Искра к Искре

      — …Ну, что? Все в сборе? — спросила Демон у собравшихся, вводя координаты в граундбридж. Слава кибертронским технологиям: иногда можно избавить себя от необходимости тащиться хреналлион хайков, просто воспользовавшись доступным телепортом. В этот раз рыжая фемка решила, что подобный ход будет удобнее, нежели чесать пешкодралом. Так что все просто окажутся сразу перед воротами её дома. — Да, можем отправляться, — ответила за всех Капитан Бестии, быстро пересчитав собравшихся. Она не могла без контроля всего и вся, даже таких мелочей. — И, Демон, ты же помнишь, что ты мне обещала? Справишься?.. Теперь-то слушателей намного больше. Демон внимательно посмотрела на заинтересовавшиеся таким странным вопросом фейсплейты и утвердительно кивнула, быстренько собрав в своей голове в ужасе разбегающиеся кучки мыслей. Как всегда, ЦП соображал гораздо хуже, когда у дел и разговоров появлялась пометка «ответственно», «важно» и прочая шелупонь (по мнению всего профиля Карателей). А чтобы подруга точно не сомневалась, да и чтобы успокоить саму себя и убедить саму себя, Демон добавила: — Мне надоело разъедать себя изнутри, Хим. Так что сегодня я открою большую – нет, даже весьма и весьма значительную – часть своих секретов и секретов моей семьи. — На лицевой появилась улыбка. — А теперь – отправляемся! Хватит болтать! Обещаю, впереди вас ждёт очень много моего трёпа. Хотя и по делу, что для меня дикий парадокс. Граундбридж активировался, и вся разномастная компания исчезла в зелёной воронке.

***

      Унылый, хотя и впечатляющий, пейзаж по ту сторону воронки ни капли не изменился с посещения особняка Химерой и Демоном. Время здесь застыло, как энергон в магистралях павшего воина, поэтому каждый орн в этих окрестностях был похож один на другой. Сколько же миллионов ворнов прошло с тех пор, когда тут функционировали, говорили, чувствовали и думали!.. Теперь заброшенное строение внушало собой лишь грустные мысли о минувших ворнах процветающего до войны Кибертрона, да желание как можно чаще вентилировать и прочищать от мелкого мусора фильтры. Компанию посетителей территория особняка встретила молчаливо и равнодушно. Этому месту было всё равно, заинтересован в нём кто-то вновь, или оно продолжит стоять здесь, пока не превратится в пыль. Пожалуй, в этом читалась одна из черт всего Ордена Безликих. Стойкость, хладнокровность, сдержанность. Зато прибывшие на «секретный объект» выказали этому месту самую что ни на есть заинтересованность. Множество пар оптик скакали взглядом по всему, до чего мог дотянуться зрительный фокус; кто-то шептался, кто-то качал шлемом, кто-то делал себе мысленные пометки. Ну, некоторые предпочитали выражать замечания вслух: — …М-да, тут один забор уже заставляет нервничать, — задумчиво протянул Нокаут, смотря на ограждение, пока Демон проводила разблокировку ворот. И хотя тон алого медика навевал окружающим чувство скуки, между строк действительно читалась обеспокоенность. — Не боись, тут никто не кусается… — насмешливо протянула Безликая и дала знак, что можно заходить, когда ворота медленно открылись, как бы нехотя раскрывая пасть внутреннего двора дремавшего особняка, — …возможно. И с оскалом, полным издёвки над гонщиком, фемка приглашающим жестом указала внутрь двора, потому что на первый знак никто не двинулся с места. Вероятно, все ждали особого приглашения. Убрала пугающую гримасу с лицевой Демон только после того, как «добровольцы» на экскурсию прошествовали вперёд. Все действия по-прежнему сопровождались гробовым молчанием, словно ни у кого не было того, что хотелось бы спросить, и это только сковывало, делало ситуацию некомфортной. Особенно тяжко приходилось тем, у кого в бампере от создателей было шило, а в вокалайзере – помело́, поэтому, деликатно кашлянув, внести разнообразия в целое «нихрена» решил Смоукскрин. В нём всё ещё играло юношеское любопытство до неведомых вещей, и мех проще остальных относился к тому, чтобы это любопытство удовлетворять тогда, когда оно просит. — Хочется внести ясность в некоторые детали, — начал он, — и заодно скрасить нашу дорогу до главного здания. Так что смею спросить, откуда вы друг друга знаете? Я имею в виду тебя, Демон, и команду новоприбывших. — Всё проще, чем ты думаешь. Мы просто с бетства знакомы друг с другом, — начал Фантом, ничуть не смутившись, что Смоук предпочёл избегать произнесения их позывных вслух. — К тому же, наша связь ожидаема, если, конечно, копнуть глубже и покопаться в том, кем мы все являемся. Все, не посвященные в таинства Ордена, в очередной раз переглянулись. Некоторые даже обратили взгляды к Химере, но та лишь пожала плечевыми, давая понять, что тут она располагает информацией в ничуть не большем количестве. Вокруг снова сгущалось кольцо загадок. — Уверен, — рыкнул пренебрежительно Мегатрон, посматривая в сторону резиденции, к которой они приближались, — всем не терпится узнать, кем же вы являетесь. И было бы проще, если бы вы просто всё выложили, как есть, а не ждали наводящих вопросов или заинтересованных воплей. Вытягивать из вас слова мне лично не хочется. — В таком случае, думаю, стоит начать издалека, — холодно отреагировал Тень. — Во-первых. Что вы вообще знаете о структуре НОН? Я имею в виду самую основу, конечно же, более сложные вопросы приберегу на потом. Пришла очередь переглядываться фиолетовым и алым представителям собравшихся, поскольку все остальные с малых ворн знали такие детали. Выглядело это забавно: словно группа выпускников пришла на итоговый экзамен и не знает, как выбрать, кто первый будет отвечать строгому экзаменатору в лицевой Тени. — Хм, раз что-то из основ, то, пожалуй, нам хорошо известно ваше разделение по профилям. — Арси долго испытывающе смотрела на своих сокомандников, но в итоге поняла, что отдуваться ей одной, и, закатив оптику, уточнила: — И эти профили представляют собой пять направлений, каждое со своей специализацией. — Ответ верный, — кивнул чёрный мех, ну точно как экзаменатор. — В чём суть: при создании НОН – а мы сейчас говорим именно о НЕЗАВИСИМОМ Ордене, каким мы его знаем, а не о жалком подобии пригосударственных шавок – его первая Глава, после несправедливо осуждённая и отстранённая от дел – Бестия, собрала вокруг себя пятерых фаворитов, и у каждого была своя сильная сторона. Каждый был в своём деле лучшим из лучших. Именно эта пятёрка и стала впоследствии прародителями известных ныне пяти