Маховик для Нуара.

      Адриан может и ожидал чего-то подобного, но, как оказалось, не был готов к этому самому подобному. Он собирался отпустить шуточку, но не успел, пытаясь подобрать челюсть с асфальта. То, как она на него посмотрела, ожидая чего-то и смущаясь одновременно. Маринетт прыснула в кулак, вспоминая, как часто ей самой Алья закрывала рот в таких случаях. Она, не задумываясь ни на секунду (иначе вспыхнула бы посильнее сверхновой), подошла к нему и указательным и средним пальцем вернула его челюсть на место.       То, как Адриан на неё посмотрел, заставило её опустить взгляд и начать изучать свои балетки, лишь бы не раскраснеться. Она пыталась вернуть себе самообладание и логическое мышление и, вспомнив кое-что, поспешно спросила, — Так что за просьба ко мне, Адриан? Адриан оторвался от изучения её декольте и дизайна платья, краснея от того, что Леди спалила его на этом. Он уже понял, что лучше Маринетт (по крайней мере для него) в амплуа героини Парижа он никого не мог и представить. И то, что в какой-то мере он любил и Маринетт, только подтверждало его главный аргумент в пользу раскрытия личностей: она не может быть такой только из-за камней, а он будет любить её так же и без пятнистого облегающего костюма, научится любить. Потому что и так она... — Горячая штучка. Маринетт непонимающе вскинула брови и, видя красное от смущения лицо Адриана и отведённый очень заинтересованный взгляд, повторила свой вопрос, каким-то невероятным образом не умудряясь заикнуться или перепутать слова.       Адриан услышал её вопрос, и что-то подсказывало ему, что она задала его уже дважды. Надо нормально ответить. Плагг проговорил ему фразу, а Адриан одновременно пытался и нормально ответить и не ляпнуть часть фразы, как произошло до этого. — Ещё не время. Когда подойдём к башне, я озвучу тебе просьбу. Плагг постучал себя по лбу. Такой шанс упустить. Мог бы ей сразу серьги подарить, и так вуалировать не пришлось бы. Но что сделано, то сделано. Уже без пятнадцати минут девять и, если Адриан не хочет проблем, он должен прийти заранее и забрать коробочку. "Ты должен поторопиться, Адриан. Возьми её за руку и попроси рассказать о шитье и о её желаниях на будущее. И иди быстрее, путь по мосту занимает несколько минут. Купи ей ванильное мороженое, а сам помолчи, пока она не успокоится. Иногда задавай вопросы, если тебя что-то заинтересует. Короче, веди себя, как та репортёрша из журнала, только поменьше вопросов и содержание профильтруй." Маринетт вздохнула, изнывая от желания узнать, что это за просьба. На его вопрос она удивлённо похлопала ресницами и начала рассказ о своём становлении как дизайнере, её вдохновителях и любимых моделей. Рассказывала она так, что Адриан поневоле заинтересовался и через пару минут, покупая им двоим мороженое, они уже вовсю спорили, кто является лучшей моделью для молодёжной аудитории Франции, потом Бельгии, Англии. В общем, перебрали весь Евросоюз, включая тогда ещё входившую в состав Британию. Но на Франции они остановились подольше. — Прежде чем вы начнёте, мистер супермодель аля "Я король мира", я хочу обсудить девушек и всех остальных популярных моделей, не включая вас. Вы, конечно, вне мужской конкуренции, но мне гораздо интереснее узнать о других моделях, потому что с вами я могу спокойно об этом поговорить и через пару дней.       Адриан внезапно вспомнил, что НЕ БУДЕТ У НЕГО ЭТИХ ДНЕЙ, У НЕГО ДАЖЕ ДНЯ НЕТ, чтобы объясниться с Маринетт, возможно (маловероятно, и эта вероятность, выдвинутая самим Адрианом и поставленная во главе всего приводила к кратковременным вспышкам гнева) начнёт с ней встречаться, а завтра исчезнет, оставив её с разбитым сердцем и без напарника (а может даже сегодня, потому что эта идея уже перестала ему нравиться). Напарника, который поможет спасать Париж и дальше, подставляясь под всё, лишь бы она не пострадала, защищая её и ставя её жизнь превыше себя. Адриан обнаружил, что сидит на скамейке, а взгляд затуманен и что-то холодное стекает по щеке. Он плакал, он даже не помнил, когда слёзы выступали на глазах в последний раз. Наверное это было на похоронах матери. Он плакал несколько часов, не спал почти неделю даже не мог поднести ложку ко рту без помощи, так тряслись его руки. Потом он встретил Маринетт. И жизнь снова обрела краски в лице синеволосой девочки с Что-то, похожее на шёлк, мазнуло по щеке, стирая каплю. Маринетт пыталась успокоить его, не понимая, как всё плохо. Что послезавтра может даже не наступить. Для него. Не для неё. Маринетт не понимала, почему её разговор так трепанул чувства обычно сдержанного и позитивного Адриана. Почему он плакал? Почему с таким отчаянием смотрел невидящим взглядом сквозь неё? Но Адриан взял себя в руки и, в благодарность проведя рукой по руке Маринетт и немного сжав её, встал и, как ни в чём не бывало, пошёл дальше, подхватывая