Прощание

Скажи, куда мне идти; бежать вслед за тобой, Или сделать шаг назад и отпустить? Подсказки на стенах: где выход, где вход. Здесь, рай или ад - и никто не поймет. Цена высока! Слова, как ножи Бросали меня на склон.

… Смотри на меня, Эрен… Смотри тем самым взглядом, который сводит с ума. Смотри на меня каждый раз, когда я буду брать тебя, резко, сильно, не дожидаясь пока ты привыкнешь к моему члену спустя полмесяца разлуки. Видеть тебя, слышать твои приглушенные стоны, смотреть на то, как ты прогибаешься для меня в пояснице, полушепотом умоляя не останавливаться и говоря такие вещи, что впору краснеть… Если бы я, конечно, умел. Иногда хотелось сказать: «К черту титанов!», но… … Оставалось только проснуться от тихого, нежного «Леви», захлебываясь собственными криками. Я как сейчас помню твою улыбку, с которой ты принимал меня. Помню, как выгибался и умолял. С точностью до миллиметра могу вспомнить и представить каждую родинку. С точностью до секунды помню момент, когда эти чертовы ссущиеся со страху сукины дети обезглавили тебя на потеху публике. Просто взяли и одним рывком разделили жизнь на «до» и «после», оставив между ними откатившуюся куда-то в сторону голову и реки крови, хлынувшие прямо на толпу – так близко организовали это шоу моральных уродов. Я не успел. От нас скрыли тот факт, что Эрена увезли не на гребанные допросы. Если бы не любители посплетничать из военной полиции… Никогда не видел такого паскудного умиротворения в твоих глазах. Смотрел и не понимал, почему ты спокойно даешь им убить себя, чертов говнюк. Толпа ревела, ненавидела тебя, а ты улыбался. Ласково, нежно, глядя в последние секунды прямо на меня, ты, мать твою, улыбался, Йегер. И если ты ушел с чистой совестью это не значит, что со всеми будет также. Мы еще не сдались. Не смирились с осознанием, что все это время убивали людей. И пусть не придумали, как бороться с этим ублюдочным строем во главе с Хисторией, оказавшейся на деле едва ли не большей сукой, чем все идиоты, сидевшие на троне до неё, МЫ НЕ СДАЛИСЬ.

...Прости меня, но всё решено: нам не вернуться назад... Мы шли одним путем, но по разным сторонам. Два мира, - разделенные Судьбой...

Твоя смерть сделала нас сильнее, Эрен. Максималист в душе, каким-то неведомым образом ты стал великомучеником в глазах тех, кто считал, что правительство доживает свои последние деньки. А я просто всегда считал, что в тебе живописно сочетались слабоумие и отвага, неприсущая некоторым представителям рода человеческого от слова «совсем». Арлерт, заменивший Эрвина на месте командора нашего маленького войска, уже вытянулся и раздался в плечах. Ты бы его и не узнал, наверное. Вымахал выше меня. Это было реально обидно. И подколоть бы его, но вид у пацана измученный. Взгляд как у старика, повидавшего всё в этой жизни. А ведь ему двадцать стукнуло пару месяцев назад… *** Запустив под футболку старый, проржавевший уже в некоторых местах ключ, невысокий темноволосый мужчина рывком поднялся с узкой койки, грубо сколоченной из старых досок. Через заколоченное окно пробивались редкие, слабые еще лучи встававшего солнца. И без того узкие губы недовольно поджались – на досках, которыми заколачивали окна явно была пыль. А пыль Леви Аккерман, бывший капрал, а ныне – один из самых разыскиваемых преступников внутри стен, не любил. Отбросив ностальгические сопли, он криво улыбнулся сам себе. Новый день нес в себе неизвестность. Но они заплатили непомерную цену хотя бы за то, чтобы он наступил.

Я не держу зла... Прости, если сможешь. Мой крик бьет плетью по коже. Каждый шрам на моем лице, как память о тебе. Я не хочу знать, что будет завтра! Весь мир не сможет понять нас; Не сможет понять нас!