направлений нашей Организации. — Это известно каждому члену НОН ещё с подготовительных групп, — заметила для остальных Химера, уловив небольшую паузу в речи Тени, когда он взял небольшую передышку от непрерывного потока речи. Смена оратора в таких делах была необходимой вещью, да и повествовать об огромном пласте истории становилось гораздо легче: — Если вам интересно, то мы можем поведать подробнее о личностях каждого основателя: Мрак – первый аналитик НОН. Ему не было равных в поиске и добыче информации, построении наисложнейших алгоритмов, создании боевых тактик и всего в таком духе. Пустошь являлся основателем корпуса разведки. Настоящий невидимка. Если судить по известным данным, то пока мех этого сам не желал, его не мог ни увидеть, ни почувствовать даже Мрак, а он – вот ещё одна любопытная деталь – был очень сильным телепатом. Следующий у нас – Безумие. Уже по одному только позывному вы можете предположить, что это каратель, и – браво, так оно и есть. — Химера не без усмешки глянула на Палача, Раптора и Демона. Что ж, у неё последователей Безумия целых три. — …Самый настоящий психопат. Сколько бы врагов ему ни встречалось, никто не уходил от него активом. Порой его называли бездеактивным, но он, конечно же, таковым не был. Насколько я помню из дополнительной литературы… он даже дал клятву Бестии – единственной, кто смог его однажды победить – всегда возвращаться активом, ибо деактивировать его была достойна только она. — Какая прелесть, — неоднозначно вздохнул кто-то позади. Видимо, явно не ценитель такого рода клятв. Наверное, со стороны выглядело слишком высокопарно. Но кто знает, что потом случилось с Безумием и какой деактив его постиг, ведь Бестия, эта древняя фемма, продолжала функционировать до сих пор. Может, когда-нибудь у кого-то появится возможность поинтересоваться, что стало с клятвой и тем, кто её принёс. Но пока об этом размышляли, Химера продолжала краткий обзор на основателей: — …Созидание была медик, что называется, от Праймуса. Казалось, что она может воскрешать даже деактивы, настолько великолепны были её умения, а работа была чёткой и быстрой. Зида сама отбирала себе учеников, не обращая внимания на их статусы и положение в обществе, для неё был важен талант… Ей и выпала честь стать основателем корпуса медиков. И, наконец, Буря – такого механика нам бы сейчас сюда, в эру возрождения планеты, ведь Буря действительно умела делать из шлака крии. Не было того, что она бы не смогла починить или создать, некоторые артефакты Кибертрона – её работа. — Спасибо, Химера. В общем, подводя итог, у каждого корпуса НОН есть свой родоначальник, чей род продолжает существование и по сей орн, — не стал тянуть шарка за хвост Тень. — И теперь мы подошли к теме нашего разговора… Мы и есть наследники пяти родов: Молния и Призрак – наследники Созидания, я – наследник Пустоши… — Тогда, получается, Штиль – наследница Мрака, Фантом – Бури, а Демон – Безумия? — нетерпеливо перебил разведчика Смоукскрин, ему по-прежнему хотелось скорее получить все разгадки. — Не совсем, тут уже система дала полнейший сбой, — спокойно ответил Тень. — В это сложно поверить, но Штиль – наследница Бури, Фантом – Безумия, а Демон… Демон – наследница Мрака. — Погоди, это уже глупость какая-то, — подал голос Рэтчет, который всё это время был занят исследованием местности, слушая разговоры в половину мощности аудиосенсоров. — Как так вышло, что среди аналитиков появился каратель? Разве ваши направления не передаются, как сказали бы у людей, по наследству? — Я же говорю, система дала сбой, — пожал плечами разведчик, его такой нонсенс никак не сбивал с толку, он жил с этим знанием весь свой актив, — и организатор этого сбоя наша общая знакомая. Да, Демон? — А тебя что-то не устраивает? — поинтересовалась карательница, обернувшись к меху с недоброжелательным прищуром. — Если да, то говори прямо сейчас, чтобы я сразу тебя здесь и похоронила. — Да нет, меня всё устраивает. — Разведчик поднял манипуляторы в жесте «Сдаюсь, только не тронь меня». — Хм-м, представить себе, что это недоразумение должно быть аналитиком, как Химера… — задумчиво протянул Лорд десептиконов, игнорируя редкие перепалки членов НОН. — Нет, такое никак в процессоре не укладывается. — Ну, знаете… Вы меньше ведитесь на то, что она ведёт себя, как дурочка, ведь это всё просто так, на публику. Поверьте, если того будет требовать ситуация, вы не увидите в ней Карателя: как ни старайся, перед вами будет стоять расчётливый, хладнокровный и безэмоциональный Аналитик. — Всем своим видом Тень давал понять, что знает, о чём говорит. Сегодня в своей команде он неожиданно взял роль самого говорливого, охотно поясняя даже незначительные детали. — Я вот сейчас пытаюсь понять… это ты меня так похвалил или всё-таки оскорбил? — с любопытством протянула рыжая. — Считай, что и то, и то. — Засранец… — Знаете, это интересно всё, конечно, но по-прежнему не объясняет факта вашего знакомства, — решил напомнить тему разговора Смоукскрин. — Ну, да, с бетства вместе, всё такое. А случилось это как? — По традициям семей Ордена нас должны были определить в одну команду, ибо так было всегда. Наши Альфы также состояли в одной группе, но из-за внезапно начавшейся войны наши силы были подвержены перераспределению, и Демон оказалась в команде Химеры, — объяснила Штиль, не желая оставаться в стороне от разговора. В конце концов, она была лидером своей команды, не хочется отдавать все лавры Тени. — Хотя это всё-таки очень странно даже для условий войны, и я думаю, узнай об этом твоя дани, Демон, она бы пришла в ярость. — В ярость? — насмешливо фыркнула названная. — Боюсь, Бархан было бы, как обычно, всё равно, что со мной. Она бы просто взяла ещё с десяток миссий и исчезла за горизонтом. У неё были совсем другие заботы. — Бархан? Погоди, ты правда сейчас назвала этот позывной? — Химера встала на месте, вынудив всех остальных сделать то же самое, и в полнейшем изумлении уставилась на подругу. — Но я знаю только одну фемку с таким позывным… Скажи мне, это правда та самая Бархан, которая является одним из трёх знаменитых аналитиков НОН за всю историю Организации? Так это она твоя дани?! — А? Ну, да, она самая. А что? Равнодушие в голосе рыжей поразило всех, кроме команды Штиль. — Невероятно. Уму непостижимо. Но как… почему… каким образом…? — Каким образом у столь знаменитой и невероятной феммы, как Бархан, могло появиться такое неадекватное