Преимущества иллюзии

      — Может ты меня похоронишь? — предложил Освальд, нагло восседая на диване.       Эдвард согнал галлюцинацию с дивана и произнес, намекая на наивность собственного подсознания:       — Учитывая течение и время, прошедшее с падения тела в воду, найти его будет невозможно. Ты ведь и сам знаешь. Единственный вариант, что тело прибьет к берегу. Но тогда об этом мне сообщит полиция.       Освальд махнул слегка голубоватой рукой и прошелся от стены к стене.       — При чем тут тело? Ты можешь закопать все, что душа пожелает, — он показал на диванную подушку, — ну хоть бы и ее. Положишь в ямку, постоишь, погрустишь, произнесешь речь и отпустишь с миром.       — Зачем мне это делать? Это же бессмысленно. Тем более, что подушка мне нравится, — сказал Нигма, аккуратно протирая очки тряпочкой.       — Да при чем тут подушка? Тебе нужен образ! Может, хоть похоронив меня ты прекратишь принимать таблетки. Так и не нашел себе достойного собеседника?       — Не слишком ли резкая смена темы? — Эдвард надел очки, спрятал тряпочку во внутренний карман, застегнул пиджак и коротко ответил, — нет.       — Ну-ну. Сколько еще кандидатов живы? Три? Четыре? Эх, не поздоровилось бы жителям Готэма, начни ты выпускать кроссворды!       — Два. Вернусь ночью. Не жди.       — Ну уж куда я денусь?       Освальд снова уселся на диван и принялся очищать от тины манжеты рубашки. В комнате отчетливо пахло пирсом. И улитками.

***

      — И зачем было устраивать весь этот цирк в прошлый раз? — раздраженно спросил Нигма, запивая таблетку чаем.       — Тебе не понравилось? А мне кажется, вышло здорово. Мне ведь идет цилиндр? — кокетливо сказал Освальд, приглаживая влажные волосы.       — Это было, несколько развязно. Тебе не кажется?       — Я ведь твоя галлюцинация. Так что все вопросы предъявляй себе. Так что там с противником? Фокси?       Кобблпот присел на краешек стола, щека у него чуть подергивалась и он, нахмурившись, принялся что-то вылавливать из-за нее пальцами.       — Я не уверен, что Фокси подойдет. — Нигма уткнулся взглядом в чашку, стараясь не смотреть на увлеченного Освальда.       — О, достал! — радостно произнес Кобблпот, потрясая перед носом у Эдварда выуженной из-за щеки рыбкой. Спустя мгновение рыбка полетела в кружку к Нигме. Капельки крепкого чая попали на запотевшие очки Эда.       — Совсем совесть потерял? — возмущенно спросил Нигма у засмеявшейся галлюцинации.       — Когда меня мало, я — наслаждение, но если я буду долгим, то превращусь в муку. Меня легко забрать, но так же легко получить. Что я? — Освальд уставился прямо в запотевшие стекла очков.       — Радость. По-твоему мне должно быть смешно? Ты испортил мой чай. — Эдвард со стуком поставил чашку на блюдце, наблюдая за плещущимся в чае мальком.       — И я еще наивен? Рыба так же нематериальна, как и я. По твоей, между прочим вине, Эд. Впрочем, Готэм удивительный город. Я бы сказал, город возможностей!       Кобблпот ловко подхватил кружку, отпил немного. После чего вернул чашечку на блюдце и облизнул зеленоватые губы, между которыми на мгновение мелькнул чешуйчатый хвостик.       — Я все исправил. Рыбки больше нет. А можешь ли ты исправить свои ошибки?       — Уйди прочь! — Эдвард смахнул чашку на пол. Одновременно с раздавшимся звуком бьющегося фарфора, исчез и Освальд.