её под руку и поднимая со скамьи, на которую она пересела, обнимая Адриана и пытаясь успокоить его. Видимо, она и привела его на скамью. На Марсово поле. Он взглянул на часы. — Я сейчас, только по делам сбегаю! Он не поверил даже сам себе. А так знакомо неверяще поднятые брови его Леди только подтвердили это. Но он уже бежал к поджидавшему его курьеру, оставившему велосипед с логотипом магазина за колонной башни. Маринетт потихоньку понимала, что тут происходит. Сейчас Адриан вернётся к ней и, выстрелив ей в лицо салютом, подхватит вылезшую из куста Хлою и, насмехаясь над ней, убежит с ней в чернильный сумрак ночи. Ладно, этот вариант получает от неё приз за абсурдность(тем более Хлои во всех ближайших кустах не оказалось). Может он хочет мне что-то подарить? — Да не, не может такого быть, это же Адриан. Хотя... Нет, быть этого не может. А даже если и собирался, зачем было идти сюда? Мог бы просто отвести от дома, вне зоны прямой видимости локатора модели "Алья" и "Мама". Которые, объединившись вместе просто непостижимым для науки и мироздания образом, перекрывали всё в радиусе полукилометра, невзирая на законы физики, логики и кучу научных статей, опровергающих телепатию, телекинез и т.д. Тогда ладно, может этот поступок и был оправдан. Но не проще было заручиться поддержкой мамы или передать его в коллеже/лицее? Хотя, если подумать, он же не пришёл сегодня, сославшись на болезнь, и Маринетт сокрушалась, что не смогла его навестить. Вечер за день до этого Натали даже думать не хотела, что стало с Адрианом, ведь он выглядел ни больше ни меньше натуральным зомби. Даже если он и соображал, мысли его витали далеко, изредка вырываясь в словах "Маринетт" и "идиот". "Пусть сам разруливает свою санта-барбару... а я ему немного в этом помогу", — подумала Натали и ушла сообщить Габриэлю, что его сын болен и не сможет пойти в школу. С утра на журнальном столике Адриана она увидела записку, в которой было написано только два слова - "Спасибо, Натали". Она мимолётно улыбнулась, но затем стёрла с лица эмоции и пошла к повару за кофе Габриэлю. Он отказывался от любого кофе, принесённого не Натали или Адрианом (и следил за этим по камерам, не желая, чтобы его подчинённые обвиняли его в том, что он даже отличить кофе не может). Но он никогда не замечал этой маленькой детали, которая точно бы открыла, кто принёс кофе: Натали всегда по пути к его офису, до которого она доходила даже не смотря под ноги, брала тоненькую зубочистку и подписывала тонкими буквами по пенке: "Габриэлю от Натали и Марка". Возвращаемся к снедаемой думами Маринетт. И всё же, что он там несёт, сияя улыбкой на миллион баксов... или евро?       Адриан уже начинал беспокоиться за своё лицо, потому что мышцы уже сводило от безумно широкой улыбки. И сколько бы он ни пытался её подавить, через несколько секунд ему приходилось сдаваться, позволяя всем передним зубам красоваться в обрамлении губ. Он приблизился и всё-таки смог подавить улыбку, выжидающе глядя на неё. Наконец он протянул ей коробку и стал смотреть, как она медленно открывает её.       Он протянул ей простенькую коробочку. Но что-то её насторожило. Как минимум то, что ценник Адриан нечаянно (а может и специально) не выкинул. Но она открыла коробочку и все сомнения развеялись: она видела рекламу этой пары прекрасных серёжек на kids+. Даже тогда она не понимала, зачем оплачивать привлечение молодёжной и заведомо недостаточно платёжеспобной аудитории этого канала этими серёжками. Она не могла произнести ни слова, оказавшись завороженной их красотой.       А Адриан начинал думать, что зря он Плагг выбрал настолько дорогие серёжки. Потому что её в первые секунды сведённые брови и вмиг пристально приковавшиеся к ценнику глаза, прикушенная от напряжённой работы мозга губа и немного дрожащие пальцы показали ему, что он очень зря не выбросил ценник и ещё очень зря не попробовал что-нибудь найти сам.       Но вдруг Маринетт смущённо на него посмотрела и, восхищённо рассматривая серёжки, не поворачивая к нему покрасневшее лицо, сказала: — Не стоило. Это слишком дорогой подарок, я не могу его принять. Адриан не мог понять, как на это реагировать. Обычно в каких-нибудь ситкомах парень в таком случае признавался в любви девушке, целовал её и просил надеть снова, либо сам надевал это на девушку. "Но тут, ОЛАДУШЕК, реальная жизнь! Не ситком, не тупая комедия!" "Может послушаешь меня, маленькая семилетняя девочка? А ну нюни убрал, омега доморощенный! Она как сыр, хочется её и слюнки бегут от одной мысли... ты понял мою метафору, катаклизматор блондинистый? Потому что объяснять я ничего не собираюсь. Просто предложи ей надеть, скажи, что хочешь ей подобные заказать, а тех не оказалось. Поэтому ты взял эти, чтобы просто узнать, как ей дизайн. А тот парень, который почему-то до сих пор не уехал и стоит с