и неконтролируемое разочарование, как я, да? — невесело усмехнулась Демон, театрально взмахивая манипуляторами на все эпитеты. — Ну, вот и такое бывает. Да и не тебе удивляться, мой милый кэп, у тебя «мамка» вообще рецидивистка известная. Химера согласно хмыкнула, вернув себе прежнее спокойствие, а на вопросительные взгляды остальных отмахнулась. Про свою родню она точно не будет публично рассказывать. Ей похвастаться нечем. — …Почему ты зовёшь свою дани через позывной? — поинтересовался Оптимус, внимательно глядя в белую оптику. Наверное, чуткий Искрой мех желал увидеть там откровенный ответ на такой любопытный вопрос. Но Карательница смерила Прайма тяжёлым взглядом и отвернулась к панели разблокировки, оставив вопрос без ответа. Они все топтались у входа в здание уже приличное время, но за беседой, полной открытий, никто этого не заметил. Быстро введя пароль и подождав, когда двери откроются, фемма отошла и пропустила гостей вперёд. Перед Безликими, автоботами и десептиконами предстал просторный холл, большая массивная лестница и два коридора по бокам от неё. — Фух, хоть вентилировать стало легче, а то вчера было очень не очень, — снова весело, как и всегда, сказала рыжая. — Как я уже говорила Боссу, библиотека находится в самом дальнем крыле моего дома, так что идти придётся прилично, но сначала нужно подняться на второй этаж. Сделаю ещё повтор: если интересно, можете заглядывать в любой отсек, какой только вам понравится, блокировка снята со всех дверей, поэтому развлекайтесь. А будут вопросы в процессе нашего «увлекательного» путешествия – постараюсь ответить. До библиотеки всё-таки далековато, так что проведём время с пользой. Вся компания дружно поднялась на второй этаж, который представлял собой три просторных коридора по бокам и перед лестницей. Карательница повела всех по прямому коридору, не обращая внимания ни на что в отличие от всех остальных. Идущие за фемкой с любопытством изучали всё, что только попадалось на оптику. — Так, получается, ты из элиты, Демон? И вы, я так понимаю, тоже… — поинтересовался Нокаут у Безликой через несколько бриймов молчания, а получив утвердительный, но недовольный кивок, посмотрел на альфа-группу, которая тоже выразила немое согласие. — Кто бы мог подумать. Это было бы последним, что я предположил о вас, если честно. — А спустя ещё миг добавил, но уже совсем тихо: — Ладно, только о Демоне. О команде Штиль сложно судить, вы-то как раз и выглядите, и ведёте себя, как элита. Если кто и услышал эти слова, то виду не подал, да оно и хорошо: у Нокаута была удивительная способность в пару слов находить себе проблемы на шлем. Когда-то это выражалось только через тяжёлый манипулятор Мегатрона, а теперь могло прилететь вообще от кого угодно. А актив медика ничему не учил. — Эй, а что находится за этими створками? — в тишине голос неугомонного Смоукскрина звучал непозволительно громко. Некоторые вздрогнули от неожиданности. — М-м-м… А! Там что-то вроде рабочего кабинета, можешь посмотреть, если интересно. — Демон даже не обернулась, помня, очевидно, каждый уголок особняка. — Обычно в нём обитал мой гранд-опи, поэтому ходить туда мне не очень нравилось… Сейчас уже всё равно. Заглядывай, не стесняйся! — Пожалуй, я воздержусь. Мне рабочих кабинетов при Альфа-Трионе хватило, — обречённо протянул гиперактивный мех под всеобщий смешок. Кажется, юный воин был разочарован, что за дверями не оказалось ничего крутого. — Раз с ходу никак не понять, какой отсек перед нами, то придётся спрашивать чуть ли не о каждых створках на пути. Вот что, к примеру, за этими? Они немного иначе оформлены, — поинтересовалась Арси, указывая на двери, которые были расположены в одной из стен коридора и выделялись на фоне общего интерьера. — Это наши с братом комнаты, — спокойно отозвалась карательница, повернувшись к толпе, и увидела всеобщий ступор непросвещённых. — …С братом? — переспросил за всех Старскрим, надеясь, что они всё-таки услышали неверно. Все. Коллективно. Потому как ещё одного неадекватного формера они бы явно не вынесли. Сикеру тут было откровенно скучно, но сейчас он даже вздёрнул крылья. — А! Я же о нём только Химере рассказывала! — До Демона наконец дошло, почему на неё все так смотрят. — Ну, да, брат. Мы с ним одноискровые близнецы. И вообще, что странного в том, что у меня есть брат?.. Если это только из-за ваших представлений о дабл-ебанутости, то это несправедливо! — Ты права, все вокруг слишком остро воспринимают наличие у кого-то родственных Искр, когда это всплывает вот так внезапно, — по-старчески ворчливо отметил Рэтчет, которому новость о брате особой погоды не сделала. Можно подумать, все вокруг, имеющие «родню», должны сразу орать об этом… Мех мог бы прочитать целую нотацию на эту тему, но вдруг вскинул надоптиковые дуги и тоже вцепился в Демона взглядом. — Погоди, ты сказала «одноискровые близнецы»? — Да, одноискровые. — В глубине Искры рыжая уже начала раздражаться, и это было очень заметно. — Представьте себе, и такое бывает. — Как раз таки нет, не просто «и такое бывает», — строго осадил раздражение наёмницы автоботский медик и назидательно поднял указательный палец: — Подобные явления – очень редкая и удивительная штука, Демон. На тысячи новых Искр шанс, что всё обернётся так, как у вас с братом, КРАЙНЕ невелик. — Это попадает под категорию искровых феноменов, — обдал всех ледяных безжизненным тоном Шоквейв. Как учёного, его тоже расшевелила новость об одноискровых близнецах. — Я много изучал явления, связанные с делением, формированием и изменениями Искр. Твоя ситуация – весьма интересный пример… — Сразу говорю, изучать себя не дам! Ни активом, ни деактивом! Нет, Шоки, и не мечтай! — сразу же обозначила свою позицию рыжая, ощутив, что пахнет керосином. От не внушающих доверия замашек учёного фиолетовой фракции лучше уж держаться подальше. А то ещё разберёт на опыты. — Знаешь, Дем, это не очень-то честно, — возмутился Палач, а уловив взгляд подруги, которая так и вопрошала: «Что именно?», пояснил: — Я про то, что мы с Раптором не знали, что вы с братом ещё и такие необычные близнецы. — Вы хотя бы знали о наличии у неё родственника, в отличие от меня, — спокойно произнесла Химера. — Я вообще чувствовала себя лишней в тот момент, когда узнала. Словно от меня утаили нечто очень важное, что я имела право знать, но это обошло меня стороной… Однако, я не возмущаюсь, так что и ты успокойся, Палач. — Ой, вот