***

      — Что ты думаешь о жизни после смерти? — Освальд задумчиво водил пальцем по полировке стола, оставляя разводы из тины.       — Ничего не думаю. Это не научно. С чего бы тебе интересоваться?       — Ты никогда не предполагал, что я не твоя галлюцинация, а вполне реальный призрак Освальда Кобблпота, которого способен видеть только ты?       — Даже мысли такой не было. Перестань портить стол.       — Ты врешь сам себе. Ведь если я заговорил об этом с тобой, значит ты задумывался. Логично? — Освальд пригладил челочку, с которой ненавязчиво капала вода.       Эдвард подошел к столу, разглядывая оставленные разводы. В одну строку там повторялось «ЭдвардЭдвардЭдвард». Он поморщился и отошел от стола. Сами исчезнут.       — Ну, предположим, что жизнь после смерти есть. И что с того?       — Ты многих отправил на тот свет. Тебе шлют привет, — Кобблпот на мгновение улыбнулся случайной рифме, — что могли бы тебе передавать те, кого ты убил? Та же Изабель.       — Изабелла! Неужели так сложно запомнить? И я ее не убивал. Это ты ее убил, за что и поплатился!       — Эдвард, тебе просто надо с кем-то спорить. Ты сам постоянно напоминаешь мне, что я лишь плод твоего воображения, вызванный галлюциногенами. Ну, Изабелла и Изабелла. Ты сам ее убил бы, не сделай этого я. Ты меня еще поблагодарить должен, а ведь я не от нее хотел пере…       Раздалось тренькание телефона. Эдвард резко сорвал трубку с рычажков и рыкнул:       — Да! Нет, нету. Номером ошиблись.       После чего опустил трубку на ее законное место и развернулся всем корпусом к тому месту, где не так давно стояла галлюцинация.       Пусто. Его снова нет. В тот день Нигма решил больше не принимать таблетки.

***

      — Тебе не кажется, что в прошлый раз ты ушел слишком по-английски. Мы не договорили.       — А тебе не кажется, что каждая наша встреча начинается с вопроса. Я тебе что, оракул? — Освальд выглядел раздраженным.       — Так что мне передавала Изабелла? Я так и не поверю в твои байки про загробный мир. Вы с ней все-равно попали бы в разные его части, но мне было бы интересно выслушать интерпретированную моим подсознание версию случившегося.       — Твоя Изабелла молчит, как поездом сбитая, — огрызнулся Кобблпот, зевая, — у меня сообщение от другого.       — Ну-с, я жду. Что ты мне поведаешь, Освальд?       Кобблпот оправил пиджак и, резко повернув голову в сторону Нигмы, начал говорить, медленно приближаясь:       — Тебе ведь хватает развлечений, Эд. Весь город будет плясать под твою дудку, если ты захочешь. Десятки, сотни людей будут пытаться разгадать твои загадки, если ты захочешь. Но ты продолжаешь принимать таблетки и говорить с образом убитого тобой друга. Тебе это не кажется странным? Взять хотя бы мое шоу, оно было прекрасно, не правда ли? Быть может, я голос твоего разума, а может быть я совесть. Вдруг, ты прекратишь искусственным образом вызывать мое видение, а я не исчезну? Может и сейчас я просто явился к тебе. Ты уверен, что принял таблетку? Нет! Ты ненормален, Эд. И если бы не я, ты бы так и гнил в Аркхеме! Я создал Эдварда Нигму! Я вытащил тебя из психбольницы. Я направил тебя, — Освальд подошел настолько близко, что серьезно нарушил границы личного пространства Нигмы. От него тянуло холодом и затхлостью, — ты нуждаешься во мне. И не только как в говорящем изображении. Я тебе нужен, Эд.       На этих словах Кобблпот привстал на цыпочки, утыкаясь холодными и липкими губами в губы застывшего Эдварда. Нигма и не думал отстраниться. Он застыл, пытаясь проанализировать, что же с ним происходит. На затылок легла легкая и мокрая ладонь. Эдвард попытался отойти, чувствуя рыбный привкус во рту, но его уже отпустили. Он старался думать о хорошем.       — Ты что творишь? — воскликнул Освальд, хлопая себя по затянутым в изумрудное платье бедрам. — Как это вообще понимать?       — Я старался думать о приятном. Например, о мисс Крингл. — Спокойно ответил Нигма, вытирая губы тыльной стороной ладони.       Кобблпот сорвал с себя очки и принялся топтать их каблуком.       — Ты идиот! — Он приблизился, на ходу меняя обличье на свое, так сказать, естественное, и снова поцеловал Нигму. Тот продолжал стоять столбом.       — Это нелогично. Можно ли считать, что я целую сам себя, ведь ты часть моего подсознания?       Освальд скривился и хотел было уковылять портить диван тиной, но Эдвард его не отпустил. Некоторое время он удерживал Кобблпота за сырой рукав пиджака. После чего разжал пальцы и первым опустился на диван.       — Не то. Определенно не то, что надо.       Кобблпот оскорбленно отвернулся и направился к выходу из комнаты. В дверном проеме он обернулся и глянул на задумчиво сидящего на диване Эда.       — Это потому что я рыбой пахну?       — Вероятно.       — Ну, тогда может тебе настоящий больше понравится, — он ухмыльнулся, наблюдая за медленно вытягивающимся лицом Загадочника, после чего наиграно округлил глаза и приложил ладонь ко рту, — ты ведь уже догадался, Эдвард. Я передал твое послание. Удачи в личной жизни. Больше не увидимся!