камерой, видимо, фотографирует вас, - представитель магазина, у которого ты взял их в аренду." Маринетт оторвалась от созерцания подарка, не понимая причины такой долгой паузы. Он же должен был что-нибудь сказать! Даже какую-нибудь фигню вроде "Всё для тебя" или что-нибудь подобное! Наконец она услышала ответ, почти полностью повторяющий реплику Плагга, избегая предложений с его оскорблениями, с конечным изменением местоимений. — Хорошо. Она не понимала, как на это реагировать. Радоваться подарку и дальше, чтобы убрать расстроенную моську с лица Адриана. Или честно заявить, что это немного подло, дарить ей такой подарок, а потом говорить, что купишь подешевле, а этот на пробу. И почему-то ей казалось, что второй вариант будет намного честнее по отношению к Адриану и в то же время намного более жёстким по отношению к тому же Адриану. Потому что если она начнёт, то точно не сдержится и наговорит чего лишнего. "Ладно, - подумала она и решила, - будь, что будет, выскажу ему всю правду..." Но не успела. — Маринетт? Так как тебе серёжки? Маринетт и думать забыла, что даже не надела их и смотрит на них уже минут пять, держа их в обоих руках. Да, ещё не надела, а уже собиралась наорать... на неё это похоже. — Можешь их надеть? Я знаю, звучит не очень, ведь изначально я хотел подарить тебе эти серёжки. Но Натали согласилась при том условии, что я отправлю ей твоё фото в серёжках вместе со мной, приложу чек и укажу твои имя и фамилию, на случай суд... непредвиденных обстоятельств, потому что они "очень дорогие для подарка другу", по словам моего отца. Адриан не врал, увы, но это было именно так. Натали согласилась предоставить ему жалование (которое он никогда не брал) за 2 года, которые он был рекламным лицом Парижа (на основании контракта, который перезаключался каждые два года последние 8 лет). До этого Габриэль Агрест не указывал в контракте его гонорар, считая его слишком юным для этого. Причём зарплату за первые 11 месяцев из тех последних двух лет он мог получить только при условии того, что возьмёт плату не меньше чем за год. Маринетт всё-таки сняла свои гвоздики(предварительно переглянувшись с квами, давшей затее зелёный свет) Он даже не знал, как заставить Маринетт снять их. И это его сильно беспокоило. Так что это требование Натали помогло ему заставить её надеть серьги и сфотографироваться с ним(при поставленном Маринетт жёстком условии: Алья не должна увидеть это фото, либо он отправляет ей фото прямо сейчас и идёт на допрос в одиночку сам расхлёбывает эту кашу). И это послужило ему облегчением. Маринетт попросила его отправить ей снимок. Она не оценила расфокус на ней, в то же время как Адриан оказался в фокусе. "Он, что, издевается? Надо мной издевается чёртов автофокус телефона?! Или Адриан постарался?!" Судя по виноватой моське Агреста, появившейся от её взгляда ярости, верным был второй вариант. — Сделай нормальное фото, Адриан Агрест! — Всё для тебя! Он неожиданно подтянул её к себе и, наводя на неё фокус, чмокнул её в щёку. Маринетт точно догнала свой алый костюм по красноте лица, напоминая светофор. — Э-это ч-ы-то б-ббыло, Адриан? — Нормальное фото, ведь ты для меня не просто друг, бага... фото багануло. Адриан выглядел реально расстроенным этим фактом, а Маринетт... а что Маринетт? Она просто пыталась не завизжать, не начать прыгать от радости. В общем она пыталась не делать ничего из того, что приходило на ум. Она вдохнула. Выдохнула. Побила себя по щекам, пытаясь не думать о подтексте фразы "не просто друг". Это успокоение немного прояснило ей голову. И только тут она додумалась: он не хотел говорить про фото! Очень странно. Да какой вообще смысл расстраиваться из-за этого фото, если он тут ей признаётся в таком?! Он оговорился, а такие оговорки очень напоминали ей одного блондина, не в меру доставучего и безбашенного до невозможности. Никогда не упускающего возможности пофлиртовать и признаться ей в любви. Одного котёнка. Глядя на меняющееся выражение её лица, слишком знакомые закатывания глаз и тяжёлые вздохи, Адриан мысленно строительным степлером забивал скобы в фанерный гроб для его длинного и бескостного языка. Ну как можно было так плохо завуалировать! Нет бы отпустить шутку на грани каламбура, проклинающую... а что проклинающую? Невозможность для его может быть когда-нибудь девушки увидеть его настоящего за этим "золотым мальчиком" Адрианом из-за магии квами, о которой она вероятно не знала и не спрашивала. Или из-за его невозможности побыть с ней подольше. Может, из-за того, что Адриан не хочет раскрывать ей личность перед его практически стопроцентной смертью, чтобы потом Леди не расстраивалась. "Ладно, скажу про фотосессии". — Вот бы фотографов на фотосессии акуманизировали! Первое впечатление они бы точно запечатлели. А с Леди Баг и Котом Нуаром они бы точно пару гигабайт засветили*,ведь ярче её улыбки