только не начинайте сыпать на меня скрытыми претензиями, пожалуйста. Могу утешить всех обиженных: то, что мы близнецы с братом, знали лишь они! — Последовал кивок в сторону команды Штиль. — Раз вы были настолько связаны с братом, то очень странно, что сейчас находитесь порознь, — прогудел Балкхед. — К тому же, вы оба из одной организации, я думал, в таком случае подобная родня держится вместе. Где тогда сейчас твой брат? — А где ещё может быть копия этой ненормальной? — закатил оптику Старскрим и отмахнулся длинными когтями, словно раздражённый глупым вопросом рекера. — Конечно же дебоширит в каком-нибудь несчастном уголке вселенной, на голову которой свалился, как когда-то Демон – на Землю. Буквально. Мегатрон, заметив неодобрительный взгляд Химеры, уже, к сожалению, посвящённой в трагическую судьбу близнеца подруги, хотел вышвырнуть сикера вон, но его опередила Демон резкой и короткой фразой: — Он мёртв. — Наёмница остановилась. — Его деактивировали незадолго до начала войны. Старскрим издал звук раздавленного скраплета, на которого вдруг наступили тяжёлой ногой суровой реальности. Да и сложно не ощутить на себе несколько убийственных взглядов, принадлежащих карателям и разведчикам… Оптимус, как один из тех, кто находился ближе всех к фемке, хотел положить манипулятор ей на плечо, выразив тем самым немые соболезнования, но был остановлен предостерегающим взглядом Тени. На вопросительный взгляд Прайма наёмник лишь молча покачал головой, как бы давая понять, что вот сейчас рыжая этого не оценит, а то и вовсе посчитает за оскорбительную жалость к её персоне. А каратели не любили проявления жалости к себе. Хотелось оставаться гордыми и сильными. Такова уж их натура. — …Предлагаю продолжить путь прямиком до библиотеки, — произнесла Штиль, отметив нестабильное состояние Демона. — Сначала разберёмся с этим, а уже потом будем обследовать резиденцию и утолять своё любопытство. — Все «за»? — спросила с весёлой и беззаботной улыбкой, чем удивила всех, несостоявшаяся Демон-аналитик. Все лишь согласно кивнули, и хозяйка дома повела их дальше. — Круто, наверное, было жить в таком огромном особняке? — спросил всё-таки не вытерпевший гнетущей тишины и груза своего любопытства Смоукскрин, за что и получил в последствии подзатыльник от Бамблби. — Ага, круто… — прорычала Демон, а от недавней улыбки, судя по тону, не осталось и следа. — Ни квинта не круто! Все тебе твердят, что надо делать, кем ты должен быть! Ограничивают всё, что только можно и нельзя, и всегда говорят, какая важная задача стоит перед тобой! Короче говоря, нет ничего хорошего в том, чтобы жить в таком кошмаре. Вечно таскаться по приёмам, слушать всю ту фальшь, что там говорят, ощущать весь этот цинизм, знать, что те, кто только что мило тебе улыбался, уже обсуждают за твоей спиной, какое ты убогое ничтожество, и так далее по списку! Нет ничего хорошего и крутого в том, чтобы вечно выслушивать претензии и требования не позорить семью!.. Нет ничего хорошего в том, чтобы быть элитой, статус которой к тебе перешёл от Альф. — Голос фемки, сорвавшийся на рычание дикого зверя, начал медленно затихать. — Знаешь, сколько ворн живу, столько меня и бесит моя семья. Нам с братом никогда не нравилось находиться здесь, в этом доме, в этом окружении… Мы желали поскорее исчезнуть, покинуть это место, да вот только никто бы нас не отпустил. Мы же наследники древнего рода и всякое такое. Думаю, именно поэтому мы с братом и решили сломать все стереотипы и стать карателями. Нам просто хотелось… Нет, даже не так: мы БОЯЛИСЬ стать такими же безэмоциональными ублюдками, как члены нашей поганой семейки! — Под конец своего откровения карательница не сдержалась и снова повысила голос. В возникшей после гневной тирады угнетающей тишине был слышен тихий гул работающих систем резиденции. Смоукскрин уже сильно пожалел о своём любопытстве, ибо такую Дем почти все присутствующие видели впервые. От беззаботной и по-бетски наивной фемки не осталось и следа. — Ваши Альфы, наверное, сильно разочаровались в вас, когда узнали, кем вы стали, — хмыкнул как-то даже злорадно и едко Мегатрон, ни чуть не жалея о своём неуместном утверждении. Лидер десептиконов каким-то шестым чувством понимал, что если бы не его слова, то кто-нибудь точно захотел пожалеть Демона, чего делать сейчас явно не стоило. Уж точно не по отношению к ней. Особенно к ней. Как воин, прошедший через массу сражений и не терпящий ни сочувствия, ни жалости, глава фиолетовой фракции понимал, что зам Химеры такая же, как и он, в этом плане: предпочитает всё держать в себе и справляться со всем сама, а выражение ей жалости только сделает хуже и ещё больше разъярит и без того не стабильную фем. — Скажем так, наши Альфы никогда не были заинтересованы в своих бетах. По крайней мере, мы с братом за весь свой актив видели их раз шесть-семь, так что пусть это не шокирует вас – подобное в нашей семье считалось нормой. Я практически не помню, как они выглядели… Так только, что-то в памяти всплывает, но это размытые картинки, а не конкретные образы, — протянула рыжая. — Поэтому разочарованы они были или нет – всё равно. Для нас что Альфы, что гранд-альфы – всегда были чужими. Проще говоря… никем. Если бы Мегатрон шёл перед Безликой, он бы точно словил… благодарный?!.. взгляд белой оптики, и такое точно могло ввести десептикона в недоумение. Но, слава Праймусу, Демон шла впереди всех, и поэтому никто ничего не видел. А уж о том, чтобы поблагодарить Лорда вслух, да при всех… Нет, такой чести Мегатрон не удостоится никогда, как бы он ни разряжал опасно накалившуюся обстановку! — Я вполне поняла твоё ненавистное отношение к своим Альфам, — осторожно начала Химера, — но что не так было с гранд-альфами? Если судить по твоим словам, они всегда были рядом. — Это так, — подтвердил Тень, вопросительно уставившись на старую подругу. — Было кое-что, о чём не знали даже вы с ребятами, Тень… — Голос чёрно-рыжей фем стал тихим. — Дело в том, что… Ну… Наши отношения с гранд-альфами – это очень грязная в нравственном отношении и мерзкая на деле тайна, к которой мне никогда и ни за что не хотелось бы возвращаться. Хотя, думаю, я всё-таки могу рассказать, что и как, раз обещала это сделать, но давайте тогда уже как мы дойдём до библиотеки. Есть там парочка секретиков, связанных с этим. Оставшийся путь до места назначения вся компания прошла уже в тишине, переваривая всю новую информацию.

