opposition

Проблемку оба все-таки решили, вот только Чимин еще никогда так не сдерживался, чтобы не застонать во весь голос. Он и не думал, что от банальной дрочки и жарких поцелуев, кружащих голову, можно так быстро сдаться, ощутив пик наслаждения. Пак даже представлять не осмеливается, каким будет секс с Чонгуком, если быстрая разрядка была настолько фееричной. Чимину даже как-то неловко выходить из ванной комнаты, сталкиваясь с ухмылочкой Хосока. А вот Чонгук ни капли не смущается, наоборот, чувствует себя уверенно и лишь притягивает Пака к себе ближе за талию, заявляя на него все свои права. — Ну, раз вы закончили, — усмехается Хосок, — можем уже начать праздновать победу. У тебя хавчик есть, мелкий? — Давайте лучше закажем что-нибудь, — предлагает Юнги, вспоминая, что Чонгук не очень-то и умеет готовить, и в последний раз у команды было несварение. — Как насчет суши? — предлагает Хо, напоминая, что припер две бутылки вина.

***

Чимин просыпается под тяжестью чужого тела, и этим телом оказывается Юнги. Тот еле разлепляет глаза и сонно смотрит на Пака. Вид у обоих не самый прекрасный, а срач, что творится в комнате, не лучший видок с утра. В гостиной оказывается не лучше, когда они оба выходят из комнаты, а Чимин еще и отмечает для себя, что слишком как-то больно ему ходить, а со вчерашнего вечера он не помнит почти нечего. Вспоминает только то, как они с Юнги ходили за новой порцией алкоголя, а после нового захода — все, как в тумане. И какого-то черта в квартире нет ни Чонгука, ни Хосока. — Покурим? — предлагает Юнги, заварив две кружки кофе, и одну протянув Чимину. Пак соглашается. Парни выходят на балкон и садятся на кресла-мешки. Мин угощает младшего сигаретой и подкуривает сам. — Ты всех ошарашил, когда тренер сказал, что ты теперь будешь бегать за нас, — улыбается Юнги, наслаждаясь утренним кофе. — Не думал, что тренер расскажет об этом так скоро, — отвечает Чимин, затягиваясь никотином. — Давно ты встречаешься с Чонгуком? — Это имеет какое-то значение? — А ты знаешь, что ты спутал кое-кому все карты? — Уж ни тебе ли? — хмыкает Чим, понимая, к чему клонит старший. — У вас серьезно? Ты ради него перешел в другой клуб и остался в городе? — Это не твое дело, — беззлобно отвечает Пак, выпуская дым Юнги прямо в лицо. К чему столько вопросов, да и настолько личных? Неужели Юнги, встречаясь с братом Чонгука, имеет какие-то виды на самого Чонгука? Тогда это свинство со стороны Мина, и в глазах Пака он сразу упадет в глазах. А если это кто-то другой из команды, и Юнги просто так не тактично напоминает об этом? Все очень смутно, поэтому Чимин обязательно поднимет эту тему, когда они с Чоном останутся наедине. — Хэй, Юнги-я, я же просил тебя не курить больше! — на балконе появляется Хосок, забирая у парня сигарету и, затушив, выбрасывает. — Ты же спортсмен! — Да-да, я помню, — усмехается Мин, целуя Хосока, когда тот, хмурясь, садится рядом с Юнги. — С каких это пор ты куришь? — хмурится и Чонгук, выбрасывая сигарету младшего. — Знаешь, отношения у меня кое с кем нервные, вот и снимаю стресс, — сначала говорит серьезно Чимин, но после не может сдержать усмешки. — Стресс по-другому будем снимать, — отвечает Чон, согнав младшего с кресла и, сев сам, сажает парня себе на колени.

***

Когда Хосок и Юнги, наконец-то, испаряются из квартиры, слезно обещая теперь бывать чаще (не дай Бог, конечно), Чимин решает спросить, уж не имеет ли Юнги на него виды или кто-то из команды. — Скажи, а ты раньше встречался с Юнги? — хмурится Чимин, присаживаясь за стол в кухне, где старший заботливо заваривает чай. — С чего ты взял? — спокойно уточняет старший, разливая фруктовый чай в кружки. — Или есть кто-то в команде, кто имеет на тебя виды? — Откуда такие выводы? — усмехается Чон, разглядывая совсем не веселого Чимина. — Просто ответь мне, — просит Пак, сжимая горячую кружку в руках, даже не замечая, что та обжигает руки. — Его зовут Тэхён, он лучший друг Юнги, — отвечает все же Чон, решая, что тайн быть не должно. Он и сам был за это, поэтому теперь не имеет права что-то скрывать. — У вас с ним что-то было? — Обожжешь руки, — говорит Чонгук, обращая на горячую кружку внимание. Пак судорожно одергивает руки и шипит, теперь уже ярко ощущая боль. Чонгук заставляет младшего засунуть руки под холодную воду, и сам нежно омывает ладошки, улыбаясь с его хмурного лица. Старший целует Чимина в щеку и снова улыбается. — У меня с ним ничего не было, — уверяет его Чонгук, вытирая руки парня мягким полотенцем. — Я берег себя для кое-кого другого. — Будет весело в новой команде, — усмехается Чимин, через секунду грея руки под футболкой старшего. — А ты как хотел, — хмыкает Чонгук, приобнимая парня. — Я нарасхват. Где такого красавчика еще найдешь. — Да что ты, — наигранно удивляется Пак. — Я вот тут вижу только одного красавчика, и ты сейчас смотришь прямо на него. — Вы что-то имеете против, Пак Чимин? — Однозначно, Чон Чонгук! Не стоит строить иллюзий по поводу своей красоты. Уверяю, есть кое-кто получше. — Уж не на себя ли вы намекаете? — Так и есть, — пытаясь сдержать смех, отвечает Чимин, наслаждаясь после долгожданным поцелуем.