только Солнце. Маринетт осознала две вещи: Адриану нравится Леди Баг и Адриан слишком, ну прям слишком похоже на Нуара составляет каламбуры. Никто не мог так шутить, кроме её Котика. "Тогда зачем он так сильно показывает свою похожесть с Нуаром?" Маринетт шлёпнула себя по лбу, одновременно закатывая глаза на его каламбур. "Он же знает мою личность! Тогда зачем пытается открыть свою личность мне? Только если он меня..." — Маринетт Дюпен-Чен, мне нужно сделать ещё одно фото. Подойдите сюда, миледи. "Придурок, не мог сразу сказать, что ты - Кот Нуар? Сразу бы табличку на шею повесил: "Я - Кот Нуар, влюблён в Леди Баг и Маринетт, тупой и ещё тупее." "Плагг, и без твоих замечаний обойдусь!" — Хорошо, что мне нравится твой подарок, да и ты тоже, потому что я ну прям очень хочу проверить давнюю байку о котах и воде. Но, если тебе жизнь дорога, дай мне осмыслить то, что ты сказал. Иначе я тебя привяжу к шесту и буду тебя как йо-йо с Эйфелевой Башни запускать. А после этого в Сене искупаю. Адриан решил последовать совету и отошёл на безопасное расстояние, после чего тихо обогнул опору башни и, схватив незадачливого папарацци за шкирку, припечатал его к бетону опоры, поднимая над землёй до уровня глаз. Его испуганное лицо немного поубавило желание Адриана сломать ему камеру или нос. А может и то и то вместе. Но отпускать его, ровно как и спустить ему это с рук он не собирался. Доставщик попытался убрать камеру в рюкзак. Но Адриан одним движением вырвал её из рук и, скептически посмотрев на потуги "Антуана"(как было написано на бейджике) вырвать камеру, положил её в сумку. Старую сумку, которую он уже давно носил с собой, на всякий случай складывая в неё пару кусочков камамбера. И услышал, как Плагг в сумке брюзгливо поморщился от такого соседства. Теперь пришла пора разобраться с "папарацци". — Ну и зачем тебе эти фото? Антуан тупым взглядом уставился на него, надеясь скосить под дурачка. Но не вышло. — Ещё раз не ответишь на мой вопрос и я скажу той девушке, что ты хотел шантажировать меня этими фото. А она знакома с Героями Парижа. И они очень не любят людей вроде тебя. Мне почему-то кажется, что твоей камерой они поиграют в футбол, а потом, чтобы у тебя не было никаких доказательств этого, уничтожат твою камеру катаклизмом. Или просто сдадут в полицию, где тебе будет грозить год тюрьмы и 300000 франков штрафа. А мой отец уж постарается, чтобы и твоих нанимателей привлекли за это. Так что отвечай, кто и зачем тебя послал! Антуан сглотнул. Адриан Агрест всегда казался ему мягким и слабохарактерным, да и многие журналы писали так же. В общем, многие заблуждались. Агрест мало того что не постеснялся применить силу. "Да ещё какую, ведь весит Адриан даже меньше меня и приподнял одной рукой!" Так ещё и что-то в его пронзительном холодном взгляде заставляло поверить, что он сдерживается, пытаясь не побить его и даже собирается идти на компромисс, если Антуан не выкинет ничего глупого". — Отвечай на вопрос! Адриан не сдержался и немного приложил его об стенку, пытаясь сделать это максимально тихо. Если Леди увидит, что он избивает бессильного против него прохожего... (Ведь талисманы оставляли часть сил владельцам даже без трансформации, так что шансы были изначально только у него). Ему придёт конец. Она точно сделает всё, что озвучила. Он оторвался от видений его наказания Леди, не того наказания, при мысли о котором его мозг переставал работать. — Меня отправили из магазина, в котором вы покупали серьги. Хотели сделать пару романтических фото пары, в особенности девушки с украшениями, и несколько снимков с эмоциями от презента нашей продукции. Но вы бы отказались от этого, по понятным причинам, поэтому мне предложили сделать пару фото, за хороший гонорар. Вот я и фотографировал вас. Прошу, не разбивайте камеру, я на неё год копил. А снимки я удалю. — Не надо удалять. Я сброшу снимки на свой телефон, а вам дам возможность сделать одну фотографию. На моих условиях, я выстрою кадр и скажу вам, когда сделать снимок. Если ей - он многозначительно кивнул в сторону Маринетт, - не понравится, я удалю фото. Если понравится, можете оставить фото себе. Но извинения вашей компании принести придётся, официально передо мной и перед Маринетт Дюпен-Чен. За нарушение личного пространства и за фотографирование без согласия - её имя он произнёс медленно, даже по слогам, чтобы Антуан ничего не напутал. — Я согласен. А вот и она. Адриан обернулся, глядя на прокрадывающуюся за выражением полного спокойствия улыбку Леди Баг, которую Нуар считал самой прекрасной на Земле. А то, что она была без маски, было самым приятным, ведь можно было рассмотреть небольшие, почти невидимые морщинки у глаз от того, что она улыбалась. Даже её взгляд, насмешливый и будто говорящий "Кот, успокойся, хватит паясничать, я тебя заметила и оценила, перестань строить эту довольную