***

      Спустя достаточно большое количество времени, за которое одна часть группы успела сто раз помянуть Юникрона и предположить, что именно он проектировал эту шаркову резиденцию, ибо петляли они в ней уже достаточно долго и (всем так казалось) безрезультатно, а вторая часть – с улыбками на фейсах ностальгировала о безумных орнах, проведённых в этих стенах, все наконец подошли к большим массивным дверям. Поняв, что это та самая конечная точка, «исследователи» поблагодарили уже было Праймуса за их услышанные молитвы, но счастье оказалось мимолётным… Химера, по виду которой было понятно, что она ещё полна сил и совсем не устала, радостно напомнила, что у них впереди ещё хождение по библиотеке и обратный путь. Главу НОН откровенно позабавили поникшие и осознавшие весь квинтец фейсплейты. А что? Знайте, кого избрали на пост своего лидера!.. С этим тираном вам ещё долго служить под одной крышей. …И пока аналитик с удовольствием рассматривала скисшие мины, Раптор обратил внимание на створки. Вернее, на тот факт, что они были заперты на самые разнообразные замки: — Ты же говорила, что сняла всю блокировку в этом месте? — Мех вопросительно уставился на сослуживицу. — Так почему же библиотека под замком? — Всё очень просто, Раптор. У библиотеки своя система безопасности, и она куда более мощная, чем у всей резиденции и её складов вместе взятых, — ответила Демон, не поворачиваясь к другу. Она уже ловко работала с разблокировкой. — Поэтому дайте мне пару кликов, чтобы снять ограничения, и мы сможем заходить. И действительно, через несколько мгновений замки и засовы стали открываться, и, наконец, с последним щелчком, створки отворились, являя присутствующим ряды массивных стеллажей, до отказа заставленных датападами. — Ну, что же, милости прошу, как говорится! — объявила карательница и сделала шуточный поклон. Дождавшись, когда все пройдут в холл библиотеки, также являющийся и читальным залом, Демон закрыла двери и прошла в центр помещения. — Итак, прошу клик внимания! — воскликнула фем. — Перед вами самая большая библиотека Организации Безликих. В ней собрано всё, что только можно, и всё, что нельзя, тоже. Сама библиотека занимает десять этажей, три из них – наверху, мы сейчас как раз на втором, а остальные семь находятся под самой резиденцией. Надеюсь, всем и так понятно, что нам нужно на самый последний этаж? Если да, то идём! Сначала разберёмся с информацией о НОН, и пока мы с Химерой и Штиль будем корпеть над расшифровкой, остальные смогут полазить на этих трёх этажах, всё равно мы сюда ещё вернёмся! Всем всё понятно? — Получив нестройные утвердительные кивки, Демон махнула манипулятором в нужную сторону. — Тогда прошу за мной! Подойдя к самым дальним стеллажам, чёрно-рыжая сделала пару нехитрых манипуляций, и два из них, выехав вперёд, разошлись в стороны. Погрузившись в тёмное пространство, хозяйка резиденции что-то в очередной раз нажала, и мрак разогнал слепящий оптику свет. Тут же стало видно большие лестничные пролёты, ведущие глубоко вниз. Вся процессия молча последовала за своим «гидом», прекрасно, но с обречённостью осознавая, что муки не завершились и латать им всем стёртые ступинаторы после завершения этого орна. Хотя «молча» было громко сказано: через какое-то время тишину всё-таки нарушили: — А ты не боишься показывать настолько секретную информацию тем, ну, кто не относится к вашей Организации? — полюбопытствовал Нокаут, задав очень даже уместный вопрос. — Нокаут, ответь мне, что в слове «расшифровка» тебе не понятно? — спросила Химера, опередив своего зама. — Сомневаюсь, что при всей своей долбанутости Дем раскрыла бы вам такую информацию, — фыркнула аналитик под одобрительный кивок карательницы. — Но расшифровывать-то вы её явно при нас будете? — вклинился в разговор Старскрим. — Не боитесь, что мы что-то… подглядим? Или стащим? Не припомню, чтобы мы тут все в один клик стали друг другу доверять только по той причине, что война закончена. — А ты не боишься идти против такой охраны, как два карателя, два разведчика, а ещё скрытого Ликвидатора, да ещё и против аналитиков? — поинтересовалась Штиль, насмешливо смотря на сикера. — Поверь мне, я очень хорошо знаю, на что способны разрушители нашего Ордена. Вы, все вместе взятые, не продержитесь против них и пары бриймов, если они будут играть ДЕЙСТВИТЕЛЬНО в полную силу. Думаю, Химера со мной согласна в этом предположении? — Белая фем вопросительно глянула на лидера девятой гамма-группы и тут же получила утвердительный кивок. — Не нарывайтесь на неприятности, от которых не сможете уйти активами, — хмыкнула Молния, продолжая спускаться вслед за остальными. Её участие в разговорах сегодня было минимальным, но сказанные сейчас слова имели огромный вес. — Демон, — спустя некоторое время обратилась Химера к своему заму. — Ты говорила, что в библиотеке расскажешь про ваши отношения с гранд-альфами. Не передумала? — Не. — Ну так? — Венценосная особа вопросительно подняла надоптиковую дугу, а вся процессия резко обратилась в слух, ибо любопытство, будь оно не ладно. — Ну, сначала всё было более-менее нормально, наше с братом бетство проходило весело и непринуждённо, этого не омрачали даже редкие приёмы. Единственное, что тогда печалило, это отсутствие рядом Альф, но мы достаточно скоро с этим смирились, — начала свой рассказ Демон, весело перепрыгивая через ступеньку. — Потом, спустя какое-то время, начались лёгкие тренировки, чтобы мы были готовы вскоре перейти к более тяжёлым. Хоть они и проходили у нас с Охотником раздельно, после них мы вечно шныряли туда-сюда вместе: где он – там и я, где я – там и он. — Фемка на клик замерла посреди спуска, что-то для себя мысленно решая, а потом, сделав резкий прыжок, грузно приземлилась на лестничном пролёте. — Давайте, осталось преодолеть ещё три этажа, и мы на месте! Идущая следом за карательницей Химера после такого «полёта» своей главной процессорной боли внимательно посмотрела на подругу. Чутьё опытного аналитика моментально подсказало, что, несмотря на весёлую и беззаботную улыбку, взгляд у её зама, которым та окинула их дальнейший путь, был… обречённым?.. Лидер НОН пару раз моргнула, списав всё на то, что рыжая бестия, скорее всего, просто-таки доконала её нервную систему, и снова заглянула в белую оптику. Теперь там была пустота. Тогда Химера настроилась на ЭМ-поле Демона и с горечью обнаружила, что от обычно позитивной и до болезненного скрежета в дентах весёлой наёмницы сейчас разило только болью, обречённостью и поистине животным страхом. Чёрно-красной фем стало не по