***

Неделя проходит очень быстро. Парни даже не успевают вдоволь насладиться друг другом, как тренер любезно оповещает всех об утренней тренировке. Чимин, оставшийся этой ночью в доме Чонгука, старается распихать старшего, но тот лишь что-то мычит не членораздельное, и утыкается в подушку. Но Пак знает очень действенный способ, сработающий на сто процентов, чтобы поднять бренное и сонное тело с постели. — Ладно, приму душ один, — пожимает плечами Чимин, достав из шкафа два полотенца, ибо еще ни разу не ошибался. — Это нечестно, — бубнит в подушку Гук, спустя секунду подрываясь с кровати. Пак уже почти разделся, когда старший ввалился в ванную и, наспех скинув вещи, а заодно и раздев окончательно Чимина, зашел в душевую кабинку и затащил младшего. — Сделай теплее, — просит Чимин, ежась от прохладной воды. Чонгук регулирует воду и прижимает к себе Пака, начиная осыпать тонкую изящную шею поцелуями. Чимин судорожно выдыхает, когда чувствует возбуждение Чона, упирающееся меж ягодицами. У самого бегут мурашки по всему телу и возбуждение растет с каждой секундой, с каждым поцелуем и прикосновением к обнаженной коже. Старший умело пользуется всеми слабостями Чимина, заставляя извиваться и содрогаться в его объятиях. — Так мы опоздаем, — говорит Чимин, поворачивая голову к Чону. — Успеем, — уверяет его Чонгук. Пак упирается руками в полупрозрачную стенку душевой и шипит от шлепка по ягодице, а после ласковые поглаживания в районе жжения. Чимин выпячивает пятую точку и вызывающе трется о член старшего. Чонгук нежно разводит руками манящие ягодицы младшего и входит на всю длину, вырывая из пухлых губ развратный стон. — Не переусердствуй, — просит Чим, прогибаясь в пояснице и толкаясь навстречу приятным ощущениям. Чон лишь ухмыляется, лаская подтянутое тело, двигается медленно, набирая темп. Пак откровенно стонет, просит ускориться и давится собственными криками, ощущая, как пик наслаждения уже совсем близко. В голове мешаются мысли, чувства тоже вперемешку, Чимин просто отдается этому властному парню, сжигающему все его нутро. Чонгук чувствует, как стенки ануса сжимают его член, и утробно рычит, когда становится тяжело двигаться в податливом теле. Старший обхватывает изнывающий член Пака и двигает в такт собственным грубым толчкам, словно вытрахивает из парня душу. А Чимин и не против, он готов отдаваться Чону и стонать в голос, ощущая, как оргазм накрывает большой волной, словно цунами, и застилает глаза пеленой. Пак расслабленно поворачивается к Чону и улыбается, подставляя обоих под струи горячей воды. На душ остается всего пару минут, и Чонгук старательно смывает следы спермы, а после укутывает младшего в полотенце. — Как ты себя чувствуешь? — усмехается Чонгук, помогая младшему одеться. — Завтрак на тебе, — отвечает Пак, позволяя старшему делать с собой все, что тот хочет. — Иначе на тренировке я точно рухну. — Хорошо, — улыбается Чонгук, целуя в мягкие губы и получая жаркий ответ. — Посиди пока тут тогда.

***

— Всем добрый день, — здоровается тренер Скорпиона. — Напомню, кто забыл: у нас новый нападающий — Пак Чимин, бегающий, некогда, за команду Факел. — Пф, такое забудешь, — фыркает кто-то, на кого Пак сразу же переключает внимание. — Это он? — тихо спрашивает у Чонгука Чимин, внимательно сканируя этого Тэхёна, который явно не рад новенькому. — Да, это Тэхён, — также тихо отвечает Чонгук, даже не глядя в сторону парня. — Ким Тэхён, тебе что-то не нравится? — грозно спрашивает тренер. — А это как-то изменит ситуацию? — улыбается через силу Ким. — Конечно нет! — Тогда вопрос не логичный, тренер, — язвит Тэ. — Начнем тренировку. Десять кругов, по свистку — с ускорением, вперед! — командует тренер. После длительной и изнурительной тренировки, тренер только закатывает глаза и говорит, что парни совсем расслабились за неделю, поэтому тренировки будут интенсивными. У них уже через неделю новая игра, нужно наверстать упущенное. — Эй, новенький, ты всегда так будешь тормозить во время тренировки? — на ровном месте наезжает Тэхён, подходя к парню. — У тебя есть конкретные претензии? — изгибает бровь Чим, сразу показывая свой враждебный настрой. — Не хлопай ушами, когда шайба летит к тебе, — холодно говорит Ким, нависая над Паком. — Во-первых, у меня есть имя. Меня зовут Чимин, и для тебя я — хён. Во-вторых, будь добр, засунь свое личное ко мне отношение в жопу и на льду следи за своими ошибками, а не за чужими. — Думаешь, если спишь с капитаном, можно теперь все? — хмыкает Тэхён, вводя в шок не только Чимина, но и всю команду, которая была в этот момент в раздевалке. — Что? — Это правда, что ты спишь с Чонгуком?!