рожу", был для Адриана ещё одним доказательством того, что она приняла его вторую личность и вполне вероятно станет его девушкой. Дальше минуты две Адриан объяснял Маринетт идею, ожидая вариантов исполнения. Антуан же настраивал ББ и выдержку, накручивал ND и поляризационные фильтры, менял экспозицию. Даже достал свой новый зум 70-200 EF для Nikon, собираясь фотографировать на него. Адриан и Маринетт ещё пару минут настраивали положение камеры, камешками отмечая их взаимное расположение. Потом пришлось заставить "оператора" набрать опавших листьев, достать штатив и прикрепить на него камеру. Дальше они привешивали на объёктив сумку Адриана(Антуан чуть не спалил Плагга), потом на эту же сумку присобачивали серьгу(для красивого синего блика по низу кадра). Наконец Адрианом был дан зелёный свет и, ловя в фокус подсвечиваемую пучком света с лежащего на траве лазера серьгу, Антуан одной рукой подкинул листья прямо на Адриана и Маринетт, другой же рукой нажал на спуск. И вот, великолепный рекламный снимок на фоне Марсового поля был сделан благодаря Маринетт и Адриану. Ну не благодаря же Антуану, который до этого совершал уголовно-наказуемые действия. Осталось только... — Не так быстро, я ещё не перенёс все фотографии на телефон. Давай карту. Антуан молча подчинился, мысленно оплакивая свои труды. — Маринетт, как тебе последняя фотография? Нравится? Антуан напрягся. Никогда он больше не будет браться за такое... если всё выгорит! Но Маринетт поморщилась и что-то прошептала на ухо Адриану. Если бы Антуан знал Маринетт так же хорошо, как Адриан, или хотя бы посмотрел на неё, то увидел бы, как дёргаются уголки губ, не давая смеху вырваться наружу. Но он предвкушал выговор от начальства, как обычно недовольного его некомпетентностью. — Маринетт сказала, что эту фотографию... ты меня слышишь? Она говорит, что эту фотографию она себе точно заберёт. Так что я отправляю ей копию, да и себе сохраню. Вот, возвращаю карту. И вот тебе письменное уведомление от секретаря моего отца, что при условии публичного извинения вашей компании и тебя в том числе она не будет подавать на вас в суд. Адриан протянул ему планшет, на котором был показан уже оформленный в виде акта документ. — Вам нужно подписать его. Он протянул Антуану стилус и показал, где подписывать. — Ещё один такой же документ выслан вам на сайт и к главе компании. Срок подписания - до завтра. Последствия неподписания вы знаете. Антуан был очень рад, но в то же время расстроен. Ему уже выдали аванс, и вторую часть гонорара обещали сразу после показа фото. Но теперь их компании придётся приносить извинения за фактически преступление. Что негативно скажется на его карьере, да и на компании в целом. О повышении можно забыть года на два. Но зато 596300 франков грели душу и кошелёк. Моль уже устал насылать на него акуму. Этот идиот так часто менял настроение, что бабочка не могла двинуться с места над крышей пекарни Дюпен-чен, летая там уже полчаса. У Нурру почти кончалась трансформация, но Габриэль не хотел отступать. Он из принципа хотел вселиться в этого Антуана как-его-там. Чтобы чуть-чуть искупать. Побить об стену. В общем выместить на него праведный гнев. Габриэль не уставал удивляться своему сыну: он поднял этого Антуана одной рукой, хотя весил меньше него. Он пригрозил ему связями Маринетт Дюпен-Чен с героями и реальным наказанием. Он каким-то непостижимым образом осведомил Натали о случившемся. Он даже выступил в роли посредника в устранении конфликта, жертвой которого стал. Он даже сделал великолепное фото буквально из ничего. Да на каждое такое фото для коллекции он тратил кучу денег! Большую часть всей этой информации он услышал из динамика в крыше купола, передающего звук из микрофона на телефоне Адриана. А акума, являясь беспомощной марионеткой, исправно передавала картинку прямо в мозг Габриэля. Или Моля. Но он может задуматься об этом позднее, ведь на этого "папарацци" кричит босс и он наконец-то может отомстить этому непостоянному в своих эмоциях юнцу! — Приветствую тебя, я - Бражник, и ты меня достал. Теперь ты - ПМС, и я тебе покажу, что бывает с теми, кто не может контролировать свои эмоции. В тот день историю с врезающимся во всё тампоном, скоро вернувшимся в нормальный человеческий облик, на TV отнесли в раздел "Смешное". Почти все жители Парижа могли слышать, как этот самый "Тампон"(как его окрестили журналисты) проклинал своё неумение сдерживать эмоции и Бражника, причём на долю последнего выпадали самые заковыристые и изобретательные выражения, до которых Тампон мог додуматься. Герои не могли остаться в стороне и, прервав своё свидание-пикник на Норт-Дам де Пари*, прилетели спасать бедолагу. Но не смогли. Удержаться на ногах. От смеха. Кот Нуар даже упал с крыши и Леди Баг пришлось снова цеплять его к фонарю, лишь бы он не убился от падения, согнувшись пополам