информацией, что нужно успеть получить необходимые методички и завтра начало занятий. Напомнил, чтобы не опаздывали, а те, кто проспит, ждет наказание в виде отработки. На последнем он усмехнулся, а все подобрались. Ага… значит, кое-то уже вкусил, что такое наказание здесь. Вся церемония закончилась через полчаса. И мы дружной толпой ринулись получать книги. На самом «чердаке» академии располагалась библиотека с разными уровнями доступа, ведь некоторые книги могут быть безумно опасны. Причем не только для своего читателя. В помещениях библиотеки всегда витает дух старого пергамента и вековой мудрости. Нам повезло мы были хоть и не первые, но и не последними. Перед нами стояло лишь десять адептов сообразивших как мы, что первым делом нужно идти сюда, а уж потом обсуждать новости. К ужину нам все же удалось обзавестись книгами, что несказанно, очень радовало, глядя на несчастных, что стояли в коридоре, ожидая своей очереди в библиотеку. На первом этаже располагается огромная столовая, запахи из которой по утрам сводят с ума студентов. Рассказывал мне Мартин идя по коридору в этом направлении.

      - Да не уже ли? Выдал я скептически посмотрев на нового друга.

      - Да-да! Вопреки всем предрассудкам о студенческих кухнях, в академии кормят превосходно. Единственным недостатком является табу «завтрак, обед и ужин – лишь по расписанию». Позавтракать все желающие могут исключительно с 6 до 7 утра, пообедать с 12 до 14 часов, ну а поужинать с 19-20. Незадачливым студентам, опаздывающим на такие важные мероприятия, придется оставаться голодными, или довольствоваться своими запасами, привезенными из дома. В столовой народу было мало, многие продолжали толпиться в коридоре академии, стоя в очереди за книгами. Поэтому заняв свободный столик, и быстро перекусив, мы, с Мартином обсуждая предстоящие занятия, отправились к себе в общежитие. А там, в дверях я застал разгневанных братьев. Они ругались с комендантом, а тот как цербер стоял на страже и не пускал их.

      — Тише, вы чего разошлись?

      — Арис. Уф… — Произнес Амир, — Мы к тебе в гости, а он у вас ух…

      — Ходят тут всякие и братьями называются, а потом виновата академия. - Бормотал под нос комендант.

      — Простите, но они действительно мои братья. Я Арис де Ортего. Комендант присмотрелся к нам и махнул рукой. Братья безупречны, как всегда: всё те же обтягивающие кожаные штаны, китель, сапоги, всё с металлическими вставками, всё абсолютно чёрное. Даже металл зачернён. В его глазах мы прочитали, что поверил нам. Мы дружной толпой вошли в нашу общую гостиную. Мартин тут же, как гостеприимный хозяин дал распоряжение Нильсу, чтобы тот организовал чаепитие. Братья не спрашивая разрешение у меня, как только узнали, с какой стороны мои комнаты ввалились туда и стали рассматривать их.

      — Арис, знаешь, глядя на все это, — он обвел рукой по спальне, — начинаю сожалеть, что я альфа. — Амир прыснул в кулак. — Что? Не, ну ты посмотри, с каким комфортом устроился он. А мы! Нам же приходится ютиться по четверо в одной комнате. Вот скажи, где справедливость?

      — Зато тебе через два месяца не нужно идти к алтарю. — Передразнил я. Ах, какая несправедливость… Амир уже открыто улыбался.

      — Да ладно, тебе… Жизнь после свадьбы только начинается. Еще никто не умирал от этого. Вот увидишь своего суженного так и растаешь.

      — Ага…верю, верю вот сам и женись, а мне и так в холостяках хорошо.

      — Арис, не будь ребенком. Пойми, свадьба однозначно состоится, вопрос лишь в тебе. Суженный — не игрушка. Если ты не ответишь на его чувства, то он умрет. Неужели ты готов сыграть в рулетку, где станет ставкой жизнь альфы.

      — Я не дурак и понимаю это, а что если я не откажусь от него, но не смогу дать то, что он бы желал получить? Что с ним будет?

      — Ты продлишь его агонию. Он будет мучиться и все равно не выдержит. Я точно не смогу так жить, зная, что не нужен. Это медленный яд. - Алер сердито посмотрел на меня. Если ты такое сотворишь с ним, я лично выпотрошу твою душу и отправлю в ад.

      — Алер, я уже горю в Аду.

      — Я не понимаю, почему ты даже ни на секунду не задумываешься, что можешь стать счастливым? Ты даже мысли такой не допускаешь. — Прокричал зло брат и потянул Амира к выводу. — Пойдем, иначе я не сдержусь и тряхну его как следует. У меня просто руки чешутся надавать ему пару ощутимых оплеух, чтобы мозги у него встали на место. — Он рычал и чуть ли не плевался ядом. Они вышли из моих комнат и Алер на стену с моей стороны прикрепил на дверь календарь, в котором уже были зачеркнуты дни после того злощастного разговора с отцом о свадьбе.

      — У тебя есть еще время подумать, — Он ткнул пальцем на календарь.

      — Ага, мне все ясно.....- Вдох, выдох, вдох — В сочувствующие записался, — Повысил голос я, — Конечно альфа всегда встанет на сторону альфы. - Кричал уже я.

      — Арис, ты что брачной ночи испугался? - Высказал свое мнение Алер. Уж не знаю, что было написано на моем лице, но они оба в это поверили.

      — Малыш, больно бывает только в первый раз и то не долго. Знаешь, истинный сделает все, чтобы тебе было хорошо в первую очередь, ведь от этого зависит ваша совместная жизнь. Он будет сдержан, как бы ему не хотелось большего. — Амир сделал пару шагов в мою сторону и прижал меня к себе, поцеловал в макушку. Тшшшш…все будет хорошо. Боже, ты как натянутая тетива в луке. Мой тебе совет не думай сейчас об этом. Не накручивай себя понапрасну. Иди спать, завтра начнется учеба, лучше проведи весело время пока ты свободен от обязательств, а любовь… Хм…, она приходит внезапно, тогда когда совсем ее не ждешь. Он сейчас тоже живет спокойно и его душа свободна как птица. Не руби с плеча, не разводи панику, ладно? Я лишь кивнул.

      — Вот и молодец. — Произнес Алер уже более спокойным тоном, — не сердись на меня. Я признаю, что эмоционально погорячился. Прости. И вновь кивнул. Братья извинились перед Мартином, что не стали пить чай, пожелали нам спокойной ночи и покинули нас. Я с соседом молча, выпил чай и был благодарен Мартину, что тот не стал лезть в душу со своими советами. Они сейчас были ни к чему. Он бы только сделал для себя хуже, и я перестал бы с ним общаться. А так....., так я отправился к себе в спальню, сорвал с некой раздражительностью одежду с себя и лег спать. Я крутился с боку на бок, глупые мысли лезли в голову, тяжело вздыхал и вновь ругал себя, что не могу никак уснуть. Взбил подушку, натянул одеяло, лег на бок и в позе эмбриона все же уснул.