себе от такой какофонии эмоций, и она поспешила закрыться от зама. — Так о чём я говорила? А, точно! В общем, нас никогда нельзя было увидеть порознь. — Внезапно раздавшийся голос карательницы заставил всех вздрогнуть. — Сначала никто не обращал внимания на нашу привязанность – всё-таки, мы близнецы, но через какое-то время наших гранд-альф начала беспокоить эта привязанность. Но тут стоит понимать, что это не потому, что мы друг без друга не могли, а потому, что в нашей связи они видели нашу слабость. И действительно… это было так. Если кто-то из нас испытывал какие-нибудь сильные эмоции, другой отчётливо их повторял. — Учитывая, что вы из семьи аналитиков предположение о том, что вы были с братом эмпаты, будет правильным? — спросила Химера. Данное открытие могло бы многое объяснить в поведении её подруги за всё время их знакомства. — Как всегда проницательна, Шеф! Да, в каком-то роде мы были эмпаты, и это обстоятельство очень сильно сказалось на нашей с братом связи. Даже ОЧЕНЬ очень сильно, — ответила Демон, теперь уже почему-то начав крайне медленно спускаться вниз. С неохотой. — Помимо эмоций мы также ощущали и физические воздействия. Когда Охотник получал какую-нибудь травму, я сразу чувствовала ту же боль, что и он – ни больше, ни меньше. Мы всегда ощущали всё одинаково. Иногда грань чужих ощущений уловить было невозможно. Мы начинали теряться в них, но пытались с этим бороться. Только делали мы это с гранд-альфами разными способами. — Спустившись на последнюю площадку и остановившись около двери, запертой ещё круче, чем та, что была в библиотеке, карательница начала её разблокировку, не прерывая своего рассказа: — Мы с братом опирались на свою эмпатию, но направляли её не на других, а на самих себя. Мы с Охотником закрывали самих себя друг от друга. Поэтому, даже если бы мы стали аналитиками, чего я и под угрозой деактива не сделаю, быть эмпатами, как ты, Хим, или как Штиль, нам уже не светило. — Закончив разблокировку, Демон отошла от проёма, давая всем войти, и уже потом зашла следом. — Не сразу, но наш способ начал помогать, чему мы с Охотником были немало удивлены. Я прекращала теряться в эмоциях своего близнеца, а он – в моих. К сожалению, мы не говорили дедушкам и бабушкам об этом, хотя сейчас, оглядываясь назад, я понимаю, что стоило бы. Мы могли многого избежать, но тогда мы были всего лишь бетами, и это достижение было нашим «великим секретом». — Карательница, обойдя всю толпу, направилась к дальней стене. Никто не стал прерывать её речь, когда Демон перешла на терминологию родни белковых, ведь фемка много контактировала с людьми, а в речи нет-нет, да мелькали незнакомые Кибертронцам слова. — А что же гранд-альфы? Как решили действовать они? — Сначала они держали нас подальше друг от друга. Меня занимали чем-нибудь в конце одного крыла, а брата - в конце противоположного. Вот только это не помогло, а, наоборот, почему-то всё усугубило. Если до этого мы могли видеть, что с нами происходит во время наших манипуляций с эмпатией и имели возможность вовремя остановиться, то порознь мы начинали беспокоиться: «Всё ли нормально у моего близнеца?», «Я ему ничего не сделал?»… И однажды такое беспокойство сыграло с нами очень злую шутку. — Сейчас последует попытка Демона в объяснение произошедшего, и корни аналитиков ей никак не помогут в формировании мыслей предельно понятно для остальных, — мрачно заметила Химера, вызвав нервные смешки. — Ха-ха, кэп, очень смешно, уржаться прям. Над недостатками не смеются!.. Так вот. Ни я, ни брат так и не поняли, кто из нас потерял контроль над ситуацией, но в нашей связи случился хороший такой сбой. Всё вышло из-под контроля, и нас просто вырубило, а когда мы пришли в себя, то вообще ничего не ощущали. Вообще. Ни-че-го. Это как паралич: ты вроде и жив, но чувствовать при этом не можешь от слова совсем. Я тогда не ощущала не только эмоции, но и собственный корпус, как будто ты двигаешься и не двигаешься одновременно. Помню, в страхе от отсутствия ощущений даже порезала себе манипулятор, чем ещё больше заставила себя бояться, ибо никакой боли я не почувствовала. Я даже не почувствовала прикосновений к лезвию, ничего. — Нарушения во внешней сенсорике и внутренних системах, ответственных за передачу данных о тактильных ощущениях в центральный процессор, — внёс ясность Шоквейв. — Ахм, да… Как я позже узнала, у брата было точно так же. Конечно, впоследствии всё вернулось на круги своя благодаря медикам, но осадок всё равно остался. И гранд-альфы перешли к решительным действиям. — Демон подошла к двум огромным стеллажам, которые были длиннее и массивнее других, и, встав сбоку от одного из них, стала вбивать какой-то код на появившейся панели. — Даже нет желания спрашивать, какие методы они выбрали, — нахмурившись, пробурчал Тень, которому чутьё разведчика подсказывало, что правду он знать совсем не хочет, но и отступать было уже поздно. Остальная разнознаковая компания предпочла молча слушать, предоставив роль переговорщиков Химере и Тени. Тем временем Демон закончила с панелью, отошла от разъезжающихся стеллажей и махнула манипулятором в приглашающем жесте. Перед гостями предстали два входа в два помещения, которые были разделены толстой стеной и ярко освещены. Когда все зашли в один из походов, перед оптикой предстал хаос, творящийся внутри. На стенах и полу было множество глубоких царапин, небольших вмятин и странные тёмные пятна, в которых опытные Молния, повидавший некоторое дерьмо Шоквейв (зачастую являющийся организатором этого оквинтецкого дерьма в лицевой опытов и пыток), Рэтчет и Нокаут незамедлительно опознали засохший энергон, чем и поделились с остальными. Тень вопросительно посмотрел на подругу и с удивлением отметил, что Демон всё так же стоит в проёме и не входит. — Прости, но сюда я не войду даже под страхом самой мучительной смерти. Только не снова, — дрожащим голосом ответила та на немой вопрос. От привычной рыжей бестии не осталось и следа. Демон намертво вцепилась в стену, продавив её когтями, а рыжий корпус мелко дрожал. В оптике стоял омыватель. Такая Демон пугала ещё больше, чем когда её линзы приобретали рыжий цвет и фем теряла над собой контроль. Возможно, в другой ситуации кто-нибудь из присутствующих посмеялся бы или пошутил над ней, ибо негоже вечно заведённой и закалённой во многих боях карательнице разводить «сырость», но в данной ситуации действительно становилось не по себе. — Дем… — настороженно подала было голос Химера. — Вы хотели знать, что с нами делали. Всё просто. Чтобы не ходить вокруг да около, гранд-альфы