от хохота и сжимая шест на манер плюшевой игрушки. Леди Баг спустилась к нему и, пытаясь поцеловать его в губы(постоянно натыкаясь носом на подбородок) сквозь улыбку, не выдержала и тоже засмеялась. Кот Нуар выпутался из лески йо-йо и присоединился к ней, улёгшись на спину у её ног, сидящей, прячущей уже цвета маски лицо в коленях и сжимающей ноги от беззвучного хохота. Адриан бегал по комнате как наевшаяся перебродивших фруктов и выпившая литр крепкого кофе мартышка. Плагг отказался помогать и улетел на второй этаж, есть новую голову камамбера. — Ты мне потом ещё спасибо скажешь, когда трансформа на час растянется. Адриан взвыл, понимая, что ничего такого Плагг ему сделать не позволит, пока он в костюме. Минут эдак 50 точно. Адриан помнил, что Леди Баг говорила что-то про улун. Он пулей помчался к шеф-повару, вымаливать несколько термосов с кипятком, упаковку сливок, 5 упаковок с: зелёным чаем, какао-порошком, кофе и одна упаковка на две кружки с тростниковым сахаром. Убедил Френсиса не говорить об этом никому из персонала(как будто никто этого уже не заметил). И помчался обратно, потому что не мог же он опоздать на свидание к своей Леди! Тем более сегодня!       Маринетт готовила выпечку. Она и Адриан договорились встретиться на башне, и Адриан предложил ей принести побольше видов сладких и не очень изделий из ассортимента их пекарни. Причём просил приносить всего по одному, потому что "если что, я с тобой съем" - с хитрой лыбой сказал Адриан, в глазах которого плясали Нуаровские чёртики. Она тогда покраснела, в который раз плюс один за тот вечер. Но не из-за Агрестовского обаяния. И не из-за Нуаровских глупых, но смешных шуток. А из-за того, что всё вместе это было... олицетворением, как оказывается, любви Адриана к Маринетт. — Что ещё раз доказывает, что он любил не Леди Баг, а Маринетт под маской. — Тикки, не тнадо мне тут жужжать! Я и так это уже помяула!(это не опечатка) Кто-то, стоящий на её балконе, восхищённо присвистнул, и Маринетт пожжалела, что не примяула свой рот. "Кажется, каламбуры заразны" Леди Баг уничижительно на него посмотрела, нарочито поигрывая йо-йо. — Леди Баг, я и не ожидал, что ты так близка ко мне... по части каламбуров, конечно же. В этот раз ему реально прилетело, и он даже не смог уклониться, держа в руках по два термоса, а на спине неся китайский сервиз с двумя чашками. Так что стоически принял удар йо-йо на "мою бедную головушку", заработав фырканье со стороны его девушки. Он шутливо поклонился ей, словно приглашая её на танец. — Ну что, миледи, вы готовы к путешествию? — Да, мой верный Кот, но будь аккуратен. Эта леди очень легко может остудить твой пыл. — Что вы, леди, я так горю, что даже Сена не охладит меня. — А что же тогда? — Поцелуй принцессы. Кот вытянулся, специально сжимая губы в трубочку и невинно хлопая глазами. Леди Баг только шутливо щёлкнула его по носу и на ушко прошептала: — Не сейчас, Котик. Я-то знаю, что от этого ты воспылаешь, а мне с человеком-факелом встречаться будет слишком жарко. А теперь серьёзно, котик. Давай поскорее начнём. А не то от объяснений с родителями мы не отделаемся. Поверь мне, они удивятся тому, что у меня весь ассортимент нашей выпечки в моей обычной сумке, а дочери нет в постели. Я не собираюсь раскрываться им, а мой отец с тебя шкуру спустит, если ты в тот же момент не позовёшь меня замуж. А к этому я пока не готова. — Хорошо, багабу, давай немного изменим план и поедим на Нотр-Дам*? А то так много уже провели времени на башне, что скучно становится. Да и папарацци не оставят нас в покое. И я тут на днях прочитал, что в Соборе Парижской богоматери есть несколько классных мест. Предлагаю устроиться на крыше галереи рядом с апсидой. — Болтай поменьше, иначе они точно проснутся. Поехали. Дальше они бежали до... ну вы поняли. Бежали около пяти минут, обмениваясь колкостями и шутками, попутно жалуясь рассказывая о своей гражданской жизни. Пару раз спасали Нуаров сервиз, который летел к чертям каждый раз, когда он притормаживал. И, так как Нуар не пожелал расставаться ни с одним из термосов, равно как и класть их в сумку Маринетт "потому что еда помнётся!", Леди Баг была вынуждена без конца ловить йо-йо тонкие фарфоровые чашечки и миниатюрный чайничек. В конце концов она не выдержала и, призвав супершанс и получив картонные в горошек таблички "не беспокоить" вроде гостиничных, нанизала их вместе с сервизом на леску на манер сушек и побежала дальше. Дальше они добежали почти без происшествий, только Адриан врезался в билборд с собственным модельным фейсом. Пролетая через мгновенно образовавшуюся от Катаклизма дыру и стукая себя по лбу, понимая, что он сломал, молящим взглядом смотря на Леди, уже подбрасывающую в небо "связку" и произносящую "Чудесное исцеление". Она еле успевает поймать их свободной рукой, мягко приземляясь на крышу галереи. Он