решили просто насильно разорвать нашу связь… — всё тем же дрожащим голосом протараторила зам Бестии. — Это невозможно. Попытка вмешаться в связь подобного рода крайне нелогична и чревата серьёзными последствиями вплоть до летального исхода. — Шоквейв был, как всегда, лаконичен, строг и мрачен в своих высказываниях. — Я знаю, Шоквейв, я знаю. По этой причине операция не была завершена, ведь если бы всё получилось… Я бы с вами тут не стояла. Нас бы тут не было. — С чего бы? — Напряжение росло, и Химера, всматриваясь в подругу, уже на всякий случай стала просчитывать варианты успокоения Демона, если у карательницы вдруг снесёт «крышу». — Эти стены… Они до сих пор хранят последствия той операции. — Рыжая даже не услышала вопрос. — Нас с Охотником привели сюда и разместили в этих комнатах: меня – здесь, брата – в соседнюю… Я не знаю, что они сделали, да и сейчас не желаю знать… Сначала всё было нормально, я ощущала лёгкое покалывание, скорее, даже щекотку в Искре, но затем… Единственное, чего мне тогда хотелось больше всего на свете – это умереть, лишь бы прекратить чувствовать ту раздирающую боль. Я металась по всей комнате и разносила всё до основания, кричала, просила прекратить эту пытку, но никто не отзывался. Но я слышала крики брата. Когда боль стала ещё более невыносимой, я начала… вредить себе. Неосознанно, но очень серьёзно, хотя и от моих метаний на мне было уже достаточно увечий. Я умудрилась разодрать себе весь торс и манипуляторы, а также немного прошлась по шлему… Не знаю, через сколько – казалось, прошло много ворн – но боль отступила. Гранд-альфам пришлось прекратить эксперимент, потому что все поняли, что ещё чуть-чуть – и мы просто умрём, не вынеся боли от разрыва… Вот только мы с братом не успокоились, нет, наоборот – мы только начинали сходить с ума. — Демон оторвала взгляд от стены и посмотрела в зелёную оптику своего капитана пустым взглядом. — Сами того не понимая, эти… эти уроды сломали нас, уничтожили нашу психику под корень. Ты ведь помнишь моё особое состояние? Состояние безумной твари. — Всё так же глядя на капитана, поинтересовалась Демон и, получив утвердительный кивок, продолжила: — Именно та операция и послужила этому моему сдвигу, хотя, признаться честно, в бетстве это было ещё страшнее, чем во времена не столь далёкие. В общем, о чём я? Ах, да. Видя наше «плачевное» состояние, к нам тут же поспешили медики и учёные, с чьей помощью и проводилась данная операция. Это стало фатальной ошибкой для них. С ними сыграл злую шутку эффект неожиданности… По их предсмертным крикам было понятно – они не ожидали, что раненые и измученные беты могут хоть как-то навредить специалистам НОН, но всё оказалось совсем не так. Мы, будучи в состоянии крайней агрессии и с мыслью, что раз нам так больно, то другим должно быть ещё хуже, умудрились перебить половину из всей той группы, что была за стенами. Даже когда нас скрутили и обездвижили, в процессоре набатом била лишь одна мысль: «Убить, дать почувствовать всё то, что по их вине испытали мы сами»… После всего этого мы с Охотником не отходили друг от друга дальше, чем на несколько метров, чего уж говорить о том, чтоб вообще потерять из зоны видимости. А если такое случалось, то наши процессоры моментально переключались в режим «машины для энергоновых убийств», поэтому больше нас не трогали. — Демон горько усмехнулась и посмотрела в потолок. — Конечно, доверие к нашим гранд-альфам исчезло, они стали для нас угрозой номер один, да и остальные обитатели резиденции тоже. Хотя был один плюс! Бархан и Хаос прибыли, пусть и спустя ворн после случившегося, но только посмотрели на нас, спросили, в порядке ли мы, и отчалили на очередную миссию. Единственное, что они сделали, это оставили с нами охрану в фейсплейтах двух карателей, чтобы к нам никто не лез. Эти два вечно весёлых и громких меха не давали нам сидеть и втыкать в одну точку, вечно таскали нас по всей резиденции, особенно по полигону, и велели прекращать заниматься самокопанием, а начинать тренироваться. Наверное, именно после знакомства с ними мы с братом и захотели стать карателями, стать живыми, а не безэмоциональными расчётливыми машинами. Ха! А ведь, если так подумать, именно с их подачи мы и начали развиваться, пытаться подавить внутренних монстров и вернуть в нормальное состояние уничтоженную психику. — Рыжая слабо улыбнулась своим мыслям. — И как? Успешно? — насмешливо протянула Химера и, словив скептический взгляд зама, сама же себе ответила под тихий смех сослуживцев: — Хотя у кого я спрашиваю. Как была чокнутой, так и осталась. — Да не, тогда было намного хуже. Радовало то, что когда к нам в гости заваливались Тень и остальные, мы умело скрывали свои бзики, — поделилась секретом наёмница. — Но всё же ты права, тренировки совсем не помогали, поэтому мы решили рискнуть и снова применить эмпатию, но немного по-другому. Во второй раз мы замкнули её не каждый на самом себе, а друг на друге. Это не помогло нам прекратить чувствовать друг друга, как в самом начале. Восприятие только усилилось и на ментальном, и на физическом уровнях, но психику всё-таки немного подправило, и мы прекратили впадать в безумие по поводу и без. — Но если ваше восприятие стало лишь сильнее, то как вы умудрялись так легко вести свой актив? В то время как одна половина преподавательского состава ходила с нервным тиком, а другая втихую пила сверхзаряженный, дабы нервы подлечить? — задал вполне себе актуальный вопрос до этого молчавший Раптор. — А тут всё легко объяснимо. Мы, восстанавливая свою психику, просто перестраивали своё восприятие, учились не обращать внимание на боль, какой бы она ни была, и специально для этого просили наших охранников гонять нас по полигонам и не щадить. Ну, конечно, с учётом нашего возраста. Учились улыбаться, когда на самом деле плохо, не обращать внимания на эмоции друг друга. Когда нас распределили по специальности, наше безумие наконец утихомирилось, и всё вернулось в своё русло, но до определённого момента. — Когда погиб Охотник, да? — Химера старалась придать своему голосу больше безразличия, так как понимала, что её зам не потерпит жалости к покойному брату. — Да, именно в тот момент с таким трудом возвращённое равновесие снова разрушилось, а эмпатия, утерявшая свой «маяк» и свою опору – эмпатию брата, дала по нервам и психике так, что мне на мгновение показалось, что я снова оказалась здесь, в этой комнате, в момент операции. И следующее, что я увидела после того, как пришла в сознание – разорванный на части корпус своего близнеца. Внутренняя