уже раскладывает одеяло, отнятое у собственной кровати. — Я тоже принесла одеяло! — Принцесса, я не прочь использовать сразу оба... перестань дуться, я всё равно вижу твою ухмылку. Накроемся моим и будем сидеть на твоём. Маринетт надулась, не видя ни одного повода его поддеть. "Да чёрт его побери, он принёс её любимый вид чая(улун, на минуточку), какао с двумя пакетиками тростникового сахара, кофе, колу и даже воду! Как его поддеть? Ага!" Маринетт хитро улыбнулась, потирая руки. Только потом осознала, что, если скажет это, то Кот будет прикалываться над ней при каждом удобном поводе. "Ведь он взял целый сервиз! А из таких чашек можно спокойно всё это пить! Она сама лично их ловила!" Тем временем Нуар что-то у неё спросил. Она не расслышала вопрос, костеря себя за попытку подколоть напарника, а теперь и бойфренда на первом свидании. Увидев её вопрошающее лицо, Нуар перефразировал вопрос. — Моя невнимательная леди(неизбежный толчок носком ноги под рёбра), хотите ли вы взбодриться крепким кофе со сливками или вам больше нравятся какао и чай, — он активно показывал номера напитков правой рукой, поочерёдно указывая на расставленные перед ним термосы указательным пальцем правой, сверкая игривой улыбкой, - а может вы предпочтёте воду или колу? — Я предпочту выпить немного молочного улуна, разбавив это американо и закрыть слоем какао. Взболтать, но не смешивать. Кот Нуар поклонился и, активно жестикулируя руками, будто пытаясь её вразумить, сказал: — Вы жёстко торгуетесь, моя Леди, но за вашу улыбку я прощу вам такую фамильярность по отношению к рыцарю. Маринетт встала, гордо расправила плечи и с взглядом высокомерия, произнесла: — Королева не может требовать подчинения и делать то, что ей вздумается? Адриан, не ожидавший такого напора, на миг удивился, но, благодаря кошачьему обаянию и постоянной практике флирта с этой особой, не заставил себя ждать с ответом, снова на мгновение глядя на неё сверху вниз в поклоне. — Королеве позволено всё, принцесса же должна вести себя скромно и сдержанно. "Принцесса" задохнулась от возмущения, не зная, что ответить на этот колкий аргумент. Именно в этот момент Кот подошёл и поцеловал её в уголок губ, отстраняясь с тихим шёпотом, даром что никого поблизости не было. — В следующий раз вы так легко не отделаетесь, мадам Дюпен-Чен. Она хотела узнать, что же будет дальше. — И что же произойдёт, если следующий раз наступит? Глаза Нуара потемнели, хоть и всего на мгновение. — Вот это. С этими словами он обхватил её за талию и, развернув её лицом к фонтану, прижал к стене. При этом одну руку он держал за головой, не давая ей стукнуться затылком об стену. Вот уже обе руки обхватили её лицо и он поцеловал её. Маринетт даже не пыталась описать ощущения, да и не смогла бы, даже будь она спокойна и адекватна. Да, этого ей сейчас не хватало. Да и на ум приходило только... всё. Победа над акумой, с которой они долго сражались, улыбка от Адриана, шутки Кота, которые поднимали ей настроение(пусть она в этом никогда не сознается), сладкое мятно-сливочное мороженое от Андре, посиделки с Альей, вышивание с Роуз, игра в любую настолку с Джулекой, зависание под Джаггеда с Нино. Это было взрывом эмоций. Губы будто кололо электрическими зарядами, а мозг не мог нормально работать. И тут она почувствовала, как он щекочет ей рёбра. — Ай, хватит, я же боюсь щекотки! - практически провизжала Леди Баг, пока Кот, трясясь от смеха, щекотал её обеими руками, не давая вырваться из импровизированного захвата. Она бы могла легко кинуть его в Сену, но, крича на Нуара, да ещё и пытаясь не упасть на крышу от еле сдерживаемого хохота, она была беспомощна. Адриан офигевал. Это был его первый поцелуй(в губы) и он не знал, чего ожидать. Это... было... ему определённо стоит поработать над своим лексиконом. Это было tres bien. Даже лучше. А клубничный вкус бальзама для губ просто убил его. Он не закрывал глаза, горя желанием... посмотреть на его, целующую него Леди. И, верите или нет, зрелище было отпадным. Её лицо было просто невероятным! Полуприкрытые веки, её губы... и грудь, которая прижималась к нему. Он уже понял, что терял контроль над ситуацией, поэтому прибегнул к первому пришедшему на ум самому нормальному варианту: начал её щекотать. Опасное для его сознания давления ушло, и он наполовину с облегчением, наполовину с разочарованием выдохнул. — Моя Леди, не прижимайтесь так близко, у меня крыша едет. — Котик, хоть пару секунд побудь нормальным, пока я тут клинья к тебе подбиваю. — Да ладно?! Ты серьёзно, Леди Баг?! У кого-то явные проблемы в удержании себя в руках от слова совсем. Ну а если и так, то что же ты собираешься делать?! Ему пришлось сесть, чтобы налить чай. Он зажал в зубах макарун и потянулся к ней. Видеть её смущённое лицо и буквально ощущать, как крутятся шестерёнки у неё в голове, понимая его предложение. Это ли не рай?! Видеть, как она облизывает губы и собирается съесть его! ТОЕСТЬМАКАРОН! Как она сексуальна, когда облизывает губы! ПФФ! Сосредоточься, Адриан, она почти укусила макарун! Она почти рассмеялась, глядя, как Кот пытался не выронить макарон, одновременно смотря на неё и разливая кипяток по чашкам на ощупь. Почти, потому что собиралась поесть макарун и поцеловать напарника... бойфренда, пусть будет так. "А макарун сладковат", - решила она, откусывая от него небольшой кусочек. Пусть обычно она бы съела его в один присест, сейчас надо было оставить Адриану... пусть лучше Коту, попривычнее. Тем более момент для обжорства был неподходящим. Следующий кусочек она откусила настолько близко к губам Адриана, что вырвала нечаянный поцелуй. Который прервался только на секунду проглатывания десерта. Что ж, было сладко, но не настолько уж и приторно, как ей казалось. А поцелуй не получился, потому что Адриан, пытаясь побыстрее продолжить поцелуй, подавился макаруном. — Недотёпа, — пробормотала Маринетт, всё равно несколько раз несильно хлопая его по спине и убирая крошки с лица салфеткой. — Твой недотёпа. А теперь на сон грядущий выложу тебе всю правду, как на духу. Лучше возьми эклер или что-нибудь другое и ешь. Так проще воспринимать информацию. Чай под рукой и я советую тебе его выпить, пока я рассказываю. Для успокоения. Маринетт недоумённо посмотрела на внезапно посерьёзневшего Адриана. Это не был Кот, но и не Адриан, но всё же человек, сидящий перед ней, отдавал скорее Адрианом, чем Котом. Это было чем-то новым: серьёзный и сосредоточенный Кот Нуар. Она взяла чашку и отпила чай, жмурясь от обжигающего улуна и наслаждаясь приятным вкусом. "Он был прав, это успокаивает. А эклеры ничего". — Так вот, расскажу тебе про эту заварушку, результатом которой является всё это. Всё началось с Двойника. Мы победили его и, как и собирались, пошли в кино. Там был сеанс Гарри Поттера, Дары Смерти вроде, но одного мальчика туда не пустили и он акуманизировался. В итоге мы начали с ним драться и он, превратившись в бога выбора, Ямуса вроде, предложил мне войти в одну из дверей, первая из которых возвращала меня в это сражение, а вторая давала мне возможность раскрыть твою личность. Я и прыгнул, рассчитывая в основном на первый вариант. А потом я... ну ты знаешь, выпал из холодильника и т.д. и т.п. Потом я решил узнать твою личность и подкараулил тебя у выхода из отеля. Маринетт насупилась, злясь на него за нарушение тайны личностей. — Хватит на меня злиться, я вообще-то в тот, первый, раз, не узнавал твою личность. Так что я считаю это правомерным использованием возможностей, данных мне акумизированным. И, когда я перемещался через дверь, я видел, как ты разозлилась на акумизированного... пожалуйста, скажи, что ты любила меня ещё тогда. Маринетт всё ещё продолжала отворачиваться, со злостью посматривая на него, но последний вопрос заставил её резко отвернуться. Даже это не помешало мгновенно её перепрыгнувшему Коту увидеть её алые щёки. "Значит, что-то было, даже если она себе не признавалась!" Маринетт смутилась от его ликующего выражения лица, но он пробыл в таком самодовольном состоянии только несколько секунд, возвращая несвойственную ему серьёзность. — Я хочу продолжить. Завтра на Париж нападёт злодей - Повелительница времени, которой будет Аликс, из-за часов, которые ей подарит отец; нам необходимо ей помешать во что бы то ни стало. Но мы не имеем возможности предотвратить её акумизацию, потому что ещё одной такой незапланированной встряски пространственно-временного континуума вселенная может не выдержать: я и так перенёсся во времени, Плагг ради этого вечера нарушил кучу законов квами и мироздания, так что лучше не рисковать. Так что возьми эту бумажку, — Адриан вздохнул, пытаясь отдышаться после такой речи, и запустил руку в карман, доставая оттуда аккуратное письмо из синей бумаги. — Это все варианты исхода событий после момента, когда ты перенесёшься во времени. И помни: ты должна отчистить эту акуму во что бы то ни стало. Что бы ни произошло. ОТВЕТЬ ХОТЬ ЧТО-НИБУДЬ, ЛЕДИБАГ! — Леди Баг подняла на него глаза по пять копеек, видя, что он побледнел. Как он побледнел. Да он был белее #faf9f0**, что само по себе было невероятно. Так у него ещё и руки дрожали так, что "успокаивающий молочный улун" выплёскивался через края чашки. Так квами его ещё и успокаивал! Она не могла не заметить этот "я внимательно слушаю" сопровождающийся расфокусировкой зрения взгляд. — Хорошо, Леди Баг, у нас есть ещё минут 10 до того, как Плагг решит, что он выдохся, и сбросит трансформу. Я не против поцеловаться, но ужасно хочу есть. Так что тут у вас самое вкусное, миледи? — Могу предложить вам традиционный яблочный пирог, персиковый смузи с овсянкой, несколько видов корзиночек со взбитыми сливками и разнообразной начинкой. Что возьмёте? — Всё...