пустота резко стала чёрной дырой, поглощающей все эмоции и силы… Хотя мне тогда повезло: Искру брата не тронули, иначе меня бы здесь не было. — И как это понимать? — хмыкнул Мегатрон. — А, да всё очень просто, — махнула манипулятором Демон, снова смотря в потолок. — Наше с братом самое слабое место – это не мы сами, как предполагали члены нашей семьи, а наши Искры. Как видите, Охотник мёртв, а я стою и распинаюсь перед вами. Ну и конкретно перед тобой, Мегз. — Лидер десептиконов поморщился. Да, всё-таки если и есть во вселенной неизменные вещи, то к ним точно можно отнести их с Демоном взаимоотношения, которые находятся на уровне «я терплю тебя лишь потому, что ты бондмейт моего капитана/я тебя терплю лишь потому, что ты заместитель моей бонди». Хотя бывшему гладиатору порой казалось, что если бы Химера улетела куда-то на большой срок, они бы с рыжей сволочью устроили знатную бойню. Правда, потом хорошенько бы огребли от этой самой главы НОН, и, Мегатрон был уверен, та ещё бы заставила их мириться на всеобщее обозрение. И не абы как, а по принципу белковых, на манер «мирись-мирись и больше не дерись». А что? Все знают уровень вредности и желания издеваться над окружающими у Химеры. — Но! Если бы у его убийц хватило мощности ЦП ещё и Искру уничтожить, тогда ты бы меня и знать не знал! — Это на мой вопрос никак не отвечает, — раздражённо бросил Мегатрон, из-за чего словил взгляд Демона из разряда «Ты тупой или да?». — Я же говорю, всё просто и элементарно. Ты ведь в прошлом ещё и учёный, а такой тугой в таком вопросе… — фыркнула Демон, но всё-таки пояснила. — Если уничтожить одну из Искр, неважно, мою или брата, то другая саморазрушится вслед за первой, без возможности на спасение своего хозяина. Своеобразный способ самоубийства, не находите? — Но, как я понял, скорее всего, корпус Охотника захоронен на территории резиденции, как родового гнезда. Столько времени прошло… Не боишься, что за эти ворны кто-то мог пробраться в ваши склепы и забрать Искру, чтобы потом угрожать тебе или шантажировать? — спросил Оптимус. — Ну, тем, кто рискнул бы такое вытворить, я не завидую, да и если бы всё-таки такое произошло, никто ничего не нашёл бы, — отозвалась чёрно-рыжая, возвращаясь с каждым мгновением в своё обычное состояние. — То есть?.. — Искра Охотника у неё, — ответила за подругу Химера. — Это так. Я забрала её с собой во избежание всякого… нежеланного, — подтвердила Дем. — И вы ещё мне что-то за могилы выговаривали и заимствованный манипулятор Прайма, — проворчал Мегатрон, недовольно смотря на Химеру. — Ну, в каком-то смысле это и моя Искра тоже. Так что я исключение из правил, поэтому цыц! — буркнула наёмница. — Так, получается, что твоё поведение всё это время… — начала было Арси. — Ага, оно такое же фальшивое, как и я сама, — хитро прищурившись, завершила за автоботку Безликая. — Если честно, быть такой не очень, но я ничего не могу с этим поделать. Только так мы с братом смогли вернуть себе стабильность и относительный покой. Но если говорить начистоту, я давно запуталась во всех своих масках и ощущениях и не могу уже определить, где моё настоящее «Я», а где – фальшивое. Я научилась врать так хорошо, что сама не распознаю, какие мои действия, эмоции, ощущения и слова правда, а какие – ложь. Единственное, что я понимаю отчётливо, так это то, что, как ни старайся, ту Демон, которая была когда-то, уже никогда не вернуть. Боюсь, та часть меня и Охотник, они настоящие, погибли во время той операции. После этих слов на какое-то время в помещении воцарилась давящая тишина, которую нарушила вновь ставшая непринуждённо весёлой Демон. Она действительно меняла свои маски с поразительной лёгкостью, теперь это было ясно, как орн. — Ну да ладно, лирическое отступление объявляю завершённым. А теперь – руки в ноги, для непонятливых – шуруем работать! Быстро рассредоточились по секциям этого этажа и начали поиски! — отойдя в сторону, чтобы не стоять на пути у выходящих, отдала команду Демон. — И что мы должны искать? — спросил Рэтчет. — Нам нужны датапады с чёрной и золотой окантовкой, именно на них записана вся информация, которая нас интересует, — просветила всех карательница. — Пока что складируйте их на столе, а затем, когда всё соберём, вернёмся обратно на надземные этажи и там продолжим работать уже мы с Химерой и Штиль, а вы сможете почитать историю Кибертрона, историю медицины, науки и так далее. Всем найдётся увлекательное чтиво, поверьте мне, вы же в самом оквинтецком архиве планеты! С недовольными минами (потому что речи фемки никого вообще не вдохновили) все разбрелись по секциям этажа в поисках нужных предметов. Химера же подошла к своему заму. — Как ты? — положив манипулятор на плечо подруги, поинтересовалась аналитик. — Помню, когда я рассказывала тебе о Берсерке, мне было не легче, да и когда ты рассказывала об Охотнике, тоже не выглядела счастливой, но там были лишь мы с тобой, а тут столько народу. Всё в порядке? — Знаешь, Хим, тогда мне действительно стало легче, что я открылась тебе, да и когда ты сделала то же самое, мне тоже стало спокойнее, что тебе больше не надо прогибаться под этим грузом в одиночку, и я тебе за это очень благодарна, но… — Демон посмотрела на подругу, улыбаясь, только вот в оптике её плескалось отчаяние. — Кажется, сейчас мне стало только больнее, хотя по ощущениям я рада, что открыла все свои секреты, но вот Искре всё равно невыносимо больно… Химера молча смотрела на подругу, а та на неё. Так они простояли несколько мгновений, пока из одного угла не раздался грохот, отборный русский мат в исполнении Раптора и громогласный хохот Палача. Демон тут же пришла «в себя», в оптике заплясали маленькие демонята, а губы растянулись в предвкушающем оскале. — Парни, вашу ж дани, блять! Имейте совесть, пока не поимели вас! Эта библиотека перенесла такое стихийное бедствие, как мы с братом, а вы решили её вконец доконать?! Я вам щас такое устрою, мало не покажется! — разминая кулаки и шипя проклятия, карательница поспешила к эпицентру шума, переступая зачем-то, как сердитый пингвин. Химера, оставшись в одиночестве, размышляла над поведением рыжей бестии, которое её сейчас беспокоило. Но уже спустя клик размышлений аналитик пришла к выводу, что стараться понять, что творится в рогатой голове – бессмысленно от слова совсем, и поспешила к эпицентру назревающего мордобоя в исполнении её неугомонных карателей, для себя отметив, что лезть в Искру Демона она не будет и другим не позволит. Она просто будет рядом с ней, чтобы безмолвно поддерживать эту неугомонную чертовку.